И север может быть тёплым

      И вот настало 31 декабря.

      Чимин и Чонгук утром разъехались в разные стороны: Пак поехал утром в дом семьи Чон, чтобы помочь девушкам с готовкой на новогодний стол, а Чонгук — на ферму с Юнги, где тоже было достаточно дел.       Парень привез с собой аккуратно запакованные подарки для всех, но по совету Соны пока оставил их в машине: у семьи Чон было принято обмениваться подарками в полночь под ёлкой. В гостиной как раз уже стояла эта пышная и наряженная красавица.       Чимин активно помогал готовить праздничный стол, правда, его то и дело отвлекал Тэхён, который крутился рядом. К слову, Соён не было. Как объяснили старшие, она отдыхала, а Юнги, рыча на всех, запретил к ней соваться.       Как только немного освободился, парень зашел ее проведать. Девушка и впрямь отдыхала: лежала на кровати с ноутбуком, но, увидев гостя, подскочила к нему и повисла на шее.       — Ох, спасибо тебе, Чимини, дорогой, — сквозь вновь подступившие рыдания причитала она.              — Все хорошо. Не нервничай только, — успокаивал парень ее, сильнее прижимая девушку к себе.       Они так и просидели в обнимку, болтая до шести вечера, даже Тэхён к ним не заходил. Соён рассказала, как завела разговор с мужем намеками, а тот возьми и брякни, что сейчас второй ребенок — идея плохая, ну и она чуть не наделала глупостей. Правда, девушка заверила, что передумала, пока гуляла в городе, и шла, чтобы отменить запись и договориться об УЗИ и анализах. Она тогда еще решила, что раз мужу ребенок не нужен, то разведется с ним, а оказалось, что Юнги очень рад. Просто он, дятел и её намеки не понял. Потом он всю ночь вину заглаживал и в любви им, теперь уже троим, клялся.       Чимин был искренне рад, что у них всё наладилось.       Их болтовню прервал Юнги собственной персоной, который устало ввалился в комнату.       — О, вот ты где, Чимин! Тебя там Гук ищет, — заявил он, целуя жену и падая рядом на кровать.       — Ищет? Зачем? — удивился парень.       — Надо, — многозначительно ответил Мин, поглаживая супругу по животу.       В комнату заглянул Чонгук.       — Привет! — младший тут же подскочил, прыгая в объятия.       Мужчина ловко подхватил Чимина под бедрами и чмокнул в губы. Юнги же наклонился и что-то шепнул жене, на что Соён взвизгнула и захлопала в ладошки.       — Я нашел тебя, воронёнок! Пойдем, — и, не отпуская парня на пол, так и вышел с ним на руках в коридор. — У меня к тебе дело.       В прихожей на Чимина накинули куртку. За ними вышли Юнги и Соён. К слову, в доме было подозрительно тихо.       — Гуки, ботинки, — парень смущенно прятал нос на шее Чонгука.       — Зачем? Ты легкий, как пушинка, мне не сложно тебя нести.       Чонгук посадил Чимина в джип на заднее сиденье и сам залез следом. За руль запрыгнул Юнги, Соён пристроилась на переднее сиденье, и они выехали. Привезли его в собственный дом. Парень растерянно крутил головой: «Это он меня так тактично выпроваживает на Новый год к себе, что ли?» — пролетело в рыжей голове. Но Чонгук снова подхватил его на руки и понес в дом.       «Что происходит? Да и свет где? Я ведь точно оставлял включенный светильник в прихожей», — все больше нервничал Чимин.       В доме и впрямь было темно, даже шторы задвинуты, чего парень вообще никогда не делал. Его на руках занесли чуть дальше от двери и поставили на ноги.       Не успел он открыть рот, чтобы начать задавать вопросы, как его буквально оглушило.       — СЮРПРИЗ!!! — одновременно зажглись гирлянды.       Чимин от испуга даже взвизгнул и подпрыгнул. Хорошо, что Чонгук придерживал его.       На его кухне и в гостиной, украшенными разноцветными гирляндами, оказалась вся семья Чон. На кухне красовался милый кухонный гарнитур со встроенной плитой, выполненный из дерева в темно-молочной гамме, с красивой столешницей и «фартуком» из эпоксидной смолы. Стол украсила небольшая ёлочка в кадке, украшенная забавными игрушками. Еще новая микроволновка и кофемашинка пристроились на полках, а в гостиной перед диваном расположился небольшой кофейный столик.       — Это тебе от нас, Чимини!       На опешившего парня налетели дети. Отогнав их собирать конфетти, к Чимину и Чонгуку подошли взрослые и принялись по очереди их обнимать, успокаивая растроганного до слёз младшего.       — Ребенок, там в ящиках найдешь посуду. В общем, теперь у тебя есть все, что нужно, чтобы жить в комфорте, — Сокджин потрепал Пака по волосам.       Чимин неустанно благодарил всех за подарок, охотно принимал поцелуи в щеки и рукопожатия. Даже покружил младших детей, обнимая. Старшим же, чтобы было не обидно, устроили карусельки Чонгук и Намджун.       Вдоволь наобнимавшись, Чимина девушки потащили рассматривать подарок вблизи, попутно рассказывая, что куда разложили. Мужчины же повезли детей домой. Всё-таки им еще надо было привести себя в порядок: скоро за стол уже садиться. В доме оставили только малышей Миён и Чанбина. Чонгук тоже не поехал никуда: половина его гардероба уже перекочевала сюда, здесь он сможет спокойно собраться и позаботиться о младшем.              Тэхён тоже остался и не переставал болтать.       — Мы всё это недавно придумали, представляешь! Дядя Гук и Юнги сегодня с утра в цехе трудились. Им на помощь даже дедушка Джихун отправился и Намджун. Папа же с Хосоком под командованием Юны в город ездили за всем. Нам повезло, что Соён тебя смогла так долго отвлекать! Ты даже не заметил, как мы уехали, — растрепал всё Тэ.       — Спасибо вам огромное, — снова принялся всех обнимать сияющий Чимин.       — Давайте хоть отметим подарок? — предложила Ханна.       — Ой, у меня ничего нет из алкоголя, — растерялся парнишка.       — Закуску организуешь? — подмигнула ему Юна.       Чимин согласно закивал и поспешил к холодильнику.       — Тэхён, давай кабанчиком до моей машинки. Там в багажнике коробка стоит, тащи, — Ханна всучила племяннику ключи.       Как оказалось, чтобы не испортить сюрприз, они даже машины поставили дальше по дороге, чтобы при подъезде не видно было. Сона и Соён помогли Чимину нарезать закуски, сыр, ветчину, разложить кимчи и пирог, что остался с ужина, откуда-то еще вытащили пару пачек снеков.       — У тебя теперь хоть посуды нормальное количество, — Ханна достала на всех кружки.       Теперь и впрямь количество всего поражало, даже набор новеньких кастрюль и сковородок радовал глаз на полке.       — Ты-то куда, ребенок? — осадила сына Сона, когда тот тоже протянул свою кружку.       — Ну мам! — запротестовал Тэхён. — Чимин и Соён меня ненамного старше.       — Так я и не пью, — засмеялась Соён.       — Я тоже могу не пить, если тебе обидно, — Пак достал сок.       — Что началось? Сона, не бухти, всем налью сейчас, — Ханна ловко открыла бутылку шампанского.       — Мне сок, — Соён отобрала упаковку у Чимина.       — С каких пор? — Юна удивлённо уставилась на младшую.       — Ты ж не пила, только когда Миён носила, а так — еще тот алкоголик, — засмеялась Ханна.       На это девушка опустила глаза, загадочно улыбаясь.       — Да ладно?! — первой всё поняла старшая. — Я снова стану тётей?!       Соён закивала, оперативно спрятавшись за Чимина, а, когда девушки налетели счастливыми объятиями, то и его загребли.       — Вот еще один сюрприз под Новый год! А ты чего не удивлен? — Тэхён хлопал в ладоши от радости за тетушку.       — А он знал! И вообще, Чимини у нас будет крестным. Он этого ребенка спас! — пояснила Соён.       От таких новостей парень закашлялся, подавившись воздухом.       — Потом обязательно расскажете. Ну что, за нас! — Сона торжественно подняла кружку.       — Уже пьянствуют, только посмотрите на них, — в столовой появился Чонгук уже в сменных штанах и с полотенцем на плечах.       — А ты дядей снова станешь! — решила огорошить его Сона.       — А я знаю, — пожал плечами мужчина, обнимая Чимина со спины и воруя с его рук кусочек сыра.       — Да ну вас! Разливай! — показав язык, Сона светилась счастьем.       Она, как старшая сестра, всегда опекала младших, и сейчас, когда Соён ждала ребенка, а братик, кажется, нашел наконец свое счастье, ее душа будто бы пела. Она обязательно поможет своим близким, всегда поддержит и не отвернется, несмотря ни на что. Да и муж ее — такое же надежное плечо. Улыбнувшись своим мыслям и оглядев близких, она протянула фужер, чтобы звонко чокнуться.              Так, делясь хорошими новостями и весельем, они еще полчаса пили, пока за ними не приехал Хосок.       — Мы их там ждём, а они уже празднуют, значит, — начал он.       — Ты станешь дядей! — перебила его жена Ханна.       — Ого! Вот это новости! Поздравляю Сона! А Сокджин знает уже? — Хосок радостно полез обнимать старшую сестру.       — Сплюнь! Я уже стара для этого! Твоя супруга про Соён говорила, — завизжала Сона, отбегая от брата в ужасе.       Хосок не менее радостно быстро сменил направление и с поздравлениями накинулся уже на младшую.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

