Светопреставление

      Выйдя из больничной палаты Скалли обнаружила, что её дожидаются Скиннер и Одинокие Стрелки. Ей стало интересно, слышали ли они невнятное признание Малдера в любви. Но если даже и слышали, виду никто не подал. Внезапно Дана поймала себя на том, что отказывается ехать домой с ребятами и заметила едва заметный кивок от Скиннера в ответ на вопрос, который ей не нужно было задавать.       Они были уже на полпути к дому, прежде чем Дана осмелилась заговорить. Их молчание нельзя было назвать дружеским – оно было напряжённым, полным невысказанных вопросов.       – Те координаты, которые вы получили, спасли жизнь Малдеру. Спасибо вам.       – Ты меня уже благодарила, помнишь? – Напомнил ей Скиннер, не сводя глаз с дороги и рефлекторно сжимая костяшки пальцев на руле.       Скалли невольно улыбнулась, вспомнив, как целовала его в лифте. Она сделала это инстинктивно, и в какой-то момент она увидела, – Дана могла поклясться в этом, – что он смотрит на неё с чистой, неподдельной любовью во взгляде.       – Прости, что поставила тебя в такое положение.       – В лифте?       – Нет, я имела в виду мою просьбу об одолжении. А разве было что-то не так с тем, что я сделала в лифте?       – Да, нам не следует так рисковать на работе.       – После того, что мы вытворяли в наших кабинетах, быстрый поцелуй выглядит довольно безобидным, Уолтер.       Скиннер замолчал. Это был первый раз, когда она назвала его по имени. Она так небрежно это сделала в разговоре, что едва ли обратила на это внимание, но вот он определённо заметил.       – Прости, что я ворвалась в твой офис и устроила сцену – это было непрофессионально. Но за поцелуй я извиняться не буду.       Скосив глаза, Дана заметила тень улыбки на губах Скиннера, но он продолжал молчать и не отрывал глаз от дороги.       – Я надеялась, что ты отвезёшь меня домой, потому что мне нужно кое-что тебе сказать.       – И что же? – Спросил мужчина. Несмотря на то, что сказано это было враждебным тоном, казалось, Скиннер был искренне заинтересован.       – Мы так и не говорили ни о той ночи в твоей квартире, ни о следующем утре.       – Ты имеешь в виду, что хочешь поговорить о том, как сбежала из моей квартиры, до того, как я проснулся? Ну, по крайней мере, ты не оставила записку на моей подушке. Тогда бы я точно почувствовал себя ничтожеством...       – Ты позволишь мне объяснить?       – Всё в порядке, Дана, честно. Я уже привык, что ты то появляешься, то исчезаешь из моей жизни.       И пока Дана тщательно подбирала слова, в машине воцарилось молчание. С того утра прошло почти два месяца. Всё это время Скалли собиралась с духом, чтобы обсудить это со Скиннером. И сейчас она не хотела отступать, хотя его отношение к произошедшему было видно за милю.       – Провести вместе ночь – это очень серьёзно для меня. Так что утром, когда я проснулась, я попросту была в замешательстве. Я вовсе не ожидала, что мы сделаем такой огромный шаг вперёд.       – Значит, ты всё-таки сбежала?       – Да, понимаю, как это звучит, но я уже много лет не занималась этим с партнёром. Ещё со времён, когда встречалась с Джеком. И если тогда речь шла о длительных отношениях, то сейчас я просто запаниковала.       – Это ты решила залезть ко мне в постель, Дана.       Голос Скиннера снова стал прежним. Скалли задумалась, отчего так изменилось его настроение. Она была честна с ним: неужели на него так подействовали её слова?       А Скиннер всё ещё переваривал тот факт, что она сравнила его с Джеком Уиллисом; он знал, что Скалли встречалась с ним когда-то. Он также был потрясён и одновременно воодушевлён тем фактом, что их странная сексуальная связь каким-то образом переросла в то, что Скалли назвала партнёрством.       – Да, решила. Потому что хотела этого. – Решительно произнесла Дана, надеясь, что честность поможет ей расставить все точки над И.       – У вас с Джеком всё было серьезно?       – В некотором смысле. Вообще у меня было не так много длительных отношений. Это было довольно мило, но я не думаю, что мы когда-либо по-настоящему испытывали любовь друг к другу. Мы встречались около года, для меня это было серьёзно. А у тебя?       – Что?       – У тебя было много серьёзных отношений?       – Не совсем. Я прожил с Шэрон семнадцать лет. Большинство из них были счастливыми.       – Это долгий срок.       – Так и есть.       Они ехали молча ещё минут пять, а затем Дана набралась храбрости и высказала свои соображения.       – Ты позволишь мне остаться ещё на одну ночь?       – Это зависит от обстоятельств. Ты снова уйдёшь до того, как я проснусь?       – Возможно. Утром мне стоит вернуться в больницу, хочу ещё раз взглянуть на Малдера.       Скалли обернулась и увидела, как Скиннер сжал челюсти. Она видела, что он обдумывает её просьбу. Надежда всё ещё была. Она почувствовала её в лифте и чувствовала, что он даже сейчас хочет сказать ей «Да».       – Но Малдер не всегда будет в больнице. Нет, безусловно, он окажется там снова. По крайней мере, ещё дважды в этом году, но, знаешь, в целом...       Снова намёк на улыбку играл на губах Скиннера, и Скалли решила быть смелой.       – Я могу быть хорошей гостьей, Уолтер. Разве ты не хочешь узнать, насколько хорошей? – Прошептала она ему в ухо, а затем нежно прикусила мочку.       Скиннер тихо выругался, и когда он съехал на обочину, его решимость окончательно испарилась. Заглушив двигатель, он вытащил Скалли с пассажирского сиденья и крепко поцеловал её в губы, когда она попыталась расспросить его.       – Что ты делаешь? – Взволнованно спросила она. Дана была поражена, когда он развернул её, толкнул на капот своей машины и начал задирать на ней юбку.       – Пытаюсь заткнуть тебя, – заметил Скиннер.       Скалли судорожно вздохнула, когда он стащил с неё трусики до колен, а затем грубо раздвинул ей ноги.       – Здесь?! – Потрясённо спросила она осипшим голосом.       Несмотря на то, что они ехали по пустынному шоссе, Дана она всё ещё не могла поверить, что Скиннер ожидал от неё положительного отклика. Она никогда раньше не занималась сексом на открытом воздухе.       – Ты предпочитаешь, чтобы я трахнул тебя на парковке ФБР? – Ворчливо предложил мужчина, расстёгивая ремень.       Дана не ответила. Она лишь услышала, как он плюнул себе в руку, и подавила стон возбуждения.       Скиннер набросился на Скалли и овладел ею прежде, чем она успела возразить. Затем он протянул руку и начал наглаживать и растирать Дану, там, внизу, одновременно проталкиваясь в неё ещё глубже.       – В следующий раз, когда ты будешь так со мной разговорить в моём кабинете, я заставлю тебя пожалеть. Ты меня слышишь?       – Да, сэр, – простонала она, услышав, как он тихо ругнулся на этот ответ.       Со стороны Скиннера это было довольно банально, но было ясно, что он не на шутку завёлся от её слов.       Поработав с её клитором и нежно погружаясь в свою даму в течение нескольких мгновений, Уолтер решил, что она достаточно разогрелась, чтобы выдержать более суровый натиск.       Тем не менее, он продолжал ласкать Дану, желая, чтобы она выкрикнула его имя, когда кончит. Схватившись за рыжие волосы, он запрокинул ей голову и начал покрывать её шею жаркими поцелуями. Наслаждаясь её нежной кожей, он лизнул то место, куда Скалли нанесла духи. Сожалел он только о том, что снова взял её полностью одетой. Скиннеру хотелось, чтобы она лежала перед ним обнажённой, чтобы он мог любоваться её невероятным телом.       Трахая на капоте бывшую подчинённую, – что было абсолютно по-дурацки, – мужчина нежно прикусывал мочку её уха. Внезапно мочка выскользнула, а в его зубах оказалась серёжка. На мгновение Скиннер замедлился, улыбнулся маленькой золотой безделушке и надежно спрятал её в кармане пиджака. А затем снова пустился в такой приятный, подчиняющий галоп.       Дана ахнула и попыталась раздвинуть ноги шире для него. Было невероятно возбуждающе – быть столь грубо использованной глубокой ночью под звёздным покровом.       