Огонь и Ветер

Наконец, спустя три недели после Диминого падения, Серёжа наконец дал добро на обучение В ту пятницу Матвиенко сильно задерживался в школе, а ученику было безумно скучно, поэтому он всё-таки решился посмотреть ту самую книгу про стихии, о которой рассказывал литературник. Он залез на диван в светлой комнате и попытался дотянуться до переплета. Роста, конечно же, не хватало. Снизу стоял котяра Троп, который, походу, понимал это и словно посмеивался над Ветерком. Поз шумно выдохнул, ведь был настроен слишком серьёзно, чтобы бросать это дело: любопытство двигало им так сильно, как никогда. Он немного подпрыгнул, боясь потерять точку опоры; ему удалось коснуться книги кончиками пальцев. Ветер, чуть смелея, оттолкнулся сильнее, и на этот раз он практически схватил её. Совсем потеряв страх, Димка прыгнул совсем высоко, чуть ли не ударяясь головой об потолок, зато у него получилось взять свою цель. Довольный парнишка даже не заметил, что у него под ногами нет никакой поверхности. А когда он вспомнил о том, что завис в воздухе, довольно плавно каким-то чудом опустился на диван. Одиннадцатиклассник выдохнул, радуясь, что всё получилось, но в следующую секунду его привлёк голос из коридора — Таак, кажется, пора уже начинать, — с широко открытыми глазами констатировал факт Матвиенко. Троп мурлыкнул, как бы поддакивая хозяину. Коротковолосый покраснел, но радостно кивнул, находясь в предвкушении от мысли о том, что скоро научится управлять ветром На следующий день парни проснулись ещё до девяти часов — и что, что суббота! Дима всё находился в воодушевленном волнении из-за возможности освоить свои способности. Но Серёжа не сердился на ученика, наоборот, ему нравилось, что парнишка так стремится к знаниям — Давай, завтракай, и мы пойдём заниматься, — сказал юноше кучерявый, накладывая ему в тарелку пирожки с яблоком и разогревая их в микроволновке — Я не сильно хочу есть, — ответил кареглазый, что, в общем и целом, являлось правдой: он не чувствовал голод, ведь предвкушение буквально истребляло все остальные чувства — Силы тебе понадобятся, поешь, — настоял Матвиенко, доставая тарелку и ставя её перед мальчишкой. Тот вздохнул, но вместе с чаем съел два пирожка, а затем быстро перешёл в зал, где и будет первое знакомство парня со своей силой - не будить же спящего в комнате учителя Тропа — Только не говори, что сначала теория, — настороженно нахмурился Поз, увидев, как Серж листает страницы книги. Учитель посмотрел на кареглазого и по-доброму улыбнулся — Нет, начнём мы как раз с практики. Я сильно подозреваю, что даже небольшая тренировка тебя измотает. И когда ты выдохнешься, я тебе почитаю о само́й стихии, — Позов снова благодарно улыбнулся. Как учителю удаётся так тонко и точно чувствовать его? — Так, что делать? Матвиенко положил книгу на пол перед парнем, чтобы тот видел картинку. Ничего себе, он даже их перерисовал! Ветер присмотрелся. На рисунке были изображены две ладони. Одна была в вертикальном расправленном положении, а вторая будто оберегала первую от чего бы то ни было. — Закрой глаза, — сказал кареглазый. — Представь себе облако или дым. И тебе нужно это облако перенести из одного места в другое. Ты же правша, да? Пусть это облако будет в твоей левой ладони, а правой помоги ему выбраться. Движения пусть будут поступательные, туда-обратно, будто кота гладишь, — кучерявый инструктировал ученика, наблюдая за тем, как он слегка щурится, стараясь сделать то, что от него просили Внутри левой руки появилась какая-то небольшая тяжесть, опускающая локоть. Правая ладонь постепенно выводит это чувство из тела, двигаясь вперёд-назад. Центр ладони был напряжён и даже как-то натянут. — Да, вот так, — тихо подбадривал Огонь. — Поток слабый, но он есть! Хорошо себя чувствуешь? — Да, — закивал Дима. Новые ощущения вызывали у него трепет. — А теперь представь, что туча сгущается. Она постепенно набирает массу, и тебе нужно от неё избавиться. Попробуй увеличить силу потока Поз кивает и думает о том, как большая туча, готовая пролить воду, постепенно выходит из его тела, словно воздух из проткнутого шарика. Это получается, и парень даже чувствует тот самый поток ветра, но туча внезапно сжимается внутри него и резко увеличивается, чуть ли не разрывая кареглазого изнутри. Коротковолосый дернулся и перестал представлять эту тучу, но она продолжала давить куда-то на внутренности, постепенно парализуя — Так, всё, пока хватит, — в волнении облизнул губы Матвиенко, подхватывая Диму за плечо и подавая ему стакан воды. — Для первого раза очень хорошо, молодчинка Огонь помогает Позу сесть на диван, и одиннадцатиклассник ложится на подушку, постепенно словно выдыхая ртом и носом ту воображаемую тучу. Серёжа садится поближе к голове парня и берёт книгу — Про что хочешь послушать? — спрашивает учитель. — История Ветра, генетика, использование сил, побочные эффекты? —… Ты даже темы спрашиваешь? — немного удивлённо тихо спрашивает парень. Он благодарно улыбается. — Спасибо… Ну, давай по порядку, наверное — Тогда история, — кивнул литературник. — Завтра тренироваться наверное не будем, надо будет по состоянию твоему посмотреть, а вот генетику я тебе прочитаю. Может, даже сразу и использование и побочки затронем — Не знал, что у стихии есть побочные эффекты… — пробормотал Ветерок. Он заметил, как кареглазый волнительно прикусил губу, опуская взгляд на страницы, но решил не акцентировать на этом внимания. — Ветры настолько плохи, что единственные имеют побочки? — Нет, нет, что ты, — Серж снова посмотрел на ученика. — У каждой стихии есть своя особенность и своя проблема. Обычно о них говорят вместе, поэтому ты и не знаешь — А… Хорошо, — кивнул одиннадцатиклассник. — Прочитаешь про историю Ветра? — Конечно, зай, — улыбнулся Матвиенко

