Осколки

             Не дождавшись ответа от Чарли, я выскочила из-за стойки и побежала за Эмили. Мне она ещё нужна, эту жертву Ру не получит. Даже у этой жертвы в пакете компромат длиннее моей жизни и голова Ориона за пазухой.       Я всё равно её не отдам, вытащу из очередной заваружки и никогда больше не подумаю отдать на попечение Чарли и её подружке. Сама буду с ней возиться.       Когда я наконец подошла к 43 двери, всякая смелость развеялась, унесённая ветром моего бега. Дверь была закрыта, но не заперта, я знала — ангел не станет этого делать. Мне ничего не мешает потянуть за ручку и открыть её.       Но я не могла этого сделать. Боялась, едва не тряслась. Что если я опоздала? Что если это не настоящая дверь? Так, если я проявляла неестественную поддержку, это не означает необходимость проявлять неестественный страх! Просто возьми и открой дверь. Если там сидит Ру — она всё равно выйдет когда-то, игнорированием проблему не решишь.       Я решительно толкнула дверь, готовясь в любую секунду материализовать хоть сотню клинков. Но хрен там плавал.       Я думала, раз Эмили бывший ангел — у неё всё будет идеально расфасовано и расставлено по полочкам. И я в курсе, что ключевое слово здесь «бывший». Но это всё равно странно. Кто не будет заметать следы погрома от паранормальщины?       Пол в комнате был залит не кровью, но блестящим в заре стеклом, окроплённом золотой кровью. Каждый осколок переливался этим светом и красной мутью пентаграммы в окне. Чёрные тени ползли по стенам, по мебели, создавая решётки или колонны инфернального храма.       А в центре, подогнув колени под себя, сидела Эмили, безмолвно глядя на свою ладонь. Она даже не вздрогнула, увидев меня.       Я осторожно проскользнула по кускам пола, где не было стекла, пройдя за спину ангелу и заглянула в осколок, который она сжимала в руке. Отражённые глаза Эмили на секунду встретились с моими.       Внезапно ладонь разжалась, стекло выскользнуло, а рука кинулась в мою сторону.       — Не подходи ко мне! — твёрдо крикнула Эмили. Я отшатнулась.       Из-за спины вырвались все две пары крыльев, потоком ветра захлопнув дверь. Из распахнутого окна повеяло холодным ветром. Я отошла на несколько шагов, слегка поёжившись.       Эмили больше не была жалким ангелом, вышвырнутым с небес и оборванными лоскутами крыльев. Это было нечто, с тремя пылающими глазами, способное бросить вызов самому злу.       — Думаешь, раз я связалась с тобой, я буду прислуживать тебе вечность? Больше никогда!       И я привела её к этому, при том потребовался лишь один разговор на дереве и парочка прикосновений. Впечатляет, даже не верится, что здесь нет ментальной магии. По крайней мере моей. Жаль, что зрение не улучшилось, и она всё равно не знает с кем воевать…       Пальцы сжались в кулак, я пристально посмотрела на Эмили снизу вверх. Очередная душа выше меня. Тактика с запугиванием и ответной демонстрацией силы здесь не годится…       — Успокойся, — постаралась я звучать помягче. — Я не она. Мне не нужна твоя кровь, тело, что ещё можно забрать? Я ненавижу золото… Не после Селестии, экзорцистов, прочих крылатых выродков и любителей отрубить мне что-нибудь.       