Солнце и Луна

Рабочий день проходил в привычном суетливом темпе. Если бы не головная боль после похмелья, было бы все как раньше. Юнги вернулся к привычной жизни, забывая о том, что у него теперь имеется Солнце, лишь какое-то незнакомое зудящее чувство внутри напоминало о том, что не все так, как прежде. Еще и Намджун нервировал своими частыми визитами и взглядами. Да и сотрудники действовали на нервы. Стадо баранов! Разобравшись с текущими заказами, Юнги занялся переоформлением уставных документов и весь день провел в разъездах. Бумажная волокита изрядно напрягала, но и отвлекала от депрессивных мыслей. Поручив своему юристу заняться и переоформлением квартиры на друга, Юнги только к концу дня смог немного успокоиться. Он обезопасил свою семью как только мог, обеспечив им стабильное будущее. Звонок от дочери поймал его на пути к дому. Предложение встретить в «Макдональдсе» удивило не сильно, учитывая последние события. В переполненном зале Юнги без труда нашел дочку. Лея одиноко сидела за столиком, с подавленным видом попивая из трубочки молочный коктейль. Рядом с ней стояла чашка кофе и две тарелки с большими бургерами. Без привычных уже броских маек и вызывающе коротких юбок она выглядела сущим ребенком, потерянным и взволнованным из-за непонятной ситуации. Юнги пожалел, что сразу не поговорил с дочкой. — Привет, — поздоровался он, подойдя ближе. Лея встрепенулась, выпрямилась, поднимая взволнованный взгляд. Осмотрела его с ног до головы. — Привет, — тихо ответила она. — Ты почему не у бабушки? — Вы с мамой думаете, что я совсем дура, что ли? — возмутилась Лея, с вызовом взглянув на него. Воинственный воробушек. Юнги улыбнулся ей. — Зачем вы вообще меня сплавили к бабуле? — Чтобы всем нам немного успокоиться. — Па, я не маленькая уже. Все понимаю. У тебя метка… Луны, — почти шепотом закончила она, посмотрев на его руку, где под манжетой рубашки скрывалась метка. Юнги чувствовал ее, даже не смотря. Больше, чем встретить своего соулмейта, ему не хотелось говорить об этом с дочерью. Но она выглядела такой встревоженной и напуганной, что он не мог это проигнорировать. — Да. У меня активизировалась метка Луны, — произнес он спокойно, прикладывая все силы, чтобы голос не дрогнул. Причин для паники нет. Не должны быть хотя бы для дочери. — Но не стоит переживать. — Тебе нужно сейчас быть с ним. Я читала. Пока связь не установилась, вам нужно провести время вместе. Па, это же не шутки. Где Чимин? — Лея, — устало вздохнул он, — успокойся. Со мной все хорошо. Хорошего, конечно, ничего не было. — Откуда ты знаешь этого парня? — спросил он у дочери, желая сменить тему. — Он мой одноклассник. Пак Чимин, — сообщила Лея. Юнги не сдержал смешка. Это до сих пор выглядело нелепо. Ну как такое вообще могло произойти? Его Солнце — одноклассник его дочери. Хуже не придумаешь. — Я его сегодня в школе не видела, думала, вы вместе, но Брайн сказал, что видел Пака на баскетбольной площадке, — протараторила дочка. Новость, что мальчишка еще и в баскетбол играет, удивила. Но все, о чем мог думать сейчас Юнги, — это то, как вся эта ситуация обернется для дочери. Может, стоило ее перевести в другую школу? — Послушай, Лея, — серьезно начал Юнги. — Если этот парень будет доставлять тебе проблем, обязательно расскажи все дяде Джуну или мне, хорошо? — Па, да он ходячая проблема для всех вокруг! — взвилась дочка. — Он был на грани отчисления уже сто раз! — Хулиган, значит, — нервно улыбнулся Юнги. Ему только такого Солнца не хватает, конечно. У которого еще молоко на губах не обсохло, зато самомнения через край. — Не, ну он не совсем отморозок, конечно, — возразила Лея. — Так-то он неплохой, — пожала она плечами, словно только вспомнив о том, что теперь эта «ходячая проблема» является Солнцем отца. — Я не думаю, что он будет что-то делать тебе… во вред. Но тебе нужно с ним поговорить. Это важно! Ваши метки… Юнги потер внезапно занывшее запястье. — Все нормально, Лея. Я разберусь. Тебе не стоит волноваться, — произнес он, стараясь справиться с болью. Но внезапно она охватила все тело, вырывая вскрик из груди. Перед глазами резко потемнело. Он хотел успокоить перепуганную дочь, которая закричала: «Папа!» — на весь зал, но потерял сознание.

