Проклятый дар

      После произошедшего Ильсор отдалился от Кау-Рука. Арзак больше не оставался с менвитом после занятий обсуждать науку, оправдываясь уроками и делами, и каждый раз радовался, что старшеклассник не берёт его силой. А тот даже не думал о таком, он не понимал, что такого ужасного в гипнозе, что заставило Ильсора недолюбливать его. Кау-Рук чувствовал нежелание общаться, как бы арзак не пытался скрыть это за маской вежливости и повиновения. Так проходили день за днём.       С другой стороны, у менвита были проблемы на личном фронте. Рой-Зар демонстративно воротила нос от «неудачника-ботана», как она его называла, и предпочитала проводить время в компании его друга Ром-Нара. Тот, в отличие от Кау-Рука, не тянул ранвиша за хвост, а давно уже поработил одного соседского арзака, и использовал его как источник дополнительных денег и способ приобретать запрещённые для несовершеннолетних предметы.       — Долго ты будешь ждать? — высказывал ему Аш-Сан. — Ты прекрасно владеешь гипнозом, а арзаков вокруг хватает.       — Он не хочет быть моим слугой. Не знаю почему.       — Никто не хочет. Курица не птица, арзак не человек, их всех берут силой, — усмехнулся блондин.       «Никто не хочет?» — у Кау-Рука в голове начали появляться неприятные мысли.       В один день в кабинет физики, где должен был проходить урок у менвитов, зашла толпа полукровок и Ильсор в их числе. Учитель арзаков приболел, и урок решили сделать совмещённым. Брюнет прошёл мимо пустого места рядом с Кау-Руком, мельком взглянув на него, и сел за другую парту вместе со своим одноклассником. Пустое место рядом с менвитом заняла какая-то полукровка, на которую русоволосый парень не обратил ни малейшего внимания.       Начался урок. Ан-Рог сначала проверил знания теории из учебников, затем приступил к разбору задач. Большинство учеников скучали на таких уроках, лениво списывая в тетради решение с доски, но не Ильсор. Глаза его горели живым огнём при виде различных формул и схем. Арзак с удовольствием рассчитывал скорость тела с учётом всех приложенных к нему сил, объём вытесняемой телом воды и строил термодинамические циклы.       Но вот случилось непростительное: Ан-Рог допустил ошибку в расчётах. Умные менвиты заметили это, но молчали, не желая нарываться на его взгляд; те школьники, что не блистали интеллектом либо не хотели разбираться, без лишних вопросов списывали неправильное решение в тетрадь. Ильсор не мог допустить такого и поднял руку.       — Чего тебе, арзак? — бросил профессор физики, не утруждаясь даже обратиться к нему по имени.       — Уважаемый Ан-Рог, в вашем решении ошибка. Период колебания маятника не может быть равен такому значению при данной длине нити, — без капли страха произнёс брюнет.       Сидящие спереди менвиты обернулись, чтобы посмотреть на столь смелого человека. На их слегка усмехающихся лицах читалось «земля тебе пухом, арзак». Даже Кау-Рук оторвался от своих размышлений и обеспокоенно глянул на друга.       — Ошибка, говоришь, — понизил тон учитель, что явно не предвещало ничего хорошего. –Ну так иди и исправь её.       Ильсор встал с места и уверенно пошёл к доске. Он знал правильное решение, которое без малейшей заминки расписал в подробностях. Ответ его не сходился с ответом учителя.       — Молодец, ты всё решил правильно, — стиснув зубы, сказал профессор. — Однако кое-что ты упустил. Ты, жалкий арзак, не имеешь права указывать менвитам на ошибки, — он взял в руки большую линейку для черчения на доске.       Кау-Рук знал, что сейчас произойдёт.       — Уважаемый Ан-Рог! — выкрикнул он, чтобы обратить внимание физика на себя, и как только глаза учителя поймали контакт с глазами старшеклассника, он применил всю свою силу гипноза.       «Не трогай Ильсора! Оставь его в покое!»       Профессор заморгал от неожиданности, будто ему что-то попало в глаз, и немного отшатнулся. Затем, помотав головой, сказал:       — Значит так, Кау-Рук. За гипноз тебе пять, а по поведению неуд. Какая неслыханная дерзость — защищать арзака, применяя гипноз на старших.       По классу прокатились смешки. Намечалось зрелищное шоу, которое разбавит этот скучный урок. Ильсор на всякий случай прикинулся бессознательным, чтобы не отхватить от учителя.       — Слабоумие и отвага, — шепнула Рой-Зар своему другу, сидящему рядом. — Чего он вообще добивается?       Ром-Нар пожал плечами, он был в шоке с поступка обычного на первый взгляд ботана.       