[° ~ История стихии Ветра ~ °]

• Античность•

В доисторические времена стихия Ветра была самой распространённой. Она довольно ценилась у земледельцев: эти способности позволяли влиять на погоду, прогонять облака перед сбором урожая и задерживать их над полями в период роста посевов. Ветры так же могли себе позволить охоту на птиц, в то время как остальные были вынуждены придумывать виды оружия и тренировать меткость. Имеются предположения, что некоторые пытались улететь в небо за пределы атмосферы, но быстро возвращались, страшась чего-то нового. Несмотря на её распространённость, стихия Ветра была довольно полезной в хозяйстве, и иметь большое количество Ветров в семье считалось даром. В социально-политическом и технологическом аспекте данная стихия большого вклада не вносила, но культурно-религиозная и хозяйственная роли были довольно высоки, что ставили Ветер на вторую позицию по значимости. — Никогда не думал о своих силах в таком ключе… — тихо признался парень, слушая чтение литературника. — Но в то же время это так логично… Что их много использовали когда-то давно. Но почему о таком не рассказывают на уроках той же истории и литературы? — Да времена эти адекватные давно прошли, поэтому силы стали способом похвастаться, — фыркнул Серёжа. — О таком невыгодно рассказывать, Ветерок. Сейчас смысл не в том, чтобы показать, что мы на самом деле одинаковы, а в том, чтобы предоставить сухие факты, иногда даже без контекста, и снова выдвинуть Огней — Но если факты сухие, то почему тогда они всё-таки неправильные?.. — недопонял кареглазый — Ну вот например, помнишь ты из курса истории Дарью Николаевну Салтыкову¹? — ответил тот. — Все говорят, какой она была скрытной и богатой стихийнецей Огня, а вот о том, что она ради утехи убила сотни своих служанок: Ветров, Земель, Вод и иногда даже Огней, — высшие, как ни в чём не бывало, молчат! Причём факт этот найти можно в любом независимом источнике, до которого ещё не добралась цензура школьной программы, — грустно вздохнул учитель. — Дим, сейчас вся она направлена на то, чтобы утвердить Огней как господ и скрыть все их изъяны. О них знают люди, но если об этом начнут говорить — мало не покажется… О, я тебе обязательно почитаю историю и других стихий. Думаю, ты удивишься, когда узнаешь весь путь каждой из них. В средневековье силы Огня вообще считались признаком родства с Дьяволом, поэтому таких варили заживо, а затем, как, например, во Франции, раздавали похлёбки из Огней в бедные деревни! — Что? — в шоке привстал парень. — Огней так зверски убивали? — Да! Ох, история стихий очень интересна. Постоянно какая-то стихия является господствующей и подчиняет себе другие, доказывая, что так и надо. Но как бы мы сейчас не говорили о том, что стихии постепенно перестают становится определяющими в социальном положении человека, ты не понаслышке знаешь, какой это бред. Мы повторяем всё, что уже было в истории, просто в другом ключе —… Ужас… — не нашёл, что ещё сказать подросток. — А был ли момент, когда Ветры были главнее? — Да, как раз-таки времена раннего средневековья, сейчас расскажу. Тогда Ветер считался символом чистоты души и приближением к Богу.

