Сколько дорог мне пройти, что б достичь счастья?

Умейте расставаться.

Не стоит топтать пепелище

Истлевших чувств.

— Чжи Чжи, у тебя такой длинный кнут? — удивляется Сань Лан. Возмущённые возгласы Фен Синя с Му Цином заставляли голову гудеть, а веко девушки нервно дёргаться. — Это же духовное оружие, он может изменяться в размерах. Шивей! Ну пожалуйста, сделай сейчас всё правильно. Шивей притянул к ним небожителей и помог хозяйке закрепить их возле себя с помощью верёвки, нашедшейся в сумке. Выпустив кнут вновь, Чжао Чжи покрепче схваталась за Сань Лана, заведя руку за его крепкую спину, схватилась за красную рубаху. Не хотелось думать о том, что парень находится к ней слишком близко, потому она старательно направляла мысленно Шивея. Вдруг к девичьей шее, оцарапанной колючим песком, что-то прижалась и выдохнуло. Принцесса дрогнула, зажмурившись. То Сань Лан ткнулся в её изгиб носом, защищаясь от песка и ветра. Девушка мысленно взмолилась, чтоб стыдливого румянца на щеках было не видно за румянцем от жара пустыни… Внизу в скалах нашлась пещера, где можно было переждать бурю. Внутри, умостившись на землю, Чжао Чжи выдохнула, но пока не позволяла Шивею вернуться в состояние кнута, наказав следить за обстановкой, мало ли. Фен Синь отряхивался от песка, которого успел и в рот набрать (впрочем, они все четверо его наглотались, только Чжао Чжи с Му Цином предпочли не жаловаться). — Вот же чёртова парочка! Я уверен, это их рук дело! — негодовал Нань Ян, — Поймаю их и!.. — Что? — хмыкнул его напарник, — Песка наглотаешься снова? — Замолчи! — Фух… — принцесса лягла на землю, раскинув руки по сторонам, — Да, старовата я стала для таких… полётов. Му Цин зажег пламя на ладони, что тускло осветило их «милый» квартет и уставился на Чжао Чжи: — Хрупкое женское тело. Неудивительно, что ты вознеслась с… — не успел он договорить, как возле лица в стену вонзился боевой веер, — Дюжиной стрел в спине… На бледной юношеской щеке маленькой ранкой багровела тонкая полоска крови. Едва успевший отскочить Фен Синь сжал челюсти, отойдя к Сань Лану, которого Чжао Чжи вроде как даже жалела, что бы не попасть под горячую руку гордой госпожи. Та медленно поднялась с хмурым выражением лица, почти кошачей грациозной походкой прошла мимо Му Цина и выдернула из камня веер. — Не забывай, с кем разговариваешь, Фу Яо. У обоих в глазах и сердце разгоралось пламя гнева, оно подогревалось старыми и новыми обидами… Сюань Чжень хмыкнул, стирая с щеки кровь. Глядели оба они в упор на соперника и если бы взглядом можно было убить, то оба уже валялись бы мёртвые. Чжао Чжи раздражало его поведение, слишком острые речи, слишком самоуверенный взгляд, выжигающий в сопернике дыру. Он нищий мальчишка, забравшийся ввысь, такой гордый собой, проложив дорогу к небесам хитростью и собственными страданиями. Её раздражала их схожесть во многом. Но она не осознавала почему… Неужели, глядя на своё отражение в лице Му Цина, Чжао Чжи хотелось кривить лицо с обидным словом на языке? «Выскочка» — вертелось на устах. Они отвернулись друг от друга одновременно и вдруг на плечо принцессы опустилась чужая ладонь, приобнимая. Та обернулась, подле неё стоял мрачный, чернее тучи, Сань Лан. Он не отрывал презрительного хмурого взгляда от Му Цина, но молчал. Чжао Чжи тронула его ладонь на своём плече, подмечая, что она ледяная, но разве это нормально для жара пустыни? Она мысленно подозвала Шивей, наказав стать размером поменьше, змея тут же обвила всю её руку под широкими рукавами ханьфу. — Все хорошо, Сань Лан, — улыбается она, пытаясь поймать его взгляд, — Не стоит злиться. — Раз ты говоришь, что он твой друг, то он должен вести себя сооветсвующе. Что это за друг, что упрекает бедную девушку в её хрупкости? Лучше бы поинтересовался, как её самочувствие. Вспыливший вмиг Му Цин злостно выплюнул: — Да что ты знаешь о дружбе! — вмиг сформировав в руке шар божественной силы, швырнул его в близ стоящего юношу, — Яви себя! Стоило тому сделать лишь маленькое движение