Вороний грай

Это была первая ночь, за которую Руби не видела ни кошмаров, ни тревожащих душу образов. Она уснула почти сразу, когда Сайлас ушёл и запер её. Веки слипались сами по себе, её утягивало в пучину мрака. Руби словно бы провалилась в пропасть, где не было ничего, кроме пустоты. Впервые за долгое время она спала спокойно. Однако наутро ей пришлось столкнуться со слабостью и ломотой во всём теле. Мягкий диван из натуральной кожи с перьевыми подушками был роскошно мягким и удобным, но совсем не подходил для сна. На дрянном самочувствии сказывалось и то, что за последние три дня её активно третировали в попытке вызвать резонанс. «Будь ты проклят, Сайлас. Дьявол», — Руби тяжело села на диване и осмотрелась. Окна были занавешаны плотными чёрными шторами из блэк-аута, но в мизерных участках, где виднелись окна, пробивался солнечный свет. По внутренним ощущениям Руби будто проспала до обеда, что подтвердили настенные часы. Время — второй час дня. Хаотичные мысли забегали в голове, вопросы без ответов нервировали. Надолго ли она станет затворником чужих стен? Сколько ещё попыток Сайлас предпримет, чтобы заставить её резонировать с ним? На что он готов пойти, чтобы получить желаемое? Руби не была собой, если бы смирилась со своим отвратительным положением. «Выхода нет только из гроба», — один из её мрачных девизов. Собравшись с силами, Руби поднялась с дивана и направилась по периметру комнаты, огибая её по кругу. Распахнув тяжёлые шторы, она принялась изучать обстановку снаружи. Первым делом Руби увидела крышу здания, на которую выходили окна комнаты. Вокруг — стеклянные башни-высотки, едва ли чем отличающиеся от тех, что стояли в центральном районе Линкон сити. Однако в Запретной зоне 109 даже в дневное время суток на улицах царил полумрак: плотные облака бледно-красного оттенка закрывали обзор на привычный небосвод. В Запретной зоне почти не светило солнце. Из первичных наблюдений Руби сделала вывод, что место, в котором она оказалась не по своей воле, располагалось в одной из многочисленных высоток в центральном районе Запретной зоны 109, где непосредственно обосновалась база преступной группировки Онихинус. Прямо сейчас она находилась в заперти в логове местного Сатаны, самого главы Онихинус. В комнате не было ни фотографий, ни каких-либо памятных подарков. Серые стены отдавали холодом, абстрактные картины наводили тоску. Единственное, чего было в обилии — оружие, которое глава Онихинус трепетно коллекционировал. Оно занимало всю стену, словно музейные экспонаты; самое разное, от пистолетов до дробовиков и пулемётов. Символы ворона в виде статуэток и шикарный интерьер в преимущественно тёмных тонах лишь напоминали о мрачном характере хозяина дома. Руби не смогла найти ничего компрометирующего или значимого в комнате. Она навскидку попробовала взять со стены хотя бы один пистолет, но всё оружие было надёжно прикреплено к полкам. Без особой надежды она направилась к дверям. Помня, что Сайлас запер её на ночь, она на поверку дёрнула ручки… и они поддались. Задержав дыхание, Руби вышла из заточения. Она осторожно выглянула в коридор: он был длинным и широким. База Онихинус была неудивительно огромной. Вдоль стен неизменно стояли статуэтки воронов. Через каждые два метра по обе стороны располагались двери, но одна — самая дальняя, впереди, была чуть приоткрыта. «Наверняка, это его спальня», — на чистой интуиции подумалось ей. — «Он там? Может, убить его сейчас?» Тихо шагая в сторону центральных дверей, Руби вздрогнула всем телом, услышав за спиной быстрый шёпот: — Нет-нет-нет! Отбрось свои идеи! — У тебя что, инстинкт самосохранения