Кау-Рук начал что-то объяснять, но жестокий взгляд Ан-Рога настиг его. Уверенность мигом улетучилась из школьника, он ощутил себя беззащитным ребёнком перед опасностью. «Как жутко. Помогите» — подумал он. Последнее, что пронеслось в его голове — это то, как Ильсор избегал его взгляда в раздевалке. «Я понял, почему. Прости меня, друг, я не знал» — подумал он, прежде чем отключиться.       — Кау-Рук и арзак, марш в угол и стоять там до конца урока! — приказал физик. Оба парня, как марионетки, направились в указанное место, однако один из них был в сознании. Так простояли они весь урок.       Когда кабинет остался пуст, Ильсор сбросил с себя маску бессознательности. Его товарищ никак не мог прийти в себя. Он стоял и таращился на арзака пустым взглядом. Брюнет не знал ещё, какую пакость задумал уязвлённый учитель, поэтому подошёл к старшекласснику и спросил:       — Тебе нужна помощь?       Менвит зашевелился. Арзак обрадовался, но рано. Через мгновение тяжёлый кулак прилетел ему в лицо. Потом ещё раз и ещё.       «У меня нет шансов против такого противника. Проклятый Ан-Рог, какой грязный метод» — думал Ильсор, пытаясь уклоняться, но каждый раз ловил в себя удары. Лишь когда арзак потерял сознание и рухнул на пол, заливая дорогой ламинат кровью изо рта, менвит очнулся.       — Что здесь произошло? — Кау-Рук рассматривал свои дрожащие окровавленные руки. Взгляд его упал на его друга, валяющегося около его ног. — Что здесь произошло?! Я ничего не помню, — закричал он.       Старшеклассник немедленно взял арзака и понёс в медицинский кабинет, где рассказал врачу всё, что знал. Медсёстры-арзачки заохали от ужаса и немедленно стали звонить в городскую больницу.       Менвит сидел на стуле, обхватив голову руками, размазывая по своим щекам арзачью кровь. На его лице застыло выражение безысходности и отчаяния.       — Он будет жить? — глухо спросил он.       — Будет, будет, — утешал его врач. — Всего-то наложить пару шин, приложить лёд к ушибам, зашить рассечения, и твой друг будет в полном порядке. А пока тебе необходимо умыться, негоже в таком виде расхаживать по школе, — медик взял парня под руку и пошёл сопровождать его до умывальника.       ***       Ильсор медленно открыл глаза и тут же закрыл их, ослеплённый ярким светом ламп. Движения тела были затруднены из-за множества бинтов и повязок. «Кажется, я не умер. Наверное, это хорошо» — подумал арзак и огляделся. На стуле рядом с кроватью в неудобной позе спал его товарищ менвит.       — Кау-Рук? — негромко позвал брюнет.       Старшеклассник тут же открыл глаза, будто и не спал вовсе.       — У тебя сейчас должны быть уроки? Ты пропустишь их, — забеспокоился Ильсор.       — Всего лишь уроки гипноза. Я не желаю там присутствовать, — сказал менвит, глядя куда-то в сторону.       Томительные секунды молчания.       — Это из-за Ан-Рога? — первым спросил арзак. Из-за грубо зашитой раны на губах ему было сложно говорить.       — Скажи мне честно, друг, — понизил голос Кау-Рук, — это правда, что арзаки не хотят служить менвитам?       Взгляд Ильсора заметался по комнате. Если кто-то услышит то, о чём они говорят, им обоим мало не покажется. Запишут в государственные преступники, подвергнут гипнозу и отправят пожизненно добывать ископаемые вещества в пустыню. Не жизнь, а сказка. Кау-Рук тоже это понял и замолчал, однако и без слов всё было понятно.       — Прости за то, что применил гипноз на тебе. Я не хотел тебе причинять вреда. Я не знал, насколько разрушительная эта сила, — наконец сказал он.       — Что ты тогда со мной сделал? И зачем тебе Хоо? — задал Ильсор давно мучавший его вопрос. — Дракон, — уточнил он, видя недоумевающий взгляд друга.       — Ничего. Я лишь проверял свои способности. То, что ты отдал мне ценную для тебя вещь, говорит о моих успехах в этом деле. Нельзя такую силу использовать на друзьях, это самое настоящее оружие!       — Постой, — перебил его арзак, — так ты всего лишь хотел дружить со мной? Ты не хотел, чтобы я был твоим рабом?       — Я думал, что это одно и то же, — потупил взгляд менвит. — Орра, какой же я наивный глупец! — воскликнул он.       — Не вини себя, друг, — шёпотом ответил арзак, — нам всем врут. Нам, арзакам, чтобы защитить нас, и вам, менвитам… ну ты понял.       Снова повисло тяжёлое молчание. Лишь негромко гудело медицинское оборудование.       — После того, сколько зла причинил я тебе и твоим соплеменникам, как ты можешь называть меня своим другом?       Ильсор с трудом улыбнулся из-за ран.       — Беда менвитов в том, что они не умеют прощать ни других, ни себя, — тихо сказал он и закрыл глаза. Маленькая табличка с надписью «Ильсор», висевшая на его шее, блеснула в лучах звезды от движения тела.       