в сторону, как шар пролетел мимо и взорвался вглубине пещеры. Послышался чей-то испуганный вскрик. Всё внимание компании по щелчку пальца переключилось на кничащего в глубине пещеры. Там было темно, а потому Фен Синь, предоставивший до того Чжао Чжи самостоятельно разобраться с Му Цином, зажёг пламя на ладони. Вмиг всё стало лучше видно от двух источников света. Они прошли чуть дальше, где пламя тускло осветило компанию людей… — А?.. — выдохнула удивлённо принцесса, — Кто вы? — Уходите! — закричал совсем юнешеский голос. — Мы не обидим вас, простите за то, что испугали. Мы заклинатели и не вредим простым смертным, — поспешил объяснить Фен Синь. — Сюда прилетел магический шар, никто не пострадал? — опомнилась девушка. Все стали озираться, высматривая, нет ли пострадавших от божественной силы. Вроде бы, пострадавших не было обнаружено, все четверо облегчённо выдохнули. — Мы обычные торговцы, укрылись здесь от песчанной бури, а тут вы вломились. Вот мы и решили затаиться, откуда нам знать, что вы не демоны? — хмурился юноша. Совсем ещё ребёнок, зачем было его сюда тащить… Сань Лан, успевший полностью отряхнуться от песка, подобрался ближе. Недолго думая, заключил: — Из тех, кто сюда ступит, половина сгниёт… — он прищурился, — Вы либо необычайно глупы, либо не обычные торговцы. — Слухи раздули из мухи слона, — заговорил с ними мужчина постарше, сидящий рядом с мальчишкой, — Если найти хорошего порводника, да не забредать на земли Полумесяца, можно спокойно пройти через перевал. — То-то! — хмыкнул ребёнок, — Наш проводник местный и он уже помог нам обойти зыбучие пески! А как поднялась буря, тут же повёл в укрытие… Правду говорю, старший Чжао. С этими словами, он обернулся к однофамильцу Чжао Чжи, которая тут же вгляделась в его лицо, фигуру. Запоминала, анализировала, высматривала малейшую оплошность, по которой можно было узнать подделку. Слушавшие их до этого Чжао Чжи и Му Цин синхронно закатили глаза, сложили руки на груди и выдали в один голос: «Зачем только ребёнка опасности подвергаете?» ● ● ● Небожители переглянулись, молча, с напряженными лицами. Их сверкающие в полумраке глаза искрились злобой, недоумением и желанием закнуть друг другу рот рукой. Кто-то прыснул со смеху, тут же переключив на себя гнев небожителей. Это был Чжао. — Что смешного? — принцесса сжала кулак, мысленно наказав Шивей выползти наружу через воротник. Три змеиных головы вмиг с шипением выглянули из-за белых волос хозяйки. Ребёнок вскрикнул, отшатываясь, а старшие мужчины заохали, кто-то схватился за сердце и лишь Чжао оставался спокоен. Он хмыкнул: — Не гневайтесь, госпожа. Просто мне показалось, что вы двое напряжённо друг к другу относитесь, а тут угадываете мысли и говорите одновременно. Вы знакомы много лет, да? — Не твоего ума дело. Вдруг рядом, туда, куда отступил Фен Синь, послышалось: — Здесь на камне что-то написано, — друг рукой поманил к себе компанию, — Не могу прочесть… Чжао Чжи обернулась, переключив внимание на камень. Шивей соскользнул с её плеча, приняв свою изначальную форму. Теперь перед торговцами кольцами свилась трёхглавая змея, одна из голов которой была размером с бычью, другая — с человечью, а третья оставалась самой мелкой, словно обычная кобра. Шивей уставился шестью глазами на торговцев, заметно пугая бедный люд. — Не стоит так тревожиться, Шивей вас не тронет, — ядовитое улыбнувшись, она добавила: — По крайней мере без моего приказа. На деле Шивей был вынужден беречь их от опасности, мало ли. Фен Синь позволил девушке разглядеть камень, на котором были иероглифы народа Бань Юэ. Чжао Чжи знала его, однако не в совершенстве. — Это язык Бань Юэ, я его знаю. Правда, мне нужно будет несколько минут. — Ты знаешь язык? — удивился Му Цин. — Да, приходилось бывать там. — Далеко же ты спряталась… — пробурчал он и отвернулся. Та лишь закатила глаза, цокнув языком. Для расшифровки к ней присоединился Сань Лан, который, как оказалось, тоже знал язык. Но откуда, если королевство давно пало?..

