Солнце и Луна

Чонгук боялся, что вот-вот всё рухнет, и мать узнает. Эта мысль пугала его сильнее, чем пережитое с Тэхёном. Он и сам не понял, как все зашло так далеко, как все вылилось в ЭТО. Тэхён словно отключился в какой-то момент, перестал его слышать. Его удары стали сильнее, паузы — короче, воздуха отчаянно не хватало. А этот приказ… Он лишил Чонгука всякой возможности сопротивляться. Воспоминание заставило его вздрогнуть. Лежать, прикованным к кровати, вынужденным лишь терпеть — это запечатлелось в памяти кровавым пятном. Боль была острой, чудовищной, но в то же время … правильной. Нужной. Как это вообще возможно? Разве не должен он после такой порки желать сбежать на край света? Разве в этом всем была хоть капля нормальности? Нет. Ничего нормального в том, что он позволил Тэхёну так далеко зайти, не было. Как можно винить только Солнце, когда и сам виноват? Ведь мог сказать «нет», когда Тэхён просил сменить плетку. Мог остановить это безумие, но не остановил. Хотя чувствовал, что все заходит слишком далеко, чувствовал всем своим существом нестабильность Солнца. Это было на уровне инстинктов, глубоко, неосознанно. Но он проигнорировал этот зов, поддался собственному любопытству, которое отголосками грязного, неправильного желания пульсировало внутри. Наверное, поэтому Чонгук не винил Тэхёна. Он видел потом, как тот был в ужасе от произошедшего, как его самого напугала эта ситуация. Он слышал его беспокойство, ощущал его всем телом. Хотелось нелогично защитить Тэхёна, но где-то глубоко внутри засел неприятный, скребущийся страх, который Чонгук никак не мог вырвать с корнем. — Если мазать будет Солнце, то все заживет намного быстрей, — проговорил доктор, вручая ему список лекарств. Чонгук кивнул. Ему было больно даже сидеть, но он старался не показывать виду, желая поскорее свалить из больницы. Спина пылала, несмотря на обезболивающие, выданные утром. Там, наверное, было месиво, но решиться снять бинты и взглянуть на себя в зеркало Чонгук так и не смог. — Ваш опекун сейчас придет, и можете идти, — принимаясь заполнять бумаги, бросил доктор. Казалось, он уже мечтал избавиться от проблемного пациента. Чонгук и сам был не против уйти. — Я забрал выписку из регистратуры, — войдя в кабинет, сообщил мистер Мин. Чонгуку все еще было неловко напрягать постороннего человека, но он был благодарен этому мужчине за то, что тот не бросил его и сдержал слово. Хотя весь вид этого человека говорил о том, что ему и дела быть не должно до подростков. Мистер Мин выглядел весьма солидно в дорогом костюме. Чонгук не знал, чем занимался этот человек, но тот явно был богат и успешен. Чего только стоили эти часы! — Хорошо. Я дал ему несколько препаратов, которые на первое время смогут утихомирить метку. Это, конечно, капля в море, но это все, что есть у медицины на данный момент, — развел руками доктор. — Лучше, чем ничего. Чонгук украдкой снова посмотрел на мистера Мина. Как этот мужчина может быть Луной? Луной Чимина… Это казалось странным и неправильным. Даже думать было стрёмно о том, что Чимин может бить этого мужчину. А Пак ведь уже должен был что-то сделать, раз метки проявились, а они оба в порядке. — Что верно, то верно. Что ж. Не смею вас больше задерживать. Все, что мы могли, сделали. Дальше все будет зависеть от твоих отношений с Солнцем, Чонгук. Удачи, — без энтузиазма улыбнулся врач. Чонгук подумал о том, что врач даже не рассчитывает на то, что у них может все закончиться хорошо. И это напрягало. — Спасибо, что приняли нас. До свидания. — До свидания. Мистер Мин поднялся со стула и вежливо попрощался с доктором, пожав ему руку. Их рукопожатие было крепким и сильным. Чонгук же отделался кивком. Ему было неприятно прикасаться к малознакомым людям. Юнги забрал все документы