Солнце и Луна

Юнги проснулся от жужжащего шума. Казалось, словно рой ос кружил где-то поблизости. Поморщившись, он тихо простонал, и, кажется, шум стих, стало спокойно, но стоило ему приоткрыть глаза, как к нему сразу бросилась заплаканная Лея. — Папа! Юнги недоуменно смотрел на знакомые лица — встревоженная Вики и мрачный Джун, а еще какой-то мужик в белом халате и молодая медсестра. — Все хорошо, — прочистив горло, выдавил Юнги из себя, чтобы успокоить дочь. — Я в порядке. — Ты так напугал меня! — снова всхлипнула Лея, едва не душа его в своих объятиях. — Как вы себя чувствуете? — вмешался доктор, стоявший сбоку от кушетки с лохматой головой и тревожным взглядом. — Лея, дай врачу подойти, — оттащила дочку Вики. Юнги не понимал, отчего все смотрят на него так, будто он одной ногой в могиле. — Подождите пока за дверью, — внезапно попросил доктор, повернувшись к остальным. — Его жизни сейчас ничего не угрожает, поэтому постарайтесь успокоиться. Юнги поймал взгляд друга и кивнул ему. — Пойдемте. — Намджун увел женщин из кабинета. Юнги все еще был слегка растерян, не понимая, в чем дело. Но, бегло осмотрев палату, наткнулся взглядом на парнишку-курьера. Его бросило в холодный пот от накрывших разом воспоминаний. Доставка. Прикосновение. Крик дочери. А следом ошеломляющая боль метки. Твою мать. Парнишка напряженно смотрел на него в ответ, и по его взгляду невозможно было ничего понять. Этого не должно было быть. Юнги не собирался поддаваться панике, но все, о чем он мог думать, — у него появилось Солнце. — Мистер Мин! — Повысив голос, доктор привлек к себе внимание. — Успокойтесь, прошу вас. Ваша метка слишком долго была в спящем состоянии, поэтому на вас обоих так сильно подействовала встреча. — Это какая-то ошибка, — хрипло произнес Юнги, покачав головой. Он хотел верить лишь в это. В голове хаосом пронеслись все возможные будущие сценарии, где Солнце получает полную власть над ним, где он сможет командовать, подчинять, повелевать и наказывать, где он должен будет истязать тело своей Луны. — Послушайте меня, я понимаю, насколько для вас все это неожиданно, — продолжил доктор, — но вы должны осознать всю серьезность ситуации. Луна не может существовать без Солнца после активизации связи. Юнги смотрел на доктора, но плохо его понимал. Все его существо чувствовало присутствие рядом Солнца. Мальчишка. Какой-то, блять, ребенок! Какого хрена вообще? Он никак не мог сообразить, что делать. Это просто все в голове не укладывалось. Его метка была спящей столько лет, и вдруг… — У вас очень непростой случай, мистер Мин. Спящие метки — это всегда двойная опасность… Юнги чувствовал саднящую боль в руке и гул в ушах. Его словно огрели по голове чем-то тяжелым. Метка не должна была проснуться! Он поднял слегка расфокусированный взгляд на мальчишку, сидящего на противоположной кушетке. Невысокого роста курьер выглядел молодо, даже очень молодо. Он и есть Солнце? Человек, который подчинит себе его жизнь? Вспомнилось то, во что превратились отношения Намджуна с женой, все эти непрекращающиеся побои и невозможность вырваться из удушающей связи, потребность в боли. Блять. Нет. Нет. К черту это все! Не нужно ему такого. — Мистер Мин? — недоуменно бросил доктор, видя, как он поднимается с кушетки. — Что вы делаете? — шокированно смотрел на него мужчина. — Оставьте нас, — резко бросил Юнги в сторону доктора. — Но… Юнги поднял голову, смотря со всем раздражением, которое в нем копилось. Мужчина в белом халате отчего-то испуганно вздрогнул. Юнги часто говорили, что у него тяжелый взгляд, и сейчас это было кстати. — Я пока подготовлю вам рекомендации, — залепетал врач, отступая к двери. После его ухода Юнги выдернул иглу капельницы из своей руки и снова посмотрел на мальчишку. Невысокий, но явно спортивный, подтянутый парень. Волосы естественного черного оттенка, серьга в ухе. Обычный школьник, который выглядит как головная боль родителей и учителей, желающий доказать всем вокруг, что он круче. — Подхожу? — едко спросил парень, заметив пристальный осмотр. Юнги собрался мгновенно, отреагировав на насмешливый тон, жестко взглянул в глаза. Хотелось схватить его за шею и придушить, чтобы метка перестала реагировать на него. — Как зовут? — холодно