Взлом судьбы

Есть много способов ограбить банк. Самый надежный — основать этот банк. Расширять клиентскую базу, открывать филиалы, проводить рекламные компании. Все для того, чтобы в нужный момент выдать плохо обеспеченные кредиты самому себе. Потребуется длинная цепочка переводов на подставные счета, но в итоге вы сможете без шума, пыли и пролитой крови осесть с деньгами в стране со слабыми законами и теплым климатом. Для самого эффективного способа вам потребуется кассирша. Девушку нужно будет очаровать, не засветившись перед ее друзьями и родными. Постепенно, потихоньку нужно внушить ей чувство классовой несправедливости — через ее руки ежедневно проходят миллионы, на фоне которых ее зарплата всегда будет казаться жалкой. Важно нарисовать ей картину счастливой жизни, которая откроется после одного маленького и совершенно безобидного ограбления. Для банка это ведь мелочи — не правда ли? Именно она поможет вам определить идеальный день для ограбления — конец месяца или начало, подельник или пятница. В назначенную дату вместо пачек с наличными она сдаст муляжи, а купюры будут вынесены в женской сумочке. Если в банке производится обыск на выходе или вы не угадали с датой — не беда. Несколько фальшивых приходных ордеров обеспечат переводы на заранее открытые счета. Ночью, после поездки по банкоматам, вы покинете город. Кассирша, разумеется, будет лежать в багажнике в пластиковом мешке. Самый эффектный способ — разумеется, ворваться в банк с оружием. Когда-то он был очень популярен, но теперь таким уже мало кто занимается. Риски участия в таком перфомансе все время растут, а профит уменьшается: деньги перестают быть хрустящими купюрами и становятся цифрами в приложении. А приложение не только невозможно запугать — оно еще и сохраняет слишком много следов. На смену ему приходит самый тихий и незаметный способ — взлом информационной системы банка. И, казалось бы, падение банка Гора Тунлу было совершено именно так — но при этом не было ни тихим, ни незаметным. Вместо того чтобы тянуть из него деньги долго и понемногу, его обескровили менее, чем за час. Куча случайных транзакций, когда деньги рассылались на, кажется, случайные счета. Полный паралич всех систем не давал остановить атаку достаточно долго, чтобы баланс ушел в минус. И даже после этого аттракцион невиданной щедрости работал еще какое-то время. Это было глупо до гениальности: хотя большая часть денег прошла мимо организаторов, среди кучи случайных транзакций вычислить несколько намеренных не представлялось возможным. Последствия были страшными. Кто-то лишился зарплаты, кто-то потерял все сбережения, а кто-то оказался в долгах. Не говоря о прибыльных вчера и полностью разоренных сегодня предприятиях. Разумеется, все эти проблемы можно было бы решить, просто отмотав события назад — но, когда систему включили и привели в чувство, большая часть информации о переводах исчезла. Ее восстановление требовало времени, а пока клиенты банка выходили погулять — прямо в окно седьмого этажа. Или оказывались в психиатрической больнице. Или въезжали на полной скорости в отделения Горы Тунлу. Кто-то даже поджёг себя. При этом счастливчики умудрились снять упавшие с неба деньги или перевести на другие. Они автоматически списывались в счет уплаты официально назначенных штрафов и покрытия доказанных в судебном порядке долгов. Ими платили за товары и услуги. По-хорошему, до окончания расследования нужно было поставить на паузу всю экономику — что, разумеется, было невозможно. Вместо этого произошло все возможное: паника перед разорением банков погнала вкладчиков срочно забирать свои деньги — и сокрушила еще пару банков в придачу. Спасенные деньги тут же принялись тратить — и это разогнало инфляцию. Уровень рисков в экономике вырос настолько, что новые предприятия перестали открываться, а уже существующие свернули все инвестиционные проекты — и сотрудники разорившихся предприятий не могли найти новую работу. Именно наблюдая все это, Се Лянь и понял, на что он должен потратить свою жизнь. Поэтому, конечно же он помнил, как свалилась Гора Тунлу. Это падение во многом создало Се Ляня. И вот теперь перед ним стояли два его друга и наперебой доказывали, что организовавший все это хакер Хуа Чэн (да, такие слухи он и сам слышал) и есть его Сань Лан. Се Лянь слушал и понимал, что все доказательства косвенные. И они не столько доказывают единство этих двух личностей в одном человеке — сколько показывают возможность такого единства. А еще все эти доказательства наталкивались на явное противоречие: в то время как двое мужчин в его жизни только и делали, что старались затащить его в свою постель и не пустить в чужие, Му Цин и Фэн Синь пытались доказать, что все это только ради денег. Да лучше бы ради денег! — Хорошо, я вас понял. Я не знал всего этого. Я поговорю с Сань Ланом. Это обещание совершенно не успокоило ни Фэн Синя, ни Му Цина — они точно ждали более решительных действий. Но спорить дальше он не собирался. Развернулся и пошел к лестнице. Конечно же, ему нужно было найти Сань Лана, уехать отсюда и после поговорить. Тем более, что роковая встреча, ради которой, кажется, он его сюда и притащил, уже состоялась. Но новая информация жгла и требовала немедленного разговора — даже если при этом он устроит сцену. Даже если разговором на тему а не уничтожил ли ты банк он подставит под сомнение свою собственную добропорядочность. На глазах у всех. На глазах у Цзюнь У. Как будто он собрал слишком мало моих грязных секретов и ему срочно нужно дать еще один. Ему просто нужно было немного времени и немного покоя. Но когда он поднялся на этаж выше и зашел в первую же переговорку — то не смог закрыть за собой дверь. Ему не дали. Цзюнь У развернул его, схватил за грудки и впечатал в стену, проорав в лицо: — Что ты вообще себе позволяешь?! — И что же такого я себе позволяю? Он говорил спокойно. У него не было сил на эмоции. Ему было безразлично буквально все. — Я не знаю, зачем ты привел его сюда. Чего хотел добиться. Но ты однозначно доигрался. Снимай штаны и ложись на стол. — Нет. Это нет было сказано без угрозы, без ярости, без вызова. Просто как констатация факта: да, Цзюнь У держит жизнь Се Ляня (и не только его) в своих руках — но и Се Лянь владеет чем-то важным для Цзюнь У. Если ломать Се Ляня слишком настойчиво — он сломает и собственное удовольствие. А потому Се Лянь также может давить в ответ и иногда отказывать. Сегодня, когда на него уже, большое спасибо, сбросили одну бетонную плиту — он совершенно не собирался продолжать стоять под стрелой. И, не будь Цзюнь У в таком бешенстве, это даже могло бы сработать. — Нет? — Нет. — Что ж, если ты так хочешь испортить всем праздник — будь по-твоему. Я сейчас звоню в полицию и приезжает наряд — да не один. На мой вызов они быстро приедут, можешь не сомневаться. И задерживают не только тебя на глазах у всех. Знаешь, чьи лица будут завтра во всех соцсетях и новостях? Думаешь, от такого можно когда-нибудь отмыться? Так что повторяю свое предложение в последний раз: снимай штаны и ложись на стол. После сегодняшнего я просто обязан трахнуть тебя так, чтобы твой азиат неделю не мог к тебе прикоснуться. Се Лянь чуть было не ляпнул мы не так это делаем. И тут же похолодел при мысли о том, что на полном серьезе собирался отчитаться что и как они делают с Сань Ланом (Хуа Чэном?) в постели. — Я это сделаю. Отпусти меня. Одним разом больше, одним меньше — в конце концов, какая разница? Неужели так важно — аккуратно или грубо? И какое ему дело до того, что Сань Лан будет в этом же самом здании, возможно, в нескольких метров от его замершего на столе тела?

