Путь Гордого Бессмертного Демона: Мобэй-цзюнь

      После события на Собрании Бессмертных Цинхуа вёл себя как-то… неспокойно. То есть, он всегда дергался трясся и суетился, словно мелкий трусливый хищник. Но сейчас он вёл себя, будто опасался чего-то неизбежного. Глупый человек, разве твой принц не доказал, что он достаточно силен, чтобы рядом с ним ничего не бояться?       Ничего страшного, этот Мобэй всегда был рад освежить память своему слуге.       Переместившись в Дом Досуга, демон обнаружил вместо Цинхуа тонкий слой пыли на столе и крошечную записку, где говорилось, что любой, кто прочитает, пусть знает, что временно лорд пика Ань Дин недоступен, ибо ушёл на миссию с Шэнь-шисюном.       Шэнь Цинцю… Мобэй плохо помнил имена бесполезных людей, но разве конкретно на этого заклинателя Шан Цинхуа не жаловался, как минимум, трижды в неделю? Ныл, какой он алчный и мелочный, а его пик его ни во что не ставит. Увидев его на Собрании Бессмертных, Мобэй решил сделать приятное своему слуге и расправиться с этим заклинателем, однако его остановил маленький мальчик.       Демон бы мог напрячься и расправиться и с ним, но не было нужды избивать ребёнка, когда в меридианах жадного лорда тёк яд, что выжигал духовную силу. Шэнь Цинцю все равно бы ждала неминуемая гибель и Мобей был почти уверен, что этот яд — вина Шан Цинхуа. Это похоже на его методы. Вместо того, чтобы встретиться в честной битве, подстроить подлость, заставив врага умирать медленно и мучительно, сожалея о своих поступках.       И теперь, он почему-то ходит под ручку с этим лордом пика, словно они лучшие подруги?       Это было слишком странно, даже для Цинхуа.       Если это даже отдаленно отдавало предательством, Мобэй собирался напомнить своему слуге, где его место.       Первая же разведка тенями, показала, что человек и тот зеленый заклинатель ошивались в лесу, принадлежащему враждебному ХуаньХуа и демону это не понравилось. Очень не понравилось. Настолько, что, поубивав с десяток слуг и послов, дабы потушить кипящую ненависть в крови, принц вызвал к себе заклинателя, приказав бросить все дела и немедленно явиться в Дом Досуга.       Цинхуа прибыл спустя три палочки благовония, что было чрезвычайно долго и, обозвав его медлительным грызуном, Мобэй внимательно обнюхал смущенного человека. К сожалению, опасения демона подтвердились: помимо бамбука зеленого лорда, он пах мерзкими благовониями дворца ХуаньХуа и… небесным демоном?       Непростительно!       Зарычав от обиды и злости, Мобэй врезал подлому слуге прямо между глаз, а затем ударил еще раз, и еще…       — Мой король, я…       Смеет называть его королем, когда сам якшается с его врагами и другими демонами! Ярость демона достигла предела и тот сконцентрировал энергию в руке, когда его взгляд кое-что заметил.       На кулаке была кровь, ярко-красная жидкость стекала по его пальцам и скапливалась под когтями. Мобэй обеспокоенно наклонился к скрючившейся фигуре на полу, что жалобно хныкала в расползающейся луже крови.       Возможно, в этот раз он и правда перестарался. Разве человеческие заклинатели не должны обладать недюжинной духовной силой и физической крепостью тела, способной соперничать с демонической?       А этот человек, как-никак, лорд пика сильнейшей школы заклинателей.       Шан Цинхуа тяжело дышал, задыхаясь от собственных слез, соплёй и крови, что фонтаном били через распухший нос.       