Аргумент был не просто железный, а из звёздного металла! Никто в этом мире, включая Эмили, в душе не чаял кто такая Селестия. А Ру вообще в сарае, и единственный источник информации у неё — разум моей подопечной. Насколько мне известно. Вот и пригодилась моя ненависть делиться прошлым!       Взгляд Эмили смягчился, ненависть смирилась подозревающим прищуром. Нижняя пара крыльев опустилась, скрипнув натянутой кожей. А вот перья верхней продолжали настороженно трепетать. Ангел сделала несколько шагов вокруг меня, осматривая взглядом сурового хищника. Я слабо вздрогнула от воспоминаний о Люде.       Эмили остановилась и медленно протянула ко мне руку. Не дотянувшись, она взглянула на неё так, словно пальцы начали рассыпаться песком. Было в этом что-то знакомое, и одновременно кардинально иное. Шершавую, ледяную кожу обдало теплом пальцев, теребивших её.       Руку свело судорогой. Её не должно было быть. Её отрубили ангельским металлом, и даже некромантия не в силах вернуть её полноценно. А Эмили её ощупывала как ни в чём ни бывало, залезая под рукав. Нет!       Не успела я выдернуть конечность, как Эмили открыла то, что я так боялась увидеть. Тонкий белый шрам, похожий на шерстяную нить. Я его даже не сразу заметила. Но он останется навсегда. Заменит собой полноценную чувствительность и тепло кожи.       — Откуда это у тебя? —       Вздохнув, я перевела взгляд в пол и начала свой короткий рассказ.       — Во время последнего истребления, мне поранили ногу и собирались убить. Я неудачно телепортировалась прямо к другой экзорцистке на задний двор. А поскольку я не могла встать, мне пришлось скастануть щит. Щит проткнули. Кисть отрезали. А потом уже она свалилась с крыши, пронзённая моим мечом.       Про то, что воительница была полной копией меня, за исключением оружия и райской прописки, я намерено умолчала.       — Но ведь рука у тебя всё ещё на месте? — наклонила голову Эмили.       — Верно, потому что я села её сращивать, — я поморщилась. Но раз я уже завела эту шарманку о прошлом, надо докрутить. — Потом я услышала звуки бойни на крыше основного здания, полетела туда. А там дрались Адам и Аластор. Я думала, он демон могущественный, подождать может. Могущественный он был, а вот серьезности нихуя! Отвлёкся, ему микрофон сломали и хребет заодно! Вот и всё.       Через секунду я, без всякого сопротивления ангела выдернула руку и развернулась полубоком. А потом и вовсе спиной. Нервно, я начала потирать левую ладонь, не зная, чего должна ожидать от себя же. То ли продолжить, выплакаться и сказать, что виновата в смерти я. Или отсечь руку. Или сразу всё. Мысли в голове скакали без всякой логики.       — Я тебе верю. И ты не одна.       Правильно. Со мной призраки, обломки, ошибки и подавленные крики бессилия. Не оборачиваясь, я сквозь зубы пробурчала:       — Собирай, давай вещи, мусор и вообще всё, что несёт хоть какой-то эмоциональный отпечаток. Будем тебе маску делать. Из пепла и слёз, как выражались сектанты.       Возможно, вся эта заварушка с фальшивой дверью, схожими разумами и вторым лицом хуйня на постном масле. Но попробовать стоит. Чем быстрее, тем больше шанс найти действенный способ и предотвратить локальный апокалипсис. Даже думать не хочу, что случится, если оно сольётся с ангелом…       Это я рождена в тенях, это мне можно шататься по жутким сараям и выходить в почти в здравом рассудке. Потому что он у меня давно сдох от одиночества, ещё и отравленного разложившейся совестью!

