Осколки прошлого

Темнота в этот раз была особенно вязкой и тяжёлой. Чонгук будто оказался под толщей мутной густой воды. Она давила на него со всех сторон, не давая сделать вдох. Чонгук задыхался и безуспешно барахтался в этой гуще. Вместе с этой темнотой его поглотило старое чувство страха и утраты. Он вновь ощущал себя одиноким и бессильным. И только одна единственная деталь дарила маленькую надежду выбраться. Аромат лилий, который Чонгук чувствовал не просто обонянием, а каждой клеточкой своего тела. То самое особое тепло окружило его в этой кромешной тьме. Оно очень отличалось от липкого, удушающего его пространства. Мягкое и нежное, оно окутало его, отвоевав у тьмы, дав возможность наконец, вдохнуть полной грудью. Чонгук проснулся будто вынырнув из глубины. Сердце быстро билось, а лоб покрывал липкий пот. Он будто проснулся от кошмара, но этот сон будто и не был таковым. Пытаясь отдышаться и наладить сердечный ритм, Чонгук приподнялся, опираясь на руки. Вдруг под пальцами он ощутил что-то странное. Он опустил взгляд и заметил на постели белый лепесток. Лилии. Такой мягкий и нежный, он и являлся источником того яркого аромата, который сопровождал Чонгука во сне. Мужчина взял его в руки. Лишь от нескольких прикосновений лепесток помялся. Настолько хрупким и маленьким он выглядел в руках человека. Он был будто маленьким проблеском света в глазах, которые видели смерть в лицо, которые давно потухли. Чонгук все смотрел на этот маленький белый клочок на своей ладони и не мог понять, как он тут очутился. Вокруг за километры не было ни одного живого цветка. **** Шум вокруг начал невыносимо утомлять. Чонгук не мог найти ни одного тихого местечка. Всюду рядом кто-то был. Это раздражало. Он заметил, что готов сорваться на любого, кто попадется под руку. Все и все делают не так. Не так красят, не так держат, не так ходят, не так дышат. Ему становилось душно и тесно в огромных просторных комнатах. Он нуждался не просто в тишине или одиночестве. Он понял, что потерял ощущение спокойствия, которое дарил дом. То самое чувство, которого он так долго жаждал, ускользнуло от него так же быстро, как и появилось. В присутствии посторонних аромат лилий, нежный, так полюбившийся Чонгуку, практически исчезал. Становился лишь слегка ощутимым. Будто он тоже не терпел чужих. Он предназначался только Чонгуку. Этот вопрос решился не совсем так, как предполагал Чонгук. Как только он проводил Хосока следующим утром, ему позвонил гендиректор. Господин Чхве сумел найти новых партнеров. Дела компании шли туго и вопрос с инвестициями был сейчас крайне важен. Гендиректор смог договориться о встрече через два дня и Чонгуку нужно было присутствовать на этих переговорах. Чон это понимал. Слишком много времени он потратил впустую, проявил такую безответственность. После того злополучного дня он потерял смысл в своем заработке, но сейчас он посмотрел на свою компанию под другим углом. Это не только его деньги и его жизнь. Это рабочее место и доход огромного количества сотрудников, которые посвятили этому делу много лет своей жизни и работали со всей преданностью. Они тоже делали это для того, чтобы содержать свои семьи и строить свою жизнь. Своими действиями Чонгук мог лишить работы не только себя, но и огромного количества своих сотрудников. И если он больше не может сделать ничего для своей семьи, то может сделать ради их. Эта мысль придавала новых сил. Наконец он увидел маленький смысл в своем существовании. Добраться в город сейчас было проще, чем неделю назад. Дожди закончились, и земля успела просохнуть. Теперь шанс увязнуть по дороге сильно уменьшился. Но Чонгука все равно решил ехать уже сегодня. Так он успеет подготовится. Хотя таких встреч у него было множество, но прошло много времени. Чонгук боялся, что он мог растерять хватку за эти месяцы. Ему просто необходимо было настроиться. Да и