Огонёк

Юджи закончил приводить себя в порядок и просто сидел в комнате, скучая. Была только середина дня, и единственным, чем юноша мог скоротать время, был сон. Приключений на сегодня было достаточно. В такие моменты одиночество давило на него особенно сильно, напоминая о том, что место, в котором он находится, совершенно чужое. Юджи соскучился по близким, хотя шел только третий день. А сколько вообще он проведет здесь? Юноша сделал мысленную заметку, чтобы не забыть спросить об этом у Сукуны при следующей встрече. Когда он видел ее, мысли сбивались в ком, а потом рассеивались, как пыльца не ветру. Юджи не мог противопоставить ей абсолютно ничего. Ее властность, ее сила и могущество оставляли в сознании лишь желание подчиняться. Несмотря на снисходительность Двуликой, Юджи понимал, что та лишь играется, как сытая тигрица в лесу полном добычи. Он пресек зашевелившееся возбуждение на корню, ворочаясь на футоне. Отбросив все мысли, мальчик плавно погрузился в некрепкий сон.

* * *

К знакомым дверям Юджи торопился не просто добровольно: он едва ли не бежал впереди слуги. Для утомленного скукой и похотью подростка это «свидание» было сравнимо с праздником. Тело напрягалось в предвкушении, когда в мыслях возникали образы предстоящего. Урауме, кажется, подобное поведение мальчишки раздражало куда больше нытья. Он то и дело цокал, толкая его оставаться позади и держать дистанцию. — Что, уже позабыл о своей утренней выходке? — съязвил он, слабо сдерживая ухмылку, — Готовься к худшему. Конечно, Урауме прекрасно знал, что Двуликая не собиралась как-либо наказывать мальчишку, однако он просто не смог удержаться от того, что бы не стереть с него довольную рожу и заставить плестись остаток пути в бледном ужасе. Переступив порог спальни, Юджи не нашел в ней никого. Пройдя в центр, он озадаченно оглянулся. Тихий щелчок двери заставил юношу обернуться. Это была непримечательная дверь ванной комнаты, на пороге которой стояла Сукуна. Вокруг ее тела было обернуто белое полотенце, а вся ее кожа источала пар и румянец. Юджи затаил дыхание, прежде чем прерывисто выдохнуть. Он не мог контролировать то, как его глаза жадно поглощали каждую деталь этой картины. В нос заплыл приятный теплый аромат банной свежести и мыла. Сукуна окинула гостя коротким взглядом, после чего прошлась голыми ногами к центру комнаты, где застыл Юджи. По его телу пробежались мурашки, когда она встала совсем близко. Юноша смотрел перед собой, не смея больше бегать глазами. Он был на уровне ее груди: такой высокой была Королева Проклятий. Почему-то этот факт воодушевлял его особенно сильно. Сукуна отошла к подиуму и села на его край, закинув ногу на ногу. — Как прошел твой день, Юджи? — внезапно спросила она. Парень похолодел в ту же секунду. Он был уверен: сейчас с ним случится что-то ужасное вне зависимости от ответа. Да и что говорить-то? Он вообще не сделал ничего такого. Его заставили! — А… Я… — начал он, переступая с ноги на ногу, — Прошу прощения!... Парень упал на колени, соединив ладони в жесте мольбы и зажмурив глаза. Он решил, что это лучшее, что он может сделать в этой ситуации. Глаза Сукуны на мгновение хитро прищурились, после чего она спросила ровным голосом: — Хм? За что? Юджи открыл глаза, непонимающе уставившись на нее. Он медлил с ответом, так как не мог его составить из обрывков мыслей, но, в конце концов, неуверенно выдал: — За то, что я ушел утром без разрешения, и… — Ах, ты об этом, — прервала Сукуна, — Все в порядке. Можешь гулять сколько хочешь, Юджи. Последнее предложение Двуликая произнесла с особенно глубокой интонацией, глядя на то, как нервничает юноша. — Ну же, расслабься, — мягко сказала она, коснувшись ногой его плеча. Уловив отсутствие угрозы, Юджи заметно оживился. Он коснулся нежной кожи лодыжки и провел подушечками по выступающим костям и выше к голени. У Двуликой были поразительно длинные и стройные ноги. С этого ракурса Юджи мог оценить их в полной мере. Белая гладкая кожа так манила его обрушить череду поцелуев от стоп до самых бедер, и юноша не мог этому противиться. Он аккуратно обхватил ее ногу, как если бы брал в руки произведение искусства в музее, и наклонился, прикасаясь губами к тонкой коже, а после поднимаясь все выше и выше. Обласкав острое колено, он бросил томный взгляд на прикрытые полотенцем бедра и область, скрытую между ними. Сукуна с интересом наблюдала за действиями мальчишки, отмечая то, каким забавным он был в такие моменты. Она расставила ноги, открывая доступ к внутренней части бедер, и юноша тут же уткнулся носом в одно из них. Его щеки сильно покраснели от возможности касаться столь эротичной части женского тела. Он выцеловывал каждый миллиметр упругой кожи, иногда позволяя себе вобрать немного в рот, тем самым оставляя на ней розовый след. Через пару минут вся поверхность бедер была покрыта следами и поблескивала от слюны. Но Юджи было недостаточно. Он хотел поглотить больше, насытиться как следует. Положив ладони на ноги Сукуны, он растолкул их шире, вцепившись глазами в ее вагину. Двуликая незаметно усмехнулась, увидев дикий взгляд мальчишки, в котором отчетливо читалось желание сожрать ее. И Сукуна была вовсе не против позволить ему это. Положив руку на голову парня, она призвала его поспешить, и юноша охотно подчинился. В следующий миг щекотные влажные касания вызвали мелкую дрожь по ее телу, вынудив закусить губу. Она чувствовала широкие движения