себе, будто действительно являлся законным опекуном. Чонгук не стал возмущаться, но и не понимал, почему этот человек так впрягается. А вдруг Чимин заставил его? Или у них какая-то договоренность? Мысли об этом довольно быстро отошли на второй план перед другой проблемой — ему предстояло встретиться с Тэхёном. Если тот, конечно, пришел. Чонгук начинал нервничать сильнее с каждым шагом. — Как спина? — спросил Юнги, когда они вдвоем направились к лестнице. — Нормально. — Если хочешь, мы можем поехать в частную клинику, — предложил мужчина. Чонгук замотал головой, неосознанно замедляя шаг, ловя внимательные и понимающие взгляды Юнги. — Страшно? Чонгук вскинул на Мина напряженный, хмурый взгляд. — Тэхён приехал с нами, он ждет вместе с Чимином внизу, — сообщил Юнги, не мучая его неизвестностью. Чонгук сунул руки глубже в карманы. Приехал. Тэхён здесь. — Если хочешь, мы можем выйти с другой стороны и уехать без них, — предложил Юнги вариант. — Все в порядке, — мотнул Чонгук головой. Просто он не знал, как смотреть на Тэхёна снова. Не знал, как должен чувствовать себя. Не знал, куда деть этот червячок страха внутри, от которого что-то ныло неприятно. Как он теперь сможет снова… когда метка потребует… это чертовски больно! — Эй, я не оставлю вас одних, пока ты не оклемаешься, — произнес мистер Мин. — Все в порядке, — повторил Чонгук. Он не хотел, чтобы они все ополчились на Тэхёна. В произошедшем есть и вина Луны. Он сам не остановил Тэхёна вовремя, не понял, не поймал момент, за которым все полетело к чертям собачьим. — Хорошо, — не стал докапываться мужчина. В этом он был в сотни раз лучше матери. Чонгуку было страшно даже представить, что могло произойти, если бы мать сейчас была здесь. Если бы она узнала… Да она бы в жизни не позволила Тэхёну приблизиться к ним! Юнги провел его на первый этаж, больше не бросая сочувственных взглядов. А внизу их уже ждало шумное приемное отделение, где было немало галдящих людей. Чонгук ненавидел толпы людей, но без труда нашел взглядом двух парней, что сидели на скамейке у аппарата с кофе. Ладони вспотели мгновенно, а спина заныла так, что Чонгук едва сдержался, чтобы не зашипеть от боли. Тэхён был здесь. Выглядел он паршиво, словно это ему не посчастливилось проваляться ночь в больнице. В глазах Солнца было столько вины и муки, что на пару мгновений Чонгуку даже стало легче, но какая-то заноза все равно осталась грызть его изнутри. — Встречайте свою пропажу, — объявил Юнги, подойдя ближе. — Привет, Гук, — заговорил Чимин первым, широко улыбнувшись. — Как самочувствие? Чонгук хотел ответить, но голос внезапно пропал. От волнения накатила слабость. Он не решился посмотреть на Тэхёна, но чувствовал его взгляд всем телом. Коротко кивнув, Чонгук уставился себе под ноги. Атмосфера мгновенно сгустилась. Чонгука окатило волной неловкости. — Нам пора выбираться отсюда, — выдернул их из вязкой тишины Юнги. — Заедем в кафе, а то я сегодня даже позавтракать не успел. Идея была встречена с энтузиазмом. Чонгук все еще ощущал на себе пристальное внимание Тэхёна, но не мог ответить взаимностью. Он и сам не ожидал, что те удары и роковой приказ так скажутся на нем, выбив всю дерзость и самоуверенность разом. Тэхён тоже держался особняком, не пытался заговорить или подойти ближе, но его напряжение витало в воздухе. Мистер Мин вывел их из больницы. Он переговаривался о чем-то с Чимином, но Чонгук уже не разбирал слов. Он чувствовал рядом свое Солнце, ощущал его каждой клеточкой, и эта всепоглощающая настроенность на другого человека пугала. Мысли путались. Чонгук даже не знал, что ему сейчас хочется больше — сбежать от Тэхёна или услышать его голос. Чимин предложил не отъезжать далеко и позавтракать в кафе рядом с больницей. Юнги не возражал, и они