Огонь и Ветер

Всё происходило очень быстро в этой школе. Всего на третий день учёбы Дима знал, кого нужно опасаться, кого — ненавидеть, а кого — уважать. Но был один человек, к которому он не знал как относиться. И это был Сергей Борисович С одной стороны, это его классный руководитель, Огонь, старше его на восемь лет (судя по дате рождения в телеграмме). А с другой… Это самый заботливый человек в его жизни. Он волнуется за него, пытается защитить и старается всегда ему помочь. Но это не совсем обычно, если говорить про преподавателя и обучающегося, верно? Хотя, ситуация и не может быть обыкновенной, учитывая то, как Позов здесь оказался И сегодня, во время утреннего разговора с ним, до Ветра наконец доходит препростейшая истина. Он смущается, когда Матвиенко с ним разговаривает наедине, благодарит учителя, когда литературник пытается его успокоить, и бесконечно рад тому, что Сергей Борисович заботится о нём, обнимает его и тревожится по его поводу. И… Ему безумно хотелось бы, чтобы это никогда не закончилось. Он мечтал о том, чтобы рядом с ним всегда был литературник. А это означает только одно: подросток безоговорочно и бесповоротно влюбился в своего классного руководителя Вот только как жить дальше — совершенно непонятно. Когда признаться в чувствах? Как это сделать? Каким образом нужно себя вести, чтобы были хоть какие-то шансы на взаимность? Может, перестать попадать в кучу неприятностей? Но это же от него не зависит… Или наоборот? Первый урок, биология, прошёл вполне спокойно. Единственное, что учительница устроила опрос приятного Земли, Артёма Гауса, заставив Позова понервничать, но тот смог вывезти на четвёрку. Конечно, Диме стоило бы поволноваться за себя, но не тревожиться за Землю он не мог. Следующим уроком был английский. На первой смене всегда большие пятнадцатиминутные перемены, почему парень совершенно не торопился занимать своё место. А зря Одиннадцатиклассник сидел на первой парте первого ряда на первом варианте — комбо неудобного прохода к своему месту, если не дойти до туда первым. Когда он почти добирается до своего сидения, его опять перехватывает компашка из всё тех же Антона, Игоря и Лёхи Стаховича — Дим, а Дим, тебе же, как Ветру, воздух свежий нужен, — начинает Шастун, нагло ухмыляясь — Нет, — коротко отвечает тот. Ему некомфортно, что трое Огней зажали его возле открытого настежь окна. Это заставляет его нервничать. — Наоборот — Ну ты совесть-то имей, подвинься чуть-чуть, а то ни проехать, ни пройти, — Лёша нагло наступает по его ногам, вынуждая запрыгнуть на подоконник. Позов догадывается, что сейчас парни позовут Косицына, и Ветру влетит за то, что он сидит возле окна, но не тут-то было. Шастун и Стахович, явно готовые к этому, хватают Диму за щиколотки и раздвигают ноги в стороны, заставляя парня лечь ближе к раме. В ушах начинает завывать сентябрьский ветер — Вы что делаете?! — воскликнул тот, привлекая внимание одноклассников. Теперь все видели, как парень, удерживаемый Огнями, с рюкзаком на спине лежит на подоконнике в позе рожающей и сильно краснеет. Ужасно — Что хотим, Ветер, — с презрением отвечает Игорь и врезает кулаком ему по паховой зоне. Позов хочет сжаться в комок, хоть как-то защититься, но ему это не удаётся из-за Антона и Лёши. Огни, видимо, совсем потеряв страх, на полном серьёзе выбрасывают парня в окно «Они застали меня в врасплох и сделали то, что я мог бы предотвратить, если б умел пользоваться способностями», — пролетает в голове мысль сжимающегося парня, пытающегося руками вызвать воздушный поток, хоть немного замедливший бы падение. — «Как же ты бездарен, Ветер» Сознание подростка погружается в одинокую, болезненную тьму, как только его руки чувствуют твёрдый асфальт

*~~*~~*

Взяв очередную клятву с друга, что тот больше не посмеет публично шипперить его с Димой, Сергей вместе с Арсом выходят из учительской с двумя кружками кофе. Матвиенко всё же решился поведать Попову о сегодняшнем утреннем разговоре с Позовым, на что историк, улыбнувшись, удовлетворённо кивнул — Что, так и собираешься за ним просто ухаживать? Он же точно так же будет к тебе относиться, как к родителям: с настороженностью, — подмечает Арсений, вместе с Сержем направляясь к своему кабинету. Огонь задумался — Пока да… Слишком мало времени прошло для чего-то серьёзного, — Попов открывает дверь в класс и запускает друга. Внезапно они слышат фразу «Что хотим, Ветер» и болезненный вскрик от окна. Матвиенко, направивший туда свой взгляд, видит стоящих у подоконника трёх Огней и… Улетающие в окно ноги Позова Слышится, как разбивается стекло выпавшего из рук стакана кофе. Антон, Игорь и Лёша оборачиваются и со страхом в глазах смотрят на классного руководителя — … Вы… — На его глазах скапливается влага, но он не позволяет никому это заметить. Он резко разворачивается и несётся к выходу чтобы побыстрее добраться до Ветра. Если он вообще жив после этого падения, второй этаж в конце концов — Сергей Борисович, куда так спешите? — на лестнице он пересекается с директором — Павел Алексеевич, Шастун, Джабраилов и Стахович сбросили Ветра, который не научился пользоваться способностями, с окна, — кратко объясняет он дрожащим голосом. — Они в 21 кабинете — Ох… — выпучивает глаза тот и направляется к англичанину. А Сергей Борисович продолжает спешить к своему ученику Находит он Диму лежащим лицом вниз на земле. Матвиенко со слезами на глазах переворачивает парня на живот и, забыв про всякое стеснение, снимает его рубашку, проверяя на гематомы. Слава Богу, внутреннего кровотечения пока не наблюдалось. Возможно, какие-то силы всё-таки приостановили падение бедного Ветерка. Литературник берёт его на руки и несёт к своей машине. Ему срочно требуется мед помощь