***

Чимин чувствовал покалывание в метке, но старался не обращать на это внимание. Будто ему и так проблем было мало, так еще и ЭТО. Сварив рамён, он обильно его поперчил. — Ты мог у него попросить больше. — Алекс сразу набросился на еду. — Я скоро с тебя уже спрошу больше, — поморщился Чимин, когда метка снова заколола. Черт. Это только второй день, а руку уже хотелось оторвать. — Какого хрена ты снова приперся и жрешь мою еду? — Эй, чувак, у тебя в соулмейтах богатый папик, чего ты жалуешься? Мог у него и денег больше попросить, чтобы не жрать один рамён! — Заткнись. Чимин сел за стол, принимаясь за ужин. Аппетита не было. Настроение оставалось паршивым, несмотря на то что отец свалил в очередную командировку. Мысли о своей Луне и о Тэхёне с Чонгуком не отпускали его весь день. — И все же это круто, — вновь заговорил Алекс. — Прикинь, какие возможности открываются! — оживленно радовался друг. — Ты ведь можешь ему приказать денег дать тебе. Слышь, пускай он лучше тачку тебе купит, а? Чимин уже и сам не понимал, зачем рассказал Алексу о своей метке. Просто этот парень, который напоминал деревенского дурачка, тоже рос в семье, где побои были обычным делом. Это то, что их однажды породнило, сделав близкими друзьями. С Алексом было просто. Он мог понять его ситуацию, мог понять, каково это, когда человек, участвовавший в твоем рождении, тебя ненавидит. Но вот про метки Алекс не понимал ничего. — Жаль только, что не девчонка, да? — продолжил рассуждать Грин. — Ты бы хоть покувыркался с ней. Чимин с силой ткнул вилкой в тарелку. С мужским полом соулмейта вопроса как раз и не возникало. Чимин уже давно понял, что девочки его не особо-то и интересуют. Об этом, конечно, он распространяться не собирался, знал лишь Тэхён. — Ты все же подумай насчет тачки. Тебе же с ним возиться все-таки придется, — с набитым ртом произнес друг. — Трогать его там, шлепать. Чимин не хотел пока об этом думать, хотя знал: друг прав, когда-то им все равно понадобится физическая близость, не секс, но какое-то взаимодействие с его гениталиями явно потребуется. От этого бросало и в жар, и в холод. Он понимал, насколько тяжело должно быть тому мужчине. У его Луны жена и взрослая дочь, налаженная жизнь, и тут… бац. По коже пробежали мурашки, когда перед глазами снова всплыли воспоминания о брате Тэхёна. Чимин тряхнул головой. Нет. Он собирался минимизировать свое общение с Луной, сделать все так, чтобы эти метки не убили их обоих. — А у Тэ как там дела обстоят? — спросил Алекс. — У него тоже метка активизировалась, да? — Как ты только обо всем узнаешь, — покачал Чимин головой. — У меня ма в больничке работает, ты же знаешь. А этот новенький с Тэ сегодня осмотр проходили, — ухмыльнулся Алекс. — Вы реально с Тэ как близнецы. У вас даже метки в один день появились, — рассмеялся парень, — и у обоих мужики в соулмейтах. — Ой, жуй и проваливай, — махнул Чимин рукой. — Ты достал уже меня. — Какой ты сегодня нервный. Метка болит? — проницательно заметил Алекс. Иногда он переставал быть дурачком. — Какой догадливый, — фыркнул Чимин. — С самого утра сегодня дерет, уже скоро рука отвалится. — Так позови своего папика, пусть поработает, — небрежно бросил друг. — Мой папик скорее коньки отбросит, чем прибежит, — хмыкнул Чимин, вспоминая того мужика. Звонок в дверь заставил вздрогнуть. — Ты что это дерганый такой? — засмеялся Алекс. Чимин бросил на него мрачный взгляд и пошел открывать. Он не хотел винить друга за его легкомыслие: обычные люди, не наделенные меткой и никогда не сталкивавшиеся с этим понятием вживую, так и вели себя. Не спрашивая, кто там, Чимин открыл дверь и тупо уставился на незваных гостей. Перед ним стояла невысокая худенькая девчушка, смутно знакомая. Мужик тот, Намджун, кажется, который держал бессознательное тело его Луны. Метка засияла мгновенно, призывая забрать свое у чужого Солнца, но Чимин подавил эти варварские инстинкты. — Чим, кто там? — крикнул