Светопреставление

      В один из особенно дождливых и унылых ноябрьских дней Дана Скалли сидела в их с Малдером кабинете на цокольном этаже. Женщина была растеряна и сбита с толку. Время от времени она начинала ритмично постукивать ручкой по материалам дела, которое рассеянно читала.       – Скалли, ты принимаешь заявки? Если да, то я бы с удовольствием послушал, как ты сыграешь «Wipe out» своей ручкой...       – Извини, – ответила она и слегка покраснела, заметив, что Малдер смотрит на неё с нахальной улыбкой на лице.       – О чём задумалась?       – Я подумала, сможем ли мы продержаться хотя бы неделю, не попавшись под горячую руку Кёршу… Как думаешь, осилим мы эту задачу?       – Ну уж нет! Я не даю обещаний, которые не могу сдержать, – рассудил её напарник, возвращаясь к своей работе.       Скалли кивнула в ответ: это было честно.       Однако Дану заботило нечто большее, чем страх вывести из себя их нового босса-тирана. Гораздо больше она переживала в отношении своего предыдущего босса – вот кого она боялась огорчить по-настоящему.       Примерно шесть недель ночных свиданий и Скалли стала постоянной гостьей в «Вива Тауэрс».       Казалось, её влечение к Уолтеру Скиннеру становилось сильнее с каждым днём. Скалли даже начала рассчитывать на то, что он захочет видеть её в своей квартире и постели независимо от времени суток.       Со своей стороны, после этого периода совместного времяпрепровождения и притирки Скиннер привык к странному расписанию своей подруги и больше не казался раздражённым её несколько взбалмошным поведением.       Скалли намеренно дала понять, что не слишком хорошо разбирается в традиционных моделях взаимоотношений и на данном этапе своей жизни не готова их придерживаться. Прежде всего, ей нужно было всё делать по-своему и в своё время. Скиннер же был готов мириться со всем этим, лишь бы оставаться главным мужчиной в её жизни.       В отношениях пары мало что изменилось. Скалли по-прежнему предпочитала уходить до того, как Скиннер проснётся и начнёт собираться. Когда он счёл нужным снова поднять этот вопрос, Дана возразила, что практичнее вставать раньше него. В конце концов, ей приходилось возвращаться домой в течение недели, чтобы подготовиться к работе. А ещё Скалли стремилась к тому, чтобы не оставлять в квартире Уолтера ничего из своих личных вещей. Так что предлог уйти пораньше имелся у неё всегда.       Это было похоже на сильное, непреодолимое желание, который ей нужно было во что бы то ни стало утолить. Дану Скалли тянуло в дом Скиннера как мотылька на пламя, не меньше трёх-четырёх раз в неделю.       Дана любила приходить вечером, но не слишком рано, из-за чего Скиннер частенько пребывал в полусонном состоянии. Причина подобного поведения крылась в том, что Скалли боялась нарушить свой привычный распорядок дня: от домашних и повседневных дел Скиннера она намеренно держалась на расстоянии.       Дана появлялась в любое удобное для неё время, и Уолтер открывал дверь своей квартиры и впускал её, не требуя от неё ни единого слова приветствия или оправдания. Несмотря ни на что, как только за ними закрывалась входная дверь, Скиннер заставлял Скалли почувствовать себя женщиной.       Она смутно догадывалась, что это их соглашение держится исключительно за счёт глубокой потребности Уолтера в ней. Поэтому Дана заботилась о том, чтобы появляться только тогда, когда у неё будут силы удовлетворить его. Это казалось простым, практичным, почти идеальным решением; по крайней мере, в её глазах.       Однако в тот ноябрьский день Уолтер Скиннер усложнил ситуацию, отправив Скалли посылку с курьером. К счастью, она открыла её в одиночестве, когда обедала, поскольку в таинственной посылке оказался ключ от его квартиры. При виде этого предмета Дана запаниковала, а затем надёжно спрятала его в сумочку, пока её не застукал напарник.       Дану захлестнуло желание ворваться в кабинет замдиректора ФБР и потребовать объяснений. Подавив мимолётный порыв, она осознала, что такую бурную реакцию у неё вызвал страх. В любом случае, ей нужно было разобраться с этой проблемой как можно скорее.       Прекратить встречаться со Скиннером Скалли хотелось меньше всего. Остаток дня она посвятила размышлениям о последствиях того, что ей предложил любовник. Однако ни к чему хорошему это не привело: какой бы спокойной и рациональной ни хотела бы быть Скалли, она была в панике. Кроме того, она сочла это беспрецедентным проявлением силы со стороны Скиннера и решила разобраться с беспокоящим её вопросом как можно быстрее.       Скалли подъехала к его дому на всех парах, нарушив тем самым кучу негласных правил, которые сама же и установила. Всю дорогу, которую ей пришлось преодолеть, злополучный ключ прожигал дыру в её сумочке. Поднявшись на лифте, женщина резко постучала в дверь.       