Презрительно фыркнув, Мобэй поднял за шкирку своего слугу, бережно положил на постель, и улегся рядом, извернувшись, чтобы передавать свою ци в тело для исцеления и одновременно избегая попадания мерзких жидкостей на свою кожу и одежду. Цинхуа странно икнул, уставившись на него круглыми глазами, но почти сразу же уткнулся скользкой мордой в грудь, разрушив все надежды принца не испачкаться в человеческой слизи. Отвратительно. Неловко положив руки на заднюю часть шеи и запястья, Мобэй постарался проигнорировать это, раз он сам виноват, что не рассчитал силы, наказывая своего слугу, вместо этого уткнулся в мягкий затылок человека принимая более-менее комфортное положение и неожиданно заснул.       Обнаружил он этот унизительный факт, когда проснулся от того, что нечто твердое утыкалось ему прямо в задницу. Сонно моргнув, он протянул руку за спину и схватил мешающийся предмет, дабы отодвинуть, но с ужасом и отвращением обнаружил, что этот объект прикреплен к горячему телу его слуги, что сладко храпел позади и несомненно являлся его продолжением.       Так быстро Мобэй не подскакивал с кровати даже, когда его дядя нанял убийц, дабы они прокрались ночью в его покои и прирезали спящего принца.       Никто никогда не прикасался к нему так фамильярно!       Только из нежелания лишний раз касаться руками человека и, возможно, из мужской солидарности, Мобэй тотчас не оторвал достоинство своего слуги, а всего лишь с гневным шипением пинком отправил спящего наглеца туда, где ему самое место — на пол.       Приземлившись точно лицом, Шан Цинхуа с обиженным воплем сразу же проснулся и, встретившись с ледяным взглядом чистого презрения, разумно прикрыл рот и поплелся, Мобэй надеялся, за завтраком для него.       Возможно, это его вина, что он дал такие неоднозначные намеки, сначала избив его, а затем прижав к себе. Любой демон это воспринял бы как знак соблазнения… А Цинхуа, неизвестно откуда знавший о северных традициях побольше его самого, наверняка подумал, что его господин возжелал его и, конечно же, возжелал в ответ. Мобэй чувствовал, как его уши краснеют от стыда, когда человек принес блюдо, доверху наполненное вяленным мясом и фруктами, поставил на низкий столик между ними, выудил крошечный ножик и принялся чистить хурму.       — Разве заклинатели не должны питаться скромно, ради развития духовной силы? — насмешливо спросил демон, отбирая фрукт и отправляя себе в рот, прежде чем слуга успел даже возмутиться.       — Пфф, не для того я стал лордом пика снабжения, чтобы есть эту безвкусную жижу, — так же ухмыляясь ответил заклинатель, очистив вторую хурму и уже добровольно предложив.       Мобэй, довольный услужением, хищно вонзил когти в податливую мякоть, пуская сок по пальцам и как бы невзначай спросил:       — Где ты был вчера и почему от тебя пахло ХуаньХуа и небесным демоном?       Как странно, заклинатель не подскочил и начал пугливо суетиться, будто был готов к подобным вопросам.       — Ах, вот почему вы вчера…       Хорошо, что его человек такой умный и догадливый, принцу даже не придется унижаться до того, чтобы объяснять причину своего поведения или еще того хуже — извиняться.       — Мне и Шэнь-шисюну не повезло наткнуться на одного из учеников, но он, на удивление, оказался славным малым и не только не побежал стучать своей школе, но и помог нам…       Если человек сейчас попросит Мобэя пощадить его, демон клянется своими предками, он швырнет в него ледяную колонну.       — Что касается демонов, что мы повстречали только одну очень уродливую змею… Генерал Чжучжи-лан?! — Цинхуа подскочил, выронив нож, что едва не вонзился в ладонь демона, который в последнее мгновение успел убрать руку со стола. — Змея с кровью Небесного демона! Ваше Величество, он же может возродить Императора, с помощью…       Заклинатель так внезапно заткнулся, что Мобэй понял, что тот едва не сказал, что-то очень важное, что он скрывал даже от своего господина.       — Вы уверены, что это был Небесный демон, мой король? Как много вы встречали подобных, чтобы сказать наверняка?       Это был очень грубый вопрос, но демон уже привык к невоспитанности своего слуги и только вздохнул в ответ, жуя мясо.       — Я был слишком высокого мнения о тебе. Разве ты не позвал меня тогда, потому что учуял запах Небесного демона от того мальчишки?       Цинхуа замер, выпучив свои глаза.       — Люди не могут «чуять» демонов, мой король. Я просто… предвидел опасность.       И вот, его излюбленная фраза, которую его слуга всегда применял, когда речь шла о неудобных для него вещах. Например, о том, где он мог узнать информацию, которой едва ли владеет кто-либо.       Пророк ли человек, или все же паршивый двуличный шпион, которого он никак не может поймать за руку?       — Не стоило конечно вам, мой король, нападать на этого полудемона, как бы не аукнулось это нам лишними проблемами… — Цинхуа, несмотря на то, что позвал Мобэя, бубнил больше себе под нос, чем обращался напрямую к своему господину.       — Уже меньше чем через пять лет Бинхэ вылезет из Бесконечной Бездны и бросит вам вызов, который вы неизбежно проиграете, этот очень надеется, что он не припомнит злом тот момент, как же этому слуге тогда защищать вас от гнева главного героя? — Этот человек продолжал бормотать, судорожно сминая в руках подол своего одеяния.       — Ты знал?       Мобэй, рыча, схватил его за шкирку и притянул к себе, демонстрируя господство, но, как очень часто последнее время случается, жест возымел противоречивый эффект и заклинатель, раскрасневшись, положил свои горячие ладони на грудь принца и судорожно начал задыхаться, обжигая своим дыханием чувствительное к высоким температурам лицо Мобэя. Воздух вокруг наполнится смесью запахов страха и возбуждения.       — Ах, мой король, это всего лишь предположение, которое я и Шэнь-шисюн сделали вместе. Он в конце концов, приходился Учителем ему и знает его пределы.       Опять этот зеленый заклинатель. Демона понемногу уже начало раздражать, что его имя упоминается так часто. Он поставил Цинхуа на землю и посмотрел сверху вниз.       — Даже если все будет, как ты говоришь, я не проиграю какому-то полукровке.       Цинхуа в ответ скорчил какое-то неприятное выражение лица, исказившее все его черты, будто хотел возразить, но с улицы разнесся глухой удар бамбуковой палки, оповещающий, что час работы уже настал и он отстранился.       — Ой, у этого слуги встреча с Шэнь-шисюном. Если этот не явится до полудня, этого изобьют веером. Мой скромный дом в вашем распоряжении, оставайтесь, сколько угодно, Ваше Величество.       И вскочив на меч, человек вылетел прямо в открытое окно, оставив демона в одиночестве сглатывать кислый привкус в горле. Как он смеет позволять кому-то, кроме его принца избивать его?       Чем они еще там занимаются, что он ни слова не рассказывает своему господину? Надувшись от обиды, Мобэй пнул стол, сбив с него свитки, зная, что это взбесит его слугу больше всего и ушел, не понимая, почему он вообще чувствует обиду.       В родовом замке его не ждало ничего хорошего, старейшины поведали, что его отцу все еще не здоровится и очень непрозрачно намекнули, что раз, восхождение на престол уже близко, стоит бы самому принцу задуматься о браке и семье.       Презрительно фыркнув, Мобэй отправился в уже его собственный замок, что строился на самой границе, где ледяные бури были редкостью, а в летнее время снежный покров таял, обнажая скудную землю, годную для возделывания и выращивая культур. Да, именно поэтому, будущий король решил возвести здесь свои владения, а не вовсе потому, что один жалкий ничтожный человеческий слуга плохо переносит холод. Стройка шла быстро и гладко, охоты не предвиделось в ближайшее время, границы его будущего государства не нарушались, все назло было чудесно и хорошо и заскучавший демон вновь вернулся в Дом Досуга всего спустя неделю разлуки.       