из кухни Алекс. — Привет, — первой заговорила девчонка. Чимин не мог вспомнить ее имя, но точно видел ее в школе. И в тот день, когда метка проявилась. — Лея, — подсказала она. — Я дочь твоего соулмейта. Папе нужна твоя помощь. Чимин не хотел так быстро встречаться с Луной, но внутри что-то явно с ним было не согласно, требуя немедленно забрать свое у чужого Солнца. Намджун, недавно казавшийся нормальным мужиком, вдруг стал переходить в разряд ублюдков. Чимин открыл дверь шире, пропуская их в квартиру. — Диван там, — указал он рукой на проход в общую комнату. В спальню провожать его Чимин не собирался. — Спасибо, — облегченно выдохнула Лея. — Мы были в «Макдаке», когда ему стало плохо. Он потерял сознание, его метка стала светиться, и я позвонила дяде. Намджун молча отнес хрупкое тело в зал, уложил его на потрепанный старый диван и отступил сразу на два шага. Дышать стало легче. Чимин сразу же возненавидел это чувство. Нелогичное и неправильное. Круто, что ни говори. — Лея, ты пока с отцом посиди, нам поговорить надо, — произнес без эмоций Намджун. Обеспокоенная девчонка выглядела перепуганной, но спокойно кивнула, словно была уверена, что сейчас все волшебным образом с ее отцом станет в порядке. Чимину хотелось наорать на нее — не станет. Не станет, черт возьми! Будет только хуже. И хуже. Пока он не покончит с собой. Чимин смотрел на безвольное тело хрупкого мужчины в костюме, лежащее на его диване, и ему уже было дурно. Он не хотел причинять боль. Не хотел убивать. Не хотел, чтобы история брата Тэхёна повторилась. — Отойдем, — отвлек его от мыслей Намджун. Чимин кивнул и провел мужчину на кухню. Тот смотрелся в квартире нелепо. Слишком дорого. — Здрасте, — буркнул Алекс, встречая их. — Привет, — равнодушно поздоровался Намджун. — Тебя как зовут? — Алекс. — Алекс, не отнесешь девушке воды? — попросил он. Его голос звучал уже в приказном тоне. Это не понравилось Чимину, но он все равно кивнул другу, когда тот неуверенно посмотрел в его сторону. Мужик явно хотел с ним о чем-то поговорить. Чимин даже знал, о чем. Алекс быстро свалил из комнаты, уже не выглядя таким резвым, как минуты две назад. — Ему стало хуже, — сразу произнес Намджун. Чимин хотел съязвить, что и так все понял, когда ему в квартиру принесли бессознательное тело. — Блять. — Мужик взлохматил себе нервно волосы. — Юнги, он не сможет, понимаешь? Он не должен был становиться Луной. Это не для него совсем. Чимин был согласен. Взрослый гетеросексуальный мужик, выглядевший большим начальником, не должен был становиться подчиняющейся Луной. — Что вы от меня хотите? — перешел Чимин к сути вопроса. У них уже был разговор. Он сказал, что у него нет намерения влезать в жизнь Мина. Нет садистских наклонностей и желания помучить невинную жертву. У них вообще был договор с Мин Юнги — они не лезут в жизнь друг друга по возможности. — Его организму сложно справиться с меткой. Доктор сказал, ему нужно больше, чем прикосновение. Ему нужен приказ Солнца, нужно подчиниться и получить наказание. — Что он пытался сделать? — догадываясь о причине, по которой состояние Мин Юнги значительно ухудшилось, спросил Чимин. — Обезопаситься от тебя. Метка решила, что он не должен был этого делать, — сухо закончил Намджун. Чимин не сдержал смешка. Это же очевидно. Луна должна отдать все своему Солнцу. Юнги сам спровоцировал свою метку. — Мы забыли о том, как наши действия может рассматривать связь, — признался Намджун. — Если бы я вспомнил раньше, то не допустил бы этого. Чимин чувствовал поднимающую потребность врезать другому Солнце, схватить его за грудки и приложить о стену, потому что заботиться о своей Луне он мог сам. Чимин подавил это чувство, но оно не осталось незамеченным. — Извини, — догадался обо всем Намджун. — Меня и самого штормило, когда возле моей Луны крутились другие с меткой Солнца. Ты еще хорошо держишься, парень. — Я это еще плохо контролирую, — признался Чимин. — Надеюсь, у