языка, который с нажимом проходился по клитору и входу, гораздо лучше, чем в их первый раз. Сукуна запустила пальцы в волосы парня, а после развязала давящее ну грудь полотенце. Юджи не замечал ничего вокруг, продолжая упиваться делом. Когда он позволил себе проникнуть внутрь пальцами, Сукуна не сдержала короткий стон, после чего ненадолго прервала процесс. Она взобралась на постель, утягивая юношу за собой, параллельно стягивая с него одежду. Уложив его на спину, она взобралась сверху так, что его голова была под ее тазом. Сукуна опустила бедра, позволяя юноше вернуться к делу, в то время как сама наклонилась к стоящему колом члену, играюче касаясь его. От этого действия Юджи тихо промычал и согнул ноги в коленях. Он был сильно возбужден от того, что просто вылизывал Сукуну. Вдобавок, эта эротичная поза срывала ему крышу окончательно. Он ощущал себя безвыходно зажатым под крупной задницей, между крепких бедер, как мелкая букашка, которой ничего не остаётся, кроме как пытаться удовлетворить свою Госпожу в надежде на милость. Юджи желал усилить это пьянящее чувство. Он грубо схватился за мягкие ягодицы, притягивая таз Сукуны ближе к своему лицу. Та, в свою очередь, удовлетворенно выдохнула, после чего усмехнулась жадности мальчишки. Насколько далеко тот готов был зайти, когда дело касалось плотских утех? Сукуна даст ему всего сполна и обучит его тело испытывать наслаждение самыми разными способами. Еще немного подразнив чувствительный член, она развела ноги юноши шире, придерживая их верхней парой рук. Ее коварный взгляд привлекло сжатое розовое отверстие между бледных ягодиц. Оно выглядело таким невинным и узким. Двуликая могла понять тех никчемных проклятий, которые облюбовали его сегодня утром. Она погрузила один из своих пальцем в рот, тщательно смазывая его слюной, после чего коснулась им напряженного кольца мышц. Парень под ней вздрогнул, не понимая, что с ним собираются делать. Воспоминания об утреннем инциденте, во время которого его уже касались в этом неприемлемом, как он считал, месте вспыхнули ярким пламенем, и Юджи вновь стал нервничать. Он отвлекся от работы ртом, пытаясь разглядеть хоть что-то из под чужого тела. — Что ты делаешь?.. Юджи пытался свести ноги, ощущая круговые движения пальца в том самом месте. — Я собираюсь обучить эту милую дырочку, — пропела Сукуна, надавливая сильнее, — Расслабься и продолжай. После этой фразы она прижала тазом его голову, едва ли не лишая кислорода. Юджи ничего не оставалось, кроме как смиренно подчиниться и терпеть все то, что уготовила Королева Проклятий. Сукуна стала плавно проталкивать палец внутрь, преодолевая сопротивление мышц. С неким садистским удовольствием она отметила то, каким невероятно тугим был мальчишка. Постепенно разрабатывать его будет весьма интересно, учитывая сколько сладких мук он испытает во время этого… От этих мыслей мышцы ее влагалища непроизвольно сжались, пуская импульс удовольствия по всему телу. Она закусила губу, сильнее ерзая тазом на чужом лице. Вытащив палец практически полностью, она вогнала его вновь, отчего юноша вздрогнул и сдавленно заскулил. Юджи испытывал неприятные саднящие ощущения, а главное ужасно непривычные. Он никогда не трогал себя так раньше, и сейчас мог лишь кривиться от дискомфорта. Сукуна же любовалась тем, как плотно кожа обхватывала ее палец, которым она самозабвенно скользила внутрь и обратно, разрабатывая место для второго. Напряжённость юноши осложняла ей задачу, и Двуликая решила немного отвлечь его тело. Она наклонилась и прошлась языком по набухшей головке члена. Юноша протяжно простонал, поджав пальцы ног и вскинув таз. На мгновение он расслабился, и Сукуна воспользовалась этим, протолкнув внутрь второй палец. От болезненного вторжения он сжал зубы и попытался свести ноги, однако крепкая хватка держала их широко разведенными. Двуликая продолжила растягивать тугие стеночки, проникая все глубже и ощущая чужое сбитое дыхание на своей промежности. Юджи не понимал, зачем она делала эти странные вещи. Ему казалось это ужасно неправильным и смущающим, а главное неприятным. Он работал языком уже не так активно, ведь все, на чем он мог сосредоточиться, это тянущие ощущения в заднице. Внезапно, когда пальцы толкнулись особенно глубоко, юноша на миг почувствовал нечто странное, резко контрастирующее с болезненными ощущениями. Когда это повторилось сильнее, он вздрогнул и тихо ахнул, что не прошло мимо внимания Сукуны. Она протолкнула фаланги до упора, прижав подушечки к этому месту, и принялась тереть его, параллельно касаясь языком головки члена. Юджи выгнулся всем телом, широко распахнув глаза от удивления. Волна удовольствия распространилась по его ногам и спине. Он был шокирован тем, какие яркие ощущения способно испытывать его тело в таком странном месте. Движения руки стали более резкими, Сукуна трахала зад мальчишки интенсивнее, выбивая из него прерывистые стоны. Тот был уже на грани оргазма, и стоило ей надавить на простату сильнее, как юноша с криком кончил, запачкав ее ключицы и грудь. Подождав пока мышцы прохода расслабятся, Сукуна вытащила пальцы, и отверстие сразу же сжалось. Она слезла с обмякшего тела и развернулась, чтобы оценить состояние парня, прежде чем продолжить. Юджи лежал, прикрыв глаза и положив руку на лоб, глубоко вдыхая воздух. Он открыл глаза, взглянув вверх на возвышающийся силуэт женщины, и понимая, что та собирается взять большее.