отключен? — зашептал другой, похожий голос. Руби стремглав обернулась. Перед ней, словно из ниоткуда, возникли двое парней в вороньих масках. Она их помнила: в тот день они пытались помешать похитителю пристрелить её. Настороженно осмотрев их, Руби спросила: — Где выход? — Ты что, хочешь уйти? — спросил первый и резко приблизился. Руби едва отшатнулась от него: прорези маски зловеще светились красным цветом. — Разве ты получила разрешение? — Разрешение? — недоумённо переспросила Руби. — Если босс не разрешал тебе уходить, ты не можешь этого сделать, — заметил второй. Руби подавила злую усмешку. — Мне не нужны чужие разрешения. Я не собираюсь оставаться здесь… Парни вдруг перехватили ее под руки: один слева, другой — справа. Они потащили её вперёд, за собой, прямо к дверям, которые были чуть приоткрыты. — Эй? Куда вы меня тащите? — она не на шутку разволновалась, ведь она совершенно не знала, что находилось за главными дверями. — Не кричи! — шикнул один из них. Они ускорили шаг. Ноги Руби заплетались, она не поспевала за их темпом. — Отпусти… эй… м-м!!! — замычала, когда ее рот накрыла чужая ладонь. Руби задергалась, даже укусила чужую руку, но сопротивление не принесло никаких плодов. Парни открыли двери и толкнули её… В оборудованный внутренний корт с бассейном. Руби негодующе оглядела широкое пространство с высокими окнами, сетчатыми лежаками и серой плиткой. Но ещё больше вопросов вызывал огромный бассейн посреди помещения. Сколько нужно заплатить, чтобы сделать бассейн в многоквартирном доме?.. — И зачем вы… Она не успела договорить, потому что через секунду её с силой толкнули в спину, вынуждая свалиться прямо в воду. От резкой смены среды подскочило давление. Руби не успела набрать воздуха в лёгкие и наглоталась воды. Поперхнувшись, на адреналине она активно задергала руками и почти сразу всплыла, панически хватая ртом кислород. Обернувшись, будучи в воде, Руби зло посмотрела на двух чудаков в масках. — Вы чокнутые? — гневно прошипела. Один из них подошел к краю бассейна и опустился на корточки, склоняя голову вбок. — Пришла в себя? — спросил он. — Вы ненормальные! Вся моя одежда теперь мокрая… — запричитала Руби, двигаясь на выход из бассейна. — Как мне в ней ходить? — Тебе все равно надо было освежиться, — заметил второй. — Тут есть душ. Одежду мы можем принести. Руби поднялась на борт бассейна, присаживаясь, и, бросив крайне недружелюбный взгляд на парней, принялась отжимать влагу из волос. — Я кстати Лука, — представился тот, что сидел почти рядом. — А я Киран, — сказал второй. — Не интересует, — сухо ответила Руби. — Бука! — тут же воскликнул Лука. — Не обижайся, мы же из добрых побуждений… — Сталкиваете в воду из добрых побуждений? — уточнила. — Ну да, в принципе, с вашим боссом у вас искаженное понятие доброты. — Зря ты так, — Киран присел рядом, беспардонно опуская ноги в брюках прямо в воду. — Босс, правда, добрый. Он просто строгий. — А ещё он заботится обо всех, кого берет под своё крыло, — поддержал его Лука. — Он очень жестоко обращался со мной, — борясь с привкусом хлорки во рту, возразила Руби. — Ни за что не поверю, что добрый человек способен отбирать силу у другого человека. Киран и Лука переглянулись и ничего не ответили. Руби, поняв, что парни не собираются ей помогать, решила сменить тактику под обстоятельства. — Мне нужна сухая одежда, — императивно потребовала она. — А ещё я хочу есть. — Ужин через два часа, — произнес Лука, сидевший слева. — Тогда принесите мне одежду. Я пойду в душ, — с этими словами она поднялась, но, ни капли не ориентируясь в доме, спросила: — Где здесь душ? Лука показал Руби месторасположение