тебя получится стать хорошим партнером в этом кошмаре, — искренне произнес мужчина. Чимин кивнул, хотя не понимал пока, как может помочь. Скорее добить. Они с Тэ, конечно, уже давно готовились к подобному, но все равно оба оказались не готовы, когда им на голову свалились их гребаные «половинки». — Где твой отец? Я хотел бы с ним поговорить, — произнес Намджун. Чимин не сдержал смешка. Ага. Да, конечно. Осталось ко всему этому только отца подключить, чтоб уж наверняка жизнь сказкой не казалась. Хорошо, что отец свалил так вовремя в командировку. В этот раз очень и очень вовремя. — Он в отъезде. — Чимин невинно пожал плечами. Он уже догадался о том, что этот мужик всю его биографию изучил. Судя по тачке, не из простых, сразу видно. — Ладно. Эм. Я надеюсь, он все понимает и не станет мешать вам, — с подозрением покосившись на него, произнес Намджун. О да. Конечно. Отец все правильно поймет, даже сомнений не возникает. Если он вышвырнет его из дома, то это будет самый лучший вариант. — Ага. По поводу квартиры вы там не забыли? — напомнил Чимин, понимая, что эти вопросы лучше решать с Намджуном. — Нет. Мы присмотрели несколько вариантов для тебя. Заедешь на днях в мой офис, все обсудим. Визитку мою не потерял? Чимин постучал пальцем по своему виску. — Все здесь, — улыбнулся он нахально. — Ладно. Я тогда увезу Лею домой, а за Юнги заеду утром, хорошо? Чимин снова кивнул. У него и выбора-то особо не было. С ним или без него тот мужик в зале уже обречен. Поезд, как говорится, тронулся. Они вновь вернулись в гостиную, где Алекс тихо о чем-то переговаривался со всхлипывающей девчонкой рядом с диваном. — Лея, поехали, я отвезу тебя домой, — оценив картину, бросил Намджун. — А папа? — подняла она покрасневшие большие глаза. — Он останется здесь. Чимин поймал на себе взгляд девушки и неуютно поежился. Ему было неловко, хотя не должно. И стыдно. Хотя, опять же, не должно. Это не он тут Луна. А все равно стыдно перед девчонкой, в чью жизнь он ворвался настоящим штормом. Лея не стала спорить — она бросила взгляд на бессознательного отца и рванула к выходу, с трудом пытаясь удержать слезы. — Звони, если что. — Намджун протянул руку. — Хорошо. — Чимин ответил на крепкое рукопожатие и проводил гостей. Алекс, выглядя уже не таким бойким и невозмутимым, ушел вместе с ними, будто опасался остаться в квартире дольше. Чимин попрощался с другом, пообещал позвонить ему позже и закрыл за всеми дверь. В коридоре стало отвратительно тихо, со всех щелей тянуло безнадегой. Чимин уткнулся лбом в закрытую дверь, выругался себе под нос, сетуя на собственную нерешительность и трусость, и отправился в соседнюю комнату. Надо было как-то приводить мужика в чувство, но Чимин, честно говоря, побаивался это делать. Юнги не казался слабым, в любое мгновение мог залепить нехило. Правда, последствия стали бы слишком плачевны для них обоих. Если метка решит, что Луна причинила вред Солнцу, то накажет сильно. Чимин устало опустился в кресло, внимательнее разглядывая мужчину. В первую встречу он был слишком ошарашен и сбит с толку разрозненными эмоциями, поэтому как-то не до этого было. А сейчас представленной возможностью воспользовался. Юнги оказался привлекательным мужчиной, хрупким и беззащитным в таком состоянии, у него были красивые черты лица и какие-то необычно пушистые ресницы, которые слабо подрагивали. Юнги внезапно открыл глаза, будто очнувшись по щелчку пальцев. Осмотрелся потерянно, пока не наткнулся взглядом на него. Чимину стало не по себе от мелькнувшего в карих глазах испуга. — Где я? — Резко сев, мужчина застонал и схватился за голову. — У меня дома. Вас привез сюда ваш друг, — сообщил Чимин, стараясь не делать резких движений. — Намджун-щи сказал, что доктор советовал вам находиться некоторое время поблизости своего Солнца. — Не стоило решать за меня, лучше бы отвезли домой, — хмуро произнес Юнги и поморщился, хватаясь за запястье. Метка вновь