***

      Не буду сильно распинаться что мы делали, сколько раз Эмили случайно, а может и нет, резалась стеклом и мне приходилось клеить ей пластыри, поскольку саму её бросало в дрожь от единственной капли крови. Но скажу что это было.       И растянуло сбор раза в два. А уходить, чтоб я безопасно подняла осколки телекинезом, хозяйка комнаты не захотела. Я особо и не противилась.       По итогу собралось три пакета на сожжение. Из особо примечательного, туда попал тот самый дневник. Я не стала у неё спрашивать почему, хотя и сильно хотела. Потому, просто немного сощурилась. Возможно, так будет лучше…       Мы вышли и пошли вниз. Когда Эмили закончила пялиться на комнату, я быстренько, без её ведома, наложила магический замо́к на номер. Щель на секунду сверкнула голубым сиянием и оказалась запечатанной для всех, кроме меня.       А тем временем, внизу, в баре, разгорелся крайне весёлый диалог Чарли и…       — А вот ты чем занимаешься, Вифрен? — с непринуждённой улыбкой спросила принцесса.       Я остановилась в конце лестницы, с любопытством слушая и впитывая каждое слово их разговора. Эмили же замерла возле двери на улицу.       — Я довольно известна, пусть и в весьма узких кругах. Я исследователь аномалий. По городам езжу, дела всякие мистические расследую, — без особого энтузиазма ответила Вифрен. — Мне вот что интересно, я одна у вас такая уникальная, или ещё кто известный останавливался у вас? Оверлорды, например? — она задумчиво наклонила голову набок. — А то я слыхала нечто подобное…       Чарли отвела помрачневший взгляд вниз. Вифрен же заметалась глазами по помещению, словно почувствовав моё присутствие.       — Да был у нас один. Аластором звать. Или скорее звали.       Ядовито-фиолетовые глаза Вифрен внезапно вонзились в мои. На секунду, её лицо исказилось в хитрой и немного нахальной улыбке. Демоница встала и под бдительным надзором Чарли приблизилась ко мне.       — Приветствую. Как там твоё имя, Луна? Или, может, предпочитаешь что-нибудь иное? — с какой-то горечью усмехнулась она.       — Луна меня устроит. А теперь говори, чего прикопалась? — Догадливая, сотрудничать приятно будет. Тебе известно что-нибудь об Аласторе?       Вспомнишь говно — вот и оно. О его смерти весь Ад трубил, до Рая поставки газет и передач дошли, наверное. Зачем тебе спрашивать? Вифрен нетерпеливо хрустнула костяшкой пальца, сочно, как чьим-то позвоночником.       — Помер он.       Пальцы сверкнули ярким лиловым сиянием. Разом хрустнула вся ладонь, а тишина воцарилась как после взрыва. За секунду в голове вспыхнула сотня мыслей. Об Аласторе, Эмили, Вифрен, сегодняшнем дне и что ждёт потом. А главная, что эта девка сотворила.       Но в ту же секунду они погасли. Невообразимо спокойно стало на душе. Словно в эпилоге какой-то комедийной книги, где у всех всё хорошо. По роже едва не расплылась идиотская улыбка. Совершенно не уместно, когда твой шрам на спине будто разрезали и засыпали туда льда. Грёбаная ментальная магия!       — Когда он умер? До чистки или после? — процедила сквозь зубы Вифрен и закусила губу.       — Прямо во время неё — Адам топором зарубил.       Вифрен оскалилась, в глазах сверкнуло неверие, а пальцы сжались в пульсирующий слабым сиянием кулак.       — Ты отведёшь меня на его могилу, — приказным тоном сказала она. — Сейчас же!       Полегче, дамочка! Это я здесь приказы раздавать должна, я принцесса, а не ты.       — Я занята вообще-то!       Демоница вцепилась мне в плечи своими длинными когтями, скрипнула дешёвая ткань куртки, а за ней и футболки. Новые вещи тоже ты купишь?       — Ты обязана! Я обязана! Там быть!       — Да кто ты ему вообще?! — крикнула я, вырвавшись из хватки. Волосы закрыли все лицо. — Сестра, жена, сумасшедший фанатик, не знаю?!       