Его слуга был на месте, окончательно распустив себя в отсутствие господина, он валялся практически голый с похабной книжкой в руках, окружив себя шелухой от семечек и пустыми кувшинами из-под вина.       — Ах, мой король, — вместо достойного приветствия, непристойно начал Цинхуа, выгибаясь на простынях. — если этот слуга вдруг будет отравлен любовным ядом, позаботится ли мой господин обо мне?       Мобэй в отвращении сморщил лицо, чувствуя, как острый запах алкоголя и очевидного возбуждения ударил ему в нос. Но на этот раз, человек перешёл все границы, лёжа на спине в одних нижних штанах, между ног тонкая ткань топорщилась, демонстрируя полную готовность к совокуплению.       — Отдам тебя кухонным демонам, тебе же все равно с кем и где, — злобно буркнул демон, припоминая гуляния своего слуги.       Человек аж задохнулся от возмущения.       — Как вы могли такое подумать? Я желаю видеть лишь ваше прекрасное лицо, мой коро…       — Я не заинтересован ни в каком контакте с жалким смертным существом вроде тебя, — грубо отрезал Мобэй, все еще в глубокой обиде.       Цинхуа резко заткнулся, опустив взгляд.       — Этот понял вас, — неожиданно твердым голосом без следа прежнего опьянения произнес он.       В два движения заклинатель оделся и, схватив со стола лежавший без дела до этого меч, молча ушёл, хлопнув дверью.       Оставшись один в комнате Мобэй ощутил себя как-то неуютно, он ведь ничего плохого не сделал?       С тех пор отношение его слуги было крайне холодным и отстраненным, тот быстро клал отчёты на стол и уходил «по делам» не желая больше ни мгновения проводить с ним времени. Все, как и хотел когда-то изначально Мобэй, так ведь?       Ощущая странную неуютность в своей душе, он привычно телепортировался ночевать в комнату заклинателя, но тот, только недовольно посмотрев на него, уходил в кабинет писать свои бумажки.       Все это ощущалось неправильно. Он ледяной демон, но почему он чувствует, как его пробирает холод?       На следующую ночь, зная, как он привлекателен для своего слуги, принц рискнул раздеться, дабы привлечь хоть какое-нибудь внимание.       Как унизительно.       Нервничая, он стянул с себя плащ, снял сапоги и расстегнул верхние одеяния под предлогом, что их пора бы постирать. В одних нижних штанах он позвал своего слугу по имени, держа сложенные одежды у груди, специально, чтобы человек был вынужден ещё ближе подойти к нему и тогда Мобэй вновь бы ощутил, как горят теплом его щёки, как отчаянно бьётся его сердце в восхищении, как бесполезно он пытается скрыть свое возбуждение сводя ноги и наклоняясь.       Привычка сильное дело и, кажется, принц действительно пристрастился к ежедневному искреннему поклонению со стороны своего слуги.       Человек, смотря под ноги, аккуратно извлёк одежды из рук Мобэя, следя, чтобы их пальцы не соприкоснулись и молча пошёл к выходу. Северный принц в ярости от того, что его полностью проигнорировали, поднял кулак, прицелившись в подбородок этого ничтожного, пусть тот завоет, заплачет, начнёт умолять, посмотрит на него.       Его рука ударила пустоту. Человек увернулся.       — Этот слуга опять сделал что-то не так? — ледяным тоном спросил Цинхуа, не оборачиваясь и, не получив ответа, удалился.       Это был самый очевидный отказ и Мобэй опустился на кровать, недовольно фыркая в обиде на человека и себя самого, заворачиваясь в тонкое одеяло, чувствуя себя холодным и одиноким.       