душа: он отделялся зеркальной стеной с невидимыми дверьми. Пока Киран отправился за свежей одеждой, а Лука остался около бассейна, Руби вовсе не тратила времени на купания: она снимала с себя всё оружие, очищала тайники в подошве сапог и внутренних карманах брюк. За шумом воды она услышала, как Киран постучал по двери. Выглянув из душа, Руби увидела стопку одежды на полу. Она тут же направилась за ней. Ей пришлось испытать целый спектр эмоций при виде выделенной ей одежды, и крайне неприятных эмоций. Негодование, злость, стыд… «Как мне это носить?» — Руби устало прислонилась к плитке спиной. Ей принесли не один комплект одежды, а целых три, на выбор или про запас, Руби не знала наверняка. Однако сейчас ей нужно было выбрать. Из верха: розовая кофта на пуговицах, белая майка, едва прикрывающая грудь, красный кроп-топ с вырезом до пупка. Из низа были до невозможности короткая юбка, голубые обтягивающие шорты и кожаные, как из латекса, штаны. Но помимо всего разнообразия, — и безобразия для Руби лично — одежды, в стопке среди тряпок оказался чёрный кружевной бюстгальтер и такие же трусики. При их виде у Руби нервно задергался глаз. Выдохнув раздражение и злобу, Руби принялась переодеваться. Наличие комплекта нижнего белья она решила вовсе проигнорировать. Из одежды выбор пал на черные штаны, потому что они закрывали кожу в полной мере, и красный кроп-топ, вырез которого она стянула булавкой, имевшейся у неё в запасе на все случаи жизни. Сапоги промокли из-за внепланового плавания, но альтернативы не предлагалось. Остаток оружия вернулся на свои места. Во внутренние карманы брюк опустились сюрикены, лезвие — в подошву сапог. На талии затянулся ремень с пустыми держателями для пистолетов, заново застёгнутые на ногах ножны тоже остались без содержания: у неё изъяли всё видимое и потенциально опасное оружие когда она этого не помнила. К Луке и Кирану Руби вышла в недобром настроении, грубо впихивая им одежду в руки. — Кто выбирал эти тряпки? Лука и Киран мгновенно показали друг на друга. Руби закатила глаза. — Стыд. Мне больше нечего сказать. — Эй, мы старались, между прочим! — обидчиво воскликнул Киран. — Два часа по магазинам шатались. — По магазинам? Вы это купили? — недоуменно спросила Руби. — Конечно. Откуда в этом доме быть женской одежде? Здесь только босс живет, ну и мы, — ответил Лука. — Тогда у вас отвратительный вкус. Мне нужно заесть стресс. — Ужин через час, — напомнил Киран. — Пока можешь с нами подождать в игровой. Руби решила не уточнять, что подразумевала под собой «игровая комната», и почему в три часа дня приём пищи назывался «ужином» — тоже. Возможно, в Запретной зоне свои порядки или часы могли сломаться. Выбора у неё не было, поэтому уже через полчаса Руби со скучающим видом наблюдала за тем, как парни играли в карты. — Точно не хочешь присоединиться? — в очередной раз перемешивая колоду, спросил Киран. — Вы кто? Имею ввиду, вы люди? Или странники? — спросила она, не удостоив его вопрос ответом. Лука и Киран переглянулись. — Это так важно? — серьезным тоном спросил Лука. — Да. Я хочу знать, с кем имею дело, — произнесла Руби. — Если вы порождения метафлюкса, то… — Что? Убьешь нас? — Киран внимательно на неё смотрел. — Я буду знать, что мне стоит избегать резонанса с вами, — тише закончила она. — Это может плохо кончится. — Зачем тебе резонировать с нами? — спросил Лука. — Думаешь, мы будем потакать твоим гнусным идеям? — Вы братья? — перевела тему Руби. — Да, близнецы, — ответил Киран, раздавая карты. — Как давно работаете на Сайласа? — её без спроса подключили к игре. — Как посмотреть. Давно. Почти с рождения, — заметил