      Большой толпой они все разместились в двух машинах. Хосок сел за руль «Мазды» и посадил к себе Соён, малышей и Ханну. За руль его джипа уселся Чонгук, к нему на переднее сидение усадили Сону как старшую, ну и потому что у нее была коробка с оставшимися бутылками. Сзади разместились Юна, Чимин и Тэхён. Пак переполз за водительское сидение и ласково, таким естественным для всех жестом, гладил по голове Чонгука всю дорогу, что безбожно умиляло самого мужчину.       В доме Чонов приехавшие, по обыкновению, навели шума и активно принялись накрывать на стол, чтобы сесть пораньше.       В десять уже трапезничали под смех, болтовню и звон бокалов. Чимин расположился вполоборота, откинувшись спиной на Чонгука, и слушал Тэхёна, что занял место рядом с ним и, бурно жестикулируя, рассказывал, как прошло празднование в том году.       К двенадцати одели детей и вышли во двор. Сокджин с Джихуном принялись выставлять фейерверки, Намджун и Хосок готовили шампанское, Сона раздавала бокалы, Юна с Ханной помогали поджигать ребятне бенгальские огоньки. Тэхён держал на руках Чанбина, а Юнги — малышку Миён одной рукой, а другой — жену, обнимая. Чонгук же обвил руками Чимина, стоя чуть вдалеке.       Пак был счастлив. Просто вот так стоять большой семьей и морозить щеки в ожидании Нового года, вместе громко отсчитывать секунды, ощущая себя частью чего-то невероятно родного и безопасного.       И на последнем счете он с трепетом прикрыл глаза, проговаривая про себя желание.       — Что загадал? — поинтересовался Чонгук, обнимая крепче.       — Как и большинство, я не оригинален. Загадал себе счастья в Новом году, — улыбнулся Чимин. — А ты? — парень повернулся к Гуку лицом.       — Я загадал исполнить твоё желание. Обещаю, что сделаю всё для этого, — Чонгук прижал свою драгоценность и утянул в неторопливый поцелуй.       В небо запустили первые залпы фейерверка. Взрослые стояли в обнимку и лениво потягивали шампанское, пока дети весело визжали и радовались цветным огонькам. После все дружно ввалились в дом. Малышня с криками побежала к ёлке, под которой было сложено так много подарков, что они скрывали её нижние ветки. Семья дружно расселась в гостиной на ковре, Сона и Сокджин принялись разбирать коробки и раздавать получателям. У Чимина тоже было пару коробочек и стопка рисунков от детей, которым он был приятно удивлен, ведь после полученного сюрприза он больше ничего не ждал.       — Спасибо, воронёнок, — Чонгук сидел рядом и распаковывал его подарок, спортивный костюм фирмы PUMA.       Вообще Чимин долго выбирал всем презенты, даже детям старательно выбирал разные, учитывая их индивидуальность. Так от парня дети получили: Миён — зайца, Чанбин — паровозик, Чонин — динозавра, Минхо — машинку, Суджин — краски и раскраску, Сонхун — объемный конструктор, Ёджун — набор химика, Милли — набор мыловарения, а Тэхён получил книгу, которую давно хотел.       Самому Чимину подарили именной блокнот, брелок с машинкой один в один как его «Монстрик», свитер с мультяшным оленем, беспроводные наушники. А от Чонгука получил миленькие тапочки в виде медвежат. Не иначе как отсылка к его пижаме, которая, к слову, мужчине очень нравилась.       Дети отправились со своими подарками по комнатам, но спать их не гнали. Малыши и сами уснули, а тем, кто постарше, разрешили играть или смотреть мультики, пока сами не заснут.       Чимин, Чонгук, Тэхён, Сона, Сокджин и Юна с Намджуном уселись в гостиной перед телевизором с алкоголем и закусками.       Парнишка постоянно ловил себя на мыслях, что он еще никогда не был таким счастливым. Его родители никогда не отмечали Новый год дома, да и они с братом убегали к друзьям на вечеринки. Этот семейный праздник никогда не был настолько семейным, как сейчас.              Под тихие разговоры и новогоднюю комедию Пак и уснул. Он даже не проснулся, когда Чонгук его на руках перенес в комнату.       Такой Новый год хотелось повторять каждый раз.