Внезапно дверь тут же распахнулась и на пороге возник Скиннер, одетый в спортивный костюм. Увидев Скалли, он удивился. Как правило, Дана приходила к нему только по ночам, по крайней мере, так было до сих пор.       Уолтер отступил в сторону, чтобы как обычно пропустить её, и Скалли молча вошла. Мужчина сразу понял – что-то пошло не по плану. Он решил спросить напрямую.       – Значит, ты упустила тот момент, когда я отправил тебе ключ, – заметил он, закрывая за ней дверь.       Дана невольно улыбнулась его шутке и устроилась на диване, достав ключ из сумочки и выложив его на кофейный столик. Скиннер откашлялся и опустился на стул в противоположном конце комнаты. Он заранее предчувствовал неприятности и приготовился к тому, что должно было произойти дальше.       – Я считаю, ещё слишком рано обмениваться ключами, – объявила Скалли.       Скиннер воспринял эту информацию спокойно, обиженным он не выглядел. А поскольку он продолжал молчать, вскоре Дана почувствовала себя обязанной заговорить снова, чтобы продолжить свои объяснения.       – Я ценю твой жест, но не могу ответить тем же, так что забери это обратно.       – Что ты имеешь в виду?       – Я пока не чувствую себя достаточно комфортно, чтобы предложить тебе ключи от моей квартиры.       – Значит, ты тоже предпочла бы обойтись без ключей от моей?       – Верно. Еще слишком рано, Уолтер.       – Я не прошу тебя выйти за меня замуж.       – Я знаю! – Огрызнулась она, защищаясь.       Встретившись взглядом со Скиннером, она выглядела взволнованной, но он продолжил говорить ровным и спокойным голосом:       – Ты никогда не приглашала меня к себе домой, Дана. Я не жду от тебя ключей.       – Я считаю это неправильным. Если у тебя нет доступа в мой дом, то и у меня не должно быть доступа в твой.       – Это твоё мнение, но не моё. И всё же скажи, почему ты не хочешь, чтобы у меня был ключ от твоей квартиры?       – Это серьёзное обязательство, и оно только вызовет вопросы, ответа на которые у меня пока нет … В конце концов, это может быть опасно!       – Опасно?       – Послушай, тебе будет не просто понять. У Малдера есть привычка появляться, когда ему заблагорассудится.       – Значит, он чем-то похож на тебя? – Задумчиво произнёс Скиннер. Невольно проведённая параллель позабавила его.       Щёки Скалли слегка порозовели, и она замолкла, прежде чем признаться:       – Да, в этом мы схожи. Малдер запросто может появиться среди ночи, конечно же без предупреждения – он может застать нас вместе. Вот почему я не хочу, чтобы ты был там. Чёрт, это прозвучало неправильно... Вот почему я до сих пор не пригласила тебя в гости!       – Дана, расслабься. Эти ключи нужны только для спокойствия. Должен признать, что у тебя странный график даже для агента ФБР. Я хочу, чтобы ты могла спокойно попасть ко мне, когда тебе будет нужно, но это вовсе не значит, что мне нужен твой ключ взамен, хорошо?       – Я не уверена...       – Это не такой уж значительный жест, как ты думаешь. Я не жду от тебя никаких обещаний. И – да, если у кого-то из нас есть проблемы с тем, что с происходит, мы должны иметь возможность поговорить об этом, согласна?       – Конечно.       – Я успокоил тебя?       – Да, я и была спокойна, – настаивала Скалли, выглядя немного смущённой. Скиннер посмотрел на неё с сомнением, и она покраснела: было ясно, что притвориться невозмутимой вышло так себе.       – Для меня это всё в новинку.       – Понимаю. Слушай, я собирался в спортзал, когда ты появилась.       – Ох, извини, я сейчас же пойду домой и не буду тебе мешать.       Дана встала и направилась к двери его квартиры.       – Если только...?       Дана обернулась и заметила улыбку на лице своего любовника. Он смотрел на неё с затаённой надеждой. Этого было достаточно, чтобы сердце Скалли забилось быстрее.       – Если только что?       Его глаза сказали всё сами за себя. Дана улыбнулась в ответ, странно смущённая тем, что Скиннер делает ей подобные предложения так открыто. Она подумала, что, если он пожелает, она могла бы устроить ему полноценную тренировку.       – Иди сюда, – потребовал мужчина.       Дана охотно подчинилась. Она подошла к нему, на ходу снимая с себя сумочку и стягивая пальто.       Не успел он и пальцем до неё дотронуться, как Дана плавно опустилась на колени и потянула спортивные штаны Скиннера вниз, с лёгкостью обнажая его. Мужчина уже был наполовину возбуждён, и одного её желания было достаточно, чтобы заставить его член подняться окончательно. Дана жарко подышала на кончик и облизнула его языком, пробуя Уолтера на вкус. При этом она откровенно уставилась на бывшего босса.       Скалли знала, как на него действовало то, что она удерживала его взгляд во время подобного акта любви. И она воспользовалась этим, взяв эрегированный пенис в рот целиком. Скиннер уже морщился от желания наполнить её горло, как вдруг Дана нежно провела ногтями по его яйцам. Скиннер хмыкнул и велел ей встать. Она сделала, как он просил, но уступать главенствующую роль пока не собиралась.       – Снимай с себя всё, сейчас же! – Потребовала Скалли.       Мужчина улыбнулся в ответ на приказ и потянулся к низу своей толстовки; ненадолго задержавшись, он сказал:       – Только если ты присоединишься ко мне.       Скалли в ответ методично разделась. А когда на их телах не осталось ни клочка одежды, они провели несколько долгих секунд в просторной гостиной, жадно разглядывая друг друга.       Вид Даны без каблуков заставил Уолтера улыбнуться – иногда он забывал, насколько велика была их разница в росте. А ещё до него дошло, что они никогда раньше не стояли вот так, лицом к лицу, обнажёнными.       Похоже, Скалли осознала то же самое. Скиннеру доставляло невероятное удовольствие то, как восхищённо она его разглядывала. В ожидании её следующего движения, мужчина поддался желанию прикоснуться к себе.       Некоторое время Дана наблюдала за ним, прежде чем броситься к любовнику и прыгнуть прямо в его объятия. Удивлённый её рвением, он подхватил Скалли, испытывая новый прилив удовлетворения, когда она начала страстно его целовать. Может, это было следствие его возраста и опыта, а может, он был просто одарён от природы – в любом случае, Дане нравилось целовать Скиннера. Она удовлетворённо замурлыкала, когда тот проник языком в её рот.       Дане казалось, что беспокойно ёрзая в его объятиях и прижимаясь к его животу, она заявляет о своих намерениях достаточно красноречиво. Но мужчина сделал вид, что не понимает намёков. Наконец, она уступила желанию, наклонилась и прямо сказала ему, чего хочет. То, что Дана Скалли шептала Скиннеру на ухо, невероятно его возбуждало. Она потребовала, чтобы он её трахнул – это вывело его желание на совершенно новый уровень.       Уолтер был обеспокоен тем, что фактически он не уделил своей партнёрше никакого внимания. У него вообще не было возможности разогреть её. Но Скалли казалась чертовски непреклонной, поэтому он просунул руку между её бёдрами и начал там устраиваться.       Она одобрительно вскрикнула, когда мужчина начал насаживать её на свой член, выпрямляясь и обхватывая её бёдра так, чтобы контролировать проникновение. Скалли обхватила его ногами за талию, а руками же уцепилась за шею. Она выглядела потрясённой и счастливой, когда дошла до самого конца, прижавшись к телу Уолтера. Ничто не могло сравниться с ощущением, что он вошёл в неё так глубоко, как только возможно.       Снова страстно поцеловав его, Дана начала медленно двигаться. Скиннер повторял движения Скалли, поддерживая её, пока она показывала, чего хочет. Сначала медленно и неуверенно, а потом, когда она поняла, что теперь-то он не собьётся с ритма, Дана начала отпускать его.       Казалось, Скиннер был рад подчиниться. В целом, ей нравилось, когда в спальне он брал всё под свой жёсткий контроль, и он всегда был более чем готов угодить ей. Но к тому, что она забиралась на него, а затем набрасывалась как одержимая, он тоже бы смог привыкнуть.       Поймав его взгляд, Скалли растворилась в нём. Пара обменялась самодовольными улыбками, а затем их снова охватило возбуждение. Всё стало расплывчатым, у Даны перехватило дыхание. Она почувствовала, как напрягся Скиннер, и услышала, как он кряхтит от напряжения, пока они мчались со всех ног к желанному финалу.       – Блядь, я сейчас... – Прорычал Скиннер, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание – настолько острой была потребность кончить.       Дана тоже напряглась, она начала стонать и выкручиваться в его объятиях, и он в ответ поощрительно задвигался в ней, заворожённо наблюдая, как его женщину охватывает оргазм. Скиннер чуть не зарыдал от облегчения, когда почувствовал, что завершение любовной схватки уже близко. В глазах у него померкло – так сильно он кончал в течение нескольких блаженных секунд.       Они продолжали целоваться, затаив дыхание, пока Скиннер осторожно не поставил Скалли на ноги. Её слегка шатало, и она прижалась к Уолтеру в поисках поддержки, хихикая над непослушными конечностями. Скиннер рассмеялся вместе с ней, а потом наклонился, властно обхватил Дану за шею и ещё раз крепко поцеловал.       – Мне нужно пойти привести себя в порядок, – заявила Дана, оглядываясь в поисках одежды, которую она небрежно сбросила на пол.       – Ну, если только…       – Ты шутишь, да? – Спросила она, снова рассмеявшись и поднимая с пола свой лифчик.       – Я просто хотел сказать, что все удобства к твоим услугам, – сообщил ей Скиннер, ухмыляясь и протягивая ей трусики.       Скалли помолчала. Она успешно избегала пользоваться другими комнатами в его квартире, но, похоже, сейчас было самое подходящее время нарушить это правило. Она вспотела, а его душ всегда выглядел довольно привлекательно. Дана пожала плечами, пытаясь сохранить внешнее спокойствие.       – Только если ты присоединишься ко мне, – заявила она, одарив его застенчивой улыбкой через плечо и первой начала подниматься по лестнице.