все вчетвером направились к ближайшему общепиту. Со стороны, наверное, они выглядели нелепой процессией, но Чонгук был рад, что их с Тэхёном так сразу не оставляли наедине. Ему еще нужно было собраться с мыслями и как-то правильно отреагировать. Кафе, в которое они заглянули, оказалось довольно шумным, но свободный столик все же нашелся. Когда все расселись, Чимин попросил мистера Мина помочь ему с выбором завтрака, но мужчина не спешил уходить, оставляя двух подростков наедине. Чонгук поймал внимательный взгляд мужчины, в котором читался вопрос — хочет ли он поговорить с Тэхёном с глазу на глаз. И только после его кивка их оставили вдвоем. Чонгук сидел напротив Тэхёна, нервно теребя рукава кофты под столом. Он не знал, как начать разговор, не знал, что ему нужно сделать и сказать, чтобы эта удушающая неловкость наконец отступила. — Я знаю, что мое «прости» несоизмеримо с тем, что случилось, — прочистив горло, тихо начал Тэхён. Чонгук не поднимал глаз, но видел, как дрожат пальцы его Солнца, когда тот мял салфетку в руках. — Но… прости. Мне жаль. Я… черт, я не знаю, что тут можно сказать. Я так виноват перед тобой. — Я в порядке, — ответил Чонгук. Надо было уже набраться смелости и взглянуть парню в лицо, но не получалось. Не выходило, черт возьми! Какой-то неприятный страх сковывал его по рукам и ногам. — Ты абсолютно точно не в порядке, — произнес Тэхён, и в его голосе было столько сожаления и муки. — Но сейчас я не знаю, как все исправить. Голос Тэхёна к концу речи совсем ослаб, почти исчез, но Чонгук услышал. Казалось, весь его организм физически настроился ловить малейшую волну, исходящую от этого парня. От подобного становилось жутко. Чонгук сцепил пальцы в замок, не отрывая взгляда от поверхности стола. — Мне жаль, — снова повторил Тэхён. — Я знаю, — не стал его мучить Чонгук. Он понимал, что Тэхён сорвался, что они оба не были готовы к подобной ерунде, но это не отменяло того, что это может случиться снова, пока однажды Тэхён в порыве не забьет его насмерть. — Мне просто… наверное, мне нужно время, чтобы это все улеглось, — давя волнение, произнес Чонгук. — Понимаю, — кивнул Тэхён. На какое-то время они оба погрузились в молчание. Чонгук слышал учащенное, взволнованное биение собственного сердца. Он понимал, что Тэхён сожалеет, понимал, что тот наверняка не хотел, чтобы все закончилось вот так, но … Чонгук все еще чувствовал боль и то непонятное, черное чувство, когда Солнце отдало приказ. Голова шла кругом от всего этого! Он должен был возненавидеть Тэхёна, должен был проклинать его, но что-то было не так. Чонгук не понимал собственных реакций, и этот пугало тоже. — Мы не можем просто закрыть глаза на то, что произошло, — начал он снова. — И что ты предлагаешь? — испуганно произнес Тэхён. — Чонгук, у нас метки соулов. Мы не сможем разбежаться, прости. — Доктор в больнице говорил про специальный центр помощи, — произнес Чонгук, умолчав о том, что прекрасно понимает, что «разбежаться» не получится. — Мистер Мин согласился помочь с этим. Ты… что ты думаешь по этому поводу? Чонгук собрался с духом и поднял голову, натыкаясь на внимательный, взволнованный взгляд Тэхёна, в котором столько беспокойства и тревоги, что это ощущалось кожей. — Было бы отлично, — выдохнул Ким. — Я готов сделать все, чтобы ты был в порядке. — Нам нужно будет сказать об этом родителям, — напомнил Чонгук. — Надеюсь, вы моей матери ничего не говорили о произошедшем? Тэхён замотал головой. — Хорошо, — снова повторил Чонгук. — Ей не нужно знать. Тэхён смотрел на него так жалобно, что невозможно поверить в то, что именно этот парень отправил его на больничную койку. Спина, словно вторя мыслям, заныла, а метка на руке тихо запульсировала. Чонгук мысленно выругался. Начинается, черт. — У меня