Меняя судьбы

Эймонд насвистывал веселую мелодию, шагая по сырым коридорам в недрах замка. Это было холодное и мрачное место, но для него это не имело значения, ведь он был здесь не для того, чтобы чувствовать себя комфортно. Он открыл дверь в самую дальнюю камеру и улыбнулся, когда Отто поднял голову и бросил на него полный ненависти взгляд. Эймонд всегда ненавидел этого человека, который всю жизнь был для него ужасом. Лучше всего было, когда король сослал этого глупца, но через несколько лет вернул его обратно. Он должен был понимать, что, учитывая слабость этого человека, он вернет Отто. — Ну и видок у тебя. — Он остановился в нескольких футах от мужчины и оглядел его с головы до ног. — Как пали сильнейшие. — Ты! — Отто уставился на него, словно ожидая, что Эймонд его испугается. — Как ты посмел так со мной поступить? — Ты все упростил. — Эймонд сделал шаг вперед и просто улыбнулся. — Тебе следовало понять, что не стоит пытаться разлучить нас с родителями. И ты никогда не будешь угрожать Висенье. Отто не сводил с него глаз. — Ты мой внук. На этот раз Эймонд не сдержался и ударил Отто кулаком в лицо, получив еще большее удовольствие, когда тот сплюнул кровь. — Я тебе не внук, ты для меня никто. Отто сплюнул еще немного крови и сделал несколько глубоких вдохов. — Зачем ты это делаешь? — Хотел бы я сказать, что это была моя идея и что я все спланировал, но это не так. Честно говоря, я просто собирался игнорировать тебя, чтобы не портить праздник Хелейны и ее предстоящее замужество. Я хочу, чтобы она была счастлива, и не хотел создавать проблем. — Отто выглядел немного растерянным, и Эймонд улыбнулся еще шире. — Но потом ты совершил ошибку, и теперь Висенья хочет тебя убить. Отто открыл рот, но прежде чем он успел что-то сказать, Эймонд отступил в сторону, и вошла Висенья. Забавно было видеть, как вытянулось лицо Отто и расширились его глаза, когда он увидел Висенью в ее красивом фиолетовом платье, с распущенными серебристыми волосами, ниспадающими на спину. Она была похожа на хрупкую куклу, пока не заглянешь ей в глаза и не увидишь в них пустоту — вот что пугало большинство людей. — Лорд Отто, рада вас видеть, особенно при таких обстоятельствах. — Висенья благодарно улыбнулась ему и подошла к Отто. — Планируя измену, всегда нужно следить за тем, что происходит вокруг. Очень неловко, когда тебя подслушивают и твои планы рушатся. — Что… — Отто так растерялся, что не смог договорить. Он несколько мгновений молча смотрел на Висенью, а потом покачал головой. — Алисента был права, ты ее травила. — Конечно, я это делала, она должна умереть. Я имею в виду, что те несколько раз, когда я ее травила, делала это скорее ради собственного развлечения, чем для того, чтобы она действительно умерла, но мне нравилось, что люди считают ее сумасшедшей. — Даже когда Отто был привязан к стулу, Эймонд не доверял ему и стоял позади Висеньи, на случай если тот что-то задумает. — Я убью ее, когда-нибудь, но не раньше, чем уничтожу все, что ей дорого, и сломлю ее разум и дух. Отто был в ужасе. — Ты же совсем ребенок. — Да, но мне нравится кровь и унижение людей. — Висенья на мгновение задумалась. — Какой смысл убивать быстро? Это не приносит ни страданий, ни мести. Обычно, когда ты убиваешь кого-то быстро, ты просто хочешь поскорее с этим покончить. Когда ты по-настоящему зол и хочешь отомстить, ты ломаешь человека, пока от него ничего не останется, а потом убиваешь. — Как ты можешь так спокойно говорить об убийстве? — Отто бросил на него почти отчаянный взгляд. — Как ты можешь стоять и позволять ей так говорить о твоей матери? Эймонд бросил на Отто скучающий взгляд. — Она говорит не о моей матери, Висенья любит нашу маму. Она говорит об Алисенте. Отто выглядел немного растерянным. — Ты знал, что она делает? — Конечно, я знал. — Эймонд фыркнул. — Я помогал ей, она не может быть в двух местах