Лука. — Сколько же вам было, когда Сайлас взял вас к себе? — По году. Руби удивленно одарила их взглядом. Получалось, Сайлас взял Луку и Кирана ещё малышами? Разве не бред? Образ Сайласа никак не вязался с фактом, что он приютил близнецов почти с младенчества. Казалось, он вообще не способен на сочувствие, тем более к детям. Уточнять подробности их жизни было неудобно. Руби решила, что пока информации достаточно. Однако о Сайласе она не знала практически ничего, кроме того, что он возглавляет преступную группировку Онихинус, которая специализируется на модификации и сбыте изменённых протоядер, что в Линкон сити каралось законом. — Я тут надолго? — спросила, проигрывая Луке в картах. — Мы не знаем. Только босс может сказать. Руби надеялась, что их встреча произойдет нескоро. Однако час минул так же быстро, как близнецы обыгрывали её в картах. Киран собрал колоду и заявил: — Скорее всего, босс сейчас принимает гостя в столовой. Но ты уже можешь идти, повар как раз закончил с едой для тебя. Руби не врала: она зверски хотела есть. Ее желудок не видел еды уже третий день и сворачивался в трубочку. Поэтому она не стала задавать вопросы и, выслушав как добраться до столовой, оставила Луку и Кирана играться дальше. Свернув при выходе направо, она направилась по длинному широкому коридору прямо. Руби шла быстро, но не слишком торопилась, потому что понимала, что её ждала встреча с Сайласом. Коридор казался бесконечным. У Руби уже устали ноги, пока она шла до дверей впереди. До неё доносились отзвуки классической музыки. Однако стоило ей подойти чуть ближе, как она услышала незнакомый голос: — … Они планируют имплантировать протоядра в людские сердца. После чего они переставят человеческое сознание в странников. У их проекта есть название: «Фонтан Атеи». — Ты должен понять, у меня нет интереса к бизнесу чужих людей. Голос Сайласа впитал в себя скуку и высокомерие. Руби застыла на месте, задерживая дыхание и прислушиваясь. — И Мефисто сказал, что ты солгал. Ты многое не договариваешь, — Сайлас заговорил ощутимо жестче. — Жаль, что ты упустил свой последний шанс. — Нет, пожалуйста, простите меня… Вы все ещё можете использовать меня в качестве инструмента! Я… — Наша сделка окончена. Приношу свои извинения, но мне нужно развлечь более важного гостя. Умоляющий голос резко оборвался. Не было ни криков, ни выстрелов. Настала тишина, и в этот момент классическая музыка сменилась более нежной песней струнных инструментов. — Ты не собираешься заходить? — прозвучало спокойным тоном за приоткрытыми дверьми. Руби поняла, что Сайласу больше не к кому обращаться, кроме неё. Она приоткрыла двери и осторожно вошла внутрь. Перед ней предстала вылизанная до блеска столовая: почти сразу её внимание привлёк огромный обеденный стол, длинный, на персон двадцать. Посуда на нём сверкала от чистоты. Посередине стола гусеницей были расставлены яства: с пылу, с жару, с паром и ароматом, и мясо, и овощи, и фрукты, и многочисленные десерты на любой вкус. Дорогие сервизы, шикарные стулья из темного дерева, хрустальная люстра над столом… Единственная мысль: сколько людских жизней пришлось отнять, чтобы Сайлас смог жить на столь широкую ногу? — В ногах нет правды. Присаживайся, — словно прочтя ее мысли, Сайлас не сводил с неё глаз, стоя в некотором отдалении от стола и ладонью указывая на свободные места. Руби не спешила садиться, как и сокращать расстояние между ними. Она подошла к ближайшему стулу, голодным взглядом рыская по столу и желая наброситься на ближайшие к ней тарелки с едой. Желудок болезненно пульсировал от сильного голода. Сайлас незаметно оказался