метка. Снова светится, — сообщил он прямо, поерзав немного на стуле. Чонгук внимательно слушал врача и понимал, что сделает только хуже, если перестанет сотрудничать с Тэхёном, спрятавшись в своей скорлупе. — Ей, наверное, нужно мое … внимание? — осторожно начал Тэхён. Шум в кафе словно утих, отступив на периферию сознания. Чонгук вновь вгляделся в лицо парня. Тэхён, робкий и нерешительный, был чертовски красивым, даже взлохмаченный и болезненно бледный. — Наверное, — выдохнул Чонгук нервно. И что это значило? Что ему делать-то? Снова подставить спину, позволив в этот раз порезать себя на части? Сердце застучало сильней. Накатила тошнота ожидания. — Дашь мне свою руку? — тихо попросил Тэхён, нарушив минуту молчания. Чонгук неловко вытащил из-под стола левую руку и положил ее на поверхность стола. Тэхён боязливо коснулся кончиками пальцев его ладони, готовый в любой миг отпрянуть. Чонгуку и самому вдруг стало страшно в ожидании прикосновения. — Ты теперь боишься меня, — прикусив губу, произнес Тэхён. Он смотрел на его руку и выглядел так, будто вот-вот заплачет. — Я чувствую. Пульс участился, в груди стало некомфортно. Чонгуку было не по себе. Он умом понимал, что Тэхён сейчас не сделает ничего плохого, не отдаст приказ, не причинит боли, но тело онемело, оно помнило. — Я не боюсь, просто…. — Чонгук слабо попытался оправдаться, но потерпел поражение. Ему не хватало решимости сделать первый шаг. — Мне так хочется сказать тебе, что я не причиню больше боли, — сдавленно произнес Тэхён, потянувшись к его руке. Чонгуку потребовалась вся выдержка, чтобы не отшатнуться. — Но мы оба знаем, что это будет ложью. Если бы ты только знал, как мне хочется разорвать эту связь, освободить тебя от этой метки. Чонгук нервно сглотнул, когда Тэхён кончиками пальцев коснулся его руки. Едва заметное прикосновение, и они оба на миг задержали дыхания, почувствовал импульс, пробежавший по телу. Не одернуть руку стоило огромных усилий. Чонгук смотрел, как Тэхён боязливо, робко коснулся его мизинца, словно сам боялся. — Мне нужно дотронуться до твоей метки, чтобы она перестала беспокоить, — произнес Тэхён, не поднимая глаз. Он не прикасался, медлил, словно тоже никак не мог решиться на большее. — Ты позволишь? Черт. Этот вопрос звучит глупо, правда? У тебя даже выбора нет. Оттолкни ты меня сейчас, дальше будет только хуже. — У тебя тоже нет выбора, — произнес Чонгук. — Это ужасно, — хрипло выдохнул Тэхён. Чонгук не выдержал напряжения. Он сам перехватил парня за запястье, сжал крепко, чувствуя неожиданное облегчение, прокатившееся по телу. Ничего ужасного не произошло, но оба, казалось, были на грани обморока. Столь ошеломляющим оказалось одно лишь прикосновение. Тэхён в первое мгновение испуганно замер, готовый в любой момент одернуть свою руку, но через несколько секунд справился с собой и перевернул их ладони, крепко сжал запястье Чонгука, осторожно прикасаясь к метке кончиками пальцев. У Чонгука сердце ухнуло в пятки от такого простого действия. Он вскинул взгляд на Тэхёна, ловя его мягкую, светлую улыбку. Хватка Солнца была сильной, но не болезненной. — Спасибо, — прошептал Тэхён, немного погладив метку. От этого прикосновения Чонгука пронзила волна дрожи, приятной и неожиданно теплой. Сияние метки угасло, но еще мгновение Тэхён держал его за руку, выпустив сразу, стоило Чонгуку пошевелиться. — А вот и наш завтрак, — подошел Чимин и мистер Мин с подносами, на которых красовались аппетитные бургеры и кофе. — Прошу, — Чимин, как профессиональный официант, подал еду. — Спасибо, — поблагодарил Чонгук. От нервов он жутко проголодался. Мистер Мин поставил поднос перед Тэхёном и сел напротив Чимина. — Итак, какие планы на сегодня? — бодро спросил Чимин, будто ничего ужасного не произошло