Холод не должен причинять ему дискомфорт, он же ледяной демон. Возможно, все эти неловкие чувства — последствия отклонения ци из-за слишком интенсивных тренировок.       Совершенно недостойно жалобно мяукнув, словно покинутый котёнок, Мобэй ударил самого себя за слабость и уснул.       Разбудило его душное тепло отвратительно жаркого лета на этом проклятом хребте, с привычным весом прижатого туловища сзади. Это ощущалось шокирующе успокаивающе и Мобэй осознал, что действительно настолько привык к своему липкому слуге, что его отсутствие ощущается как нехватка чего-то важного. Хорошо, что у этого человека такая короткая память, он быстро забывает все их ссоры.       От того, что его тело неестественно вывернулось во сне, безуспешно пытаясь избежать жары, принц чувствовал, как все его тело затекло. Может, потребовать у Цинхуа, чтобы он размял мышцы, ведь это его вина, он опять пролез в постель и прижимался к королю игнорируя его дискомфорт.       Раздумывая над этим вариантом, Мобэй сверлил глазами своего слугу, вращая головой, расслаблено хрустя пальцами, однако этот проснувшийся трусливый червь нисколько не понял намек своего господина, вместо этого, испуганно задрожал, судорожно выпутываясь из простыней. И чего он боится? Пока он рядом с Цинхуа, человеку совершенно ничего не угрожает. В качестве демонстрации своей силы, Мобэй напряг мышцы, лёгким ударом послав заклинателя в свободный полет.       «Ну, как тебе? Разве твой король не силен?»       — Отличный удар, — невпечатленно буркнул Цинхуа, выбравшись из дыры в полу, которую он проделал своим телом мгновение назад, и низко поклонился.       — Этот недостойный слуга приносит извинения за свою неудачную шутку ранее, он бы скорее умер, чем посмел прикоснутся к своему королю… таким образом.       Мобэй поднял брови.       — О разве? Тогда ответишь жизнью, за то, что сделал в нашу первую встречу? — поднявшись, он насмешливо призвал в руку шипастое кольцо льда и демонстративно крутил на пальце.       — Э?! — лицо Цинхуа все покрылось красными пятнами румянца. — Что вы такое говорите, Ваше Величество! Я всего лишь исцелил ваши раны! Я ничего не делал! — панически кричал он, забыв про уважительное обращение. — Я могу поклясться вам, испив эликсира Правды из Озера Чистых Намерений!       Мобэй сел обратно, чувствуя облегчение с некоторой степенью раздражения. Он то думал, что нравится этому слуге, но человечишка, оказывается, даже не искусился обнаженным телом своего господина, когда тот был беззащитен и доступен. Да что этот смертный возомнил о себе!       Оскорбленный Мобэй хорошенько врезал своему слуге в грудь. Тот, слабый и никчёмный, как обычно, подавился своим же дыханием, ребра нещадно захрустели. Демон едва ли вложил десятую часть силы в удар, а заклинатель и его не может выдержать. И кому он такой тщедушный нужен вообще?       Мобей поставил ногу на спину корчащегося на полу слуги и дал легчайшего пинка в затылок, чтобы тот понизил свои стандарты и ожидания. У него теперь есть Мобэй, а у Мобэя Цинхуа.       Может, этот принц не такой привлекательный в глазах человека, но и сам смертный далеко не идеал в его собственных.       — Даже и думать не смей, — предупреждающе рявкнул он.       — Да, мой король! Благодарю за милость, мой король, этот слуга будет всегда верен вам! — хныкал Цинхуа, прижавшись лицом к босым стопам демона.       Мобэй, ужасно довольный собой, загреб своего слугу в объятия, почесав его когтями и нежно ущипнув за щеку. Больше никаких других заклинателей или демонов. Человеку никто другой не нужен, пока его принц достаточно силен, чтобы противостоять любому.

