Злые сумерки

Глава 6.

Мы ушли в лес, направляясь в сторону оставленной нами где-то в лесу телеге. Укрывшись густыми ветвями деревьев и высокими кустами, мы считали, что подоспевший к горящему трактиру народ нас не заметит. Опьяненные вином и впечатлениями от славного налета мои товарищи уже, казалось, не боялись никого, и ничего их не страшило, а потому они в полный голос хохотали, бахвалились своими ратными подвигами друг перед другом (особенно Эшли) и насмехались над «многорылыми». Молча шли только я, Анна и Итан, немного отставая от остальных. Осознание содеянного не дало моим мыслям утонуть в алкогольном блаженстве и сгореть во взрывной радости победы. Сжечь трактир и перерезать кучу людей, пусть и бандитов, – это не торговца раздеть, нам это просто так не оставят. Если не сейчас, то в скором времени наверняка там окажутся ищейки Сыскного Приказа, которые выйдут на наш след, а «многорылым», я полагаю, несложно будет догадаться, кто виновен в смерти их людей. Вот она – точка невозврата! Теперь путь в город нам заказан, так что прощай, цивилизация! Теперь лес станем нашим вечным пристанищем! Я повернулся в сторону Итана, лицо которого было сложно прочесть сквозь вуаль ночной темноты, однако мне кажется, что в его голове метались те же тревожные мысли, что и в моей. Взглянув на Анну, я попытался представить, чем была занята её голова, хотя предположить было несложно: она сбежала из дома, попала к разбойникам, в последующем примкнув к ним, увидела много смертей, убила отца и сожгла трактир, в котором она практически выросла. Не много ли событий для одного человека за последние дни? И что самое ужасное из всего этого – она так и не решила свою проблему с бароном Вандербалем. Я начал немного жалеть о нашем необдуманном поступке. Ведомые буйным куражом и местью, мы не просчитали риски и не составили никакого плана на наше ближайшее туманное будущее. Но если так подумать, а когда мы вообще составляли какой-либо план? Ветка, которую оттянул Гриша, хлестко ударила мне в лицо, разом выбив из моей головы все тревожные мысли, и я решил сосредоточиться на нашей тернистой дороге, – все же идти ночью по лесу довольно непросто, даже с учетом факелов, и подтверждением тому были неоднократные падения Эшли и Лео. А может это все алкоголь? Я надеюсь, что ребята по нашему прибытию отвалят спать, а не захотят продолжить веселье уже в лагере. – Браты, а может ещё какой трактир сожжем? Да так, чтобы жаркий огонь до небес полыхал ярче, чем блеск куполов у церквей! Чтоб народ городов тихо-тихо шептал про гнев «тех господ, что развели тот пожар!» – Предложил Лео, разводя руками и сочиняя на ходу. – По-оддерживаю нашу ф-флейту! Вот иногда та-акие умн-ные мысли тебе в г-голову приходя-ят! – Эшли ткнул кулаком Лео в плечо, от чего тот потерял равновесие и бухнулся в кусты. – А может мы сперва отдохнем? – Попытался успокоить развеселевших друзей Итан. – Ночь впереди дли-инная-я! Ещё успеем до Култрика добраться и там покутить! Эх, как же хороша разбойничья жизнь! – Пьяненько улыбался Генри. – Сперва отдохнем, а потом уже будем кутить! Вы же сразу упадете, когда дойдем до очередного трактира или таверны. – Попытался их вразумить уже я. – Ой, да не упадем мы! Давно мы так не развлекались, да, мужики? А, и Анька тоже хорошо оттянулась, правда? – Гриша повернулся в сторону молчаливо идущей Анны. Та в ответ лишь кисло улыбнулась, не проронив ни слова. Дойдя до нашей телеги, мы сразу начали раскладывать лежанки и ставить навесы: у кого-то получилось слишком криво, а кто-то просто забил и лег спать прям так. Мы с Итаном договорились поочередно дежурить: я первую половину ночи, а он вторую. Когда все легли спать, я присел около костра и начал ворочать палкой хворост. Не знаю, сколько осталось ребятам отдхать, учитывая, что ночь мы встретили в трактире. По-хорошему, нам бы слинять от сюда, и желательно в другое графство, мчась по полям без остановок, но в таком состоянии у нас ничего не выйдет. Я ходил вокруг лагеря, собирая ещё веток для растопки, и вспоминал приятное прошлое в Болосине: снова знакомые, всплывающие передо мной такими слегка размытыми, но все же узнаваемыми лица родителей, соседей и знакомых, теплый родной дом, печь внутри со спящим на ней котом, вкусные домашние пироги… Кажется, я до сих пор могу учуять их аромат из печи. Я на секунду прикрыл глаза, чтобы ярче вообразить это воспоминание, и глубоко вздохнул, пытаясь почувствовать тот запах пирожков с брусникой… Внезапно раздавшийся треск веток со стороны темного леса заставил меня обернуться, и я увидел там темный силуэт человека, медленно направляющегося прямо к нашему лагерю. Я медленно поднял заряженный арбалет и направил его на незнакомца, на что тот поднял высоко руки вверх и продолжил идти. Решив не будить товарищей, пока опасность была не такой явной, я подумал разобраться самостоятельно с надвигающейся на меня из лесу ситуацией. Когда огонь костра осветил темную фигуру гостя, я, слегка удивившись, опустил арбалет. – Ну здравствуй, брат. – Тихо поздоровался он. – Давно не виделись. – Также тихо ответил ему я. Передо мной стоял наш брат – Александр Тафлер. Он состоял в нашем братстве ещё до печальных событий в Болосине и служил в городской страже Бернбаргха. Вступить в нашу банду, разделив с нами разбойничью дорогу, он отказался, променяв