*~~*~~*

— Нет, нет и ещё раз нет! Без законного представителя сделать мы ничего не можем, — дама на ресепшене была упёртой, как баран. — Тем более — с Ветром — Его родители мертвы! — почти срывается на крик Сергей. — Его не забрали в детдом только потому, что ему удалось поступить в Стихийную гимназию. Похоронки его родителей у директора, вчера своими глазами видел! У него нет законного представителя, потому что он никому не нужен! — Он шумно дышит, бешено волнуясь за жизнь ребёнка. — Послушайте, Ваша больница на каждом шагу напоминает о том, что нельзя заниматься самолечением, но вы не оставляете других вариантов! — Да, но мы же не имеем в виду… Ветра-беспризорника, — с отвращением проговаривает Вода за ресепшеном — Значит так, да… Ну что ж, ладно, спасибо за понимание. Очень рад, что ваша сеть больниц всегда стремиться помочь людям. До свидания, — он выходит из здания, бурча себе под нос самые грязные ругательства, которые можно было вспомнить — До свидания… Даже от уважаемых клиник нельзя ждать добра, когда речь идёт о бедном подростке-Ветерке, которого помотала жизнь так, что даже некоторые взрослые будут в шоке. Нужно надеятся только на себя. С этими мыслями Матвиенко везёт парня к себе домой

*~~*~~*

Всё тело ужасно болело Вот первое, что понял Дима, когда более менее пришёл в сознание. В ушах звенело, глаза слипались, кожа зудила, внутренности будто сжало прессом. Он безуспешно пытается открыть веки и сдавленно стонет от боли — Оу, Дим, ты очнулся, — слышится знакомый, тёплый и заботливый голос. Позов пытается встать, оглядеться, найти Огня, но у него ничего не выходит из-за ноющих мышц. Слышатся шаги в его стороны. — Чшшшш… Дим, не двигайся. Ты… Ты в порядке, но тебе нужен отдых. Я тебе обработал все раны. Голова может раскалываться от стресса и перегрузки, и мышцы тебя не слушаются, но ты скоро поправишься. Я уверен — С-спасибо… Сергей Борисович, — хрипловатым голосом проговаривает Ветер, ложась обратно на подушку. Тело будто парализованно. Скучно… — Сергей Борисович? — Давай пока перейдём на «ты», — Дима чувствует, как Огонь поморщился от такой официальности. — Просто Серёжа — С… Серёж — Да? — Спасибо. Правда, спасибо — За то, что тебя спас? — Да… — Не глупи. Я бы не мог поступить по-другому — Могли бы. Многие в моей жизни смогли, — шепчет осипшим голосом Позов — Дим, мы же договорились на «ты», — снова морщится тот, а затем парень чувствует, как классрук садится на кровать рядом с ним. Внезапно он начал его мягко поглаживать по голове. Рука была тёплая… — Ты хочешь, чтобы я побыл с тобой рядом? — Да, хочу, — решается сказать он, чувствуя, как пробегают по телу мурашки. — Мне… Мне интересно с вам… То есть, с тобой — Хах… — парень чувствует улыбку преподавателя, но она тут же исчезает. — Хочешь мне рассказать, что именно произошло? — Ну… — Дима поморщился и попробовал залезть в свою память. Картинка была неясная, размытая. — Я плохо помню… Но.... Но я точно знаю, что Антон, Игорь и... И кто-то ещё выбросили меня в окно — Это просто ужасно… — сочувственно проговаривает Матвиенко и складывает руку на грудь подростка. По телу проходит новая волна мурашек. — Ты не голоден? — Нет, я… — Но его прерывает его забурчавший желудок. Дима краснеет ещё больше, чувствуя грустный взгляд Серёжи на себе. — Да… — Я могу принести бутерброды или сэндвичи… Ещё картошка есть с сосисками, — Сергей Борисович предлагает сразу несколько вариантов, давая подростку выбор. Из-за этого парень смущается ещё больше — Ммм… Просто бутерброды — Сейчас принесу — Пару минут в ожидании — и Позов не без помощи литературника принимает сидячее положение и потихоньку прожёвывает пищу. — Съедобные? — И вкусные, — кивает Ветер, прожевав бутеры. Когда преподаватель помог ему снова опуститься на подушку, он, краснея, спрашивает: — А… Когда мне можно будет встать? — Когда восстановишь силы. Как я понял, экстренная ситуация заставила твои способности пробудиться и спасти твою жизнь. Но из-за этого ты теперь истощён. Если… Если ты не против, я могу с тобой позаниматься магией после твоего выздоровления — Д-да, Серге… Серёжа! Я… Я буду очень рад! — почти вскакивает Позов. — Н-но… Как вы… Ты будешь меня учить Ветру, если ты Огонь? — Я тебе об этом расскажу позже, когда ты поправишься, — снова поглаживает его по голове Матвиенко. Дима, несмотря на небольшую боль и головокружение, открывает глаза, и с наслаждением наконец смотрит на своего спасителя. Лица обоих озаряются улыбкой — С... Спасибо