одновременно. — Именно, — Младшая сестра повернулась к нему и благодарно улыбнулась, прежде чем перевести взгляд на Отто. — А теперь давайте поговорим о вашем желании, чтобы Эйгон взошел на престол. Эймонд встал рядом с Висеньей. — Эйгон никогда не станет королем, да и не хочет. Он говорит, что вся эта ответственность и долг — не для него. Эйгон просто хочет быть со своей женой и ребенком и быть счастливым. — Именно, моя мать — наследница, и однажды она станет королевой. Когда она умрет, королем станет Дейрион, а после него — его дети. — Эймонд не шелохнулся, когда Висенья достала молот и улыбнулась Отто. — Мои братья и сестра останутся с родителями, и все будет идти своим чередом. Алисенты не сегодня-завтра не станет, но сначала я ее немного помучаю. Но тебя это не должно волновать, потому что ты очень скоро умрешь. Отто открыл рот, но все, что он собирался сказать, заглушил крик, который он издал, когда Висенья опустила молот и ударила им по его колену. Эймонд почувствовал возбуждение, услышав хруст костей, когда Висенья снова и снова опускала молот, пока колено Отто не превратилось в месиво, а единственным звуком, который можно было услышать, были его крики. — Раньше у меня был другой молот, но он сломался, и Эймонд подарил мне этот. Он намного лучше, у него лучше баланс, поэтому им легче размахивать. — Сестра повернулась к нему и протянула молот. — Теперь твоя очередь, я не буду эгоисткой и не заберу себе все веселье. Эймонд улыбнулся, взял молоток и задумчиво посмотрел на Отто. Поразмыслив мгновение, Эймонд подошел к другой ноге и, опустившись на корточки, ударил молотком по ступне. Он дал волю гневу, нанося удар за ударом, пока ступня не превратилась в месиво. Эймонд поднял руку, готовый ударить еще раз, но гневный голос остановил его на полпути. — Что, во имя всех чертей, вы оба здесь делаете? — Эймонд замолчал и посмотрел на дверь, где стоял злой папа. — Я сразу понял, что это вы, как только Визерис сказал, что Отто пропал. Эймонд понимал, что не сможет толком объяснить происходящее. Сестра стояла рядом со связанным мужчиной, у которого были раздроблены колено и ступня. На платье Висеньи была кровь, у Эймонда тоже было окровавленное лицо и одежда. — Это не то, чем кажется. — Он понял, как глупо это прозвучало, как только слова слетели с его губ. — Ладно, это то, чем кажется, но у нас была причина так поступить. — О, я в этом не сомневаюсь. — Папа скрестил руки на груди. — Не терпится услышать ваши оправдания. — Отто и Алисента собирались убедить короля забрать нас у тебя и вернуть Алисенте, как будто мы маленькие дети. — Эймонд встал и вернул молот Висеньи. — Висенья их слышала. Папа приподнял бровь. — Значит, Висенья убедила тебя похитить Отто и привезти его сюда, чтобы вы оба могли его пытать. — Эй, не говори так, — Висенья сердито посмотрела на него. — Мне не пришлось прилагать особых усилий, чтобы его убедить. Братец знает, что я права. — Твой брат взрослый человек. — Папа покачал головой. — Он знает, что лучше не приводить маленького ребенка мучить мужчину. Эймонд фыркнул. — Ты помнишь, как ты брал Висению, чтобы пытать Джейсона Ланнистера, когда ей было пять лет? Папа покраснел. — Мы говорим не обо мне. — Как насчет того, чтобы мы все признали, что совершали поступки, о которых сожалеем? — перебила его Висенья, переводя взгляд с него на отца. — Я имею в виду тебя, потому что я очень горжусь всем, что сделала, и ни о чем не жалею. — Девочка подняла молоток и уставилась на отца. — Мы все знаем, что сделал Отто, и как сильно ты его ненавидишь. Ты мог бы присоединиться к нам. Их папа выглядел взбешенным, и Эймонд видел, что тот готов наброситься на Отто. На его лице сменилось несколько выражений, прежде чем он шагнул вперед и выхватил молот из рук Висеньи. Папа бросил на них предупреждающий взгляд. — Матери ни слова. Эймонд и Висенья быстро кивнули. Будет весело.