«Здесь похоронена прекрасная дева, сошедшая к нам с небес. Она прославлена, как защитница детей и покровительница женщин. Убита, защищая мать с младенцем.»

Воспоминания потоком холодной воды обрушились на голову Чжао Чжи. Она ясно помнила тот день, когда оставила свою воспитанницу, малышку Бань Юэ со своим хорошим знакомым. Тогда случилось нападение на жителей Полумесяца… Принцесса, прославившаяся в городе, как женская покровительница и защитника детей, уберегла от солдат Центральной равнины мать с ребёнком на руках. В тот день со сквозной раной в груди ей было лучше притвориться мёртвой. — Чжи Чжи, — она вздрогнула от прикосновения к своему плечу. То был Сань Лан, — Всё в порядке? Ты побледнела. Чжао Чжи спешно закивала, глядя куда-то сквозь. — Да… Да, я в порядке. Этот мемориал посвящён безымянной защитнице детей и женщин народа Бань Юэ. Она погибла, когда защищала женщину с младенцем на руках. — Глупая смерть, — хмыкнул Му Цин, — Рисковать собой ей не было смысла. — Ты не знаешь её, не смей судить о её поступках, — вдруг отрезала принцесса, зло сверкая изумрудным взором. На несколько долгих секунд между небожителями воцарилась гробовая тишина. Оба они хмурились, напряжение между ними словно бы искрилось ярким отблеском молний. Не стоило ей брать на себя это задание. Не стоило хотя бы просто потому, что рядом был Му Цин. От его присутствия было ей спутником странное напряжение, спина всегда казалась незащищённой, словно Сюаньчжень мог всадить чжаньмадао ей под лопатки. Пусть бы сами разбирались со всем этим, они — сильнейшие боги войны, какую помощь им окажет принцесса с двумя кангами на теле? Пусть и физически она была хорошо слажена, и хитра, наблюдательна… В чем твой замысел, Владыка?.. Чжао Чжи медленно поднялась, обводя взглядом людей и вдруг отчеканила холодно, словно ей не было до этого всего никакого дела: — Я ухожу. — Что?! — Фен Синь шокировано застыл на месте, распахивая глаза, — Почему?! — Я вам не помощник. Я — женщина без духовной силы, какая от меня польза? — Чжи Чжи, не говори так… — попытался остановить её Сань Лан. Девушка же подозвала к себе Шивей, что тут же кнутом обернулся вокруг предплечья. Она отвернулась, направляясь к выходу. — Вы вполне в состоянии разобраться с этим без меня. Намного полезнее было бы взять с собой Се Ляня. — Нарушишь волю Владыки? — хмурится Му Цин. — Что мне Владыка? — неведомо отчего её эта фраза сильно раздражала, — Я через столько прошла, что то, что сделает Владыка со мной — пыль. На улицу буря уже стихла, но не стихала буря в душе Чжао Чжи. Она взглянула на чистое небо, приобнимая себя за плечи руками. Сомнения поселили её душу, как тяжело было брать на свою совесть ответственность за чужие жизни. Однажды она уже это сделала и теперь, вновь вознесясь, так боялась допустить смерти по своей вине. Сейчас она может не больше, чем могла, будучи низвергнутой. Будь при ней её духовная сила — ей бы не было равных среди божеств. Владыка наградил троих небожителей этим заданием, не сняв при этом с тела принцессы ни одной проклятой канги. Зачем? Показать, насколько она ничтожна без божественной силы? Шивей вдруг оживился, вихрем сполз с руки и метнулся внутрь. — Шивей! — хозяйка ринулась следом. Внутри раздалось, отражаясь от камня, протяжное шипение змей. Чжао Чжи лишь успела увидеть, как к Му Цину, на что-то отвлекшемуся, летела скорпионовая змея. — Нет! — по позвоночнику пробежал холодок, ей вдруг стало страшно, что Му Цин пострадает, что ему будет больно. Перехватив змею голой рукой, она резко затормозила и по инерции