•Раннее Средневековье•

В это время активно развивалось использование ветряных мельниц и мореплавания, что послужило главной причиной возвышения Ветров. Стихия стала считаться высшей и по социально-политическому аспекту: считалось, что Ветры более располагают к эффективной торговле, чем остальные стихии; на это, разумеется, повлияло и культурно-религиозное составляющее общества. Прим.: В упадке античной культуры и развитии варварских государств Ветры практически не участвовали, либо об этом утеряны данные. Переселение народов значительно повлияло на количество стихийников Ветра: более южные поселения стали полны Огней, а более северные — Водами. У горных жителей же, напротив, отметили высокий прирост Ветров. Историки утверждают, что стихиям было важнее приспособится к месту жительства, поэтому наследственность играла менее важную роль — Наследственность играла менее важную роль?.. — недоуменно повторил Позов — В генетике об этом написано, — объяснился Серёжа. — Об этом, конечно, совсем совсем мало знают… Но, по логике, всё работает именно так — Что ты имеешь в виду? — Этой книге больше пятидесяти лет. Автор, выпуская её, точнее, оставляя в той самой библиотеке, «для будущих поколений», выдвинул одну теорию, которая подтверждается историческими фактами, но они, к сожалению, очень отдалены от нас, чтобы подтвердить их — То есть теорема есть, а доказать не получается? — Грубо говоря да. В теории, в каждом из нас есть частичка каждой стихии — это объясняет, почему человек может овладеть любой из них, — просто одна из них является господствующей в организме. При комфортных условиях без особой на то необходимости в теле развивается та стихия, которая сильнее остальных по наследственному признаку. Но если в раннем возрасте организм сталкивается с низкими температурами, изнуряющей жаждой, дымом большого города или прочими ненормальными условиями — тело бросает все силы на защиту той стихии, у которой больше всего шансов на выживание в этом регионе… — Литературник бросил взгляд на страницу книги и вспомнил, что до этого говорил про историю. — Я тебе подробнее расскажу позже, хорошо? Генетика — тоже вещь интересная, там столько неразберих… Но, думаю, тебе всё-таки захочется услышать, почему… — Он на секунду умолк и продолжил уже тише: — с тобой так поступили родственники — Они, как и все, думали, что стихия зависит от генетики, — кивнул парень. — А всё гораздо сложнее — В общем, да. «Смышлёный он», — не решился произнести вслух литературник