бросил Юнги, срочно пытаясь придумать, как быть. Обычный вопрос прозвучал сухо и грубо. В голове как-то стало слишком тесно. — Пак Чимин. А вас — Юнги, как я слышал. — Мистер Мин, — резко поправил он мальчишку, не желая терпеть нахальный тон с первых же секунд. Чимин издал какой-то нервный смешок и потер виски. Сколько ему лет, черт возьми?! Он хоть совершеннолетний? — Хорошо, мистер Мин, — едко улыбнулся парень, поднимая голову. — Меня уже задолбало это свечение, может, уже сделаем что-нибудь? Юнги бы и сам был рад избавиться от этой ноющей боли, но даже не знал как. Он всю жизнь считал, что метка останется спящей. Сука судьба. Ему тридцать семь лет! Какого хрена вообще? В голове мысли продолжали скакать с одного на другое, рождая какой-то запутанный непонятный хаос. Он должен был немедленно что-то придумать, как-то исправить свое положение. — Я не собираюсь в этом участвовать, — сухо произнес Юнги, стараясь донести до мальца, что у них не будет никакой связи, не будет ничего. Чимин удивленно выгнул бровь. — Это просто ошибка. — Ну да, — насмешливо фыркнул парень. — Не скажу, что в восторге от вашей кандидатуры в роли моей второй половинки, но это нельзя отменить и игнорировать. — Можно попробовать, — упрямо произнес Юнги. Он не собирался с этим мириться. Никогда. Нет. Он столько лет устраивал свою жизнь не для того, чтобы отдать ее какому-то, блять, пацану малолетнему! — Вы с дуба рухнули, что ли?! — занервничал мальчишка. — Это так не работает. От меток теперь не избавиться. — А мы попробуем, — холодно улыбнулся Юнги, поднимаясь на ноги. — Что? Нет! Подождите… — Чимин попытался нагнать его и задержать, но Юнги резко развернулся. — Не смей, — процедил он жестко, заставляя мальчишку осечься на середине движения. Чимин нахмурился, явно не готовый соглашаться с ним, но и не стал напирать. Его что-то остановило, заставило оставить свои попытки навязать этот ненужный контакт. — Окей. — Чимин поднял ладони вверх, сдаваясь, но его вид стал внезапно взволнованным. — Не касаюсь. Слушайте, вы же должны понимать, что ведете себя глупо. Метка не исчезнет, как бы нам этого ни хотелось. Юнги понимал. Понимал, черт возьми! Но сейчас не мог связно мыслить и принимать какие-то решения. Ему нужно было подумать. Прийти в себя. — Вы же знаете, что я могу просто приказать вам? — внезапно снова заговорил Чимин. — Угрожаешь мне? — с опасным прищуром процедил Юнги. Он чувствовал, как все тело одеревенело после слов мальчишки, потому что, да, Солнце мог приказать ему сейчас и уже не получится сохранить даже видимость нормальности. — Йя! Вы поспокойней будьте, а? Меня как бы это тоже касается. У меня есть предложение, — выпалил Чимин. Юнги, присмотревшись внимательней, обнаружил, что парень тоже нервничает. И это каким-то образом успокоило его. — Какое? — максимально нейтральным тоном спросил он. — Вы оплачиваете аренду квартиры, в которой я буду жить, и мы встречаемся только по необходимости, чтобы наши метки не горели и чтобы связь не возмущалась, вынуждая нас действовать вопреки нашим желаниям, — произнес Чимин. Звучало так, словно он долго репетировал свою речь. — Я не влезаю в вашу жизнь, а вы — в мою. Все довольны. Как вам? Юнги с подозрением смотрел на пацана. Осознание того, что он в самом деле не мог сейчас уйти, начинало пугать. От неволи его сейчас удерживало лишь слово и желание Чимина. По спине пробежали мурашки. Нельзя было настраивать его против себя. Нельзя игнорировать. И пока еще есть возможность откупиться, надо пользоваться этим. — Хорошо. Я согласен, — осторожно кивнул Юнги. — Отлично, — облегченно выдохнул парень. — Теперь надо избавиться от свечения, — продолжил он говорить разумные вещи. — Предположу, что ты знаешь как. — А вы не знаете? — удивился Чимин. — Я считал, что моя метка всегда будет мертвой. — Раздражение против воли проскользнуло в голосе. — Ясно. Свечение исчезнет от прикосновения к метке. Позволите? — Парень взглядом указал на руку. Отсутствие повелительных, приказных ноток, которые Юнги так часто слышал от Намджуна в отношении Мари и которые он ожидал услышать в отношении себя, приятно сказалось на его нервной системе. Наверное, поэтому он уже спокойнее закатал рукав рубашки и протянул руку