Сколько дорог мне пройти, что б достичь счастья?

О, с какой тоской

Птица в клетке глядит

На полёт мотылька!

Хмыкнув, на это заявление, ребята переглянулись, Фен Синь тут же отвернулся. — Начерчу. Как насчёт двери? — предлагает он, указывая на дверь. — Отлично. — кивает девушка с мягкой улыбкой и тут же переключается, — Сосуд говорил что сейчас Крепость Бань Юэ представляет собой ни что иное, как застава смерти. — В то же время караваны продолжают туда поступать, — Му Цин хмурится, — Что-то тут не чисто. Вскоре заклятие преодоления тысячи ли было изображено на деревянной поверхности. Оценив изображение, Му Цин указал на него пальцем и сделал вполне себе справедливое замечание: «Криво». На что Фен Синь лишь выругался и треснул товарища по затылку, за что огрёб сам. Принцесса нахмурилась, вставая между ними, мол «хватит»: — Ребята, перестаньте. У нас дела поважнее ваших споров, — она взялась за ручку двери и прикрыла глаза, — С благословением небожителей никакие запреты не ведомы. ______ Ночное небо над городом ярко блестело россыпью далёких звёзд. Поговаривают, следуй за полярной звездой и придёшь к цели. — Сань Лан, взгляни! — улыбнулась Чжао Чжи, дернув парнишку за рукав, — Видишь, созвездие медведицы? — Какое яркое! — Говорят звезды здесь светят ярче, чем в краях Центральной равнины. Нравится? — юноша кивнул, глядя на небо. Чжао Чжи оглядела город, приглянувшись к прилавкам с головными уборами. Свесив с пояса мешочек денег, решила, что будет разумно приобрести шляпу доули, что бы защитить себя от солнца и не потеть в капюшоне плаща. Эту ночь они вчетвером провели на ногах. Принцессу занимали тяжёлые мысли о девочке по имени Бань Юэ, которую она оставила под присмотром своего старого знакомого. Может ли быть такое, что девочка выросла в грозного Советника Бань Юэ? Она не хотела в это верить. Фен Синь, помня пароль Чжао Чжи от личной духовной сети, создал сеть на троих. В пути завязался диалог по сети.

«Ши Мэй, — обратился к ней Фен Синь, — Тебе этот юноша не показался странным?»

«Показался. Но внешне он совершенно обычный, да и, кажется, не собирается мне навредить.»

«Ты наивная.» — вмешался Му Цин.

«Если бы он хотел, то навредил бы. С мелким духом я бы справилась, а нет, то он бы меня не убил.»

«Если этот его облик так безупречен, то это не мелкий демон. — хмыкает Фен Синь, — Непревзойдённый?»

«Не думаю, что ему нечем больше заняться. А если и так, то не нам с ним тягаться. На то он и непревзойдённый.» Больше на эту тему они не говорили. Даже ночью в пустыне было довольно жарко, хоть и ветренно. Ветер горячий, сухой, отчего дышать было тяжелее. Ноги вязли в сыпучем песке, затрудняя, как дыхание, так и продвижение вперёд. У линии волос на лбу взмокла кожа от пота. С рассветом стало только хуже. Яркое солнце нещадно опалило пустыню. Сань Лан за спиной, со взмокшим от пота лицом, тяжело вздохнул. — Чжи Чжи… — та остановилась, обернувшись, — Мы всю ночь на ногах, может, передохнём? Он вдруг споткнулся о камень, скрытый песком и клюнул бы носом, если б Чжао Чжи его не придержала за локти. Она улыбнулась ласково, почему-то сама не заметив этого. Му Цин, что остановился подождать их, нахмурился. Почему? Вот почему? Ему бы она больше никогда так не улыбнулась, но какому-то странном юноше, которого она знает недавно, улыбается. Му Цин глядел на это с черной завистью в сердце. Ему тоже хотелось ласки, хоть какой-то, но его словно сковали. Чжао Чжи помогла Сань Лану встать ровно. — Подожди немного, ладно? Найдём тень и передохнём. Вот, — она стянула со своей головы доули, примостив её на голову парнишки, — Возьми пока. — Как же ты? — нахмурился он взволнованно, пока бледные пальцы завязывали верёвки шляпы под его подбородком. — Со мной всё будет хорошо. Не смей возвращать шляпу, пока не найдём, где устроить привал. — Чжао Чжи пригрозила пальцем и вдруг её ладонь оказалась в плену рук Сань Лана. — Но что, если тебе станет плохо? — Не станет. Всё в порядке, Сань Лан. — Пойдём уже, чего застыли?! — прикрикнул Фен Синь. «Идём, идем» — хихикнула принцесса и мягкими толчками подтолкнула Сань Лана дальше. Вскоре внизу недалеко показалась старая заброшенная деревянная хижина. Сань Лан спустился разведать обстановку, хоть Чжао Чжи и хотела его остановить. А вдруг там змеи или ещё что? В итоге юноша крикнул спускаться. В хижине оказалось прохладно и нашёлся чайный столик, за него то компания и уселась. Изнемождённая без собственных духовных сил, Чжао Чжи сразу приложилась с фляге с водой. От высокой температуры вода нагрелась и теперь была тёплая, потому выпила она совсем немного. Девушка взглянула в сторону, где сидел Сань Лан и дрогнула, поймав чужое взор на своих губах. Что с ней такое? Отчего вздрагивает? — Ваше высочество, вы чего? — наклонил Фен Синь голову. — Нет, ничего. Всё в порядке, — улыбается Чжао Чжи, тут же возвращая внимание к Сань Лану, — Возьми. Вдруг в окно порыв сильного ветра закинул горстку песка, заставив компанию зажмуриться на секунду. Принцесса, поднявшись, взглянула на улицу, где ветер, кружа и завывая, поднимал горячий песок, завихряя. Надвигалась песчаная буря. — Чжи Чжи, ты слышала легенду о крепости Бань Юэ и её тёмном даосе? Она дрогнула вновь, голос Сань Лана раздался близко, почти над ухом. Обернувшись, Чжао Чжи взглянула на юношу, стоящего рядом. Тем же временем Фен Синь сжал пальцами плечо товарища и медленно покачал головой. В личной духовной сети Сюань Чженя прозвучало:

