Давно не виделись, Поттер

      Все, да не все.       На данный момент можно было с уверенностью сказать, что для Гарри Поттера это утро было не лучшим. Скорее, наоборот, оно было вполне достойно звания "Одно из худших в жизни".       Не сказать, чтобы у Гарри в приницие когда-нибудь появлялись проблемы с алкоголем, скорее наоборот. В запои он никогда не уходил, пил крайне редко, и даже во время традиционных посиделок с друзьями его максимумом была пара кружек пива. Но всё рано или поздно случается впервые, не так ли?       К жутчайшему похмелью, которое с первой секунды начало нежно, но часто бить по мозгам, присоединились полная дезориентация из-за потерянных очков, а также неожиданно открывшаяся нагота. Ну, не полная, нижнее бельё на нём всё же осталось, как и носки, но кроме них и одеяла на Герое не было ровным счётом ничего. Не выдержав головной боли, Поттер застонал, проведя рукой по торчащим во все стороны волосам. Проведя мутным взглядом по комнате он даже по общим очертаниям не смог определить, где находится, но одно можно было сказать точно: он был не у себя, не у друзей и, к счастью, не в Норе.       — Проснулся? — Послышался знакомый голос. — Твои очки на тумбочке.       — Малфой? — Ошеломлённо пролепетал Гарри. — Что ты здесь делаешь?       — Действительно, что же я здесь делаю, в своей-то квартире.       Кое-как Гарри удалось нащупать свои очки и нацепить их на нос. А когда картинка стала чёткой, слова Малфоя подтвердились: он действительно находился у него дома, в квартире, которую тот снял после инцидента на Рождество.       Эта квартира, как и предыдущая, была скорее студией, и расположена была всё так же на чердаке. Гарри до сегодняшнего дня был здесь лишь однажды, и во время его прошлого визита Малфой пояснил, что такие квартиры снимать дешевле, к тому же, ему одному места нужно было не так много.       Но был у чердачных квартир и огромный минус, который из-за зимнего сезона и в своем нынешнем состоянии Гарри прочувствовал в полном объёме: было невероятно холодно. Не придумав ничего другого, Поттер сел на кровати и посильнее закутался в одеяло.       — А п-почему я голый? — Спросил он и повернулся к Малфою, непроизвольно стуча зубами от холода. Тот стоял к нему спиной в той части квартиры, которая была отведена под кухню.       — Даже не знаю. Возможно, потому что ты пришёл ко мне настолько пьяным, что обблевал всё вокруг, включая себя любимого? — Его голос, несмотря на саркастичную речь, был на удивление спокойным.       — Ох блять... — Пролепетал Гарри, откинувшись на спину. Рука рефлекторно поднялась к лицу. — Прошу, скажи мне, что я больше ничего не успел натворить. Малфой не ответил, лишь продолжил заниматься своими делами. Судя по звуку исходящей из крана воды, он мыл посуду.       — Почему ты не сказал, что тебя выписали?       И снова ответом ему была тишина. Поттера это отнюдь не разозлило — учитывая обстоятельства и то, как он сюда впринципе попал, он не имел на это права; но атмосфера между ними уже начала накаляться, что не могло не заставить его напрячься и приготовиться к худшему.       Тем более, что последним, что Гарри помнил была середина предыдущего дня, когда он впринципе решил прикоснуться к бутылке огневиски. Он находился у себя дома, в гостиной, после чего будто по волшебству очутился здесь. И единственным человеком, который знал, что произошло между этими двумя событиями, намеренно игнорировал его и последовательно не отвечал ни на один из его вопросов.       — Малфой, прости ме...       В этот раз реакция всё же последовала, однако совершенно не та, на которую Поттер рассчитывал. Вместо слов, Малфой вдруг резко развернулся и с силой швырнул на пол свежевымытую тарелку. Звук разлетающихся осколков легко заглушил голос Гарри, так и не дав ему договорить.       — За что ты на этот раз решил извиниться, а, Поттер? — Произнёс Малфой с нескрываемым раздражением. — Давай, договаривай! Только вот что-то мне подсказывает, что извиняться ты будешь явно не за те вещи, за которые тебе бы стоило.       Это был первый раз за последние несколько дней, когда Гарри смог увидеть его вживую. И выглядел Малфой куда лучше, чем в день допроса.       