Ещё секунда, и в руке бы материализовался меч. По воздуху прошлась рябь.       — Хватит! — встала между нами Чарли, у которой от недовольства выскочили рога. — Это отель для искупления грехов, а не их совершения! Я сама отведу тебя на его могилу, хорошо? Только не деритесь!       Вифрен тяжело вздохнула и цокнула языком. Смирив меня косым взглядом, она побрела куда-то в след за Чарли.       А я вышла на улицу. Вздохнула пропахший горечью и гарью воздух, с лёгкими нотками цветов, которые пыталась выращивать Ниффти. Аж жить захотелось! А где Эмили?       А она беспомощно сидела на земле, облокотившись на стену и схватилась руками за голову. Глаза её были абсолютно пусты, растрёпанная чёлка скрывала напряжённое лицо.       Но стоило ей увидеть меня — в неё тут же вернулась жизнь, как чудодейственного эликсира отхлебнула. Она вскочила, подбежала ко мне и на губах её вспыхнула слабая, тонкая улыбка. Я кивнула ей, взяв два пакета в руки, да призадумалась. Где можно провести ритуал, который, ещё не факт что сработает?       Немного поразмыслив, почесав затылок, я решила проводить обряд на окраине свободных территорий, где когда-то защитила Чарли от ангельской пули. Место относительно недалёкое и с травмами никакими не связанное.       Ну как не далёкое, всего лишь три десятка автобусных остановок, несколько пересадок и ещё два часа пешком! И на протяжении всего этого времени мне приходилось защищать Эмили от многочисленных косых взглядов и нападок местных жителей. Ну а что, не каждый день видишь падшего ангела! Вот она кара за то, что в комнате сидела. Места не знаю, телепортация недоступна.       Покосившийся забор, в который давно въелся запах пороха и дыма, встретил нас у границы. Вдали слышались взрывы, крики и прочий шум от тщетных попыток грешников оторвать себе клочок земли. Очередная граната врезалась в стену и взорвалась. Из чего они сделаны?       Благо, нам пробираться сквозь всё это под шквалом пуль, как на истреблении, не надо. Только спрятаться за одним из зданий и разжечь костёр. И пока мы шли, Эмили подала голос.       — Луна, знаешь…       Я повернулась к ней, сбавив шаг и крепче сжав пакеты в руках.       — В общем, эта новенькая Вифрен, мне будто бы знакома. Если выражаться как люди, она напоминает мне человека из очень старого сна. Но этого сна никогда не было… — Эмили подняла голову ко мне и замерла.       Я сделала пару шагов назад. По привычке оглянулась и сбавила голос, словно опасаясь, что это существо, притворяющиеся новой постоялицей может меня подслушать.       — Мне она тоже не кажется «исследовательницей аномалий», — с подозрением пробормотала я, скрестив руки на груди. — Уж больно она сама, аномальная.       — Ты хочешь сказать, что тоже почувствовала эту вспышку?       — Да её каждый дурак учуял!       — Хотя, ты сильный маг, я не особо удивлена… — тихо добавила спутница.              Слова повисли в воздухе и не опустились даже после хруста стекла, звонких ударов лезвий и прочего треска костра.       «Ignis» — сказал покойный Саня, щёлкнув пальцами и между ними вспыхнул огонёк. Я сейчас сделала точно так же. Пламя перекинулось на бумагу и с удовольствием начало её пожирать.       Я уставилась на горящие вещи, совершенно забыв про Эмили. В глазах, небось, отражалось сияние. Жутковатое прошлое и туманное будущее сплелись в горьком дыму костра в настоящем.       Что грядёт после настоящего? Удастся ли ритуал, или я глупец, напрасно уверовавший, что пляски фанатиков, маски и прочий дурдом на самом деле не были им? Сгинет ли Эмили в лапах чудовища или останется жива? Не узнает ли о происходящем Чарли или кто важнее?       Так или иначе я сделала выбор. Мы сделали выбор, поправочка. Обряд начался.       «Из пепла и слёз своих она сотворила маски, дабы отделить своих последователей от лицемеров».       Вероятно, это была всего лишь метафора на какой-то сложный, многоэтапный обряд, если не просто красивые слова. Но я предельно понимала суть слов и что надо делать. И всем сердцем верила, что это сработает.       Я велела Эмили сконцентрировать эмоции в виде магии, выплеснуть всё что она чувствует, передать каждое ощущение слабому сиянию между пальцев, постепенно набирающем силу.       Насколько я помнила, сектанты плясали с факелом, меняющим цвета под цвет добродетелей. Если провести натянутую цепочку размышлений, можно прийти к выводу, что это магия с примесью эмоций. Значит, половина уже сделана правильно…              Навеянный магией ветер подхватил пепел и понёс вверх, словно снежинки. Всё небо скрылось за серой завесой тяжёлого, горького дыма, с несколькими крупными трещинами, из которых лился яркий багровый свет. Остатки не сгоревшей бумаги подхватила буря и унесла высоко вверх.       Из чёрного пепла, под свист ветра, громкий, как смерч, медленно собралась фигура. Человеческая! Будто ангел она грациозно сошла на поверхность. Я заворожено смотрела, как она шагает по воздуху и невольно сама сделала шаг в её сторону. Но она лишь отдалялась, чернильные нити волос закрывали спину.       Хребет, стремительно сгибающийся пополам, словно сломанная ветка. Конечности уродливо выгнулись, сломались и криво срослись в четыре тонких лапы. Таких же тонких, как и шея существа, с маленькой, облезлой бошкой на кончике.       Спину пронзило болью, будто туда вновь вонзился коготь твари. Я заматерилась сквозь зубы, надеясь, что это лишь воспоминание, фантом, а не магия только что пробудившегося зла. Мы ведь не могли её призвать, пытаясь наоборот защититься?        Это ведь не конец! Не все печати сняты! Не всё что бродило во тьме и создано из сгоревшего отчаяния есть зло! Насчёт Ру не уверена, может у неё, всё же, нет подпольной истории, но у нечто, созданного нами точно есть! И я знаю, что это просто пропитанный эмоциями пепел, обретший форму того, чему эмоции были посвящены. Ты — не она! Ты — маска. Так повинуйся воле актёров!       Казалось, фигура прочла мои мысли. И то ли в насмешку, то ли от порывов отчаяния, чья-то магия сильнее закрутила бурю. Клубы горячего дыма заволокли обзор и исчезающую в них фигуру. Фигуру, уменьшающуюся. Проваливающуюся в саму себя, словно чёрная дыра, пока не возникла аккуратная угольно-черная маска. С тонкими фиолетовыми завитками.       Смирение…       Остатки боли сползли, вместо лоскутов футболки. Вернее заползли внутрь и сжали сердце отвратительным осознанием. Смирение. Столько смыслов заложено в простом слове из восьми букв…       «Не перечь старшим. Смирись со своей ролью, судьбой и Лиза смирит твои невзгоды» — ещё одна порция бреда от великой пророчицы Лизы. Не борись. Смотри как рушится твоя судьба и твой мир. Стой у океана и смотри как медленно приближаются волны. Отдайся сладкой смерти.       Всё бессмысленно, да? Вся её борьба, нежелание прислуживать, крики… Всё это показуха, где она и актёр, и режиссёр, и зритель и вообще все? Охуеть. Я и сама поверила, что ты не смирилась с участью. И продолжу верить. А сама в душе так же смирюсь…       Так! Люда же сумасшедшая, точно! И могла не правильно перевести текст. Что я ною?       Подошла, взяла маску в руку и протерла краем куртки от пыли. Нахмурилась, сама не знаю почему, и понесла к Эмили. Она продолжала стоять с закрытыми глазами, шевелясь только, чтобы вдохнуть. При том была в ней какая-то несвойственная больше безмятежность. Или скорее смирение.       — Дело сделано, — сказала я, протягивая результат сегодняшнего дня. При том стараясь звучать максимально спокойно и отстранённо.       