***

Через 2 дня. — Принцесса, — Рейнира отложила ожерелье, на которое смотрела, — то самое, в котором Хелейна выйдет замуж. Это был подарок Деймона, он заказал его специально для нее. Она повернулась к рыцарю, вошедшему в ее покои, и вопросительно посмотрела на него. — Король просит вас к себе. Рейнира нахмурилась: она надеялась, что отец оставит ее в покое. Они не разговаривали с тех пор, как он обвинил Деймона в том, что тот навредил Отто. — Мой муж тоже? Стражник покачал головой. — Только вы, принцесса. Рейнира кивнула и пошла за своим гвардейцем, который повел ее в покои отца, как будто она сама не знала дорогу. Отец ждал ее, и она была рада, что Алисенты нет рядом. Рейнира все еще злилась на отца после их последней встречи и была занята подготовкой к свадьбе дочери. — Стражник сказал, что ты хочешь со мной поговорить. — Ее голос звучал не слишком дружелюбно. — Пожалуйста, побыстрее, мне нужно многое успеть перед завтрашней свадьбой. — Именно об этом я и хотел с тобой поговорить. — Отец сделал паузу, словно ожидая, что она что-то скажет, но Рейнира лишь приподняла бровь, не имея терпения гадать, о чем он думает. — Отто до сих пор не нашли, нет никаких предположений, где он может быть. — Я в курсе, — Ей было все равно, — Не понимаю, какое отношение это имеет к свадьбе Хелейны. — Мы не можем устроить свадьбу, пока Отто… — Рейнира прищурилась, отец замолчал на полуслове. Он побледнел и умоляюще посмотрел на нее. — Ты должна понять, что будет нехорошо, если Хелейна будет праздновать свадьбу, пока ее дед не найден. — Отто ничего не значит для моей дочери. Хелейне все равно, что он пропал, она никогда не хотела видеть его на своей свадьбе. — Она сжала руки, пытаясь сдержать гнев. — Свадьба Хелейны не будет отложена только потому, что Отто нигде не могут найти. — Рейнира, будь благоразумна. — Я веду себя разумно, а ты ведёшь себя как слабый дурак! — Она так устала постоянно следить за тем, что говорит, и пытаться сохранить мир. Отец знал обо всех поступках Отто, поэтому и сослал его, а потом просто позволил ему вернуться в столицу, наплевав на её слова. Она не понимала, почему отец продолжает отвергать родную кровь ради такого человека, как Отто. — На самом деле тебе следовало держать Отто подальше, тебе следовало казнить его после всего, что он сделал со мной и нашей семьей. Я не позволю тебе испортить Хелейне праздник. Она развернулась на каблуках и быстро ушла, не дав отцу возможности что-то сказать. С нее хватит того, что другие люди управляют ее семьей и указывают ей, что можно, а что нельзя делать. За все годы, что ее отец был королем, он ничего не сделал для королевства. Он не правил, позволял членам Малого совета делать все, что им вздумается, и большую часть времени отказывался ее слушать. Рейнира давно перестала просить отца о чем-либо. Если она хотела взяться за какой-то проект, то просто бралась за него и не пыталась убедить его в том, что будет лучше для народа. Хелейна выйдет бы замуж за Кригана завтра же, даже если бы король не дал своего согласия. Она прошла в свои покои и захлопнула дверь. — Мама, — Она не заметила, что Хелейна в ее покоях. Дочь обеспокоенно смотрела на нее. — Что-то случилось? — Нет, я просто разговаривала с отцом. — Она видела, что дочь знает: что-то случилось. Рейнира вздохнула и подошла ближе к дочери. — Отец просит отложить твою свадьбу до тех пор, пока не найдут Отто. — Что? — Хелейна испуганно посмотрела на нее, прижав руку к горлу. — Нет, с чего бы ему переносить мою свадьбу? Я должна выйти замуж за Кригана завтра. Хелейна была на грани слез, и Рейнира быстро подошла к ней, взяла ее за руку и погладила по щеке. — Не волнуйся, любовь моя, завтра ты выйдешь замуж. Я обещаю. Хелейна шмыгнула носом. — Но… — Послушай меня, Хелейна. — Она не хотела, чтобы дочь грустила или боялась. — Завтра вы с Криганом поженитесь, а через несколько дней вы с мужем отправитесь в Винтерфелл. Дочь мгновение смотрела на нее, потом кивнула и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Рейнира ободряюще улыбнулась ей и поцеловала в лоб. — А теперь пойдем примерять украшения, которые ты наденешь завтра.

