Моя

      Поезд замедляется, пробираясь сквозь пробуждающийся город. Нью-Йорк встречает нас ритмом своих улиц, ещё сонных, но уже готовых поглотить вечно спешащих людей. Логан сидит напротив, сосредоточенно сверяясь с картой, которую мы добыли у наёмников. Проводит пальцем по отмеченным точкам, и в его глазах мелькает напряжение.       — Нам нужно проверить все эти места, — говорит он, словно это уже решённый вопрос.       Я ловлю его руку, прежде чем он успевает убрать карту.       — Дай мне немного времени, — я делаю паузу, чтобы он посмотрел мне в глаза. — Я хочу сначала проведать одного человека. Он может помочь нам.       — Кто этот человек? — Его тон настороженный, как у зверя, уловившего посторонний запах.       — Старый друг, — стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно более нейтрально, пытаясь даже не заикнутся о прошлых связях. — Его зовут Хэнк. Он учёный и настоящий гений. Если кто-то и сможет разобраться с амулетом быстрее нас, то это он.       Логан смотрит на меня пристально, как будто оценивает, стоит ли мне доверять в этом вопросе. Наконец он отводит взгляд, но я вижу, что он всё ещё не до конца уверен в моём предложении.       — Ладно, — говорит он неохотно, убирая карту. — Но если твой Хэнк окажется очередным шарлатаном, не говори потом, что я тебя не предупреждал.       — Оставь свои когти при себе, — усмехаюсь я, хотя от его слов внутри что-то неприятно сжимается.       Когда мы выходим из поезда, ветер с Гудзона приносит с собой запахи большого города, асфальт, дым и что-то металлическое. В отличие от Логан, Нью-Йорк всё ещё кажется мне домом, несмотря на всё случившееся тут.

