Одно сердце, две судьбы, два вида животных, одна любовь.

«Полиция — это примирение общественных свобод с общественным порядком».

— Станислав Ежи Лец. Польский поэт, философ, писатель-сатирик и автор афоризмов.

•••

Зебра по имени Маргарита Владимировна прогуливалась по коридору больницы в медицинском халате, который выдали на входе. Рядом с ней были врачи, которые лечили очень полезного для них пациента — полицейских. — Как его состояние? — с интересом спросила Маргарита Владимировна, когда они прошли вперед. — Состояние улучшилось после того, как мы промыли ему желудок, но ему лучше не играть в такие игры с наркотиками и алкоголем, иначе он умрет. — ответил ей врач. Он был хохлатым оленем. — Когда его можно будет выписать отсюда? — продолжала задавать вопросы Маргарита Владимировна. — Через неделю? — Его точно выпишут через два месяца, но пока лучше побыть здесь. — спокойно ответил врач, который ранее отвечал на ее вопрос. — О, чует мое сердце, он возненавидит нас за это. — с холодной уверенностью сказала Маргарита. — Лично я, конечно, остаюсь оптимистом во многих вопросах, но у меня к вам просьба, как к представителю полиции, больше так не делайте. — настойчиво сказал он и добавил, — иначе в следующий раз для вас, сотрудников полиции, это плохо закончится. — То, что мы сделали, было вынужденной мерой, чтобы спасти десятки жизней и наказать одного медведя. — уверенно заявила Маргарита Владимировна. — Что ж, все последствия ваших подобных операций будут на вашей совести. — спокойно сказал врач. Маргарита ничего не ответила ему на это, и они как ни в чем не бывало продолжили идти по коридору. Они вошли в палату № 318 на третьем этаже. Внутри была только одна большая кровать, на которой лежал лев, к телу которого были прикреплены десятки проводов и трубок. Он выглядел очень сонным и уставшим от жизни, а его глаза были такими печальными, что любому живому существу, заглянувшему в них, тоже стало бы грустно. — Здравствуйте, Петр Александрович. — приветливо поздоровалась Маргарита Владимировна, войдя в палату. — Как дела? — Кто вы, женщина? — непонимающе спросил Петр Александрович Дорекилут и стал смотреть на нее, как иностранец, как смотрят на все, что есть в загадочной для него стране. — Маргарита! — Да, я Маргарита Владимировна, и как представитель полиции я хочу поблагодарить вас за ваш подвиг, который вы совершили. — решительно заявила она. — Подвиг? — потрясенный этой новостью, спросил Петр Александрович Дорекилут. — Что я такого сделал, чтобы заслужить это?! — Ты играл самого себя, и это было замечательно. — уверенно произнесла Маргарита Владимировна Юодаси, и по взгляду, брошенному на нее сбоку Петром Александровичем Дорекилутом, было понятно, что он ничего не понял. — Тебе все объяснить? — Да, желательно с самого начала. — уверенно сказал Петр Александрович, который был немного дезориентирован всем происходящим. — Ну, прежде всего, я спрошу тебя, помнишь ли ты того медведя, который мучил тебя? — с любопытством спросила она. — Да, я это помню. — с ненавистью произнес Петр Александрович, и по его лицу было видно, что он хотел сказать: «Такое не забывается». — Итак, это известный наемник по кличке «Милый Мишка», и мы, полиция, уже много лет пытаемся его поймать, но безуспешно. — сказала Маргарита, которая была явно недовольна. — И какое отношение это имеет ко мне и этому «Милому мишке»? — с интересом спросил Петр Александрович Дорекилут. — Как мы связаны? — Мой план, который я разработала и который был одобрен полицией и высокопоставленными полицейскими нашего великого Отечества. — уверенно заявила Маргарита Владимировна. — Какой у тебя был план? — с беспокойством в голосе спросил Петр Александрович. — Что все это значит? Говори скорее! — Мы специально уговорили влиятельного театрального режиссера, имени которого я не помню… — начала говорить Маргарита Владимировна, но потом замолчала. — Афанасий Владимирович Каминов. — сердито сказал Петр Александрович и от злости повысил голос. — Как можно не знать этого имени величайшего из ныне живущих режиссеров? — Простите меня за мое невежество, но я не то чтобы не интересуюсь театральным искусством. — спокойно сказала Маргарита Владимировна и, дождавшись, когда он выскажет свое