нас и свободу на вылизывание бархатной задницы барона Джозефа Стэплтона. Я жутко был в нем разочарован и таил некоторую обиду, не выходящую за рамки неприязни. Не знаю, как он относился ко мне и к нашей банде в целом, потому как мы с ним не виделись после трагедии в деревне, однако судя по его сюрко, на котором был изображен глаз на фоне увенчанного короной солнца, пришел он сюда явно не для того, чтобы вспомнить старые добрые дни или просто поинтересоваться нашими делами. – Я скучал по вам, Вить. – Он окинул взглядом моих спящих товарищей и улыбнулся. – А мы нет. Давай отойдем немного в лес и там поговорим, чтобы никого не будить. – Предложил я, указав в ту сторону, откуда он пришел. – Верно. Наверное, у вас выдался тяжелый вечер, да? – Тафлер направился в лес, повернувшись ко мне спиной. Это была замечательная возможность совершить арбалетный выстрел прямо в спину сыскарю, и возможно даже оборвать их след на этом самом месте… Однако я отложил арбалет и направился следом. Мы прошли совсем недалеко – достаточно, чтобы не разбудить друзей и при этом видеть сам лагерь. – Веришь или нет, но я давно за вами наблюдаю. – Начал он, присев на поваленное дерево. Строить диалог почти в полной темноте было довольно тяжело, но нам и не нужен был зрительный контакт. – Мне немного грустно за вас и жаль. – Последнее, что нам нужно – это твоя жалость, Тафлер. – Я не был настроен на душевный разговор, и потому меня стал слегка раздражал едва начавшийся разговор. – Все ещё злишься на меня? А злишься из-за того, что я решил пойти своим путем, или потому что выбился в люди? – К делу, Тафлер. Зачем ты здесь? – Я знаю много о ваших похождениях, знаю о нападениях на трактах, знаю о безобразии в Кальгарде и многом другом. Если ты думаешь, что все это время вам «чудом» удавалось избегать арестов, то ты ошибаешься. Но в тех случаях вы редко кого убивали, и за жизнь убитых я бы и ломанного медяка не дал. Однако то, что вы устроили тут… Кто или что вынудило вас на подобное? – Долгая история. Если тебя волнует жизнь Марка Листье, то поверь, он заслуживал смерти, и смерть его была быстрой, а остальные – шавки «многорылых». – Я ходил из стороны в сторону, не знаю почему. Может у меня так лучше получалось концентрироваться? – Не тебе судить, и ты это прекрасно знаешь. – Успел вставить он свое нравоучение, которым мне изрядно надоедал ещё давно. – И все же, зачем вы устроили побоище с последующим кострищем? Считаете, что если до этого вас ещё не ловили, то и здесь это сойдет вам с рук? – Не перегибай, Тафлер. Это была самооборона, в ходе которой, на минуточку, мы ликвидировали… как вы это называете? «Преступный элемент», да? Не стоит благодарностей, это наш гражданский долг… – Виктор, черт! – Полушепотом перебил меня Тафлер. – Меня не волнуют ни «многорылые», ни Марк. Меня волнуете вы! С чего вы решили, что безнаказанно можете творить все, что угодно?! – Мы защитили сами себя от недруга, а ты нас за это осуждаешь? – Да с чего вы решили, что можете просто взять и устроить самосуд? – А кто нам поможет? Может быть стража? Или городской судья? Кстати, а какое он имеет право судить? – Разговор перешел в жаркий спор, звучавший шепотом во тьме леса. Только вот желания его продолжать у меня не было. – Иди к черту, Тафлер. Придерживайся и дальше своих навязанными из вне рамок морали и правил поведения, а меня, прошу, избавь от этого. Александр тяжело вздохнул, схватившись руками за голову. – Твой путь ведет прямиком в бездну, Виктор. Но что самое страшное – ты ведешь за собой остальных. – Ты меня утомил. – Я развернулся в сторону лагеря. – Постой. – Тафлер встал с бревна и схватил меня за локоть. – Последний раз прикрываю вашу задницу. – Большое спасибо! Твое великодушие безгранично! – Я саркастично поклонился ему. – Что касается «многорылых»… Я на какое-то время останусь в Кальгарде, и хотел бы сделать вам предложение. – Какое предложение хочет сделать ищейка разбойникам? Самостоятельно заковать себя в кандалы и послушно отправиться в темницу? – Я удивленно выгнул бровь, но вряд ли он это заметил в темноте. – «Многорылые» – это проблема не только для короны, но уже и для вас. Мы могли бы помочь друг другу. – Мы подумаем, Тафлер. – Выдержав паузу и задумчиво почесав подбородок ответил я. – Если надумаете, то спросите Феликса Зогнера в таверне «Солнце и Луна», он мой осведомитель. Пароль «Солнце взойдет, Луна умрет». – К чему этот бред? – Чтобы держать все в секрете. – Тафлер хлопнул меня по плечу. – Знаю, что разговор получился скорее душным, чем душевным, однако я все же был рад вас увидеть. Передавай парням привет и берегите себя. – Удачи. – Сказал я уже уходящему во тьму леса Александру. Простояв так как-то время, я решил вернуться к костру. У меня были смешанные чувства от этой встречи – с одной стороны, я не видел его уже довольно давно, и был рад увидеть его живым и здоровым, но с другой стороны, он нас покинул и остался служить тем, кто сгубил наш дом, наших родных и близких, наше прошлое. Да, я все ещё уверен, что виной всему была ни болезнь, ни глупая ошибка, а заговор – самый подлый и коварный, который можно только представить! Только никаких доказательств моей догадке нет, а потому, вероятно, я со стороны больше смахиваю на безумца, бегающего босым по дорогам какого-нибудь поселка, орущего всякую