накренилась вперёд, позволяя жалу змеи поразить беззащитную шею под ушной впадиной. — Чжи Чжи! — услышала только девушка три знакомых голоса, перед тем, как чьи-то сильные руки подхватили её вмиг ослабевшее от яда тело. Яд быстро растекался по венам, пока маленькая точка на шее сочилась темной кровью. Ослабела она мигом от того, что яд сразу попал в вену. Чжао Чжи не помнила, как её вытащили из пещеры, как толпа торговцев бежала оттуда следом, когда оказалось, что скорпионовых змей там полчище. Она помнила только, как вцепилась в того, кто подхватил её. — Нужно убрать яд из тела, — Фен Синь взглянул на напарника. — Нет, я этого делать не стану. Она убьёт меня, если прикоснусь к ней. Да брось, ничего с ней не станет, не умрет же она. — Она пожертвовала собой, чтоб избавить от мучений тебя, — нахмурился Сань Лан, придерживая Чжао Чжи за талию. Он сел, облокотившись спиной о камень позади себя и, усадил на своих колени принцессу, что и говорить толком не могла. Затуманеный взор уставился в одну точку, куда-то сквозь плечо юноши. Не раздумывая более ни секунды, тот лёгким невесомости движением убрал белоснежные волосы, чтоб не мешались. В следующий миг Му Цин почувствовал, как ему выбили воздух из лёгких, словно ударили под дых. Он пошатнулся, ступив назад, сжал кулаки и отвернулся. Фен Синь скривил сицо, словно съел что-то кислое. Да что этот юноша себе позволяет?! Холодные губы мягко припали к маленькой ране, втянули кровь с ядом, прихватывая нежную кожу шеи. Послышался приглушенный болезненный стон, ослабевшие пальцы сжали красную рубаху на груди Сань Лана. Через некоторое время Чжао Чжи полностью могла контролировать свое тело, хоть яд всё ещё жег изнутри. Она чувствовала холодные губы на своей шее, чувствовала, как яд медленно покидает тело, понимала, что останется засос… Девушка почувствовала, как стыдливо зарделись её щёки. Она шепнула на выдохе: — Сань Лан… Я в порядке, не стоит… — несмотря на это хватка на талии стала сильнее, как напомнинание «Не брыкайся», — А?! Юноша сплюнул яд вперемешку с кровью и вновь припал к ранке, вырывая из девичьих губ новый болезненный стон. Но Чжао Чжи не сопротивлялась, лишь сильнее сжимала пальцами его одежду, пока торговцы тактично отводили глаза. Сильный порыв ветра всколыхнул песок, рассыпая его на несколько ли вокруг. — Се Лянь! — вскрикнул Фен Синь, — Ваше превосходительство! Наконец Сань Лан отпустил Чжао Чжи, встал сам, помог подняться и ей, всё ещё придерживая за плечи. Только недавно вспоминавшая о брате, принцесса мысленно сжалась под его испепеляющим взглядом. Старший брат быстрым шагом шёл к ней, а рядом поспевала красивая девушка, которую ранее Чжао Чжи видела издалека. — Повелитель ветра сообщил мне, что ты здесь, — без приветствий начал он, кивнул на Сань Лана: — Это кто? — Сань Лан обычный юноша, сбежал из дома и я приютила его у себя, — быстро сориентировалась девушка, наспех прикрывая волосами шею. — Вы возвращаетесь, а мы продолжим это дело. Отныне не лезь никуда, пока с тебя не снимут кангу. Конечно, брат ведь и не знал про вторую… тем не менее Чжао Чжи кивнула. Ей и самой не очень хотелось оставаться тут. Вдруг земля словно ушла из-под ног, то Сань Лан взял девушку на руки. — Ты что?! — ахнула она, Се Лянь хмыкнул. — Так будет лучше, ты ещё слаба. — Он прав, — кивнул брат, обратив на себя внимание принцессы. Шивей вернулся к хозяйке и через некоторое время двое оказались дома. Но даже внутри Сань Лан не поставил на пол девушку, а осторожно положил на кровать, словно в его руках была самая хрупкая драгоценность.