***

      Однако, уже через два года, его гордость пошатнули, а уверенность обратили в прах.       Проклятый мальчишка с демоническим наследием действительно вернулся из Бездны, сильнее, чем был раньше. Его человек редко ошибался в пророчествах, но было шокирующе увидеть его прямо на собрании владык демонов, в период междуцарствия. Стоя рядом с отвратительно довольной Ша Хуалин, его взгляд из испуганного превратился в убийственный и теперь Мобэй явно мог разглядеть тень бывшего императора в этих чёрных беспощадных радужках. Он выглядел стройными и человечным с этими круглыми ушами и ровными зубами, но первого, кто рискнул посмеяться над этим, Ло Бинхэ, как он представился, пронзил черным клинком, буквально пульсирующим демонической энергией.       Больше смельчаков не объявилось и Мобэй, как самый старший, среди демонов второго поколения начал собрание. Не то, чтобы северный принц вообще хотел быть среди этих идиотов, но, если он не придёт, от его королевства выступит его дядя. Цинхуа, который наотрез отказался идти с ним, подготовил для него вступительную речь, и Мобэй, прочитав ее с бумажки, просидел еще с три шичэна, непрерывно чувствуя на себе пронзительный взгляд получеловеческого отродья. Владыки за это время обсудили границы территорий, стоимость товаров и безрезультатно поспорили, стоит ли им готовить войну против человечества, но ледяной принц едва слушал их. Когда минимальное время обязательного присутствия истекло, северный принц и еще с десяток демонов встали, дабы удалиться, но…       — Прошу уважаемых господ задержаться.       Ло Бинхэ говорил тихо и спокойно, однако, его тон был пронизан такой властной яростью, что оскорбительные слова, которые хотел выплюнуть Мобэй на такое самовольное привлечение внимания, просто застряли у него в горле. Как и у всех других, судя по тому, как в оглушительной тишине полудемон вышел в середину собрания и поднял меч в руке.       — Я, Ло Бинхэ, сын прачки и скромный ученик моего Учителя Шэнь Цинцю, смею объявить себя вашим новым Владыкой. Подчинитесь, или умрите, — ровно он проговорил слова, будто повторял то, что сказал ему некто другой.       Тишина провисела еще несколько мгновений, прежде чем слова дошли до гордых демонов и зал разразился оглушительным хохотом.       — Ха-ха-ха, сына прачки в императоры, вот же наглый малец, моя доченька пригрела у себя действительно отчаянного…       Одним взрывом демонической энергии Цзючжун-цзюня впечатали в стену с такой силой, что его верхняя половина тела была полностью погребена в камне, оставив его смешно болтать ногами, издавая приглушенные ругательства. Остальные Владыки, все еще мерзко посмеиваясь, принялись с кряхтением доставать мечи, луки и кинжалы, а рогатый князь из южного племени и вовсе начал разматывать гигантский шар на цепи, когда нефритовый жетон на поясе Мобэя нагрелся.       Цинхуа вызывает его, и в такой момент.       Легко увернувшись от небрежно выпущенной стрелы, принц призвал сотню своих, из чистого льда, размышляя изрешетить полудемона, что сражался одновременно с десятью высшими демонами, черный клинок терял очертания в воздухе, отражая сотни ударов и снарядов.       Стрелы растворились, когда жжение жетона стало невыносимым. Его слуге срочно требовалась помощь и Мобэй, проигнорировав участие в потасовке, поторопился прочь.       — Ты! — бешено заорал Ло Бинхэ. — Стой!       Ледяной демон был уже одной ногой в портале и бросил через плечо.       — Если желаешь сразиться, жду тебя в Северных пустошах.       Переместившись, он обнажил когти, готовый бросится на мерзавца, что покусился на жизнь его слуги, однако… все что он обнаружил это просто заклинатель, что бродил по комнате и явно скучал.       — Мой король… — слащавым тоном начал Цинхуа, и Мобэй сразу понял, что ничего хорошего тот не скажет.       — Давай сделаем тебе пирсинг сосков, — тяжело дыша он обхватил ворот верхнего одеяния и приоткрыл его так, чтобы полностью обнажить грудь принца.       Как и ожидалось.       Приложив все усилия чтобы не раскраснеться, Мобэй запахнулся полностью и хорошенько треснул этого поганого извращенца, который тут же заныл и рухнул на пол плакать и вздыхать, что с ним плохо обращаются.       Да Мобэй самый ласковый правитель на всем свете! Он понятия не имел, что такое пирсинг, но просто так взять и начать раздевать своего господина говоря о его сосках… Любой другой убил бы уже его. Он действительно не понимал, почему он все ещё это не сделал.       — Ладно, если серьезно. Мой король, вы хотели сразиться с Ло Бинхэ, хотя этот слуга предупреждал вас не делать этого? — Поднявшись, он возмущенно ткнул пальцем в прикрытую грудь демона.       Мобэй почувствовал, как плохо сдерживаемая ярость кипит в его груди. Так вот истинная причина того, почему слуга так настойчиво звал его.       — Ты смеешь думать, что я могу проиграть? — принц схватил за шиворот человека и притянул к себе так близко, что их носы соприкоснулись. — Я пригласил его на север. Пойдем и ты убедишься, что твой господин непобедим.

***

      Это произошло слишком быстро и унизительно, прямо на глазах его слуг, старейшин и Цинхуа. Проклятый клинок тоже мог прорезать порталы, его демонические мечи обратились в пыль превосходящей силой этого молодого полудемона, а его собственной силы и ловкости не хватило, чтобы отбить или увернуться от одного единственного удара, что вогнал его в землю, сломав все кости в теле, выбив дух. Не имея возможности даже подняться, Мобэй с бессильной яростью выслушивал свой последний приговор.       — Из-за тебя Учитель бросил меня! Если бы не ты, мы с Учителем были бы счастливы, — Ло Бинхэ звучал безумно, словно какой-то одержимый. — Так заплати же своей жизнью, проклятый демон!       Черный меч вспыхнув энергией зла, когда он занес его над головой, но опустить его полудемону не дали. Голубая линия метнулась через боевой круг и белый заклинательский меч сделал угрожающий выпад, заставив Бинхэ отступить назад, когда он с ужасом в глазах разглядывал узоры Цанцюн на рукояти.       — Разве для ученика Цин Цзин достойно так вести переговоры? — Шан Цинхуа храбро сжал в дрожащих руках меч, загородив принца своим телом.       Ло Бинхэ ужаснулся еще больше, опустив свой клинок.       — Шан-шишу?!       — Поверь, я так же удивлен видеть тебя! Шэнь-шисюн так переживает, места себе не находит, а ты тут жив-здоров! — заклинатель щелчком пальцев убрал свое оружие и упер руки в бока. — Мой король заключит договор с тобой, в свою очередь я могу поклясться, что твой Учитель не узнает, что ты здесь творил.       Вот так и работает его слуга, выбивает выгодные сделки, заставляя противников думать, что это он еще им делает одолжение. Мобэй, понемногу исцеляясь, сплюнул кровь изо рта, наблюдая, как нервно Ло Бинхэ щелкает мечом в ножнах, переводя убийственный взгляд с Цинхуа, что уже встал на колени перед принцем, бережно вправляя ему кости и вливая ци, на демона и обратно. Однако спустя очень короткое время, новоявленный император окончательно успокоился и в его глазах блеснула… зависть?       — Я согласен! Мобэй-цзюнь, с этого момента, я нарекаю тебя моим верным союзником и первым генералом. Взамен я требую от тебя лишь одного — преданности! — полудемон наклонился ближе, так что только принц и заклинатель его могли услышать. — А заодно, будь добр, расскажи мне, как так получилось, что у тебя сложились столь близкие отношения с человеком?