несуразицу и обмазывающегося всякими дурно пахнущими вещами. Теперь мы с ним по разные стороны баррикад. У нас разные устремления, разные интересы, разные люди, с которыми мы взаимодействуем, и моральный компас. Казалось бы, что может произойти, если встретятся в глухом лесу разбойник и прихвостень короны? Начнут грызть друг другу глотки, разумеется! Он мог по утру арестовать нас всех, а затем отправить на плаху, а я мог сейчас кончить его прямо здесь, всадив болт в спину. Почему мы мирно разошлись? Ну, вероятно причиной тому будут определенные принципы, заложенные в нас ещё с детства, хотя насчет Тафлера я не уверен. Чем могут ещё руководствоваться сыскари помимо своих кодексов или каких-то внутренних положений, касающихся их службы, и могут ли вообще? Подозреваю, что да. А может он преследует исключительно свою собственную выгоду, вовлекая нас в свою борьбу с «многорылыми»? Я ему не сильно доверяю, но его предложение звучит довольно заманчиво. Прошло, как мне показалось, ещё несколько часов, и я решил пнуть тревожно спящего Итана. – Доброе утро. – Шепнул ему я, пока тот пытался разлепить свои глаза. – Как спалось? – Не знаю. Я бы ещё вздремнул. – Зевнул он. – Ай-да к костру, расскажу тебе кое-что. Итан медленно поднялся, посидел какое-то время, потирая руками свое заспанное лицо, затем, укрывшись плащом, присел рядом со мной на бревно к костру. Я ему полушепотом рассказал о Тафлере и его предложении, а также о своих размышлениях по этому поводу. Итан слушал меня молча, не сводя взгляда с огня и практически не меняя выражения своего каменного лица, периодически играя бровями. – Что думаешь об этом? – Война с «многорылыми»… Если бы ты просто предложил их разнести, не упоминая Сашку, я бы подумал, что ты просто переутомился или свихнулся. Однако при поддержке сыскарей… Это значительно меняет дело. Звучит безумно и опасно. Я согласен. – Он медленно покивал головой. – Утром обсудим это. – Я окинул взглядом спящих товарищей, задержав свой взгляд на сопящей с открытым ртом Анне, и невольно улыбнулся. – Слушай, предположим, что мы прибыли в Кальгард, связались с Сашкой и сильно ослабили влияние «многорылых» в городе. Что дальше? – Итан повернулся ко мне. – «Многорылые», как тебе известно, раскинули свои сети по всему королевству, и просто так нас не оставят. – А дальше – по ситуации. – Я улыбнулся и хлопнул его по плечу, затем встал и направился к освободившейся нагретой лежанке. – Сам понимаешь, строить какие-то долгосрочные планы – это не про нас. Итан в ответ лишь тяжело вздохнул. – Доброй ночи, Вить. Или уже утра? –Спасибо. – Я махнул рукой. Голова была чугунной, а остатки мыслей медленно, но верно утопали в ярких хаотичных представлениях, и тьма временного забвения поглотила меня в тот же миг, как только моя голова коснулась ткани… Однако спал я недолго: жаркий спор, разразившийся утром между моими друзьями, развеял мой сладкий сон, заставляя с трудом разлепить свои сонные глаза и включить свой мозг. – Да черта лысого я буду с ищейками работать! Они нас в раз вздернут, как только мы перебьем «многорылых»! – Кричал Эшли, активно жестикулируя своими руками. – Сашка не сдаст нас, как не сдавал и до этого. – Отвечал ему Итан, затачивая свои ножи камнем. – Саня не один у них в штате. Если не он, то другие не упустят возможность схватить за горло ещё и нас, и практически полностью ликвидировать организованную преступность в графстве. – Поддержал Эшли Гриша, мешая что-то вроде каши в своем котелке. – А как мы будем давить «многорылых» без какой-либо поддержки? – Пробасил Одрик. – Так же, как и вчера у трактира – ножом и мечом! – Усмехнулся Генри. – Если утроим резню, то нас ещё и стража начнет кошмарить. – А что думает наша боевая подруга? – Обратился к Анне Эшли. – Считаю, что стоит рассмотреть вариант с вашим Александром Тафлером… В ответ на её слово раздались разочарованные возгласы со стороны Эшли и Гриши. Анна, стоявшая все это время прислонившись к дереву и скрестив руки на груди, нахмурилась и уже с неким раздражением смотрела на них. – Не думал, что ты станешь якшаться с ищейками. – Презрительно бросил Эшли. – В этом то и дело, что она ДУМАЕТ, в отличие от тебя. – Заступился за неё Итан. Кажется, пора вставать, иначе дело скоро дело дойдет до драки. Я быстро поднялся, нащупав рукой плащ, и подошел к костру. – Ну вот, вы его разбудили. – Констатировал молчавший до этого Лео. – Мы будем действовать через Тафлера. – Я поставил точку в споре и присел поближе к огню, протянув к нему свои руки. – Почему? – Спросил Генри. – Потому что Итан и Одрик правы – без поддержки мы обречены. – А почему это ты решаешь? Мы никого главным не выбирали! – Возразил Эшли. – Потому что голоса были разделены поровну, и я дал решающий. – Я так широко зевнул, что на глазах подступили слезы. Эшли пытался ещё что-то сказать, но не нашел подходящих слов и с рычанием удалился психовать в лес, со злостью одергивая кусты и ветки. – Надеюсь, это не обернется нам боком. – Покивал головой Гриша, пробуя половником кашу. – Надеюсь, ты не про кашу. – Улыбнулся Лео. – Не переживай, специально для тебя у меня есть одна приправа из сенны… – Благодарю, не стоит. – Ты хоть выспался, Вить? – Поинтересовался у меня Итан. – Ты всего пару часов проспал. – Досплю в телеге. – Отмахнулся я. Я заметил, что многие почти не