хотелось поскорее сбежать от шума и суеты, царивших в особняке. Хотя, покидать дом было немного странно. Но Чонгук старался подавлять в себе это чувство, пока собирался. Оно напомнило ему как часто он уезжал в различные командировки, задерживался в офисе и попросту тратил драгоценное время, которое он мог бы провести с семьей. Ведь единственное, что действительно имеет смысл в человеческой жизни – это время. Лишь воспоминания создают личность. Отними у человека память, и он не сможет сказать кто он, откуда и что ему было важно в жизни. И вместо того, чтобы создавать счастливые воспоминания с родными, он выбрал помнить вечную бумажную волокиту, напыщенные лица инвесторов, серые стены офиса. Это было самой главной ошибкой в его жизни. Чонгук осознал, что почти не видел, как росла его дочь. Он пропустил ее первое слово, первые шаги, утренники в детском саду. Он так редко слышал ее смех, не видел, как она играет на детской площадке. Он лишь слушал об этом вечером, когда приходил с работы. И то, часто был настолько уставшим, что не запоминал ни единого слова. А сейчас он отдал бы все, что есть за еще несколько мгновений с ними. Хоть на секунду ощутить тепло, услышать голос. Но этого больше никогда не случится. И единственное, что остается – помнить. **** На вокзале Чонгука уже ждало такси. Сойдя с поезда, он сразу поехал в офис. Заезжать домой он не хотел. Не готов был. Боялся. Поэтому по дороге даже не смотрел в окна машины, опустив взгляд в бумаги. Он не хотел видеть знакомых улиц. Не хотел тревожить раны, которые только перестали кровоточить. Дел оказалось больше, чем Чонгук думал. Он весь оставшийся день до вечера провел в офисе. Солнце уже начало садиться, когда его отвлекли. В кабинет зашел гендиректор. - Чонгук, я очень рад видеть твое рвение к работе, но уже поздно. Тебе пора отдыхать. – Господин Чхве присел на кресло, что стояло напротив стола Чона. Он говорил с искренней заботой. Он понимал от чего Чонгук бежит, но и осознавал, что нагрузка слишком высока. - Сэджун, не беспокойтесь обо мне. Есть еще некоторые документы, которые нужно оформить. Я в порядке, сейчас важнее уложиться в сроки, учитывая сколько мы уже упустили. - Нет, мальчик мой, бумажки могут и подождать. Сейчас нам важнее твой трезвый ум. Завтра сложный день. Чую, переговоры будут долгими. Компания в уязвимом положении, нас постараются поиметь по полной. Ты же понимаешь, о чем я? - Да, вы как всегда правы. Нужно поспать чтобы завтра не просрать все. - Вот и хорошо. Я снял тебе номер в отеле недалеко. Машина уже ждет тебя внизу. Завтра с утра я попрошу Мина завезти тебе костюм, так что ни о чем не переживай. – Мужчина подошел к Чонгуку и поставил руку ему на плечо. Жест поддержки. – И не забудь поесть, ты за сегодня только кофе выпил. Чонгук ничего на это не ответил. Просто отложил бумаги и закрыл ноутбук. Они пожали руки на прощание, и гендиректор ушел. Чонгук остался один в кабинете. Он откинулся в кресле и посмотрел в потолок. Он не был голоден, да и усталости почти не чувствовал. Но все же понимал, что если не выспится, то завтра эти хищники в деловых костюмах его съедят. Каждый хочет максимальной выгоды и готов добиваться ее любой ценой. И сейчас Чонгуку необходимо хотя бы смочь противостоять, не говоря уже о нападении. Поэтому он встал и направился к выходу. Сейчас главное просто сон. **** Выспаться Чонгуку не удалось. Его вновь мучали кошмары. Он проснулся разбитым и с ужасной головной болью. Поэтому вместо завтрака его ждали несколько таблеток обезболивающего и стакан воды. От кофе он решил сегодня отказаться. Не хотелось поднимать давление и провоцировать еще сильнейшую боль. На вешалке у двери его действительно ждал свежий выглаженный костюм и налакированные туфли. А еще предусмотрительный гендиректор похлопотал о том, чтобы машину Чонгука пригнали со стоянки офиса к отелю. Поэтому Чонгук смог