так, чтобы метка на запястье была видна. Очертания полумесяца светились голубоватым цветом, но боли не приносили из-за близости Солнца. Чимин обхватил его запястье и дотронулся большим пальцем до метки. Ощущения были довольно приятными, хотя раньше даже от случайных прикосновений к луне его перекашивало. Парень крепко нажал на запястье, наверняка почувствовав бешеный пульс от всей этой дурацкой ситуации. Юнги даже немного успокоился, не получив никаких подколок и приказов. Может, все и правда будет не так плохо? Свечение меток постепенно гасло и минуты через две полностью исчезло. Чимин тут же убрал руку, посмотрел на свою метку и, убедившись, что она больше не выделяется, удовлетворенно кивнул сам себе. — Продиктуйте мне номер своего телефона, — попросил Чимин. Получив его, он сделал дозвон. — Позже я напишу вам, куда перевести деньги. Юнги не чувствовал ничего необычного. Слова мальчишки были просто словами, а не приказом, от которого невозможно уклониться. — Надеюсь, ты тоже будешь придерживаться договоренности. — Впервые за все время их встречи Юнги заговорил свободнее. — Не волнуйтесь, я не стану злоупотреблять своим положением, — убирая телефон в карман, хмыкнул парень. — Если, конечно, вы сами не захотите, — подмигнул он. Юнги никак не отреагировал. Пак лишь усмехнулся в ответ, отступая от него дальше. — Тогда до свидания… мистер Мин. Юнги отделался очередным кивком и вышел из кабинета первым. От напряжения разговора его буквально штормило, но он был рад, что все обошлось малой кровью. Если парень не передумает, то заплатить за квартиру — это не такая уж большая трата. Черт. Да он готов был купить этому пареньку квартиру, только бы тот не вмешивался в его жизнь! Ему нужно на воздух, нужно свалить на хрен из этого места! В коридоре его уже ждала семья с доктором. — Поехали, — бросил Юнги, застегивая манжеты рубашки, чтобы больше никто не увидел метку. — Но… — Намджун бросил взгляд на дверь палаты, из которой никто больше не вышел. — Поехали, я сказал! — прикрикнул Юнги и, не обращая ни на кого внимания, зашагал к выходу. Вики о чем-то заговорила с врачом, но он уже не слышал. Ему нужно было уйти отсюда как можно быстрее, чтобы чертов мальчишка не успел ему ничего больше сказать. Голова шла кругом. Он был уверен, что никогда уже не встретит Солнце. И даже в самых диких его мыслях этим Солнцем не оказывался мужчина, мальчишка. Выскочив на воздух, Юнги нервно перевел дыхание. Его затошнило, и он прислонился к колоне на крыльце, дыша урывками. Это все ошибка. Ошибка. — Пап, тебе снова плохо? Позвать врача? — подбежала к нему Лея. — Все нормально. — Стараясь взять себя в руки, Юнги отлепился от колонны. Ему было стыдно даже смотреть на дочь. Лея знала о его спящей метке, знала о существовании такого явления, как соулмейты Солнца и Луны, и знала, чтó это должны быть за отношения. Черт, да в эпоху интернета она наверняка знала даже больше, чем он! — Лея, не приставай к отцу сейчас, — появился на пороге Джун. Весьма вовремя. — Но… — Иди к матери, она отвезет тебя домой, — категорично произнес Намджун, спасая его от внимания дочери. — А мы пока прокатимся с твоим отцом. — Все нормально, Лея. Я скоро приеду домой. — Юнги заставил себя взглянуть на растерянную дочь. Она выглядела так, словно не знала, что делать — навязываться дальше или отпустить. — Да не бойся ты, — улыбнулся ей Намджун. — Ничего страшного не случилось. Иди к маме. Лея сдалась, позволив мужчинам уйти. Юнги дошел до машины друга с такой скоростью, словно за ним гнались, и забрался в салон. — У тебя сигареты есть? — спросил он, когда Намджун сел за руль. — Держи. — Достав пачку, друг протянул ее. От мимолетного прикосновения руку обожгло огнем. — Блять, — прошипел Юнги, хватаясь за запястье. — Извини. Нам лучше сейчас избегать контакта кожей, — виновато произнес Намджун. — После активации связи ты начнешь воспринимать меня как Солнце, чужое, но все же Солнце. Юнги снова выругался и нервно закурил. Сигарета в руке дрожала. — Вы поговорили? Все нормально? — аккуратно спросил Намджун, словно ожидал его срыва. — Мне показалось, он нормальный пацан. Спокойный. С головой на плечах. — Возможно. Он мне сделку предложил, — затянувшись, произнес Юнги. — Какую? — Я