отрывают взгляда от котелка с кашей, а ноздри так и раздуваются, всасывая аромат желанного блюда. А ещё я был приятно удивлен, что никто не жаловался на похмелье… Голова немного побаливает только у меня, судя по всему, хотя виной тому может быть не столько вчерашний алкоголь, сколько нарушенный сон. – Скоро еда? – Спросил Одрик, или его желудок – по рычанию не разберешь. – Через пару минут. Сходи за Эшли, пока он проблем на свою буйную голову не нашел. – Гриша снова попробовал кашу из половника. – Если вы голодные, то наделайте бутербродов из хлеба и колбасы, хватит уже на меня такими глазами смотреть! Спустя какое-то время Одрик вернулся вместе с успокоившимся и растрепанным Эшли, который, судя по его словам, застрял, провалившись в какую-то мшистую яму, однако по словам самого Эшли, он просто бил кулаками деревья и один раз упал, за что Лео шуточно прозвал его Эшли Укротитель Деревьев. В награду за свою фантазию он получил шишкой в лоб. После ещё одной череды издевок в сторону нашего вспыльчивого друга, мы наконец сели завтракать. Гриша в этот раз сварил овсянку, только не на молоке, к сожалению. Удивительно, но в трактире почему-то среди всех продуктов не оказалось молока. Подкрепившись, наша дружная братия собрала все вещи, и мы отправились в объезд Култрика обратно на тракт в сторону Кальгарда. Чтобы добраться до города как можно скорее, нами было принято решение не устраивать налеты на всех подвернувшихся путников, которые могут нам встретиться, если только он не кажется слишком уж обжитым. Богатство – зло, и мы всегда с большим удовольствием готовы помочь страдающим скинуть с себя это нелегкое бремя, лежащее тяжелым золотым валуном на душе. В Кальгард мы прибудем приблизительно завтра днем, если ничего не спутает наши планы. Часть дороги я решил подремать, чтобы хоть как-то наверстать упущенные часы сна, однако у погоды были другие планы: примерно через полчаса после того, как я погрузился в блаженный сон, небо нахмурилось и начало выдавливать из себя первые капли холодного дождя. Настроение нашей компании было испорчено, как и моя попытка доспать. Укутавшись в плащи и накрыв шкурами наши припасы, мы продолжили путь недовольные и мрачные, как и само небо. И разумеется, долгое молчание выводило Лео потихоньку из себя, и он начал напевать какую-то мелодию, пытаясь иногда складывать какие-то слова, но у него ничего не удавалось. Итан, сидевший на козлах, резко окликнул нас и начал указывать рукой в подлесок, остановив лошадь. – В чем дело? – Спросил Одрик, ухватив свой топор поудобнее. – Там дальше по дороге будет засада. Видите шкуру, похожую на медвежью около пня и кустов под сосной? – Нет. – Ответил за всех Эшли. Честно говоря, я тоже не видел ничего похожего на шкуру. Итан цокнул языком, схватил сзади арбалет и начал его заряжать. – «Многорылые»? – Предположил Лео, перепрыгнув с козел в телегу. – Может и они, а может и нет. Ты главное руку на ножнах держи, а лучше на арбалете. – Генри злобно улыбнулся нашему «Маэстро», а затем спрыгнул с телеги, обнажив свой клинок, и укрылся за колесом. – Ну че, сначала предупреждаем потом бьем, или наоборот? – Уточнил Одрик. – А зачем их предупреждать? – Чтобы избежать возможной драки. – Анна проверила свои ножны и взяла второй арбалет. – Что, страшно? – Решил поддеть её Эшли, но она в ответ промолчала, бросив в его сторону презрительный взгляд. Раздался свист, и движение людей среди кустов можно было легко заметить даже нам. Лично я насчитал примерно человека три-четыре, Итан наверняка мог заметить больше и сказать точнее, но в этот момент все засуетились, готовясь к бою. Я же сам планировал в случае атаки спрыгнуть с телеги, вооружившись фальшионом, снятым с одного из убитых ранее бандитов. – Давайте, суки, нападайте! В раз всех под нож пустим! – Я услышал сиплый крик из-за дерева, который показался мне жутко знакомым. – Нет! Вы первые! – Крикнул в ответ Лео, укрывшись на дне телеги. В воздухе повисло небольшое молчание. Ни мы, ни они не решались атаковать первыми. Затянувшееся на несколько минут ожидание начало давить на нервы, заставляя ребят ерзать. – И что дальше? Так и будем стоять здесь до завтра? – Спросил Эшли, укрывшись за колесом. – Не переживай, вы до завтра не доживете! – Ответил кто-то ему из бандитов. – Выйди сюда и повтори мне это в лицо, трус! – А давай, ублюдок! Выскочим! – Раздался крик ему в ответ. Наш вспыльчивый и недалекий друг внезапно выскочил из-за колеса на дорогу, разведя руки в сторону. Одрик отдернул его за руку обратно за телегу, и арбалетный болт просвистел у Эшли рядом с головой. – Подлые, трусливые крысята, сцепившиеся своими длинными гнусными хвостиками и переросшими в огромную и вонючую кучу навоза с самым убогим названием, какое только знало королевство! Мы выжжем всю вашу мерзкую братию, добравшись до самой жирной крысы – основания вашего преступно омерзительного существования! При одном только упоминании «многорылых» люди уже не будут бояться – их лица будут сморщиваться в презрении, словно стали свидетелем какого-то чрезвычайно тошнотворного непотребства, а вскоре и вовсе забудут! – Лео говорил с выражением, подчеркивая каждое свое слово, пока к концу своего невероятно длинного оскорбления не увлекся и не встал в полный рост в телеге. Мы с Итаном запоздало стянули его за руки вниз, однако