начинала гореть. Чимин и свою начал чувствовать острее — она ощущала нежелание Луны находиться рядом. А это могло обернуться проблемой. Надо было срочно что-то придумать, пока этот глупый лис их обоих не подвел под черту. — Вы можете уйти, когда захотите, — небрежно бросил Чимин откровенную ложь. Уйти сейчас для Юнги — это вновь потерять сознание и почувствовать адскую боль. Мужик явно еще до конца не понял, в какую «сказку» попал. Знал ли он вообще хоть что-то о соулмейтах и метках? Должен был. У него же, блин, спящая метка была! Как можно было не готовиться к такому?! — Дверь открыта. — Он поднялся с кресла и направился на кухню, молясь, чтобы у Луны хватило мозгов и смелости задержаться хотя бы на немного. Рамён уже давно остыл, но Чимин все равно сел за стол. Ему кусок в горло не лез, он, может, и выглядел невозмутимым, но внутри паниковал не хуже самого мужика в гостиной. Под нервно стучавшее сердце Чимин запихнул в себя безвкусную лапшу и стал механически жевать, прислушиваясь к шагам. Когда звуки приблизились, он едва сдержал облегченный вздох. — Найдется и мне что-нибудь пожрать? — неуверенно спросил незваный гость, остановившись в проеме кухне. Чимин кивнул, наложил мужику из кастрюли новую порцию и поставил на стол. Юнги выглядел и в самом деле диким зверем на его территории. Слишком осторожный, агрессивный, но довольно тихий. Он прошел вперед и сел за стол, явно чувствуя себя ужасно. Чимин и сам испытывал неловкость, но старался сохранять нахальный и уверенный вид. Ведь прокатило в первую встречу, и сейчас должно. Не поднимая глаз, он принялся за свой ужин. — И что, не будет никаких приказов и игр в хозяина? — с напряженным смешком спросил Юнги. — Хотите, чтобы я вам приказал? — поднял голову Чимин. Он видел ответ в глубине глаз, видел, как ярче стала светиться метка. Как бы Юнги ни отрицал этого, он хотел сделать что-то для своего Солнца, против воли, против чувства гордости и самоуважения, против всего здравого смысла, хотел. — Мне не улыбается в тюрягу за убийство сесть, — произнес Чимин, не дожидаясь ответа. — Мы договорились о том, что постараемся не влезать в жизнь друг друга. Сейчас метка нестабильна, дальше станет легче, и нам не придется видеться часто. Если мы будем типа друзей, то и наши метки не станут препятствовать. — Ты так много знаешь о метках? — с подозрением спросил Юнги. — Это основы, — раздраженно ответил Чимин. Собственная метка нервировала, но он постарался успокоиться. — Нам преподавали в школе, — добавил Чимин спокойней, умалчивая о клубе, который они создали с Тэхёном. — В наше время такого не преподавали, — произнес Юнги задумчиво. Разница в возрасте в этот момент чувствовалась остро. Чимин не знал, как они смогут взаимодействовать, когда являются представителями разных поколений. — Ты в этом году оканчиваешь школу? — принимаясь за ужин, продолжил расспрашивать Юнги. — Типа того. — Куда собираешься поступать? — Еще не решил. Мы с вашей дочкой в одном классе учимся, — решил сообщить Чимин, а то мало ли. Что б потом не обвиняли в сокрытии информации. — Знаю. Она сказала, — кивнул Юнги. Ха. Чимин усмехнулся в кулак. Он представлял, что там про него могла наплести девчонка. — Я не такой отморозок, как она, наверное, думает, — все же произнес Чимин, опасаясь того, что мужик будет считать его малолетним уголовником. — Она, вообще-то, сказала, что ты неплохой парень, — улыбнулся Юнги. — В точку, — щелкнул пальцами Чимин. Он заметил, что Юнги даже такую простую еду начинает уплетать с аппетитом. Проголодался или так действует близость Солнца? — Она у вас боевая, — признал Чимин очевидный факт. — Да. Переживает из-за всей этой ситуации, — вздохнул Юнги с грустью. Видно было, что дочку он любит. Чимину было неприятно от мысли, что он невольно влез в идеальную семью. Все-таки судьба несправедливо жестока. — Можешь унять это свечение? Напрягает. — Сейчас мое прикосновение не поможет, — сообщил Чимин неприятную