Большая ошибка

Добираемся без происшествий. Дворец Правосудия, стоящему посреди площади, где проводится Жатва, есть в каждом дистрикте. Перед Дворцом сцена, куда скоро выйдет наш незаменимый объект шуток - Бьянка. Мы с Дафной записываемся. Она уходит и становится рядом с другими девушками семнадцати лет, а я иду в другую сторону и встаю ближе к сцене, рядом с другими 18-летними парнями. Вскоре Бьянка выходит на сцену. На ней безвкусное ярко-жёлтое платье-футляр и черный парик-каре. В таком виде она похожа на гигантскую осу. Одно это в ней отталкивает. Никогда не любил ос. Хоть бы их не было на Играх в этом году. Хотя они были почти всегда. Ну, кроме лет, когда арена была снежной пустыней. Зато, по крайней мере, Бьянка выглядит лучше, чем в прошлом году. Тогда она была вся в синем, а её руки и ноги были облеплены чем-то вроде зелёных водорослей. На парике вообще были красные морские звёзды. Мы всей Академией шутили, что она ошиблась дистриктом - в Четвёртом такой наряд был бы уместнее. Хотя для них, капитолийцев, что Второй, что Четвёртый - никакой разницы. Уверен, если бы не работа Бьянки, она бы и не знала, где наш Дистрикт находится. - Добро пожаловать! - бодро, как и всегда, говорит Бьянка. У неё вечно такая интонация, как будто она не на Голодные Игры нас везёт, а на свой день рождения. Хотя... Разница, думаю, тут небольшая. Не знаю, что опаснее для жизни. Да ещё и акцент у неё такой, будто она чем-то подавилась. - Сегодня мы празднуем 74 годовщину Голодных Игр! Прежде, чем мы начнем, мы все посмотрим фильм, который приехал к нам прямо из Капитолия! О, да. Великий Заезженный Фильм. Про образование Панема, восстание и то, как Капитолий его подавил. Да кому этот фильм нужен? Как будто кому-то в нашем дистрикте может вообще прийти в голову поднять восстание. Мы прекрасно живём, так какой в этом смысл? А кого условия жизни не устраивают, для того Игры - отличная возможность их улучшить. Если ты, конечно, победишь. Даже если нет, проблемы всё равно закончатся. Лучше бы я ещё час поспал. Каждый год одно и то же! Надоело страшно. - А теперь приступим к Жатве! - провозглашает Бьянка, когда мне начинает казаться, что идиотский фильм никогда не закончится. - Дамы вперёд! Она подходит к прозрачному шару с женскими именами, роется в нём своими пальцами с ногтями цвета морской волны, достаёт одну из бумажек и подходит с ней к микрофону. Только не Дафна. Только не она! Если её сейчас выберут и добровольцев вдруг не окажется, то мы окажеся на арене вместе. Даже не хочу представлять, что тогда будет. Её убьют? Или нет, и мы останемся вдвоём? А дальше что? Пожалуйста, только не Дафна! И это не Дафна. - Клов Кентвелл! Из толпы 15-летних девочек выходит одна и поднимается на сцену. Вид у неё такой, как будто она уже на арене: если бы можно было убить взглядом, Бьянка была бы мертва. Да и сложение у Клов впечатляющее: она в полтора раза крупнее Дафны, а бицепсам может позавидовать половина Академии. Клов, в отличие от Дафны, преуспела в тренировках. Я почти не общался с ней, но знаю её сильную сторону. Причем не я один, всей Академии она известна. Оружие Клов - метательные ножи. И девушка никогда не промахивается. Вообще никогда. - Добровольцы? Тишина. Ну, что ж. Сильная союзница у меня есть, отлично. - А теперь мальчики! В нашем дистрикте правила такие: кто первый поднял руку, тот на Игры и едет. Конечно, соревнуются за такую возможность самые сильные из нас: остальные не лезут, знают, что лучше не участвовать, если не уверен в победе. Иначе какой смысл? Самоубийц среди нас нет. В этом году трибутом буду я. Может, кто другой и хочет поехать, но я считаю, обойдется. В конце концов, это моя последняя Жатва. Остальные пусть ждут следующего года. - Дерек Линч! Добровольцы? Моя рука взлетает вверх с такой силой и скоростью, что чуть не сбивает с ног парня, стоящего рядом. Он тоже поднимает руку, но уже поздно. Я первый! Дереку придётся подождать ещё год, если он хочет поучаствовать. Ему тогда как раз будет 18. Ничего, он недавно сломал руку, когда под ним оборвался канат, так что ему, можно сказать, повезло сегодня. Куда он поедет в таком виде? - Вот и доброволец! - в восторге пищит Бьянка. - Поднимайся на сцену, милый. Как тебя зовут? - Като Хэдли. - Замечательно! - опять пищит она. Ну почему капитолийцы всё время пищат? Аж уши закладывает. - Трибуты, пожмите друг другу руки! Мы так и делаем. Клов ухмыляется мне, я отвечаю тем же. Да, с такими трибутами, как мы, у других в этом году нет шансов. Мы заходим в Дом Правосудия, и нас разводят по отдельным комнатам. Я сажусь на плюшевый диван и жду. Заходит миротворец, а за ним Дафна. - У вас есть три минуты. Как щедро. Дафна обнимает меня. - Катоша, я в тебя верю, - говорит она. - Ты лучший в Академии. Только попробуй не вернуться! Если ты умрёшь, то когда умру я, мой призрак не даст твоему покоя! Мы смеёмся. - Не переживай. Я готовился к этому всю жизнь. Обещаю тебе, через месяц мы снова будем вместе. - Ловлю на слове! Оставшиеся две минуты мы тратим на поцелуи, и я никогда не забуду выражение лица миротворца, который приходит за Дафной. Следующие посетители - мои родители. - Поздравляю, - говорит па. - Мы знали, что можем тобой гордиться. Это большая честь - представлять свой Дистрикт на Голодных Играх. И я знаю, что ты этого достоин. Па, как и я, собирался вызваться добровольцем в свои 18, но ему не повезло. Его имя вытянули, и добровольцем стал другой. Самое обидное, что победил в тот год не он, а парень из Шестого. - Спасибо. Я вас не подведу. Ма обнимает меня. - Твой па прав, Като. Ты готов к Играм, и мы в тебя верим. Я так рада, что наш сын принесёт честь и славу Дистрикту-2! Заходит миротворец. - Время вышло. Ещё раз обнимаю ма, жму па руку, и они уходят. Нас с Клов ведут к машине. Минут через десять мы приезжаем на вокзал. Всё это время Бьянка болтает, но я ничего не запоминаю. В любом случае это, скорее всего, неважно. Какая мне разница, как правильно держать ложку? Я не на конкурс хороших манер еду. Мы выходим из машины. Очень вовремя, потому что меня начинает укачивать. Поднимаемся на платформу и заходим в поезд.