ни один арбалетный болт в его сторону не полетел. Возможно, противник так заслушался, что забыл выстрелить, а может просто повезло. Однако мою догадку разрушили раздавшиеся хлопки, символизирующие аплодисменты. – Браво! Такого я ещё не слышал! – Вновь раздался сиплый голос. – Тогда мы можем сможем договориться. Значит, вы, ребята, не из рыл, да? – Знакомый у тебя голос. Это ты, Сиплый? – Крикнул я, все ещё опасаясь высовываться из телеги. – Ага. А ты, походу, Ворон, да? – Снова будешь пытаться отнять у нас что-то? – Ха-ха, нет, не сегодня, брат. У нас тут некоторые проблемы с рылами, и я уж думал, что вы одни из них. Отбой, мужики! – Как я понял, Сиплый дал команду своим ребятам опустить оружие. Никогда не стоит доверять таким же разбойникам, как и ты сам. У бандитов редко бывает честь или что-то, что действительно для них свято, а потому их клятвам и обещаниям грош цена. Верить можно только тем, у кого есть определенная репутация, но и там нет никаких гарантий, что тебе не пустят кровь. Однако, если я все правильно понял, и Сиплый не пустил мне пыль в глаза, у него тоже какие-то проблемы с нашим врагом, а враг моего врага – мой друг, верно? Надеюсь, он тоже так считает, и мы сможем объединить наши силы для общей цели. С этими мыслями я рискнул высунуться из телеги и увидел подходящего к нам Сиплого перевязанным левым предплечьем, идущего вместе с двумя своими товарищами, один из которых был тоже ранен, только перевязана у него была нога, от чего он прихрамывал. – И что же за история у тебя с ними? – Я спрыгнул с телеги и пошел в его сторону. – Да какая это, нахер, история? Мы просто решили поживиться в этих краях, и, видать, выбрали неподходящую жертву. – Сиплый, закинув арбалет за спину, также шел мне навстречу в сопровождении своих товарищей. – Один из крупных поставщиков овощей в Култрике был под крышей этих выродков. Мы за день запланировали налет – аккурат к подготовке каравана, да только там откуда-то взялся сучий табун этих уродов «многорылых»… Тьфу ты, выдумали же себе название – хер обзовешь! Так и положили добрую часть моих ребят… – Не удивлен. – Услышал я недовольный голос Эшли у себя за спиной. – Они у тебя только трепаться и умеют, ссыкуны… – Я тебе прощу это только потому, что знаю о твоем мерзком характере. – Огрызнулся Сиплый. – Или потому, что хочешь оставить свою голову у себя на плечах. – Заступился я за своего вспыльчивого товарища, а затем развернулся и к самому Эшли. – Ты бы тоже не нарывался – нам тут драка ни к чему. – С такими инвалидами то? –После этих слов Эшли словил затрещину от Одрика. – Так, ты говорил, что «многорылые» замочили ваших ребят? – Решил я вернуться к диалогу с Сиплым, на что тот утвердительно кивнул. – И что ты собираешься делать? – Не знаю пока. – Он пожал плечами. – Мы тут сумели схватить одного шныря, который был с тем самым отрядом, и пытаемся выдавить из него хоть что-то… – А получилось пока только в штаны? – Хрюкнул с телеги Гриша. Я тяжело вздохнул, глядя на наливающееся красным от злости лицо Сиплого и скрежет зубов его товарищей. В мою голову пришла мысль изобразить невинную улыбку на своем лице в надежде хоть как-то исправить ситуацию. Сиплый – не самый терпеливый человек, которого я знаю, и не будь он в меньшинстве с побитыми бойцами, то земля уже обагрилась бы чьей-то кровью. – Ви… Ворон, зачем мы вообще с ними разговариваем? – Решила ещё присоединиться Анна ко всей этой истории. – Они всем своим видом вызывают только жалость. – Ты ещё и телок в банду берешь? – Удивился Сиплый. – Хотя я догадываюсь, какие «безобразия» она у вас вытворяет… Я вынул свой кинжал и направил его острие к шее Сиплого. Его друзья не заставили себя ждать, и в мою сторону смотрело уже три арбалета. – И что теперь, Вороненок? Пырнешь меня? Отнимешь никому не нужную жизнь, лишишься своей, и все это лишь для того, чтобы доказать свою правоту? – Улыбнулся он мне, глядя то на лезвие кинжала, то на меня. – Он прав, Ворон. Не стоит разменивать свою жизнь на его – оно того не стоит. – Анна бесшумно подошла ко мне и опустила мою руку с кинжалом вниз. – А верную ты нашел себе бабу то. – Кивнул он в её сторону. – Поверь, нахлебаешься ты с ней проблем. – Тебя это колыхать не должно. – Ответил за меня Итан. – Подумай лучше о своих ребятах. Бабы у вас, вроде, не было, однако я вижу, что проблемы сейчас стекают у тебя по штанине. – Ладно, остыньте! – Подошел улыбающийся Генри с разведенными в сторону руками. – К чему все эти ссоры? Зачем пить друг у друга кровь, когда её можно пустить «многорылым», м? – Чего? – Не понял Сиплый, но у Генри, кажется, появились те же мысли, что и у меня в голове. – Вы теперь в немилости у «многорылых», верно? И они вас просто так не оставят. И что, будете бегать от них и прятаться по лесам в ожидании, пока вас в канаву не сбросят? – Говори прямо, иначе сейчас внатуре кто-то в канаве останется. – Можно объединить наши усилия и дать по морде «многорылым». Сиплый начал хохотать в голос, и двое его товарищей решили поддержать своего главу неуверенным смехом, однако третий почему-то не смеялся. – Иди проспись, парень. – Его голос периодически срывался после хохота. – Если вам так хочется скорее уйти в землю – это без нас, я как-то не тороплюсь туда. – Послушайте, босс… – Тот самый его товарищ, который не смеялся, отдернул Сиплого