мнение, продолжила. — Можно я продолжу? — Да, продолжайте. — с отвращением сказал Петр Александрович и отвернулся от нее. — Я договорился с ним, чтобы он пригласил вас приехать сюда и сыграть на сцене его театра, и отправил вам мою фотографию, в которой просил вас сыграть персонажа, который отказывается признаться в изнасиловании и ограблении женщины. — спокойно произнесла Маргарита Владимировна и по заинтересованному взгляду Петра Александровича поняла, что он начинает понимать, что происходит. — Так это все была театральная постановка для этого жестокого медведя? — удивленно спросил Петр Александрович, осознав, что происходит вокруг него. — Да, это так. — подтвердила Маргарита Владимировна. — Но поймите все это — ваши пытки, ваше обращение были необходимы, чтобы арестовать его. — А почему вы не могли сделать этого раньше? — с интересом спросил Петр Александрович. — Этот медведь — ужасно хитрое существо, он сделал все с юридической точки зрения, чтобы его не арестовали и не отправили в тюрьму, а также чтобы его невозможно было преследовать, но я придумал кое-что поинтереснее. — уверенно заявила Маргарита Владимировна и сняла две бусинки. — Как ты думаешь, что это? — Это женское украшение, которое носят женщины, склонные к перфекционизму. — спокойно ответил Петр Александрович. Перфекционизм в психологии — убеждение, что идеал может и должен быть достигнут, а несовершенный результат работы не имеет права на существование. — Нет, вы ошибаетесь. — возразила Маргарита Владимировна и начала улыбаться. — Это скрытые камеры, которые все снимали. — Значит, теперь у вас есть улики против него? — с интересом спросил Петр Александрович. — Да, у нас есть улики против него, и все это благодаря вам, и мы вам невероятно благодарны, поэтому после этого мы выделим десять миллионов евро и лечение в лучшей больнице города в качестве компенсации за это. — уверенно заявила Маргарита Владимировна. — Что ж, это меня радует, но ответьте мне на один вопрос: что сейчас делает ваша полиция в отношении этого медведя? — с любопытством спросил Петр Александрович. — Она пока ничего не делает, потому что сегодня воскресенье, но завтра понедельник, и это будет последний понедельник, который он проведет бесплатно. — с усмешкой сказала Маргарита Владимировна Юодасий.

~

На улице после дождя было холодно и сыро, как обычно бывает осенью. Сейчас на улице было 30 сентября — понедельник сентября и последний день этого месяца. Михаил Мстиславович сидел за рулем автомобиля и вез своих отпрысков в старшую школу «Санрайз». — О, какая прекрасная погода на улице. — зевая, сказал Михаил Мстиславович Зисилот. — Не так ли, Сергей? — Да, погода замечательная, но холодно и сыро. — спокойно сказал Сергей Рудольфович. — Для тех, кто весь этот месяц провел в танке, напоминаю, что сейчас осень. — с сарказмом напомнил ему Михаил Мстиславович. — Я знаю это, Михаил, я знаю. — бесстрастно сказал Сергей. — Ты ничего не знаешь и не понимаешь, идиот. — насмешливо сказал Михаил Мстиславович. — Эй, что это там впереди? — с волнением в голосе, почти срываясь на крик, спросил Сергей Рудольфович. Впереди их ждали полицейские машины с сотрудниками полиции. На земле были установлены десятки препятствий, чтобы они не могли проехать. — Они что, с самого начала ждали нашего приезда? — слегка испуганным голосом спросил Михаил Мстиславович. — Михаил, что нам делать? — в отчаянии спросил Сергей. — Не паникуй, волчонок. — Михаил Мстиславович сказал холодно, как будто говорил: «Все под контролем». — Я разберусь. — Михаил, ты исправишь это? — непонимающе спросил Сергей. — Ответь мне! — Сергей… — Михаил Мстиславович резко замолчал, когда стал всматриваться в лицо Сергея, и сказал: «О, сколько приятных воспоминаний связано с этой мордочкой». — Михаил Мстиславович, выходите из машины с поднятыми лапами, или мы заставим вас это сделать! — приказал он полицейским по громкой связи. — Михаил, не делай этого, иначе тебя вздернут на виселице. — настойчиво сказал Сергей, который боялся потерять самое близкое себе животное. — Сергей, не учи меня жизни, я лучше знаю, что мне делать в своей жизни. — решительно сказал Михаил Мстиславович и открыл дверцу машины. — Михаил, не надо… — взмолился Сергей Рудольфович