Ночной воздух был освежающе прохладен, двигатель машины, напротив, довольно горяч. Внутри неё исходил жаром Скиннер, сверху – тоже. Его огромные размеры и мощь, несомненно, вскоре снова ошеломят её. Во время их «встреч» Дана кое-что заметила: внушительный вес Скиннера, конечно, впечатлял, но не меньше впечатлял и тот невероятный жар, который исходил от мужчины.       Тело её словно было в огне. У Даны почти закружилась голова, когда она поняла, что никогда ни к кому не испытывала подобной страсти. То, что Уолтер вызывал в ней, было за гранью понимания.       Внезапно жар исчез. Скалли издала тихий протестующий стон, пока Скиннер не развернул её лицом к себе, а затем поднял на машину. Он был уже совсем близко и хотел видеть её лицо, когда кончит.       Крепко сжав Скалли, Скиннер вколачивался в неё изо всех сил, тёрся об неё, издавая низкое торжествующее рычание, как будто бы утверждая свои права на эту женщину.       Откинувшись на машину, Дана самозабвенно отдалась ему. Она тоже была близка к финалу и снова позвала Уолтера по имени.       Скиннер услышал: этот тихий, умоляющий звук, проникший в сознание, лишил его решительности. Внезапно тугой жар податливого тела Скалли оказались для него невыносимым. Простонав в ответ заветное имя, он опустошил себя.       Кончив, Скиннер медленно вышел из Даны, аккуратно снял презерватив и завязал его. Меж тем Скалли соскользнула с капота машины и начала натягивать трусики обратно на ноги.       – Куда это ты собралась? – Пророкотал он, застёгивая молнию на брюках.       – Что ты имеешь в виду? – В замешательстве спросила рыжеволосая агентесса, прежде чем тихонько вскрикнуть, когда он поднял её обратно, чтобы снова усадить на свою машину.       Когда Скиннер устроился у неё между ног и начал со страстью там вылизывать, Скалли с облегчением выдохнула. Отчего-то ей стало абсолютно всё равно на то, что их кто-то может увидеть.       Дана была полностью уверена, что кричала неприлично долго и громко, когда любовник подвёл её своим языком к самому краю. Она хотела, чтобы он знал, какое он ей доставил наслаждение. Когда Скиннер закончил с ней, он выглядел чрезвычайно довольным собой. И Скалли, добившаяся своего, тоже чувствовала себя вполне довольной, а ещё ужасно сонной.       Уолтер Скиннер больше не сказал ни слова. Усадив спутницу в машину, он завёл двигатель и вырулил с обочины на дорогу. Тепло мягко укачивающей машины стало последним недостающим звеном и Дана сдалась на милость своей усталости и удовлетворённости.       Устроившись на плече у Скиннера, она крепко проспала остаток пути. Казалось, Скалли всего лишь на мгновение прикрыла глаза, а когда снова их открыла, то обнаружила, что они уже приехали в Кристал-Сити.       – Прости, – немного смущённо пробормотала она, отстраняясь от такого широкого и удобного плеча.       И снова он ничего не сказал. Выключив двигатель и вынув ключи, Скиннер вышел из машины с апатичным видом.       Дана чувствовала себя неуверенно. Она полагала, что вряд ли он захочет её присутствия в своём доме, даже после того, что произошло между ними. С другой стороны, это определенно было не в стиле Уолтера Скиннера – высадить Дану в своём районе и ожидать, что она сама доберётся домой. Как бы ни был зол Скиннер, Скалли знала, что он никогда бы так не сделал.       Выскользнув с пассажирского сиденья, она застыла рядом с машиной, пока он её запирал. Казалось, время замедлилось, когда мужчина повернул к своему дому, оставив Дану позади. Неужели он даже не попрощается с ней? Это казалось жестоким. Дана слегка вздрогнула, когда он вставил ключ в замочную скважину.       Обернувшись, Скиннер посмотрел на неё через плечо и нахмурился, как будто был сбит с толку.       – Ты идёшь или нет? – Требовательно спросил он, толкая дверь и оставляя её приоткрытой, чтобы Дана могла войти первой.       Скалли подавила победную улыбку. Она быстро подошла к Уолтеру, и тот лишь снова кивнул в знак согласия, но Дана могла поклясться, что он тоже боролся с желанием улыбнуться.