новость. — Вам нужна боль. От меня. Юнги мгновенно напрягся, завис с вилкой в руке. Весь его вид словно начал кричать — «тронешь — убью». Чимин не понимал, почему мужчина так негативно относится к нему, хотя он ему ничего еще не сделал. — С чего ты это решил? — грубо спросил он. Дружелюбной атмосферы словно и не было. — Потому что чувствую то же самое, дядя, — начал вновь раздражаться Чимин. — Моя метка, может, и светится меньше, но она тоже требует. Требует наказать вас. Я не знаю за что. И поверьте, мне это нравится не больше, чем вам. — Чего ты тогда ждешь? — напряженно спросил Юнги, выглядя так, словно хочет сорваться с места и сбежать. Чимин подавил желание схватить его за руку и успокоить, хотя и сам порядком нервничал. — А что вы предлагаете мне сделать? — не выдержал и Чимин. Он знал, что хотел. Хотел поставить этого мужчину на колени, хотел раздеть его. Пф-ф. Дурные мысли, неправильные. — Вы мне не доверяете. И метка будет болеть у вас, пока не сведет с ума. — А что рассказывали на ваших лекция на этот случай? — Немного расслабившись, Юнги опустил вилку. Метка явно отнимала у него немало сил. К сожалению, в школах на этот случай ничего не говорили. Почему-то образовательная система не допускала мысли, что соулмейты могут не обрадоваться появлению метки. Поэтому они с Тэхёном и создали клуб. Чтобы помогать тем, кто увязал в этом болоте. — Говорили, что порка — самый эффективный и быстрый метод наказания, удовлетворяющий метку, — озвучил Чимин главное в их клубе. Юнги в отвращении поморщился, отвел глаза и, раздумывая, потер метку. — Думаю, я смогу это выдержать, — спустя минуты произнес он. — Если это поможет избавиться от боли в руке. Видимо, метка болит у него неслабо, раз он готов согласиться на подобное. Чимин хотел бы похвалить его за благоразумие, но понимал, что это будет расценено негативно. — У меня нет нужных девайсов, — предупредил Чимин. — Только… ремень. Юнги нервно выругался. — Меня даже отец не порол, но собирается какой-то малолетний пацан, — буркнул он себе под нос и поднялся. — Давай. Ремень так ремень. Только быстрей, иначе моя рука, кажется, сейчас отнимется, — процедил он сквозь зубы, хватаясь за запястье. Его метка пульсировала. — Хорошо. Снимите рубашку и обопритесь на стол, я сейчас вернусь. Чимин оставил мужчину одного и отправился в спальню. Ему было не по себе. Найдя в шкафу ремень, Чимин на мгновение завис и сам. Внутри словно что-то шептало, как сладко будет опустить ремень на кожу Луны. Сердцебиение невольно участилось, и Чимин крепко зажмурился, накручивая ремень на ладонь. Ему нельзя поддаваться эмоциям. Он должен быть собран и последователен, чтобы не причинить вред другому человеку, чтобы не унизить, не растоптать чужую гордость, не подтолкнуть к тому краю, за которым уже все становится неважным. Они репетировали с Тэхёном, практиковали не раз многое из арсенала первой помощи, но вот в реальности все оказалось несколько иначе. Несколько раз вдохнув и выдохнув, Чимин вернулся на кухню. Юнги без рубашки выглядел соблазнительно. Широкая спина, крепкие руки со светящейся меткой, опущенная голова. — Ты явно разбираешься в этом лучше меня, так что приступай, не тяни, — бросил Юнги. — Хорошо. Чимин не стал тянуть, но первый удар нанес слегка. Он знал, что нельзя бить со всей силы сразу, нужно подготовить кожу, разогреть мышцы, но Юнги был так напряжен, что даже это легкое касание ремня заставило его вздрогнуть. Звук удара получился громким и сочным, от него сердце ухнуло в пятки, а кровь хлынула к паху, когда Юнги издал первый шумный вздох. На спине даже легкого покраснения не проявилось. — Больно? — все же уточнил Чимин. Он не любил насилие, но неожиданно захотелось ударить, но так, чтобы это отозвалось совсем иной болью. — Неожиданно, — хмыкнул Юнги. — Остро. — Ясно, — кивнул Чимин. Он понимал. Сейчас восприимчивость его Луны поднята на самый пик из-за метки. — Если станет плохо, скажите. — Давай