накануне. — Чонгуку надо отлежаться сегодня, — неспешно попивая кофе, ответил мистер Мин. — А мне поговорить с его матерью. — Зачем? — тут же вскинул нервный взгляд Чонгук, забывая о еде. — Уймись. Я всего лишь хотел поговорить с ней о предстоящей поездке в Нью-Йорк и обсудить детали. Так понимаю, все готовы поехать в тот центр? — перевел мужчина взгляды с него на Тэхёна. — Да, — закивал Тэхён. — Надо будет еще и с твоими родителями встретиться тоже, — вздохнул мистер Мин. Чимин усмехнулся, за что получил строгий взгляд своей Луны. — Да просто забавно, как вы с нами нянчитесь, — хохотнул Пак. — Нам уже не десять лет, серьезно. Ослабьте зону ответственности. — Вы все еще несовершеннолетние, — напомнил мужчина. — И я отвечаю за вас, поэтому моя зона ответственности будет лежать там, куда я ее сам положу. Чимин недовольно поморщился, но поднял ладони вверх, сдаваясь. — Как скажешь, папочка. У Чонгука чуть челюсть не отпала от такой наглости. Как Чимину удавалось быть таким нахальным?! Тэхёну тоже стало неуютно, он пнул друга под столом, призывая его быть вежливее с человеком, который фактически уберег их от еще больших проблем. — Ладно-ладно, — хохотнул Чимин и внезапно серьезно посмотрел на хмурого мужчину. — Я просто тоже немного нервничаю от того, что все мы здесь сегодня собрались такой компанией. Блять, — нервно выдохнул он. — Тэ, просто, блин, пересядь подальше от моей Луны. У меня сейчас мозги закипят! За столом воцарилась неудобная тишина. Все замерли, словно только сейчас заметили, как расселись. Мистер Мин сидел рядом с Тэхёном, но не то, чтобы слишком близко. Чонгук посмотрел на расстояние между собой и Чимином, отмечая, что оно значительно больше. Значит… это уже действует на Чимина? А на Тэхёна? Он вообще чувствует рядом с собой чужую Луну? Всем, кроме Чимина, казалось, стало неловко. Тэхён смущенно немного отодвинулся от мистера Мина, а бодрая и веселая улыбка испарилась с лица Пака. Он словно тоже не хотел как-то обидеть свою Луну, но не получалось. — Это все реально нервирует, — заговорил мистер Мин первым. Он шумно выдохнул и вернулся к своему завтраку. — Но, если мы будем замалчивать наш дискомфорт, то это приведет к печальным последствиям. Нам всем придется чем-то пожертвовать, чтобы справиться и вновь как-то обустроить наши жизни с учетом появившихся меток. Эта область совершенно новая для нас, и, считаю, возраст здесь роли не играет, потому что во многих вопросах, связанных с меткой, вы разбираетесь лучше меня. Однако, если мы будем честны друг с другом и благоразумны, то все получится. — Простите, — извинился Тэхён непонятно за что. — На тебя это действует? — поинтересовался мистер Мин с любопытством, посмотрев в сторону отсевшего Тэхёна. — Сейчас нет. Просто я настолько, наверное, сконцентрирован на своей Луне, что остальные просто перестают существовать, — ответил Тэхён. — Ага. Подойди я сейчас ближе к Чонгуку, у тебя дым из ушей повалит, — хмыкнул Чимин. — Возможно, — не стал отпираться Тэхён. — Это связь заставляет нас так реагировать. — Неокрепшая связь, — уточнил Чимин. — Дальше будет легче. — Откуда вы так много знаете об этом? — спросил мистер Мин. — Это долгая история. Я потом вам как-нибудь расскажу, — ответил Чимин. — Ладно, — не стал настаивать мужчина. — Ешьте, у нас впереди много дел. Еще вопрос со школой надо решить. Надеюсь, вы все хорошо учитесь? — За это можете не волноваться, — уверенно произнес Тэхён. — Со школой проблем не будет. Нас отпустят на неделю-две. — Хорошо. Тогда план не изменился. Завтракаем и на встречу с вашими родителями. Когда волна неловкости немного спала благодаря тому, что мистер Мин не стал накалять обстановку, дышать стало легче. Все вернулись к еде. Стоило и правда подкрепиться перед тем, как вернуться домой.