оплачиваю ему аренду, а он не лезет в мою жизнь. — Так это же отличный вариант, — обрадовался Намджун. — Да. Пока ему не захочется большего. Джун, ты фирму на себя переоформи, хорошо? — стараясь включить мозги, попросил Юнги. — Зачем? — Кто знает, что взбредет в голову этому мальчишке дальше. Я не хочу, чтобы моя семья осталась без средств из-за его прихотей. Если у меня ничего не будет, он не сможет ничего отобрать. — Разумно, — согласился Намдждун. — Я займусь этим вопросом утром. Как ты себя чувствуешь? — внезапно спросил он. — Не задавай глупых вопросов, — грубо бросил Юнги. — Мне нужно выпить. — Я не думаю, что тебе это сейчас можно. — Ты-то хоть давай мне указывать не будешь, — резко осадил он друга. — Поехали. Намджун остановился возле какого-то магазинчика у парка, купил выпивки и потащил его на скамейку у неработающего ночью фонтана. Вокруг никого не было, тишина да темнота. — Держи. — Намджун открыл бутылку и, плеснув в стаканчик, протянул ему. Юнги проигнорировал его и схватил сразу всю бутылку. Сделал большой глоток, который обжег горло, прокашлялся и глотнул снова. Легче не становилось, его все еще лихорадило. — Может, это и хорошо, что не женщина, — спустя время произнес Намджун. — Прогнуться перед женщиной было бы сложнее. — Блять, а перед мальчишкой, значит, легче? — нервно бросил Юнги. В голове действительно отказывалось укладываться. Намджун замолчал. А Юнги и не ждал ответа. Он все знал и так. Соулмейт — это проклятье, это рабство и бесконечное унижение, это дерьмо собачье. Ну почему, почему он должен был родиться с этой меткой? Почему, черт возьми, она активировалась?! Какого хрена этот курьер стал его Солнцем? Почему он сам родился с меткой Луны, а не Солнца? Миллион вопросов в голове и раздирающее чувство несправедливости. Юнги злился, ненавидел весь этот мир, который за что-то решил его наказать. За что, черт возьми? За ошибку с Вики он заплатил уже сполна. Так в чем дело? Он выхлебал целую бутылку паршивого виски. Алкоголь ударил в голову неожиданно, исподтишка, добивая. Мысли начали путаться, и хотелось просто кричать в пустоту. Юнги плохо помнил, что было потом, лишь урывками. Как он залез в фонтан, собираясь утонуть в нем, как Намджун его вытаскивал оттуда, как потом он с ним начал драться, но боль от соприкосновения с чужим Солнцем была намного сильнее боли от удара. Это напоминание о собственном соулмейте заставило его отчаянно кричать. А потом он пил еще, Намджун пытался его остановить, старался не прикасаться к нему и смотрел так жалостливо, что становилось еще хуже. Юнги угомонился только под утро, когда уже не был в состоянии стоять на ногах. Намджун привез его домой, затащил в спальню и сбросил на кровать. Вики суетилась рядом, и от нее было тошно. — Довольна теперь? — Схватив жену за руку, Юнги посмотрел в ее лицо. — Прекрати. Тебе нужно поспать, — мягко произнесла она. Юнги пьяно рассмеялся. — О, не делай вид, что тебе жаль. Ты, сука, теперь будешь свободна, можешь даже хахалей своих в дом водить, — выплюнул он, скинув одеяло, которым его пытались укрыть. — Думаешь, я не знаю о них? — Юнги, мы не одни. — Вики покосилась в сторону молчаливого Намджуна. — Думаешь, он не знает? — снова засмеялся Юнги. — Да весь, блять, город знает, ты из этого секрет не делаешь! Только знаешь что, я не позволю тебе Лею против меня настроить! Не позволю, сука! — ударил он по матрасу. — А если он захочет Лею? — похолодел Юнги от внезапно пришедшей мысли. Наверное, у него что-то такое отобразилось на лице, потому что и Намджун и Вики как-то напряглись, снова засуетились вокруг него. — Ложись, Шуга. Все будет хорошо, — укладывал его вновь в кровать Намджун. — Обещай, что ты защитишь мою семью от этого ублюдка, — вцепившись в пиджак друга, потребовал Юнги. — Хорошо-хорошо. Уймись. Никто еще никому не угрожает. — Обещай, мать твою! — Обещаю, что никто не навредит ни Вики, ни Лее, — серьезно произнес Намджун. И это успокоило. Юнги удовлетворенно откинулся на подушки. — Она всегда теперь будет так болеть? — заплетающимся языком спросил он, убаюкивая ноющую руку с меткой. — Нет. Юнги знал, что друг соврал, но глаза закрыл. Он слышал, как всхлипнула Вики, и не понимал, чего она переживает. Глупая баба.