Первым, что Гарри для себя отметил, было то, что Малфой наконец-то спокойно мог стоять на ногах, в отличие от прошлого раза. Раны на лице также успели зажить, единственным выделяющимся местом остался пластырь на носу и серо-фиолетовые пятна под глазами. Также его правая рука оставалась на перевязке. Когда в тот раз он упал в обморок, целитель по просьбе Гарри пояснил, что так как она не зажила до конца, падение всем весом тела вновь повредило кости. Одет Малфой был в привычную для себя домашнюю одежду в тёмных тонах: черная рубашка с брюками в серую полоску и красно-зелёные тапочки на ногах.       — Я... не знаю, что на меня нашло, — шумно выдохнув, произнёс Гарри. — Я вчера жутко напился, и клянусь, я вообще не помню, что вчера произошло! Прости, если...       — Да что ты говоришь! — Малфой вновь повысил голос, повернулся к столешнице, взял ещё одну тарелку и швырнул её, на этот раз чуть ближе к Поттеру. — Как удобно ты устроился! Не хватило духу поговорить со мной трезвым, так ты напился, ввалился ко мне посреди ночи, наговорил всякой херни, а наутро, видите ли, всё забыл! Потрясающе, лучше просто некуда!       С последними словами Малфой швырнул ещё одну тарелку, и на этот раз она долетела аж до кровати и, подпрыгнув, улетела чуть дальше, на пол. И пусть всё обошлось, но Малфой, увидев, что тарелка пролетела буквально в полуметре от Поттера, мигом сбавил обороты и даже немного успокоился.       Сам же Гарри всё это время, не отрываясь, смотрел на Малфоя, не зная, что можно сказать в подобной ситуации, однако когда последняя тарелка чуть не прилетела в него, невольно отвернулся, отшатнулся к стене и поджал под себя ноги.       — Прости, я перегнул палку.       Малфой откинулся немного назад, спиной уткнувшись в столешницу. Взгляд невольно опустился к полу, покрытому осколками, и через несколько секунд он почувствовал, что колени начали дрожать. Дело было в общей усталости, которая даже спустя больше недели с момента высвобождения стала его постоянной спутницей, или в том, что он только что чуть не покалечил любимого человека, в этом он сейчас разбираться не хотел. Когда ноги ослабли окончательно, Малфой плавно опустился на пол, стараясь при этом не задеть ступнями осколки и не повредить руку.       — Малфой, что с тобой? — Оклемавшийся и от шока, и от похмелья Поттер, заметив эту сцену, тут же скинул с себя одеяло и поднялся на ноги. — Ты...       — Я в сознании, всё в поря... — На полуслове он запнулся и вдруг невольно улыбнулся, издав странный смешок. — Да какой уж тут порядок?..       Откинув голову назад, он провёл здоровой рукой по волосам и постарался привести в норму дыхание. Поттер тем временем, не решившись подойти ближе, сел обратно на кровать. Соображать ему всё ещё давалось с трудом, так что не придумав, как продолжить разговор, он решил подождать, когда это за него сделает Малфой.       — Ты спрашивал, не натворил ли ты вчера дел. Рассказать?       — Да.       — Хорошо. Но учти, что если ты решишь избавить себя от позора и выброситься из окна, остановить я тебя не смогу чисто физически.       На мгновение Гарри почувствовал, что что-то внутри него похолодело. Вариантов того, что он мог вчера сделать и сморозить, была масса, и один из них уже был официально подтверждён. И всё же Малфой не выставил его за дверь, как только Гарри очнулся, а это говорило только о том, что он не успел за эту ночь сделать ничего критически ужасного.       Кивнув, Гарри дал свой ответ, и Малфой, увидев его согласие, вздохнул.       — Ну, я предупредил. С чего же начать? С того, что ты колотил в дверь как сумасшедший? Или с того, что как только я впустил тебя, ты упал мне в ноги и начал рыдать?       — Ох, блять... — О своём решении Гарри успел пожалеть спустя каких-то несколько секунд. Но отступать было слишком поздно, а потому он постарался притупить чувство стыда и задал встречный вопрос. — Я что-нибудь говорил?       — Говорил ты минут тридцать без перерыва, — хмыкнул Малфой, склонив голову на бок. — При чём всё это время ты стоял на коленях и держал меня за рубашку. Сначала извинялся за то, что так долго не мог заставить себя прийти ко мне в больницу. Потом за то, что из-за тебя со мной произошли последние события, и поклялся, что мой штраф ты оплатишь из своего кармана. Ну а потом начал закидывать комплиментами. Говорил, что я потрясающий, раз даже после такого остался в своём уме, а под конец заявил, что я безумно сексуальный и признался, что уже давно хотел попробовать секс с верёвками, но после всего произошедшего поклялся, что навсегда откажешься от этой идеи. А потом ты обблевал себя, меня, весь пол и вырубился прямо на пороге.       — Ёб твою мать! — Не сдержавшись, Гарри постарался закрыть уже покрывшееся от стыда пятнами лицо руками и максимально прижал торс к коленям.       — Кстати говоря, мою палочку мне так и не отдали, поэтому отмывать пол и тащить тебя до кровати мне пришлось одной рукой, без помощи магии. Я пробовал воспользоваться твоей, но она мне, к сожалению, не подошла, — Малфой расплылся в ехидной улыбке, уперев подбородок в ладонь. — Только за это ты мне должен как минимум сегодня сходить за покупками.       — Какой кошмар... Почему ты не выставил меня за дверь?.. Или вообще, почему ты не убил меня на месте?       — Ещё раз так пошутишь, и больше ты меня никогда не увидишь, — на удивление серьёзным голосом произнёс Малфой. — Не сейчас, Поттер.       — Извини, — Гарри, наконец, смог заставить себя поднять голову и убрать руки. — Я... я даже не знаю, что сказать...       — Всё то же самое, но трезвым, Поттер. Я уже устал от того, что мы всё никак не можем нормально поговорить.       Малфой наклонился немного вперёд и, опираясь здоровой рукой на столешницу, постарался встать, но тут же рухнул обратно с глухим стоном. Гарри отреагировал моментально: вскочил на ноги и, старательно избегая осколков на полу, подошёл к Малфою и поднял его на руки.       — Ты что делаешь?! — Драко опомнился только тогда, когда Гарри уже понёс его к кровати. Его лицо тут же налилось краской.       — Помогаю, — невозмутимо ответил Гарри. — Ты разве против?       — Я не настолько беспомощный, Поттер! — Малфой покраснел ещё сильнее. Усугублял ситуацию и чересчур близкий контакт с оголённым торсом Поттера. Он был настолько горячим, в прямом смысле этого слова, что Малфою показалось, будто его кожа даже через рубашку начинает плавиться.       — Можешь считать это романтическим актом, — к этому моменту Гарри уже приблизился к кровати, и, встав на неё коленями, бережно опустил Драко ближе к спинке. — Ты же меня ночью спать уложил, верно?       — Ой, иди ты в задницу, — вздохнул Малфой, закрыв глаза рукой.       — Схожу, как только ты выздоровеешь.       — Если с верёвками, то я согласен.       От неожиданности Гарри поперхнулся и сразу же закашлялся. Малфой с нескрываемым удовлетворением смотрел за его покрасневшим лицом и попытками скрыть своё смущение.       — Не подскажешь, где моя палочка? И одежда...       — Палочка там, на столе, а одежда в ванной. Уж извини, но стирать одной рукой это выше моих сил.       — Понял-принял.       — Что ты хочешь сделать, Поттер?       — Ты же сам сказал, что нам нужно поговорить, — Гарри встал и, быстро оглядев комнату, пошёл за своей палочкой. — А разговаривать, пока я почти голый, будет такой себе идеей.       — Жаль. Я как раз хотел полюбоваться подольше, — усмехнувшись, сказал Малфой, чем снова вогнал Поттера в краску.       Пока Гарри разбирался со своей одеждой, чинил разбитую посуду и время от времени заглядывал в шкафчики на кухне, чтобы понять, что можно приготовить на завтрак, Малфой тем временем спокойно лежал на кровати с очередным томом Травмотологии, любуясь проходящим мимо и всё ещё полуголым Поттером. На его рубашке, как оказалось, было порвано несколько пуговиц, найти которые не представлялось возможным, а потому Гарри, махнув рукой, продолжил ходить в одних штанах.       — Так, у тебя есть пачка яиц...       — Протухли, пока меня здесь не было.       — ...пакет песочного печенья...       — Его мой желудок пока что не переварит.       — ...и коробка овсяной каши.       — Сойдёт.       — Тебе составили диету? — Гарри повернулся к Малфою, всё ещё держа в руках овсянку.       — Да.       — Тогда перечисли всё, что тебе можно есть и что нельзя. Я схожу в магазин, приготовлю тебе что-нибудь нормальное.       — Не запаривайся ты так сильно, — Малфой усмехнулся. — Каши будет вполне достаточно, и мне, и тебе, учитывая алкогольное отравление.       