уже, малец. Не хрустальный — не рассыплюсь. Чимин не стал говорить, что бравада бессмысленна, он чувствовал напряженное ожидание, страх своей Луны достаточно отчетливо. Чимин был даже удивлен интенсивностью чужих эмоций. Если таким образом связь будет подсказывать, что делать, то все может быть не так плохо. Чимин еще несколько раз опустил ремень на спину мужчины. Тот больше не вздрагивал, спокойно стоял, упираясь ладонями в стол. Четвертый удар Чимин сделал с легким замахом, оставляя на коже покрасневший след. Следя за меткой Луны, Чимин нанес еще несколько несильных ударов. Юнги напрягся, стал задерживать дыхание против воли. Метка требовала больше, и Чимин дал ей это — ударил подряд несколько раз, прикладывая силу. Визжание ремня в воздухе пугало уже его самого, но так было нужно. Он не понимал откуда, но знал, что нужно сильнее. — Вы хорошо справляетесь. Сможете выдержать еще ударов пять в полную силу? — спросил Чимин, давая Юнги время перевести дыхание и осознать свое состояние. — Да, — уверенно ответил мужчина, хотя его руки неожиданно стали подрагивать, а спина напряглась. Чимин не стал заострять на этом внимание. Ударил, как и обещал. Пять раз. В полную силу. Оставляя следы на спине, заставляя мужчину вздрагивать от каждого хлесткого удара. Чимин и сам отчего-то начал дышать тяжелее, на лбу появилась испарина. Он был напряжен, но даже не осознавал этого, пока не закончил. Сердце билось как отбойный молоток, а вид покрасневшей спины со следами ремня вызывал отчего-то желание потрогать. Юнги нервно дышал, опустив голову. Казалось, на него это произвело не меньшее впечатление. — Не одевайтесь пока. Лягте на диван, я принесу мазь, — произнес Чимин, понимая, что нужно позаботиться о своем партнере. Он был рад тому, что в этот момент Юнги не смотрел на него, иначе бы тот ударил за неправильный блеск в глазах и идиотское удовольствие, которое он получил, всего лишь ударив несколько раз мужчину. Сбежав обратно в спальню, Чимин потратил слишком много времени на поиски аптечки. Он никак не мог сосредоточиться. Вид сокращающихся от удара мышц возбуждал. Глупости какие-то. Чимин знал, что не должен этим наслаждаться, но… Юнги был таким покорным, что это неожиданно возбуждало. Он позволил ударить себя, подставил спину. — Заканчивай с этим, придурок, — тряхнул он головой и, собравшись, нашел-таки нужную мазь. Юнги обнаружился в зале, он не стал надевать рубашку, лег на живот и уткнулся лицом в подушку. Ох. Чимин старался не думать о том, какая все-таки аппетитная задница у этого мужчины. О заднице вообще лучше забыть. — Как вы себя чувствуете? — включая здравый смысл, спросил Чимин. Юнги издал смешок в подушку: — Будто из меня все кости вынули. Чимин искренне был рад тому, что мужчина не замыкается и отвечает ему. Если учитывать, как Юнги отреагировал на него в первый раз, подобная откровенность была удивительна и приятна. — Нужно смазать спину, чтобы не болела завтра. — Валяй, — глухо бросил Юнги. Чимин не стал заострять внимание на прикосновениях. Он постарался как можно отстраненнее смазать спину мужчины, но все равно чувствовал жар под пальцами, и ему нравился этот жар. — Как рука? — Закончив с первой помощью, Чимин взглянул на запястье мужчины. Метка больше не светилась. — Замечательно, — почти простонал Юнги. Он так и не оторвал лица от подушки. — Мне кажется, я сейчас отрублюсь. Чимин сдержал улыбку. — Ни в чем себе не отказывайте. Я принесу вам воды. Она будет стоять на стуле рядом, — сообщил он. — Угу, — промычал мужчина в ответ. Кажется, ощущений было слишком много для первого раза. Чимин не стал его будить и тормошить. Достал из шкафа плед и накрыл им мужчину. Ему хотелось сказать спасибо за то, что их первое взаимодействие прошло не так уж плохо. Метки были удовлетворены, но вот сам Чимин не мог уснуть еще очень долго, прислушиваясь к своему сердцебиению, которое никак не желало восстанавливать спокойный ритм.