и схватил его за руку, но тут же получил удар по морде от Михаила. — Сиди здесь тихо и незаметно, а если что-то пойдет не так, то выбегай из машины и прячьтесь в соседнем люке, это примерно в шести метрах отсюда. — холодно сказал Михаил Мстиславович и ослабил хватку, когда Сергей взял его за дуло. — Ты понял меня, Сергей? — Да, я понял тебя. — грустно сказал Сергей Рудольфович. — Отлично. — удовлетворенно сказал Михаил Мстиславович и нажал на кнопку, чтобы расстегнуть ремень. — Я пошел, а если что-то пойдет не так, то пойду к нашей соседке Ольге. — Михаил, объясни мне, что ты собираешься делать? — непонимающе спросил Сергей, который в этот момент был в панике. — Вы, кажется, не расслышали моего требования, но по доброте душевной я повторю его еще раз специально для вас — выходите из машины с поднятыми лапами, или мы заставим вас сделать это, если вы не выйдете из машины через три, два… — полицейский продолжал говорить. — Сергей, сядь здесь и не мешай взрослым дядям и тетям заниматься взрослыми делами. — настойчиво сказал Михаил Мстиславович. — Но, Ми… — Сергей Рудольфович Вукорот-Серио не успел закончить фразу, как Михаил Мстиславович вышел из машины, закрыв за собой дверцу и заперев свою машину на ключи. — Чего вы от меня хотите? — с любопытством спросил Михаил Мстиславович, выходя из машины. — Михаил Мстиславович Зисилот, на вас выписали ордер на арест. — уверенно сказал полицейский и показал документ. — Что? — спросил Михаил Мстиславович так, словно был туп, как валенок. Он тут же получил удар по голове и был схвачен, как животное. — Отпустите меня! — Мы отпустим вас, когда доставим в тюрьму, завтра вы будете в суде. — спокойно сказали все полицейские. Сергей в тот момент ничего не мог поделать ‐ их (полицейских) были сотни, и Михаил Мстиславович, который был силен как гора, сразу сдался, когда вышел. «Даже он не пытался сопротивляться», — сказал себе Сергей и посмотрел вниз ‐ внизу была маленькая дверца, служившая входом в подвал — ее нужно было использовать в экстренных случаях, и это был тот самый момент, когда Сергей сбежал через эту дверь. — Смотрите, кто-то вышел из машины! — крикнул один из полицейских и зарядил свой пистолет. — Это может быть один из его сообщников! — Не трогайте его! — Михаил Мстиславович закричал, как лев, и вырвался из рук правосудия. — Бегите отсюда туда, куда я вас послал. Михаил Мстиславович подбежал к машине и одним ударом по люку открыл путь в канализационную систему города. После этого удара он взялся за заднюю часть машины и потянул ее на себя, чтобы пули не попали в Сергея и его не было видно. — Спасибо вам, Михаил, за вашу помощь. — с благодарностью сказал Сергей Рудольфович. — Прекратите болтать и бегите! — на повышенных тонах приказал Михаил Мстиславович. Сергей Рудольфович прыгнул в канализационный люк и исчез в темноте городской канализационной системы. Михаил протянул руку, чтобы придержать машину, и полицейские немедленно бросились к нему и схватили его, прижав к земле. — Куда скрылся ваш сообщник, которому вы помогли скрыться? — с любопытством спросил полицейский. — Отвечайте! — Я ничего не скажу вам о том, где он и кто он, но я расскажу вам, чтобы это стало для меня спасением. — уверенно заявил Михаил Мстиславович и заулыбался, как кот. — Что ж, если вы не хотите отвечать по-хорошему, то это будет по-плохому. — решительно сказал полицейский и дунул в свисток. — Садитесь в его машину! Полицейские начали забирать его и сажать в машину как инвалида. Почему как инвалида? — если он мог нормально ходить. Ответ прост ‐ он был очень болен из-за избиения полицией, был ужасно упрям и не хотел идти, хотя и не сопротивлялся. Сергей Рудольфович двинулся вдоль городской канализационной системы и добрался до места, где располагался его дом и дома его соседей. Поднявшись с помощью лестницы, он добрался до дома, который находился напротив дома, где они с Михаилом Мстиславовичем жили. Он нажал на кнопку звонка и по привычке сказал: — Тетя Оля, пожалуйста, откройте дверь, это я — Сергей Рудольфович. — Сергей? — удивленно спросила Ольга, приоткрыв дверь, держа пистолет в своих кошачьих руках ‐ она была пантерой. — Что ты здесь делаешь? Почему ты не в школе? — Планы изменились. — холодно