Кивнув, Гарри приступил к готовке. Засыпал кашу в кастрюлю, залил её водой по инструкции, зажёг магией огонь на плите. Убедившись, что всё стоит как надо, он было потянулся к чайнику, но сначала решил уточнить.       — Чай-то тебе можно?       — Вполне.       — Кстати, сколько продлится твой больничный? — Поставив рядом с кастрюлей чайник, спросил Гарри. — И как долго тебе нужно придерживаться диеты?       — Больничный отпуск подписан на месяц, а вот на счёт диеты точных ограничений нет. Как только перестану блевать от запаха жареного, наверное, — Малфой хрустнул шеей и сел.       — Ясно.       Гарри отвернулся и начал поиски подходящей посуды. Правда, сделал он это скорее для того, чтобы скрыть нарастающее чувство вины.       Даже когда он просто поднял Малфоя на руки, на Гарри вновь накатили воспоминания о последних событиях. Его тело было пугающе лёгким, практически невесомым, и связано это было далеко не с его собственной развитой мускулатурой. Он прекрасно знал и от целителей, и тем более убедился в этом во время допроса: Малфой сильно потерял в весе из-за длительной принудительной голодовки. И пусть Гермиона и даже сам Малфой сколько угодно раз повторяли ему, что это не его вина, Гарри ничего не мог с этим сделать.       — Поттер, ты опять за своё?       Гарри едва не подскочил от неожиданности, когда голос Малфоя раздался прямо рядом с ним. Отшатнувшись в сторону, он едва не задел Драко рукой.       — Извини! Я... — Поняв, что ситуация на свадьбе Джинни чуть не повторилась, Гарри ужаснулся и застыл на месте, так и не закончив предложение.       Малфой быстро скользнул взглядом по его лицу, и, моментально считав его мысли, протяжно вздохнул. Затем, сделав шаг в его сторону, протянул левую руку к его голове, наклонил её немного ниже и медленно, но с чувством поцеловал в губы. От неожиданности Гарри вздрогнул. Прикосновение чужих губ оказалось коротким, но сработало так, будто Малфой плеснул ему в лицо водой, а когда он отстранился, необычайно мягкий взгляд серых глаз окончательно его успокоил.       — Успокойся, Поттер, всё в порядке. Ну, за исключением того, что у тебя каша пригорает.       Выдвинув один из ящиков, Малфой достал оттуда ложку и, погрузив её в кастрюлю с овсянкой, начал аккуратно помешивать.       — Ты всё ещё загоняешься? — Спрокойно произнёс он, не отрывая взгляда от каши. Не получив ответа, Малфой вздохнул. — Так и думал.       — Я понимаю, что тебя это раздражает, но я ничего не могу с этим сделать.       — Меня раздражает не то, что ты чувствуешь вину за произошедшее, — вытащив ложку, Малфой оценил кашу на вкус. Скривившись, он потянулся за сахарницей и солонкой. — А то, что из-за этого ты ведёшь себя неадекватно и предлагаешь мне с тобой расстаться. Поверь, мне тоже мало радости смотреть на то, как ты мучаешься. Но тогда у меня к тебе вопрос: что я могу сделать, чтобы помочь тебе?       Гарри удивлённо уставился на Малфоя. Малфой тем временем снизил огонь, надел на кастрюлю крышку и со спокойным лицом повернулся к нему.       — Мне кажется, это я должен спрашивать тебя об этом, — Гарри нахмурился и попытался отвернуться, но Малфой мягко остановил его, ладонью повернув его лицо обратно в свою сторону.       — Это не взаимоисключающие вещи, Поттер. Вчера ты сказал, что оплатишь мой штраф. Скорее всего будет именно он, верно?       — Учитывая все твои показания, да. Тем более, ни я, ни Гермиона и никто из моих коллег не допустим того, чтобы ты получил срок.       — Не суть важно. Если ты сам его оплатишь, тебе станет легче?       — ...да. Но этого недостаточно. Ты ведь мог не только остаться инвалидом, но и погибнуть...       — Хорошо. Тогда можешь приносить мне продукты, пока я не поправлюсь. Ещё время от времени мне нужны будут зелья и ингридиенты из аптеки и кое-какие книги. И мне бы не помешало вернуть мою палочку.       — Пока не закончится судебный процесс, она будет проходить как вещдок, так что вряд ли получится вернуть её сейчас.       — Ну, тогда сходишь со мной в магазин Олливандера, купим новую. Заниматься домашними делами без магии и тем более одной рукой это то ещё испытание, я тебе скажу.       — Я могу приказать Кикимеру, чтобы он делал всё за тебя. Он тебя просто обожает, думаю, против не будет.       — Как скажешь. Со средствами у меня, как ты знаешь, до сих пор туговато, и я не против сэкономить шесть галлеонов на новую палочку.       — Говоришь так, будто я бы позволил тебе заплатить за неё самому.       — Вот как? — Малфой вдруг улыбнулся и пожал плечами. — Теперь-то тебе полегчало?       Гарри с удивлением обнаружил, что так оно и было. Впервые за все эти дни он искренне мог сказать, что чувствует облегчение. Возможно, дело было не только в предложенном Малфоем варианте решении проблемы, а в том, что именно он его предложил. Ведь одной из самых ненавистных Драко вещей было чувство, что он от кого-то зависит, и тем более ненавидел оставаться в долгу. Они ни разу это не обсуждали, но всё же эту черту его характера Гарри подметил достаточно давно. Ведь именно поэтому Малфой дважды отказался съезжаться, даже в самый финансово сложный для себя период, и именно поэтому в ресторанах и в любых других местах для свиданий он всегда платил за себя сам, даже если это било по его карману.       Но он пошёл Гарри навстречу, пошёл наперекор своим принципам и наступил на горло своей гордости только ради него, ради того, чтобы помочь ему облегчить его ношу. Осознав и прочувствовав это, Гарри не сдержался и обнял его, стараясь при этом не задеть его больную руку. Малфой, пусть и не ожидал этого, но на объятия ответил, положив левую руку ему на спину, мягко приглаживая.       — Это всё, конечно, замечательно, но поесть-то мы сегодня сможем?       — Кстати, Поттер, на счёт твоих фантазий с верёвками...       Вместо ответа Гарри, который в этот момент как раз запивал новую порцию каши чаем с малиной, смачно поперхнулся, закашлялся и во время кашля запачкал весь стол. Когда ему всё же удалось прийти в себя и убрать беспорядок, всё его лицо покрылось красными пятнами.       — Ты опять об этом...       — Я не против.       Удивлению Поттера не было предела. Сначала он с широко распахнутыми глазами уставился на Малфоя, а затем, не выдержав, снова зашёлся звучным кашлем. Малфой же преспокойно продолжил завтракать, при чём с таким видом, будто они обсуждали погоду или экономические вопросы Британии.       — Ты серьёзно?       — Поттер, если бы не моя рука и тот факт, что я сейчас даже по лестнице с трудом спускаюсь, я бы хоть сейчас на тебя накинулся, — Малфой ехидно улыбнулся, положил ложку и сделал рукой жест, указывая на оголённый торс Гарри.       — Но ты же две недели...       — Я не боюсь снова быть связанным, если это ты. Ну а если уж ты хочешь связать меня и трахнуть, то почему я должен быть против? — Увидев несходящее недоумение на лице Гарри, Малфой задумался, потянулся к чаю и после небольшой паузы продолжил. — Ладно, давай тогда так. Хочешь знать, почему я сбежал? Вернее, почему я смог сбежать.       Гарри не знал, что на это можно ответить, а потому снова лишь промолчал. Малфой же потянулся к нему и взял за руку, глядя прямо в глаза.       — Если бы меня похитили каких-то несколько месяцев назад, мне было бы плевать, что со мной будет дальше. Но именно ты стал причиной, по которой моё отношение к жизни изменилось. Я нашёл свой смысл, который раньше не замечал в упор, и все те две недели я думал о том, как мне сбежать, я смог это сделать только потому, что теперь мне есть что терять, если я умру. Я хотел вернуться обратно, хотел вернуться к тебе, и именно поэтому я не мог понять, почему ты чувствуешь себя виноватым. Твоё появление изменило меня, и теперь, даже если мы с тобой всё же расстанемся, как ты и предлагал, мне будет ради чего жить дальше. Мой смысл в том, чтобы быть счастливым, и здесь и сейчас я счастлив. С тобой.       Несмотря на бурлившие внутри эмоции, Гарри не смог выдавить из себя ни слезинки. Малфой продолжил ему открываться, пусть на это и ушло достаточно много времени, и чтобы хоть как-то показать свою признательность, Гарри поднялся, подошёл к Драко и снова обнял, всё так же бережно и нежно.       Прошло не меньше пяти минут, прежде чем тишина, образовавшаяся в этом прекрасном моменте, вновь прервалась.       — Ну так что на счёт секса с верёвками?       — Малфой, блять!