3.
17 декабря 2024 г., 20:15
Возвращение домой у Тома получилось сумбурным, суматошным и нервным. Уйдя с головой в изучение древних свитков и фолиантов, он очнулся лишь на пятые сутки, до этого успешно отмахиваясь от слухов и любых донесений своих людей. Уезжая, Реддл оставил чёткие указания, в особенности того, что могло касаться Поттера.
Тому было необходимо на время своего отсутствия занять папочку делами, чтобы у того не было времени думать ни о чём другом, как о работе, но в то же время чтобы эта самая работа не подвергала его жизнь опасности. Реддлу было прекрасно известно о бесшабашности, излишней жертвенности, гиперболизированном чувстве ответственности и отваге Гарри. А потому главной задачей его людей было удерживать интерес Поттера, держать его на «коротком поводке», но не вступать в дуэли и не причинять вреда.
В какое же бешенство пришёл Том, когда в конце последнего доклада, немного замявшись и резко выдохнув, будто перед погружением в бездну, ему рассказали о произошедшей стычке между людьми Реддла и Поттера. В итоге скоротечного боя Гарри был ранен и в тяжёлом состоянии доставлен в больницу Святого Мунго.
Дальше Том не слушал.
— Идиоты, — прошипел Том и, сопровождаемый изумрудной вспышкой смертельного проклятия и шумом падающего тела, кинулся к сумкам, где был припасён телепорт в Лондон.
— Да где же он, Мерлин вас всех прокляни! — едва не взвыл Том, когда в очередной сумке не смог найти припасённый портал в виде книги.
Длинные пальцы подрагивали, а в груди разливались тревога и боль, будто кто-то дал ему кулаком под дых. Паника медленно, словно большая кошка на охоте, вальяжно подходящая всё ближе и ближе к уже загнанной в угол добыче, начала застилать разум. Том понял, что впервые в жизни не способен контролировать собственные эмоции и мысли.
«Пусть он будет жив!» — это всё, о чём он мог сейчас думать, вытряхивая содержимое очередного чемодана на пол. Всё пространство вокруг уже было устлано его вещами, книгами, свитками, свежими свечами и разбитыми чернильницами. Капли чернил, разлетевшись, окропили комнату, попав на его бежевые брюки и белые мокасины.
— Где же он? Где?! — в ярости закричал Том и, как самый простой магл, которого с головой захлестнула тревога о близком и любимом человеке, рухнул на колени, пачкаясь ещё сильнее. Он яростно раскидывал вещи, не обращая внимая на то, что все руки уже были покрыты пятнами чернил, а ребро правой ладони рассекала свежая царапина от разбитого стекла чернильницы.
— Мой Лорд, — едва разборчивый, неуверенный шёпот, раздавшийся от двери, был попросту не услышан Томом. В ушах у него шумела кровь и пульсировал гнев пополам со страхом. Неизвестный, видя, что Реддл не обращает на него внимание, прокашлялся и позвал ещё раз, уже громче: — Мой Лорд!
Том вздрогнул и обернулся, бешено сверкая глазами на смертника, что посмел его отвлечь от поиска порт-ключа.
— ЧТО?!
— Мой Лорд, — мужчина показался в двери и глубоко поклонился. Уже потянувшийся за своей палочкой, чтобы наказать мерзавца, Том замер. В руках мужчины, которые тот протягивал Реддлу, лежала та самая маленькая книжечка, что служила порталом. — Порт-ключ.
— Вижу, — Том рывком встал, схватил свою палочку, валявшуюся чуть поодаль, и выхватил из рук Пожирателя книгу. Коснувшись центра обложки кончиком волшебной палочки, Том буркнул под нос необходимое заклинание, приводя экстренный портал в действие.
Голубая вспышка на миг ослепила Реддла, он потерялся в пространстве и вывалился в одной из подворотен Лондона, совсем неподобающе плюхнувшись в лужу.
— Драконье отродье, — рыкнул Том и, прикрыв глаза, аппарировал как можно ближе к больнице Святого Мунго, здраво рассудив, что Гарри доставили именно туда.
— Где Гарри Поттер? — с силой толкнув входную дверь в больницу, Реддл поймал за руку первую попавшуюся целительницу в отвратной лимонной мантии.
«Ненавижу лимоны», — мысленно скривился Том, ловя взгляд девушки, чтобы подавить её волю и как можно скорее узнать, где его Гарри.
— Мистер Поттер? — девушка растерянно и испуганно смотрела на нависшего над ней мужчину. Грязный, растрёпанный, с безумно горящими глазами, он сейчас внушал ужас. Однако воля Реддла была куда сильнее, чем у молодой целительницы, и сопротивляться у неё просто не было сил. — Пятый этаж, седьмая палата, — пролепетала она.
Больше не нуждаясь в помощи целительницы, Реддл отпихнул девушку от себя, разрывая зрительный контакт и освобождая её от своего влияния. Быстрым широким шагом он заспешил в сторону лестниц, сам не узнавая себя. Куда делась его холодность и выдержка? Где обаяние, что позволяет обольщать и заставлять себя слушаться без магии и врождённого дара к легилименции?
— Этот чёртов Поттер… Это всё он, это всё из-за него, — шипел Том, взбегая на пятый этаж. — Прибью его! Мерлин, пусть он только выживет, — сорвавшись на шёпот, выдохнул Реддл, замерев перед палатой с простой нарисованной цифрой семь на ней. — Просто пусть выживет.