за рукав и что-то начал шептать ему на ухо. – Минутку. – Они повернулись к нам спиной и начали что-то обсуждать, активно жестикулируя руками. В этот момент Эшли резко развернул меня и Генри за плечо к себе: – Мало нам ищеек, так вы ещё и с ними решили снюхаться?! – Полушепотом возмущался он. – Они нас даже раньше кинут, чем сыскари! – С чего ты решил, что мы им доверяем? – Ответил за меня Генри. – Мы не собираемся с ними брататься, только заключить временный союз. Думаю, что мы можем извлечь из всего этого пользу… – А что у вас за дело с «многорылыми»? – Развернулся к нам Сиплый. Я обернулся в сторону Анны на мгновение, а затем, подумав, ответил: – Мы… очень хорошо покутили. За их счет. – А, так трактир – это ваших рук дело? – Удивился, а затем рассмеялся Сиплый. – Ну вы артисты! А на кой черт вы его сожгли? – Замерзли. – Улыбнулся Генри. – Я слышал, что его крышуют рыла, но был там всего один раз. Помню только, что там было кислое пиво и знойные официантки. – Хмыкнул лысый, бросив короткий взгляд на Аннку. – Мой Поручик считает, что мы могли бы… как это сказать заумно… – Извлечь выгоду. – Подсказал этот самый поручик. – Да, извлечь выгоду. Видишь, какой он умный у меня. – Сиплый хлопнул того по плечу. – И прийти к вза… выгодному… – … Взаимовыгодному соглашению. – Прийти к взаимовыгодному соглашению. – Сиплый неприятно улыбнулся и снова хлопнул того по плечу, только уже сильнее. – То есть вы просто согласились с нами? – Уточнил я. – Нет, это Я делаю вам предложение: вливайтесь к нам, и мы поставим «многорылых» раком! – Ткнул он в мою сторону пальцем. Я оглянулся в сторону своих друзей, на лицах которых читалось непонимание, несогласие, а Лео так вообще покрутил пальцем у виска. – Так не пойдет. Мы не сливаемся, а просто «сотрудничаем» – либо так, либо никак. Сиплый тяжело вздохнул, оглядел снова всю нашу банду и немного помялся, больше для виду. – Ладно. Приглашаю тогда вас в наш лагерь, чтобы обсудить детали и заодно поучаствовать в допросе. – Он кивнул головой, указывая идти за ним. Отказаться от такого гостеприимного предложения было бы банальным неуважением к нашим будущим союзникам, а потому мы согласились пройтись с ними. Телегу решили оставить у дороги под охраной Гриши, так как он сам взял на себя роль заведующего полевой кухней и всех съестных припасов и не мог оставить все это без присмотра, Эшли, чтобы не провоцировал конфликты, Итана, чтобы приглядывал за ними, и Лео, чтобы им не было скучно, да и в бою от него толку немного будет. Гарантий, что Сиплый не ведет нас в какую-нибудь западню никаких не было, поэтому шли за ними в полной боевой готовности: я крепко держал арбалет, поглядывая по сторонам, Генри не спускал руки с рукояти клинка, Анна также была вооружена арбалетом и шла рядом, обеспокоенно глядя в спину впереди идущих бандитов, а Одрик выглядел спокойнее всех, держа в руке два боевых топора, однако спокоен – не значит расслаблен, и я не сомневался в его реакции. Через какое-то время мы вышли на опушку, где Сиплый и разбил свой лагерь, в котором находилось ещё двое покалеченных в разной степени бандита, а к дереву был привязан какой-то странный мужчина, одетый в черный кафтан, а на земле рядом с ним валялась такая же черная широкополая шляпа, похожая на те, что носят чумные доктора. – Братва! У нас гости! – Громко объявил Сиплый, разведя перед собой руками. Один из оставшихся в лагере лежал без сознания с перебинтованным животом, а второй выглядел довольно целым, только слегка прихрамывал. – Удалось что-нибудь выдавить из него, Косой? – Нет. Ф-фучий потрох либо молчит, либо требует чего-то. – Прошипелявил ему бандит, который, судя по его косым глазам, уже не казался таким уж целым. – Даже с таким простым поручением справиться не можешь! – Сплюнул Сиплый. – Дал бы тебе по башке, да ты и так… стукнутый. – А чего он требует? – Задал вопрос поручик, на что Косой развел руками. В это время их узник поднял голову и взглянул в нашу сторону. Затем, сощурившись, разглядывал нас какое-то время, пока на его лице не появилась улыбка, а в глазах не заиграл огонь. – Я таки готов сотрудничать с вами! Подойдите сюда и мы сможем договориться! – Задергался он. – Значит так, – К нему подошел Сиплый. – Ты отвечаешь на все наши вопросы, а мы перестаем тебя бить. Идет? – Не-а! – Замотал головой пленник. – Мне таки нужно, чтобы ваши гости подошли ближе. Лысый главарь с недоумением обернулся к нам. Я лишь пожал плечами, и мы толпой подошли ближе. Угрозы никакой мы не заметили, поэтому немного расслабились. – Вы знакомы? – Спросил Поручик, вопросительно обводя нашу компанию взглядом, на что я отрицательно помотал головой. – Да… да! – Образовался пленник, проигнорировав вопрос. – А… А почему вы здесь? – Здесь мы будем задавать вопросы! – Сиплый дал сильную пощечину пленнику, попав больше по его длинному носу. – Кто ты? Отвечай! – А бить таки вовсе необязательно! – Нахмурился он. – Меня зовут Ави Лурия, и я таки коммерсант. – Комер… кто? – Не понял Генри. – Торговец. Продаю и покупаю. – Объяснил он, закатив глаза. – Мой офис – трактир или таверна, в которых я, обычно, и бываю. – Что ты делал с рылами? – Спросил поручик. – Таки тайна. – Гордо поднял Ави свой длинный нос. – Шишка, вмажь ему по харе – меня его клюв начинает раздражать. – Приказал Сиплый, и второй громила с силой