«Нет, Му Цин. Даже не вздумай.»

Тот дёрнул плечом, сбрасывая чужую руку. — Нет. Поведаешь? — Двести лет назад на месте перевала было королевство. Его жители были агрессивны и сильны, часто донимали народ Центральной равнины. А тёмный даос при их дворе был государственным советником. Центральная равнина развязала войну. Тёмный даос был сиротой и скитался по королевству, неведомо от кого обучаясь тёмным искусствам. Страшась его силы жители нынешнего Бань Юэ и выбрали его уважаемым советником. Якобы для защиты воинов советник установила алтарь подношения небесам. — Но подношения были не небесам? — догадалась принцесса. — Верно. Не смотря на это боевой дух воинов поднялся, они обороняли город. Однако в самый разгар битвы советник сама отворила ворота. Город превратился в кровавый алтарь. Благодаря этому силы советника возросли, вознеся её на зверский уровень. — Советник был женщиной? — встрял Фэн Синь, хмыкнув. — Рад, что ты заметил. Да, женщина. На месте королевства Бань Юэ осталась теперь лишь крепость. Я слыхал, что тёмный даос скармливает путников душам своих павших воинов, что бы те не свихнулись от голода и не погубили себя. Слушая его, Чжао Чжи вгляделась в даль. Туда, где песчаная буря усиливалась. По песку, через бурю бежали двое, кажется, женщины. Может ли это быть… Она не заметила, как юноша замолчал и воцарилась тишина. — Чжао Чжи? — Му Цин окликнул её. — Там кто-то есть, — вместо ответа отвечает девушка, указывая на улицу. Вскоре все четверо теснились у окна. — Неужели это советник? — предположил Му Цин. Чжао Чжи кивнула и вернулись за стол. — Надвигается песчаная буря, сейчас выходить опасно, собьемся с пути. Разумнее будет переждать. Даже если это и есть тот самый тёмный даос, нам сейчас её будет легко потерять и потеряться самим. Му Цин фыркнул: — Что там, ветер и песок, ничего особенного. Может это те двое постарались, что бы нас задержать. Он встал, привычно закатил глаза и вдруг… дом начал трястись. Теперь вскочили все, а принцесса привычно схватилась за рукоять кнута. Всё молчали и ждали, что произойдёт дальше. Крыша и без того хилого домика вдруг с треском сорвалась ввысь, стены под напором урагана хрустнули, развалились. Секунда и пол ушёл из-под ног Чжао Чжи. — Чжи Чжи! — Шивей! Зацепись за что-то надёжное! — песок летел в глаза, нос и рот, затруднял дыхание, зрение и речь. С шипением с руки сползли три змеиных тела и хоп… Чжао Чжи прижималась к твёрдой груди в красных одеждах. Она кашлянула, схватилась за чужие плечи, чуть отстраняясь. Сань Лан прыснул со смеху. — Привет, Чжи Чжи. Я, кстати, надёжный. — Что?! — нахмурилась девушка. Они тут вообще-то в опасности, а он шутки шутит… — Я говорю: день балдежный. — откровенно уже хохочет юноша, придерживая принцессу за спину и талию. — Сань Лан! — та, не выдержав, стукнула его по затылку, — Шивей, за что-то кроме людей! Через пару секунд послышались возмущённые крики. Небеса, ну что за напасть то! И что им теперь делать…