* * *

Веющий с распахнутого окна ночной ветер колыхал балдахин и приятно щекотал мокрую от пота спину Юджи. Он устало лежал на плече Сукуны, которая убаюкивала его мягкими поглаживаниями. Усталость понемногу отходила, его тело, как всегда, восстанавливало силы с удивительной скоростью. Мысли о том, что сейчас ему придется уйти и снова сидеть в одиночестве неприятно отозвались в груди. Юджи приподнялся, подползая к лицу Сукуны и неуклюже зажимая ее локоны, отчего те болезненно натянулись. Двуликая раздраженно зашипела, освобождая свои волосы из под ладоней мальчишки, который пытался поцеловать ее шею. Она отпихнула его рукой. — В чем дело, сопляк? — спросила она, желая узнать причину чужой навязчивости. — Просто мне одиноко… — отводя взгляд, робко ответил юноша. — Скучаешь по дому? — губы Двуликой растянулись в усмешке, которую она поспешила скрыть. — Да… Сколько я здесь пробуду? — с замиранием сердца он задал вопрос, который особенно интересовал его. — Пока я не получу достойный результат, — твердо ответила Сукуна, — Пока мы не произведем его. Юджи обеспокоенно уставился на нее. «Пока не произведем»? Она имеет в виду, что это может занять не одну попытку? И все эти годы он должен быть здесь? Юджи на такое не рассчитывал, полагая, что будет освобожден после наступления ее беременности... Конечно, ему безумно нравилось иметь возможность трахаться и получать самое разное удовольствие, о котором он мог только мечтать последние годы, но надолго разлуку с домом его сердце не выдержит… — Не волнуйся, слияние нашей крови должно дать отличные плоды. Твои мама и папа об этом позаботились, — на последнем предложении Сукуна расхохоталась. Юджи нахмурился. Он уже не в первый раз слышит из ее уст упоминание о своем отце. Юноша помнил его как доброго и любящего человека, и ему было интересно, где он сейчас. У матери парень это не спрашивал, боясь сделать ей больно бестактными вопросами, но, кажется, Сукуна знала не меньше. — Что случилось с моим отцом? — уверенно спросил он, отстранившись и сев ровно. Двуликая ехидно сверкала глазами, принимаясь накручивать розовую прядь на палец. — Он развлекал меня какое-то время, пока не наскучил, — сказала она, внимательно наблюдая за выражением лица мальчишки. Ресницы юноши вздрогнули. Он надеялся, что не так ее понял. — То есть, как это?.. «Развлекалась» ?... — Юджи не желал понимать эти слова в том смысле, который невольно закрадывался в его голове. — Он был таким наивным дураком, с до тошноты добрым взглядом, — Сукуна закатила глаза так, словно говорила о чем-то не стоящим внимания, — Поначалу было даже весело, но наскучил быстро. Двуликая усмехнулась, повернувшись на бок и подперев рукой голову, разглядывая юношу. Услышанное шокировало его, поднимая злость в недрах его души. Как она могла?! Вот так просто использовать и выкинуть человека, как игрушку?... Все эти годы Юджи жил, даже не подозревая о судьбе своего отца, который так внезапно исчез. Скорее всего, его притащили сюда насильно, по прихоти Королевы. — Зачем?! — вспылил юноша, — Ты… Ты ненасытное чудовище! Юджи чувствовал, что может потерять самообладание и сделать что-нибудь лишнее, если продолжит оставаться в этой комнате. Вскочив с места, он направился к двери, кинув злой взгляд напоследок. После, раздался хлопок тяжёлой двери, на что Сукуна тихо рассмеялась и распласталась по постеле.