ударил пленника в лицо. – Я пока отойду на пару минут… по делам своим. – Шепнула мне на ухо Анна. – Только далеко не уходи. – Бросил я ей в ответ, глядя, как пленник театрально «айкает». – Ещё раз спрашиваю: что ты делал с рылами? – Повторил свой вопрос Сиплый. – Всякая информация – товар, а за товар нужно таки платить. Можно и бартером. – Я тебе сейчас брюхо вспорю, как поросю! – Тогда ты таки ничего не получишь кроме омерзительного запаха. – Чего ты хочешь? – Спросил я Ави прежде, чем Сиплый начнет снова его бить. – Вы мне свободу, а я вам информацию. – Предложил он. – Бесплатно вы таки от меня ничего не получите – хоть режьте! – Если не скажешь все за так, то вот этот зверь… – Сиплый начал угрожать, указывая на стоящего рядом Одрика. – Да подожди ты, дай хоть выслушаем его. – Я хлопнул лысого по плечу, от чего тот недовольно фыркнул. – А какого рода информацию ты можешь нам дать? – А я скажу вам… – Он ненадолго, прищурившись, задумался. – Как лучше всего будет попасть в Кальгард. Точнее, где и когда можно будет «купить» себе тихий проход. – Этого мало будет. – Вы таки хотите наложить большую кучу под дверь «многорылым», да? Так я могу сказать вам, под какой дверью таки сильнее будет пахнуть! – Не понял… – нахмурился Сиплый. – Потом обьясню. Мне этого хватит. А тебе? – Обернулся я к нему. – Нет, конечно! Я кучи людей лишился с этими рылами, а теперь должен этого дятла отпустить?! – Таки специально для тебя у меня есть важная информация! – Коварно улыбнулся Ави. – «Многорылые» знали о ваших планах, и подготовились к вашему налету. Среди вас есть «крыса». – Кто? – Наклонившись к нему со скрежетом в зубах спросил Сиплый. – А я получу свою свободу? – Назови мне его, и мотай на все четыре стороны отседа. – Косой. – Улыбнулся Ави. Сиплый начал осматриваться по сторонам вместе с нами, но «крысы» в лагере не было. – Куда эта сука драная делась?! Я его кишками все деревья украшу, как друидскую, сука, елку! – Выл лысый, пока мы все бегали по лагерю и выискивали беглеца. – Он ушел вслед за девушкой. – Добавил нам в спину Ави. Паника ледяной рукой сжала мое тревожно забившееся сердце. Гнев и ужас вмиг взяли контроль над моим рассудком, и я бросился напрямик с арбалетом в руках куда-то в лес, не особо разбирая дороги. Направление спросить у Ави я, разумеется, запамятовал. До меня вслед доносились оклики товарищей, которые я пытался игнорировать, сконцентрировавшись полностью на внимании и слухе, пытаясь найти хоть какой-то движение или услышать хоть какое-то приглушенное слово или стон. – Ворон! Она пошла налево? Или направо? А может в сторону тракта? Не знаю, надо довериться своему чутью. – Ворон, мать твою! Я на какое-то время остановился, пытаясь вернуть себе рассудок. Сделав пару глубоких вздохов и выдохов, мне на какое-то мгновение стало легче, но разные нехорошие мысли и образы неумолимо отравляли моё сознание, сводя с ума. – Ворон! – Меня кто-то с силой одернул назад, и этим «кто-то» был Одрик. – Успокойся! Мы узнали направление нашей подруги. Будешь снова кусаться – останешься с шишкой на макушке. – Отпусти! – Я попытался одернуть его руку, но у меня не вышло. – Все в порядке, я просто решил разделиться. – Носатый сказал, что они направились в сторону тракта по тропинке. – Ну тогда пойдем туда. – Я нервно развел руками, и мы отправились вслед за остальными к тропинке. Если Ави не соврал, то Анька направилась в сторону тракта, хотя тут выбора особо и не было: направо, налево и обратно к тракту, так как за опушкой уже виднелась поляна. Впрочем, какая разница, если она не здесь? Мы всей гурьбой понеслись по тропинке, и мы с Одриком шли позади всех. В такие моменты я всей душой ненавидел все эти ветки, кусты, траву и все остальное, что мешало мне увидеть Анну. Обычно все эти вещи укрывали нас, но сейчас они укрывали ОТ нас, черт бы их побрал. Весь лес бы выжег к чертям собачьим! А почему я питаю такую ненависть только к лесу? Я ведь должен сейчас проклинать Косого – ушлого косоглазого и шепелявого уродца, попавший каким-то непонятным образом в банду Сиплого. Думаю, что сейчас по его душу будет выстраиваться очередь. – Есть! Нашли! – Услышал я впереди крик и побежал на опережение всех, пытаясь определить где и кого нашли. Не так далеко от тропинки была лужайка, на которой стояла Анна и… Итан? А он то что здесь делает? Подбежав ещё ближе, я обнаружил лежащего в луже крови Косого, у которого из спины торчал нож. Все подбежавшие в моменте окружили лужайку, а Сиплый начал от злости топать ногой. – Пес червивый! Сифилис паскудный! Как тебе повезло, гнида, что я не успел! – Сипло рычал он на труп, пока его голос весь не пропал. Я же, бросив короткий взгляд на Косого, быстро подскочил к Анне и начал её осматривать. – С тобой все в порядке? – Спросил я её, глядя на слегка растрепанные волосы и одежду. – Со мной то да, только вот мне кажется, что Итан слегка поспешил, ударив... сколько раз ты ударил его ножом? – Обернулась она в сторону своего спасителя, на что тот лишь пожал плечами. – В целом, он не успел сделать толком ничего дурного, хоть и пытался. – А что он хотел сделать? – Задал вопрос Генри в то время, как Сиплый яростно махал руками уже в сторону своих ребят. – То ли изнасиловать, то ли похитить – прости, я не успела у него уточнить. – Помотала головой Анна. – Он просто схватил меня