Rusty Trombone

— Ты знаешь, что такое «ржавый тромбон»? — Духовой инструмент, я полагаю. — Угу, а почему ржавый? — Не знаю. Потому что на нем давно не играли. Артем сидел на единственном стуле в гримерке закинув ногу на ногу и безотрывно смотрел в телефон. Илья привык к внезапно возникающим случайным и порой глупым вопросам от партнера, поэтому продолжал невозмутимо краситься, склонившись у зеркала, не моргнув и глазом. — Хах, не совсем, — загадочно отозвался Артем и поднял взгляд на Илью. — Хочешь, я тебе покажу? Илья вздохнул и отложил кисть. — Ну покажи, — заинтересованно согласился он. Как у главных актеров в сегодняшней постановке у них было преимущество в продолжительности сборов, но наглеть в любом случае было нельзя. До начала спектакля оставалось чуть больше часа, а им предстояло переодеться, нанести грим и, если останется время, отрепетировать пару-тройку самых важных реплик. Артем обрадованно подскочил и отбросил телефон в сторону. Глядя на то, с каким энтузиазмом он намеревается познакомить его с чем-то новым и необычным, Илья с интересом уставился на него и опустил руки по швам. Артем тут же схватил его за руку и повел к кожаному красному диванчику — слишком узкому, чтобы поместиться на нем вдвоем, но слишком удобному, чтобы не захотеть на нем расположиться. — Снимай штаны, — скомандовал он и, не дождавшись, пока Илья как-нибудь на это отреагирует, стянул свои. Илья собрался было возмутиться, но любопытство взяло свое. Он освободился от джинсов, а затем, следуя действиям Артема, и от нижнего белья. — Эти твои синие боксеры меня доконают, — смеясь, прокомментировал он. Мужчина покрутил трусы в руках и, пожав плечами, бросил их в общую кучу снятой одежды. — Тебе не нравятся? У меня еще такие есть. — Да, примерно пять пар, — не останавливался Илья. — Ой, иди ты, — отмахнулся Артем и жестом велел ему встать на четвереньки. Илья оперся руками на подлокотник, на скрещенные предплечья положил подбородок и расставил ноги на ширину плеч. Артем пристроился сзади и, огладив соблазнительные ягодицы, нырнул лицом между ног. — А можно узнать… — полушутя спросил Илья, но его вопрос утонул в последующем стоне. Не говоря ни слова, Артем прижался к сжавшемуся колечку мышц, легко оцарапав гладкую кожу колючей бородкой, и медленно лизнул меж ягодиц. Пальцами он впился в бледные округлости, раздвинул их пошире, и принялся жадно водить по промежности языком, надавливая посильнее, щекоча кончиком языка чувствительную дырочку. Илья спрятал лицо в предплечьях и закусил кожу, не позволяя себе издать ни звука. Что бы Артем ни задумал, ему нравилось каждое действие. И не просто нравилось — когда за стеной по фойе бегают другие актеры и работники закулисья, он стоял в гримерке полуобнаженным и начинал не на шутку возбуждаться. Однако это было еще далеко не все. Почувствовав, что партнер уже достаточно расслаблен, Артем решил заставить его немного напрячься. Его дрожащая рука скользнула между ног Ильи и, нащупав там приподнимающийся член, сомкнула на нем пальцы. Илья зажмурился и вцепился в свою руку ногтями, подавляя облегченный стон. Если Артем так хотел немедленно продемонстрировать ему свою находку, он мог на пальцах объяснить… ах, похоже, как раз это он и делал. Артем же не видел в этом акте ничего предосудительного. В конце концов, когда Илье что-то не нравилось, он привык говорить об этом прямо, а раз он молчал сейчас, Артем сделал вывод о том, что возлюбленный наслаждался процессом так же, как он сам. Если не больше. И мужчина начал ласкать орган рукой, помогая ему налиться кровью и подняться, имитируя движения во время игры на тромбоне. При этом он, прижавшись губами к анусу, продолжал вовсю стараться языком, как бы проталкивая воздух по трубе. Когда Илья начал издавать совсем уж жалобные звуки и двигать бедрами таким образом, чтобы толкнуться и в руку, и в лицо, Артем приступил к следующему этапу «игры». Он начал спускаться поцелуями вниз по щели до тех пор, пока его рот не оказался на яичках. Упругие, гладкие, но грустящие без дела, они казались ему самым эротичным зрелищем, и он без раздумий втянул одно из них в рот. Илья охнул и сжал ягодицы. Так вот что за ржавый тромбон, подумал он, прежде чем Артем, среагировав на звук, ускорил движения ртом и руками. Зубы приятно касались мошонки, тонкая кожица натягивалась, когда он чуть оттягивал яичко, а затем принимался за второе и проделывал с ним тот же фокус. Левая рука Артема уже давно лежала на его собственном паху, но в пылу страсти он совсем забыл о том, что нужно ею двигать, чтобы получить еще больше удовольствия. Илья издал очередной стон и потянулся к половому органу, но был немедленно остановлен, а тонкая нежная кожица, находящаяся во рту у Артема, — прикушена. Он ойкнул и убрал руку, вновь опершись на нее. — Нам нужно идти, — жалобно простонал Илья, уткнувшись лбом в холодный диван, но его скрытая просьба была встречена только бо́льшим давлением языка и зубов. Артем старался как мог ускориться, работая обеими руками и доводя их обоих до одновременного оргазма. О себе он думал в последнюю очередь, ведь главным для него было поразить Илью. Сам он мог продержаться еще чуть дольше, если бы не помогал себе рукой. Но и не трогать себя у него не получалось: когда перед ним, полностью раскрывшись, доверившись ему и приглашающе прогнувшись, стоял любимый и самый желанный человек, позволяя ему вытворять с собой что угодно, и именно он делал ему так приятно, все, что оставалось, это дать ему то, что он хочет, и как можно скорее. Никто из них не знал, сколько времени прошло и как долго это продолжалось, но Илья вдруг напрягся, скрипнул ногтями по дивану, и его член выстрелил — именно выстрелил — густым горячим семенем перед собой, на этот самый диван. Артем, почувствовав, как пальцы намокли и склеились, еще быстрее задвигал руками, выжимая из Ильи все до капли и заодно подталкивая себя к краю. Вскоре он тоже обильно завершил себе в руку, и тогда только отстранился, отсаживаясь на пятки. — М-м, ты просто прелесть, — хрипло похвалил он, любуясь видом перед собой, и положил руки на внутреннюю часть бедер Ильи, размазывая по ней все, что осталось на его ладонях. Эротичное зрелище. Артем поднес пальцы к лицу и положил один из них себе в рот. — Ты никогда не перестанешь вгонять меня в краску, — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнес Илья, на что его партнер только фыркнул. — Еще скажи, что тебе не нравится, когда я зажимаю тебя по разным углам. Илья покачал головой, медленно перенес вес с колен на задницу и прислонился спиной к Артему. Тот обнял его грудь, медленно водя по ней склеившимися пальцами. — Чувствую себя подростком, — признался он. — Ты откуда про тромбон этот свой узнал-то, не поделишься? Артем отрицательно промычал. — Секрет фирмы. Но тебе же понравилось? Илья не без помощи поднялся с диванчика и, полуобернувшись к мужчине, подмигнул ему. — Оставлю тебя теряться в догадках. И с этими словами, виляя задом, направился в душевую.