рядом, обошёл её позади и взял стоявший около неё графин с вином, наполняя бокал. Она напряжённо следила за его действиями и не двигалась. Густая алая капля скатилась по борту и упала на его указательный палец, пачкая. Сайлас неспешно вернул графин на стол и протянул бокал вина Руби, приковывая к ней тяжёлый взгляд из-под густых ресниц. Перенимая вино, она не сводила с него глаз: его фигура закрыла свет хрустальной лампы и накрывала её широкой тенью. Руби осторожно сместила руку со спинки стула и не глядя нашла столовый нож, приложенный к комплекту посуды. Сайлас, не поворачивая головы, перевёл взгляд на её руку, сжавшую столовый прибор. Нож, вероятнее всего, был затуплен, но и пусть. Руби взяла его в качестве жизненно необходимой защиты, глядя на Сайласа исподлобья. — Он может быть полезен в зоне 109, — не выдав никакой реакции, скупо заметил он. Сайлас дёрнулся, и Руби вздрогнула в ответ, чуть поднимая руку, сжимая нож до побелевших пальцев. Он с лёгкой улыбкой на губах отошёл чуть назад и, холодно посмеиваясь, потянулся в задние карманы брюк. Она наблюдала, как он положил на стол два пистолета, которые сам же до этого у неё изъял. — Ты издеваешься надо мной? — тихо, с угрозой спросила она, возвращая взгляд от пистолетов к его непроникновенному лицу. — Я даю тебе выход, — он вернул к ней внимание, чуть поднимая подбородок. Опасность миновала: Сайлас не собирался на неё нападать. Он специально вернул ей пистолеты, как бы говоря: «Можешь воспользоваться ими, если хочешь». Значит, ему требовалось от неё иное. Отложив нож обратно на стол, Руби молча взяла пистолеты и вернула их к себе на пояс. Склонив голову вбок, Сайлас с едва уловимой насмешкой произнёс: — Если ты не можешь уйти, почему бы нам не заключить сделку? Вновь посмотрев на него, Руби, всё ещё держа в руке переданный ей бокал вина, нарочито задумчиво поднесла его к губам, чтобы смочить горло. — Методы работы Онихинус — покупать и продавать силой. Меня это не интересует, — облизнув губы, сухо ответила она. Охлажденное вино упало в желудок неприятным комом, обжигая горло. Решение выпить алкоголь, будучи голодной, было крайне опрометчивым. Однако Руби почти сразу допила весь бокал целиком, испытывая ненормальную жажду. — Где есть желания, там есть место сделкам, — до этого молчаливо наблюдая за тем, как она осушивала бокал, вскоре заметил Сайлас. В его алых глазах, полных первородного зла, сверкнул намек на улыбку, которой не нашлось места на восковом лице. Его фигура загородила часть света Руби, и она увидела, как его правый глаз начал светиться ярко-красным цветом. Руби помнила, что в прошлые разы таким образом Сайлас проявлял силу своего эвола, из-за чего она цепенела от ужаса и испытывала слуховые галлюцинации. — Прошло много дней. К настоящему моменту ты должна знать, чего на самом деле хочешь, — его глаз светился, но на этот раз влияние его эвола было не столь болезненным. Но влияние всё равно было. Сайлас играл нечестно, напрямую манипулировал её эмоциями, полагаясь на силу эвола. Руби начала испытывать вполне объяснимое, но беспокойство, почти панику. Давление с его стороны было ощутимым и очевидным, но она ничего не могла поделать со своими чувствами. Растерянная, Руби не сводила внимания с его лица, словно бы привязанная, не смела пошевелиться. Эмоции не подавались контролю, она чувствовала, что не владела ситуацией. — Только я могу дать тебе то, что ты хочешь, — договорил Сайлас. Его стальной тон лишь подтверждал его неотвратимость: он всё решил. Мнение Руби его не интересовало вовсе. — И ты примешь мои условия. Руби ощутила резкое отторжение, вызванное несогласием с его