Монолог фенька

Я написал обо всём, что узнал. Однако предположений не имею. Эмилия внимательно смотрела на записи. — Смею рассмотреть исчезновения наследника и лекарей и дела господина Дотторе как одно событие. Чтобы держать в секрете дитя, Дотторе требовались чужие жизни. Хвост дыбом от подобного. Султан не стал бы приглашать убийц... — Служанку Наритту ожидают на кухне. Хорошего не жду. Посланный тот же, что и в день знакомства с Сайно. Меня привели в комнату, о которой я не ведал, передали длинноволосой женщине. — Будешь помогать готовить. Как звать? Горло уже болит, но ещё терпимо... Верни! — Не понадобится. Промой финики. Приходится повиноваться. У этой женщины определённо нет власти, она ведомая. Блюдо из фиников и... мёда? Отравой быть не должно – финики недавно сушённые, мёд хранится в глине. Вода пахнет... Покрывало! Его стянули. Женщина обнажила лезвие. — Умри, лис. Намеренно все ножи убраны. Под рукой оказалась ложка. — Отпустите оружие, я не враг. Но она делает шаг вперёд. Стол – препятствие, а я и не намерен бежать. Взгляд не так суров – следует приказу, невольная. Дальнейшее как в забытье. Бросок, я удерживаю напавшую за руки. Она отводит кинжал и вонзает в собственную ногу. Я зажимаю её рот, но меня колят в ладонь. Насквозь не прошло, но рана серьёзная, требующая бинтования. Оружие надобно вытащить. На крик прибежали кухонные, и среди них Коллеи... — Госпожа Эи, что случилось? — она заметила меня. — Господин Тигнари?! Вы вернулись! Девочка подбежала и обнала меня. Ох... И я рад встрече без прикрытия. — Прошу, не уходите больше! Я так переживала, молила за Ваше благополучие, как умела. А господин Сайно так рассержен был... — Он изменщик! В его руке кинжал, а финики отравлены. Эи выловила плод и съела. Я внимательно слежу за состоянием. Взгляд помутнел, тело обмякло, успеваю подхватить. Она не глупа, себе не навредит до худшего. Промывание и уход за раной спасут от неминуемого. Покрывало снова оказалось на голове. Коллеи перекинула вторую руку отравленной на себя. — Почему Вы ушли не сказавши? И появились так же неожиданно... — Я бежал от среды. Лесной диковинке трудно прижиться — по правде, от неиспытываемых ранее чувств. — Вы говорили, что растения могут и не прижиться в новой почве. А у Вас получилось — девочку что-то терзало. И я немедленно уточнил, даже напомнил о последующем спокойствии души. — Вас казнят. Моей веры недостаточно, госпожа Райдэн – советница хаматры, временного главы войска. Мы дошли до лекарской. Я указал Коллеи где повязки и очищающий раствор; за отвар из соли сам возьмусь. Морская соль, слава богам, имеется. Протираю рану, женщина не шипит – плохой знак. Обвязываю, ткань пачкается. Про свою руку я и не вспоминал... После пары глотков отрава вывелась. Райдэн смотрела на меня с удивлением. — Почему ты посмел спасти меня? — Я не враг. Никто не должен жертвовать жизнью по заставлению — чтож, свою цель она исполнила...