ответил Сергей Рудольфович и погрустнел еще больше. — Михаилу нужна помощь, его арестовали и сказали, что мне нужно прийти к вам. — Что ж, это неудивительно, учитывая, какую работу он выполняет. — спокойно сказала Ольга и указала головой. — Я дам вам пару документов, а вы отнесете их в полицию и пригрозите, что это всплывет. — Хорошо, я так и сделаю. — уверенно сказал Сергей Рудольфович и подождал несколько минут, пока Ольга найдет необходимые документы и принесет их ему. — Спасибо. — Не за что и помни, что Михаил нужен нам живым. — настойчиво сказала Ольга. Сергей покинул родной район и отправился в отделение милиции, где находился Михаил Мстиславович — он узнал об этом благодаря новостям. Он пришел и уверенно и гордо сказал полицейским: — Выпустите Михаила Мстиславовича, или правда откроется! Все, кто находился в то время в полицейском участке, понимали его, и все начали смотреть на него как на сумасшедшего. Все начали разговаривать друг с другом: — Он что, совсем спятил? — Похоже на то. — Этот волк наркоман или как? — Он мне не нравится. Он похож на тупого либерала, который получает деньги из-за границы. — Да, чует мое сердце, что такие, как они, предложат нам отказаться от суверенитета в пользу хороших отношений с Гигимоном, который будет нас грабить. — Сынок, перестань верить в дурацкую демократию и в то, что говорит Запад. — А еще лучше, давайте отправим его в армию, где они избавятся от всей этой ерунды. — Да, служба в армии — лучший способ избавиться от ненужных мыслей и стать нормальным мужчина! — Вам нужна помощь? — с любопытством спросил подошедший к нему охранник. — О чем вы хотели со нами поговорить? — О Михаиле Мстиславовиче Зисилоте, который находится здесь под стражей. — спокойно сказал Сергей Рудольфович и, не дожидаясь ответа, начал требовать от него. — Где он? — Я не могу вам это показать, но я советую вам поговорить с начальником этого полицейского участка, чтобы вы могли поговорить с ним. — уверенно сказал охранник. — Я согласен. — решительно заявил Сергей Рудольфович. Сергей Рудольфович бросился за этим охранником, который, очевидно, принял его за сумасшедшего. Сергей поговорил с американским журналистом (это был начальник этого полицейского участка) и показал ему подписи и аудиозаписи разговора между рядом высокопоставленных политиков и Михаилом Мстиславовичем, которым была выгодна смерть их оппонентов. — Что ж, этот медведь поступил очень предусмотрительно, и это похвально. — уверенно сказал начальник этого полицейского участка. — Он не доверял более чем одной политической силе в этой стране, поэтому всегда был благоразумен и прятал это в другом месте, чтобы ни один из политиков, которые хотели уничтожить доказательства преступления, не смог их найти, а если вы их не обнародуете, то все это станет известно общественности. — Сергей Рудольфович угрожал им. — Мальчик, я очень рад, что ты подготовился ко всему серьезно, но те политики, которые решили убрать любые улики в своих преступлениях, хорошо все продумали, чтобы выстроить умную систему, чтобы даже самые убедительные доказательства были признаны фальшивкой. — уверенно заявил начальник полиции. — Значит, его клиенты решили от него избавиться? — потрясенно спросил Сергей Рудольфович. — Да, волчонок, к сожалению, так оно и есть. — сказал он, как будто это было в порядке вещей. — Но это несправедливо! — возмутился Сергей и вскочил со своего места. — Это самый печальный поступок руководства моей родины. — Этот медведь убил десятки животных за деньги — по-вашему, это справедливо? — с интересом спросил он и сказал себе: «Если он говорит «нет», значит, у него правильные моральные принципы, а если «да», то он лицемер». — Я не буду отвечать на этот вопрос, я хочу увидеть Михаила Мстиславовича, он мне как отец. — настойчиво сказал Сергей Рудольфович. — Ты встретишься с ним во время судебного разбирательства и после решения суда, не волнуйся, его не казнят за преступления, а посадят пожизненно, а вас передадут органам опеки. — Начальник этого полицейского участка сказал это со спокойной уверенностью. — Нет, я этого не хочу! — закричал Сергей во весь голос. — Мне нужен только он! — эти слова он выкрикивал, когда убегал из этого полицейского участка в свой район.