***

Поцелуй был таким нежным, что она успокоилась. Накануне она была сама не своя от страха, что король запретит ей выходить замуж, а мама ничего не сможет с этим поделать. Когда наконец наступило утро, и в ее покои явилась целая армия служанок, чтобы помочь ей собраться, она все равно ждала, что что-то пойдет не так. Когда она оделась и была готова к выходу, она все еще нервничала, но тут в покои вошел папа и просто остановился. Он смотрел на нее так, словно никогда раньше ее не видел, и она могла бы поклясться, что его глаза наполнились слезами. Конечно, папа не позволил бы ей увидеть, как он плачет, но его объятия были слишком долгими, словно он боялся, что она исчезнет, если он ее отпустит. Мама тоже, казалось, была на грани слез и все повторяла, какая же она красивая. Братья и сестры обнимали ее и говорили, как они за нее рады. Она прибыла в Великую Септу вместе с папой, а мама, братья и сестры уехали раньше. Он подвел ее к алтарю, и у нее перехватило дыхание, когда она увидела Кригана, ожидавшего ее рядом с септоном. Криган смотрел на нее с такой любовью, что она потеряла дар речи. Она почти не слышала, что говорил септон, и до сих пор не понимала, как ей удалось произнести нужные слова, а потом губы Кригана коснулись ее губ. Поцелуй не затянулся, тем более что ее папа пару раз кашлянул. Как только септон объявил их мужем и женой. Люди в септе встали и зааплодировали, когда они с Криганом вышли из септы под оглушительные овации и возгласы. Казалось, весь город решил прийти посмотреть на ее свадьбу. Аплодисменты стали еще громче, когда на улицу вышли ее родители, а за ними — братья и сестры. — Здесь всегда так? — Криган выглядел немного растерянным, когда последовал ее примеру и помахал людям. — Как ты это выдерживаешь? — Я привыкла. — Она повернулась и посмотрела на него. — Они благодарны за все, что сделали мои родители, чтобы улучшить их жизнь. Я с детства помогаю маме заботиться о простых людях, и они просто хотят быть частью нашего счастливого дня. Криган кивнул, но все еще выглядел немного ошарашенным. Ее родители подошли ближе к толпе, поблагодарили всех за то, что пришли, и задали несколько простых вопросов. Хелейна потянула Кригана за собой и тоже подошла ближе к людям, благодаря их за поздравления. Им потребовалось больше получаса, чтобы добраться до кареты, а затем они отправились в Красную крепость. Несмотря на то, что они поженились под сенью Семерых, она знала, что на Севере люди заключают браки перед Чардревом, поэтому ее мама подготовила для них с Криганом вторую свадьбу в Богороще. На ней должны были присутствовать все северные лорды и ее семья. Королева решила не идти на свадьбу, а король приказал ей оставаться в своих покоях после того, как она начала кричать на весь двор, что Висенья проклята, и обвинять девочку в исчезновении Отто. Люди смотрели на женщину как на сумасшедшую, и с тех пор поползли слухи. Как только они прибыли в Красный замок, Хелейну увела мама, а сестра потащила Кригана в противоположном направлении. Прошло всего несколько минут, и Хелейна снова была рядом с папой, который вел ее к Чардреву, где ее ждал Криган. Криган уверенно заговорил, когда папа остановился в нескольких шагах от них. — Кто предстанет перед Древними Богами этой ночью? Прежде чем ответить, принц откашлялся. — Хелейна из дома Таргариенов прибыла сюда, чтобы выйти замуж. Она взрослая, законнорожденная и благородная женщина. Она пришла просить благословения у богов. Кто предъявит на нее права? Криган не колебался. — Криган из дома Старков, лорд Винтерфелла. Кто ее отдает? На этот раз ее отец, похоже, не хотел произносить эти слова. — Деймон из дома Таргариен, ее отец. Криган кивнул. — Принцесса Хелейна, вы принимаете этого человека? Хелейна глубоко вздохнула, прежде чем ответить, и сделала шаг вперед. — Я беру этого человека. Все, что было после, слилось в одно размытое пятно, и Хелейну волновало только то, что она снова в объятиях Кригана. На этот раз поцелуй был чуть более страстным, он вложил в него всю свою любовь. Хелейна ответила ему тем же, желая показать, как сильно она его любит. Когда они стали мужем и женой по воле древних богов, страх полностью покинул ее. Он был ее, а она — его, и никто не смог бы их разлучить.