Кау-Рук решил дать арзаку отдохнуть и вышел из палаты. На пути домой он встретил Ром-Нара.       — Ты где был? — спросил тот. — Учитель беспокоился, ты никогда не пропускал занятия по гипнозу.       — Практиковался, — коротко бросил русоволосый парень и ушёл вперёд.       «Ого, наконец-то он взялся за ум и нашёл себе слугу» — с некоторой радостью подумал одноклассник Кау-Рука и поспешил на встречу с Рой-Зар.       ***       Родители Кау-Рука стали замечать перемены в его поведении, и это беспокоило их. Прежде примерный ученик нахватался плохих оценок на уроках гипноза, а то и вовсе прогуливал занятия. Это при том, что, по мнению окружающих людей, у него был свой раб, с которым он иногда вместе делал домашнюю работу по естественным наукам или читал книги.       После школы Кау-Рук обучался разным бытовым занятиям у домработника семьи Ройса. Арзак сначала был в недоумении от такой просьбы менвита, но своему господину отказать не мог. Менвит вместе с Ройсом готовил обеды в тесной кухне, мыл полы в доме и так далее. Родители не могли на это закрыть глаза и однажды напрямую спросили старшеклассника:       — Зачем тебе уметь выполнять грязную работу? Для этого существуют арзаки, а у тебя, избранника, лишь одна работа — приказывать этим низшим существам и наслаждаться господством.       — А если я окажусь в месте, где не будет арзаков? Например, в лесу или на другой планете? Или моего дру… слугу съест какой-то дикий зверь, как мне тогда выживать? — на ходу придумывал невероятные сюжеты Кау-Рук.       — Фантазии тебе не занимать. Арзаки везде есть, стоит только поискать хорошенько. А насчёт зверей и другой планеты — это совсем фантастика, не выдумывай. Где ты в последний раз видел дикого зверя опаснее ранвиша? И даже они не приближаются к человеку.       Однако менвит всё равно решил, что будет хочет научиться разным навыкам. «Лишним не будет, всяко в жизни пригодится» — думал он.       В один день отец Кау-Рука вызвал сына к себе. На массивном деревянном столе у него лежал раскрытый дневник, и старшеклассник сразу почуял, что дело добром не кончится.       — В чём дело, отец? — спросил парень, делая вид, что не знает, зачем он здесь.       — Меня беспокоит твоя успеваемость, — мужчина отвернулся от окна и посмотрел на юношу. — Раньше ты с радостью бежал тренировать гипноз на животных в зоопарке, когда у вас была практика. На уроках ты мог взглядом уложить до пяти арзаков за раз. Почему ты вдруг перестал использовать свою силу?       — Просто не хочу, — невозмутимо ответил Кау-Рук. Если он что-то решил, переубедить его было нереально.       — Или может быть, ты потерял способность к гипнозу, — спросил отец, и в его голосе явно читалось: «Неужели мой наследник — жалкий инвалид?»       — Я практикуюсь вне школы, — соврал школьник.       — Мы сейчас это выясним, — отставной офицер позвонил в колокольчик и на зов немедленно примчался домработник. — Покажи, на что ты способен. Хочу убедиться, есть ли толк от твоих внешкольных тренировок.       Менвит опустил голову. «Безвыходная ситуация. Что мне делать?» Отцовский ремень с блестящей металлической пряжкой недвусмысленно намекал на исход событий, если Кау-Рук ослушается родителя.       Старшеклассник посмотрел на Ройса, который стоял с безразличным, но ещё живым выражением лица. Тот кивнул головой, мол, делай что говорит менвит, мы люди привычные. Взгляд парня вошёл в самую душу арзака, как это обычно и бывает.                   «Прости меня, пожалуйста» — телепатически произнёс школьник.       — Прощаю вас, мой господин, — бесцветным голосом, словно механическая кукла, ответил слуга.       — Что ты делаешь? — терпение отца начало подходить к концу. — Прикажи ему что-нибудь, да поживее!       — Нет! — неожиданно для мужчины выкрикнул Кау-Рук. Слуга пришёл в себя и теперь с ужасом наблюдал происходящее. Он заботился о подростке ещё тогда, когда он был младенцем, и не желал, чтобы того подвергнули мучительным пыткам из-за глупого поведения.       Тем временем в комнате появилась мать.       — Дорогая, посмотри, кого мы с тобой воспитали. Избранник отказывается повелевать низшей кастой.       — Сынок мой, как ты мог, — с этими словами женщина, как и полагается аристократам, изящно упала в обморок.       — Я отрекаюсь от тебя, Кау-Рук. Ты подвёл нашу семью. Ты — позорное пятно в нашем роду. Катись из дома ко всем оррам, здесь тебе больше не рады, — вскричал офицер, и старшеклассник поспешил удалиться из кабинета, дабы не навлекать ещё больший гнев на разъярённого мужчину.