Эмили открыла глаза и немного проморгалась. После, с неподдельным интересом начала разглядывать маску и узоры на ней. Прощупала шершавую поверхность, повертела, перевернула, примерила и тут же сняла.       — Ты думаешь она защитит меня? — тихо усмехнулась она, закрывая половину лица. Хотелось бы мне верить в это… — Хорошо, это в сотню раз лучше, чем ничего. Спасибо, что пытаешься помочь мне, Луна. Я это очень ценю, — и спрятала артефакт под куртку, к сердцу поближе.       Дневник сожгла, я стиль общения остался…       А что, если и остальное так же осталось и все мои усилия напрасны? Напоминает древнюю историю про то, как дальние племена к Эквестрии присоединили. Приняли законы Эквестрии, а жили по старому уставу. Только тут последствия будут гораздо серьёзнее замены парочки старейшин…       Что если все будут думать, что она на нашей стороне, а потом её тело заберёт Ру, из-за сделки, которую все прозевали?       Обдумать стратегию на этот случай надо, а не хочется. Да надо. Вот прямо сейчас телепортирую нас в отель, а сама пойду на крышу! А потом из тени неожиданно выйдет Эмили в своей чёрной маске и потребует открыть комнату. А там Ру из стен выбирается. Чтобы поиграть в нарды, естественно!       Я взяла Эмили за руку, немного изумившись тому, насколько она горячая по сравнению с моей. Представила уже вытесняющий Кантерлот холл отеля, и в ту же секунду мы перенеслись туда.       Всё было не как всегда… Большую часть света выключили, оставив только неоновую подсветку в баре и камин рядом с диваном. Единственным живым существом была Ниффти, оттирающая какое-то пятно на диване.       Услышав, как шумно шаркает ногами по полу подкосившаяся Эмили, она быстро вытерла руки об юбку и поймала её даже раньше меня. Почти сразу она начала расспрашивать где же мы пропадали семь часов и что делали.       Ниффти её достаточно отвлечёт, может они даже посиделки устроят где-то на кухне, или у поварихи в комнате. Я смогу больше порассуждать да подумать!       Я стремительно пробежала, практически перелетела этажи, и даже не поменяв одежду, распахнула дверь наружу. В лицо ударил ветер, обдувая волосы.       Не буду в очередной раз описывать вечернюю прохладу, крышу, звёзды. Они, практически, константа в этом мире.       Я остановилась у оградки со стороны города и опёрлась на неё.       Луна тоже казалась константой. И что по итогу? Раскрошилась остатками магии в амулетах, а обломки продали горнодобывающим компаниям, деньги пустили на ремонт отеля. А ведь это была печать Ру. Нечто, старше тебя и самой Эквестрии.       Ничто, на самом деле, в мире не вечно. Даже мой запас упрямства. Просто я не хочу с этим мириться. А вот Эмили смогла.       Тёмная часть сказала бы бросить её тогда. Но я будто бы не могу. Обещание держит, жажда не проходить тот же маршрут вновь и вновь. Страдания. Попытки утешить и разделить эти страдания. Попытки разбиваются о чужое нежелания. Душевные излияния звёздам крыше. Молчание для Чарли. «Сама справлюсь, не позволю никому трогать свой проект!»       Но я ведь не старая Луна! У меня свой путь и он другой! Я возьму половину от «Не спасай того, кто не хочет быть спасённым»! И продолжу возню с Эмили. А ещё вернусь к...       Из-за двери послышалось тяжёлое дыхание. Металлические петли скрипнули, я резко, аж с хрустом, выпрямилась и повернулась. Вифрен. Стоит, одной рукой схватившись в косяк, а другую уперев в колено. Шляпа сползла на лоб и закрывает глаза.       — Вот ты где, – выдохнула она. — В общем, я теперь помогаю тебе с Аластором.       — С чем? – неуверенно спросила я, губы приоткрылись, чтобы сказать что-то, но мозг не находил слов.       — С воскрешением.       Вот к нему и вернусь.