сам приехать на работу, чему был очень рад. Поездки за рулем всегда его бодрили. А когда он зашел в свой кабинет, то на столе его ждал контейнер с горячим рисом и жареной курицей. Увидев это, он улыбнулся. Сразу было понятно чьих это рук дело. И такой молчаливый знак заботы согревал Чонгуку душу. Мысль, что кто-то о нем переживает радовала. ***** Встреча с клиентами прошла тяжело и мучительно долго. А головная боль сводила с ума. Но оно того стоило. Результат превзошел все ожидания. Чонгук вместе с гендиректором и финансовым аналитиком просто вынудили уже теперешних партнёров подписать контракт на своих условиях. Хотя те оказались крепкими орешками и подготовились блестяще: они профессионально били по слабым местам и едва не разнесли стратегию компании в прах. И всё же не зря фирма Чонгука считалась одной из сильнейших на рынке. Они выжали максимум из этой сделки. Да, условия не были идеальными, но перевес остался за ними. Но не смотря на успешную сделку и тот факт, что после столь долгого отсутствия, Чон все ещё способен вести дела как и раньше, его ничего особо не радовало. Самочувствие было хуже некуда, он хотел спать и не прочь был бы пообедать. Поэтому ему вновь дали выходной. В его же компании. Господин Чхве и раньше знал о его трудоголизме, поэтому сейчас чуть ли не выгнал его из офиса, чтобы Чонгук отдохнул, а не пытался забыться в очередной стопке отчётов. Сидя в номере Чонгук не отдыхал. Он лег спать как только пришел. Просто вырубился даже не раздеваясь и проспал несколько часов. Но дольше сидеть в четырех стенах он не мог. Ему было душно. Хотелось спокойствия. Казалось бы, пустой тихий номер идеально подходит под это требование. Но Чонгук не мог тут найти ни спокойствия, ни расслабления. Какая то непонятная тревога внутри не давала усидеть на месте. Его тянуло обратно в особняк. Там ему было хорошо. Там он чувствовал себя в безопасности. Там он мог наслаждаться своим тихим хрупким счастьем. Там был аромат лилий, который сопровождал его, обволакивал, оберегал. А здесь Чонгук чувствовал себя рыбой на суше. Но возвратиться сейчас назад он не мог. Нужно было согласовать план работы с директором, обсудить новые проекты и провести ещё несколько деловых встреч. Он хотел уладить все насущные проблемы чтобы потом смог спокойно перейти на дистанционный формат работы и вернуться в особняк. Тогда он смог бы находится там, лишь изредка выезжая на встречи или командировки. Совсем без этого никак, да и Чонгук не готов был полностью перейти к загородной жизни и изоляции от социума. Все же это было абсолютно противоположно тому, к чему он привык. Но он слишком привязался к дому даже не осознавая этого. Чонгук переоделся и вышел подышать в парк, который находился недалеко от отеля. Он шел по гомонящей улице и думал, как же давно он не ходил вот так просто. Он вообще почти не ходил. На работу он ездил на машине, да и в любые другие места тоже. Раньше он только гулял с семьёй по выходным, если в это время не был в командировке. А в разъездах он бывал гораздо чаще. А зря. Но сейчас впервые за долгое время он просто бродил тропинками разглядывая густую листву над головой и старался совершенно ни о чем не думать. Получалось плохо. Мысли то и дело возвращались к работе, к договорам, к особняку, к белым лилиям. Они сплетались в комок и путались между собой. А из за остатков головной боли разум еще больше дурманился и Чонгук не мог закончить ни одну из мыслей. Его ждали полторы недели рабочих будней, которые оставались такими даже в выходные. Он размышлял над тем, нужно ли ему зайти домой, в свою квартиру, но все же не решился. Ему нужно ещё немного времени. Хотя, скорее много. Очень много. Но он отвлекал себя мыслями, что меньше чем через две недели он вернётся в особняк, который теперь называл домом. И было бы очень хорошо, если бы все работы там закончились до этого момента.