сзади за шею, и тут как раз подскочил душка Итан. После её слов я почувствовал нотки… ревности? Да не, бред. Или не бред? Откинуть все деструктивные мысли прочь, развеять их по ветру, замести под ковер и так и оставить до поры до времени, пока обстановка не станет более спокойной. – А ты что тут делаешь? – Я подумал, что стоит проследовать за вами, укрывшись в кустах. Мало ли будет замес у вас? А так я бы хоть наших кликнул на подмогу. Если подумать, то он все сделал верно. Только все-равно какое-то противное чувство на душе было, словно Итан подрезал у меня последний кусок хлеба с колбасой, но и одновременно был рад, что он предотвратил покушение на нашу подругу. – Кто-нибудь из вас умеет разговаривать с мертвецами? А? – Снова прорезался на короткое время слабенький голос у Сиплого. – Как нам теперь эту кучу вонючего дерьма допрашивать? – Он в сердцах пнул ногой в спину труп, после чего Итан вспомнил об оставленном им ноже в теле и быстро вынул его. – Ничего уже не поделать тут, босс. – С каменным лицом сказал Шишка. – Кто его кончил? – Задал нам вопрос Сиплый, и руку поднял Итан. – Скажи, прошу, он хоть помучился перед своим последним вздохом? – Умоляющим голосом спросил, и на отрицательный ответ принялся снова пинать тело. Простояв ещё какое-то время, наблюдая, как Сиплый пинает бедный труп и ругается сорвавшимся голосом, мы отправились обратно в лагерь – нам ещё нужно было обсудить некоторые детали и условия союза, а также разобраться с неудачливым пленником Ави. По пути я задумался ещё о возможном приумножении в наших рядах, предложив возможность другим бандам присоединиться к нам и сбросить уже «многорылых» с трона. Это каким же может стать наш маленький мир, если нам удастся уничтожить монополию на преступления? Даже звучит странно. С другой стороны, а как ещё можно назвать ситуацию, когда одна крупная банда, да что там крупная, – мегабанда «многорылых» выперла все мелкие банды из городов и продолжает вытеснять их практически к границам королевства? – Ави, сукин ты сын, откуда ты это знал? – Сразу же начал кричать Сиплый, как только мы вернулись. – Таки секрет. – Улыбнулся тот в ответ. – Теперь давайте скорее покончим с нашей сделкой. – Пой. – Западные ворота, на закате. На смену выходит пара продажных стражников. Думаю, что договориться с ними вы сможете – у вас таки необычайный талант убеждения! – Хорошо, а что по поводу «многорылых»? – Задал вопрос уже я. – Самый жирный источник дохода – шахты, как бы это ни было очевидно. Господа «многорылые» крышуют владельцев шахт и все возможные поставки. Если вам таки очень хочется встретить смерть безвременно, то можете сразу с них и начать. Если же вы хотите победить… Что ж, найдете меня в трактире «Лунный вздох». За приятный моему бедному уху звон золотых монет я предоставлю вам всю необходимую информацию. – Ави широко улыбнулся. – А теперь, развяжите уже меня! Время – деньги, а с вами таки обеднеешь! – Как бы я хотел пустить тебе кровь. – Сиплый приставил нож к горлу пленника. – Но ты заслужил свободу, носатый. Веревка упала, и Ави, быстро подняв шляпу и откланявшись, удрал к тракту. Сиплый, убрав нож, развернулся к нам, уперевшись руками в бока. – Сразу скажу прежде, чем ты что-то предложишь. – Я поднял руку. – Мы не будем вливаться в одну банду, у нас не будет иерархии, мы будем действовать исключительно как партнеры. – Ну разумеется, родной! – Утвердительно кивнул он. – Перед тем, как мы будем действовать, я бы хотел сперва немного… добрать людей. – Добро. – Кивнул я, усевшись на пенек. Остальные все также нашли себе места, где можно присесть, и тихонько перешептывались между собой, следя за нашим разговором с Сиплым. Разумеется, мои ребята могли всегда вставить свое слово, если они будут с чем-то не согласны. – Тогда предлагаю встретиться в трактире «Лунный вздох» через пару дней. Там найдем Ави, узнаем больше информации о «многорылых» и составим план действий. – Предложил я. – Так он уже сказал нам про шахты! Мы просто ударим по ним, а затем начнем методично вырезать всю их мерзкую братию. – Ответил Сиплый, ковыряя носком сапога край костра, держа руки за спиной. – Нет, не пойдет. – Возразил Итан. – Это самоубийство – воевать с ними на их же территории. А если мы нападем на шахты, то будем приоритетом номер один у них, а нам на начальном этапе такого внимания не надо. – Какие вы все тут умные, сука. – Закатил Сиплый. – Ладно, будь по-вашему. – Слушай, Сиплый, а если попробовать втянуть другие банды в наш альянс? – Предложил я. – Банду Гарри Бурмана, например? – А ты разве не слышал? – Удивился Поручик. – Вся банда мертва. – Корона или рыла? – Спросил Генри. – Не знаем. Все были отравлены, а Гарри избит до смерти – только зубы рядом и валялись его. – Нехорошо. А что насчет Черного Вимпа? – В темнице. – Ответил Шишка. – Ладно, хер с ними. – Я встал с бревна, развернувшись к Сиплому. – Так что, согласен? – Ха-ха, дорогой Вороненок, – Он с улыбкой и разведенными руками подошел ко мне, схватив меня за плечи. – Обстоятельства изменились. Все изменилось. И мир изменится. Прямо сейчас, когда мы в знак соглашения пожмем друг другу руки и пойдем войной на рыла. Мы станем убийцами дракона! – И никаких ножей в спину? Хотя бы до тех пор, пока мы не разберемся с рылами? Сиплый утвердительно кивнул, и мы пожали друг другу руки.