•Высокое Средневековье•

В 11 веке власть Ветров постепенно начинала спадать. Ветряные мельницы и судоходство так же были важными аспектами, но наибольшое развитие в этот период получили гидротехнические сооружение и стройка городов. Социальная политика отпустила данную стихию на третье место: Ветры продолжали торговлю и молку хлеба, но по стихии теперь было гораздо труднее найти работу. Тем не менее церковь продолжала считать данную стихию родственной с ангелами, что не давало Ветру опуститься в самый низ. — А остальные стихии на каких местах? — попутно задаёт вопросы Позов. Он уже привстал с дивана, чтобы заглядывать в книгу через плечо учителя. — Хм-м… Точно я не вспомню, но главенствующей однозначно была Вода. Думаю, что низшими тогда считались Огни, но, честно, я не уверен, — отозвался тот. — Это можно будет посмотреть в хронологических таблицах в конце. Но сначала надо историю всех стихий прочитать, потому что там описывается причины отношения общества к этой стихии — Ааа, — Димка кивнул и положил голову на плечо учителя. Обстановка стала совсем домашней и уютной, и он показывал, что доверяет

•Позднее Средневековье•

Ветры остаются на третьем месте. Развитие технологий продолжалось, требовались немалые усилия Вод и Земель для научных прорывов. Среди Ветров были известные ученые, такие как Альберт Саксонский² и Иоганн Гмунден³, но большую славу себе забирали другие стихийники. Почти вся церковная власть была сосредоточена в руках Земель, и Ветры, как, по мнению церкви, воплощение чистоты и невинности, всегда могли найти кров и помощь в храмах и соборах. Бо́льшую часть сельского населения составляли именно Ветры. — А Огни? — спросил парень — Их сжигали, — довольно тихо ответил Серёжа. — Сначала они работали за копейки в кузницах, а за малейшую провинность их пускали, например, на похлёбки, как я уже говорил, во Франции — А нельзя как-нибудь обойтись без этого всего? — поморщился коротковолосый — Тот же вопрос, — вздохнул учитель

•Новое Время•

Продолжалось развитие морских портов, торговли, городов и науки. Промышленная революция кардинально изменила отношение общества к Ветрам — от помощников ангелов и способных сельских рабочих до бесполезных стихийников и расходного материала. Ветры, родившиеся в знатных семьях, вносили свой вклад в развитие астрономии и аэродинамики, но многие из них так и остались незамеченными из-за стихийного деления. Только для церкви Ветры сохраняли свою невинность. Поэтому многие нищие подавались в храмы. Но нельзя было допустить, чтобы об этом знали высшие: религия бы лишилась финансовой поддержки государства. Беженцы старались скрывать свои метки или даже прибегали к обману и рисовали поверх Ветра метку Воды. — А вода на каком месте была? — На третьем, мне кажется. Согласись, было бы очень рискованно ставить себе сильно высокую метку, — ответил Матвиенко, перелистывая страницу

•Новейшее Время•

С приходом новых технологий и военной техники силы Ветров использовались всё реже. Вера продолжала опекать данную стихию, но важного значения она не играла до начала освоения космоса: способность дышать различными элементами пригодилась только там. Великие космонавты, такие как Юрий Гагарин, Валентина Терешкова, Нил Армстронг и Алексей Леонов⁴ были представителями именно Ветра, так как перегрузки и невесомость они переносили гораздо легче остальных стихий. В военное время большинство лётчиков, разведчиков и партизанов так же обладали силами Ветра. Несмотря на это, лидирующую позицию данная стихия больше не занимала. — Гагарин был Ветром? — хмуро переспросил Дима. — Из курса начальной школы не помню такого… А, стоп, — кареглазый хлопнул себя по лбу. — Точно же… Так, погоди, даже в интернете нельзя найти его стихию? — Можно, конечно, просто надо знать, где искать, — ответил кучерявый. — Да и потом, это книга примерно в семидесятых годах была же написана. Тогда стихии известных людей ещё не цензурили. А сейчас обойти это могут представители только одной стихии, — закончил тот, закрывая книгу и складывая её обратно на высокую полку — Ясно… — вздохнул Позов. Он несколько секунд смотрит в одну точку, а затем предлагает: — А мы можем фильм какой-нибудь посмотреть? Кино любишь? Матвиенко через несколько мгновений мило улыбается и берёт ладонь ученика в свою руку — Конечно, люблю. Как к научной фантастике относишься?