словами. Она не могла позволить вновь заиметь над ней власть. — Какие условия? — она мотнула головой в попытке избежать его влияния. Оно было несильным, поэтому ей почти сразу удалось вернуться к трезвому рассудку: — Ты просто хочешь, чтобы я резонировала с тобой. Сайлас не спешил развивать диалог, что лишь подтверждало её правоту. Среди тысячи вопросов, недомолвок и недоверия, Руби вдруг пришла к заключению, что едва ли она могла повлиять на своё положение. Но она могла воспользоваться ситуацией в свою пользу. Единственное правильное решение сейчас — это не спорить, не лезть на рожон, а попытаться взять контроль в свои руки, принять решение самостоятельно. Даже если ей придётся дать ему то, что он хотел. — Ладно, я принимаю эту сделку, — раздражённо заговорила Руби и затем внимательно вгляделась ему в лицо, ставя свои условия: — Я резонирую с тобой, но взамен ты отдашь мне эфирное ядро с аукциона Онихинус. Его пальцы длинные, а рука холодная. Руби смело взяла его ладонь своей. Сайлас не шелохнулся, лишь опустил взгляд к их рукам. Даже легкое прикосновение к его ладони вызывало у Руби неподдельный страх, и как бы она ни хотела, он наверняка чувствовал, что она боялась. — Отпусти меня. Ты пока не в силах сделать это, — спокойным тоном произнёс он. Но Руби видела его глаза, и в них, словно бы в противоречие, проявилась борьба, сложный выбор. Сайлас нахмурился, глядя на их ладони. Он будто сам не желал резонанса именно сейчас. Руби не отступала: она сжала его руку с силой, вместе с тем ощущая, как сгущается воздух вокруг них, как аура Сайласа давит на неё, принуждая оставить эту идею и прекратить. Её авантюра могла обернуться для них не самым лучшим образом. Резонанс так и не проявился, и нельзя утверждать, что это плохой результат. Руби, испытывая стыд, попыталась осторожно выдернуть ладонь, но хватка Сайласа усилилась, не позволяя ей этого сделать. — Может быть, я был слишком добр к тебе, — тон ожесточился. Он крепко сцепил их пальцы. Сайлас был недоволен то ли несдержанным и откровенно глупым порывом Руби, то ли очередной неуспешной попыткой резонанса. — Отпусти меня! Ничего не изменится, если ты будешь меня удерживать! Ты требуешь от меня резонанса, но я не могу сделать его просто так! — разозлившись, она посыпала на него обвинениями. — Твое показное высокомерие лишь убеждает меня в том, что ты не можешь даже управлять собственным эволом, — он хлестанул её словами, хладнокровно и унизительно. Любые возражения с её стороны показались бы жалкими оправданиями, поэтому она молча проглотила его грубости. Сайлас, ещё некоторое время бесцельно глядя на их переплетенные пальцы, все же разжал ладонь и отпустил её. Руби тут же обозначила дистанцию, отходя от него на безопасное расстояние, в то время как Сайлас смотрел на неё с задумчивым выражением лица. — Как я и думал. Ты слаба, — констатировал он. Руби приподняла бровь, недоумевая от его вывода. Она была с ним категорически не согласна, ведь он совершенно не знал ни как человека, ни как охотника на странников, но решила не вступать в полемику. — Ешь, сколько хочешь, — более не глядя на неё и обращаясь в приказном тоне, Сайлас указал на стол. — У тебя есть десять минут. Как закончишь, иди на выход с базы, найдешь меня там. Он подхватил со спинки стула пиджак, закидывая его на плечо, и направился на выход из столовой. Руби провожала его обиженным взглядом: слова Сайласа задели её гордость. Он обернулся около дверей: — Надейся, чтобы наша сделка была успешной. Иначе это будет твой последний приём пищи, - заявил пугающе серьёзным тоном. Алые глаза предупреждающе сверкнули в свете хрустальной лампы.