Глубоко вдохнув, Том взялся за ручку двери, не замечая, как дрожат пальцы. Тихий щелчок — и дверь плавно открылась, пропуская его в затемнённую плотно закрытыми шторами палату.
Гарри лежал на кровати у дальней стены, ближе к окну, белый, как полотно. Лицо его осунулось, и Тому казалось, что он успел сильно похудеть за те несколько дней, что провёл тут. Поттер был укрыт лёгкой простынкой, и Реддл, затаив дыхание, смотрел на грудь Гарри. Ждал его вдоха. Отчего-то ему было важно убедиться, что Поттер дышит, прежде чем он осмелится к нему подойти.
Наконец глаза его достаточно привыкли к полумраку комнаты и он увидел едва заметное движение.
— Дышит, — будто гора свалилась с плеч Реддла, а ноги сами понесли его к кровати. — Гарри, — Том опустился в кресло рядом и робко, будто не он держит в страхе почти всю Магическую Британию, накрыл своей ладонью ладонь Поттера. — Гарри, — тихо позвал Реддл.
Поттер не отреагировал, а Том боялся позвать громче. Он примчался сюда, толком не узнав, что произошло и каким именно заклинанием поразили его Гарри, и теперь мысленно ругал себя за взявшуюся из ниоткуда эмоциональность. Конечно, играя роль юного, немного капризного, но любящего партнёра, он обязан был бы так или иначе приехать и выказать свою заботу о Поттере, но то, что он вытворил…
— Что ты со мной сделал, Поттер? — Том не сводил пытливого взгляда с лица Гарри, неосознанно поглаживая его кисть большим пальцем. — Это ведь всё из-за тебя. Я совсем утратил контроль над собой. Повёл себя как эмоциональный, нестабильный, тупой подросток. Бросил исследования, упал в глазах своих подчинённых и примчался, как послушная собачонка, к тебе.
Реддл склонился над Гарри. Взгляд его скользил по истончившимся чертам лица, аккуратным крыльям носа, тонким бровям, коротким ресницам, обескровленным губам.
— Как хорошо, что ты сейчас не видишь и не слышишь моего унижения, — Том запнулся. Его сердце заходилось в бешеном ритме, а чувства захлестнули с головой, сдавливали горло, мешая говорить. Он никогда не испытывал такого. — Столько противоречий, Поттер. И вот, что интересно, я теперь не знаю, что делать дальше, — Реддл горько усмехнулся. — Ты должен был стать драгоценным инструментом в моих руках, но, кажется, это я сам попался в ловко расставленные сети. Что же ты за монстр, Гарри Поттер?
Том зажмурился до цветных кругов перед глазами и прижался лбом ко лбу Гарри. Кожа Поттера была холодной и липкой, будто недавно у него был сильный жар и тот хорошо пропотел.
В голове у Тома вновь творился сумбур. Самый странный и страшный день в его жизни случился сегодня. Он ещё слабо это осознавал, но что-то терзало его. За рёбрами скребло и жгло.
— Ты нужен мне. Люблю… — чуждые слова вдруг сами сформировались на языке, слетев с него загнанным, сдавленным шёпотом, который Том постарался тут же заглушить отчаянным поцелуем. Он целовал бледные губы Гарри, не замечая, как увлажнились собственные глаза, как потекли горячие слёзы, оставляя следы на щеках, и не замечая, как подрагивают ресницы Поттера.
Том провёл с Гарри ещё некоторое время, прежде чем вернуться в дом Поттера, где обосновалась большая часть вещей самого Тома. После случайных слов признания Реддлу стало неловко наедине с Гарри. Ему казалось, что теперь он слаб, и Тому было жизненно необходимо начать действовать и окунуться в дела.
— Но сначала душ, — Реддл с отвращением посмотрел на свои руки в пятнах чернил и грязную одежду в пятнах всё тех же чернил и следах от лужи.
На выходе из палаты его остановил пожилой целитель, откуда-то знавший, что Реддл является постоянным партнёром Гарри Поттера. Впрочем, интрига быстро пропала. За спиной целителя маячил Дэвид, секретарь Гарри.
— С Вашим возлюбленным всё в порядке, — голос старика был сух и резок. — Первая ночь была самой опасной и сложной, однако кризис миновал. Мы оставим мистера Поттера на неделю здесь под нашим наблюдением, после чего Вы сможете забрать его домой.
— Благодарю, сэр, — Том натянул на лицо самую вежливую улыбку, на которую был сейчас способен. Он кивнул целителю и уже собирался уходить, когда вдруг замер и спросил. — А что именно за заклинание его поразило?
— Хм… — целитель хмыкнул, пошамкал ртом, как любят делать многие древние старики, что-то прикинул в уме. — Вы вряд ли слышали о таком проклятии. Не буду засорять Вашу голову научными терминами, но в простонародье его называют «гнилая кровь». Отвратительное проклятье, от которого проклятого ожидает ужасная, мучительная смерть.
Том побледнел, но смог удержать лицо и кивнуть целителю, прежде чем развернуться и, ухватив за локоть Дэвида, быстрым шагом покинуть больницу. Реддлу следовало привести себя в порядок и выяснить, кто посмел ослушаться его приказа и использовать в стычке, в которой участвовал Гарри, смертельное проклятье.
Тем временем сам Гарри беззастенчиво, широко и счастливо улыбался, глядя в идеально белый потолок своей палаты. Том любит его, и за это он готов простить ему всё на свете.