***

Хуа Чэн успел выпить еще один напиток, маскирующийся под алкогольный. Немного погордиться собой — победить Цзюнь У в словесной перепалке было неожиданно приятно. Получить от Инь Юя сообщение, что судя по всему, мудак Хэ Сюаня тесно связан с Се Лянем. И, хотя он очень разделяет установки Хуа Чэна не лезть слишком глубоко в жизнь своего любовного интереса — похоже, нужно сделать исключение. Нужно, еще как нужно. Успел ответить Инь Юю. Чего он не успел — это понять, куда делся Се Лянь в какой-то момент. И, оглядев зал, он обнаружил, что Се Лянь пропал не один — Цзюнь У тоже нигде не было. Хуа Чэн покрылся холодным потом. Он победил Цзюнь У? Он разозлил Цзюнь У! И дал ему возможность выместить злость на Се Ляне! Это нужно было немедленно исправить, уже не важно — какой ценой. Пространство, в котором проходил корпоратив, плавно перетекало в опенспейс с широкими столами и эргономичными креслами. Туда периодически отделялись группы отдыхающих, чтобы продолжить разговоры под выпивку на формально рабочих местах. Тут и там виднелись закрытые кабинки переговорок — на одного человека для созвонов и на компанию для полноценных митингов. И в какой из них Се Лянь? Хуа Чэн начал быстро перемещаться между ними, раскрывая двери и заглядывая внутрь с дежурной улыбкой. Один раз наткнулся на ненужных ему статистов, но все остальные были пусты. Он уже понимал, что делает что-то неправильное, но как начать делать что-то правильное — еще не знал. Заглянув в очередную пустую переговорку, он получил удар в плечо такой силы, что буквально влетел внутрь. Дверь за ним захлопнулась с тихим стуком. — Здравствуй, Хуа Чэн.