***

      Мы поднимаемся по старым скрипучим ступеням, ведущим в лабораторию Хэнка. На дверной табличке выцветшая надпись: «Д-р Генри МакКой». Он открывает дверь, встречая нас лёгкой, но искренней улыбкой. В свои тридцать с небольшим он всё такой же, как и раньше — спокойный, уверенный, с лёгким налётом старомодности в манерах. Его взгляд цепляется за Логана, и он чуть медлит, прежде чем подать ему руку.       — Клэр, рад тебя видеть, — говорит он, и его голос обволакивает меня тёплой волной воспоминаний. — Это твой… напарник?       — Напарник, — подтверждает Логан, его рукопожатие крепкое, взгляд настороженный. — Логан.       — Давно не виделись, Хэнк, — перебиваю я, чувствуя, что сейчас не время для воспоминаний, заключив его в короткие объятия. — И я тут в корыстных целях.       Он сразу становится серьёзнее, его глаза мгновенно переключаются на меня.       — Конечно. Что-то случилось?       — Помнишь часы, которые ты мне подарил? — Начинаю я, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее. — Они сломались. Проблема в том, что перед этим они начали бить током каждый раз, когда я была на грани агрессии.       Хэнк морщится, словно что-то не сходится в его расчётах.       — Это странно. Я специально настроил их так, чтобы они стабилизировали твои эмоции. Они не должны были причинять боль. Покажи.       — Их уже нет, — признаюсь я. — Они были повреждены во время погони, и я их потеряла. — Хэнк кивает, но в его глазах появляется что-то тревожное. — Тут скорее проблема даже не в них.       — Господи, что произошло? Почему на тебя охотились?       Я колеблюсь всего мгновение, прежде чем решится на правду.       — Из-за этого, — вытаскиваю амулет из-под рубашки, чувствуя его холодный камень на коже. — Это был подарок нашему музею, но теперь за ним гоняются наёмники. И это не просто побрякушка. Он странно на меня влияет.       Хэнк тянется к амулету, но вдруг замирает, его пальцы так и не касаются артефакта. Лицо резко бледнеет, и он отступает на шаг.       — Чёрт, — шепчет он, едва дыша. — Я не могу к нему дотронутся. Что-то… неправильное исходит от него.       Я смотрю на него, и вдруг чувствую, как холодный пот проступает на лбу. Логан, стоявший всё это время чуть позади, поднимает голову, втягивая носом воздух.       — Пахнет… чем-то химическим, — говорит он тихо, его когти невидимо появляются из-под кожи. — Запах поменялся.       Сердце начинает стучать быстрее, как будто предчувствуя, что что-то идёт не так. Хэнк, продолжая смотреть на амулет, будто загипнотизированный, медленно поднимает взгляд на меня.       — Дерьмо! — Логан моментально хватает меня за предплечья, отстранив от Хэнка на несколько шагов.       Всё ещё держа за плечи, нос Логана продолжал морщиться, а Хэнк лишь упёр подбородок в кулак, смотря куда-то себе под ноги.       — И что это было? — Немного отдышавшись, оглядываю Логана.       — Старый запах вернулся.       — Значит, мне не показалось. — Констатировал Хэнк, снова попытавшись приблизится. — Скажи если запах снова поменяется. — Коротко посмотрел он на Логана, встав напротив меня и протянув руку к амулету на шее. Логана снова дёрнул меня, прижав меня спиной к его груди.       — Изменился.       — Ты сказала, что это подарок музею, — продолжил он. Я кивнула. — Что по документам?       — Вроде, там было указано сохранить анонимность дарителя. — Хэнк пристально посмотрел на меня, пока на моих губах растягивалась улыбка. — Само собой я узнала от кого он прибыл. От Фонда Траска, вроде это какой-то уважаемый филантроп и коллекционер антиквариата, подарил его с целью сохранения и изучения в рамках экспозиции музея.       — Траск. — Хэнк снова упёрся подбородком в кулак, что-то обдумывая. — У меня вроде остались стати месячной давности. — Начал он рыться в большой кипе бумаг и газет. — Помню, я что-то читал об этом фонде… Вот! — Вытащив нужную газету, стопка сверху рассыпалась на пол.       — Извини. — Стала я подбирать бумаги.       — Ничего. Оставь. — Помог он мне встать, указывая на нужную статью.       — «Неудача в Новом Проекте Траска: Технология, Оказавшаяся Уничтоженной в Результате Внутреннего Конфликта и Несчастного Случая», Чикаго, 15 июля 1974. Что… что это? — Подняла я на него глаза. — Это произошло за месяц до прибытия амулета в музей.       — В лаборатории Траска недавно случилась трагедия, — начал Хэнк, так и не дав нормально прочитать статью. — Один из исследователей погиб при странных обстоятельствах, и многие говорят, что это связано с их последними экспериментами. Пропали данные и образцы, и Траск считает, что за этим может стоять что-то из вне.       — И это должно меня успокоить?       — Это ведь зацепка! — Вдруг воскликнул он. — Можно поговорить с этим Траском, и понять, что… — Логан что-то сказал, пытаясь привлечь наше внимание, но я была сосредоточенна на словах Хэнка, уже придумывающий план. Это могло бы многое разъяснить.       — Секс на трассе! — Громче воскликнул Логан, и я моментально оглянулась на него. — Наконец-то. Пора валить. — Всматривался он в окно.       — Меня всё это задрало! Задрало бегать. Прятаться. — Встряхнула я руками, направляясь к двери.       — Стой-стой, Клэр. — Удержал Логан меня за локоть прямо у двери. — Это может плохо кончится.       — Мне как-то по боку. — Вдруг мы одновременно устремили взгляд к двери, которая открывалась.       Я тут же попыталась её закрыть, ударив входящего лбом о дверь. Глухой стон и тело тяжело обрушивается на пол с громким грохотом. Откинувшись в сторону, замечаю застывший в ожиданий серьёзный взгляд Хэнка. Без колебаний я прошу прощения, молниеносно бросая взгляд на него, прежде чем врываться в бой.       — Извините, Хэнк! Мы потом всё объясним!       Мой взгляд скользит по предметам лаборатории, нужно пробиться через эту преграду, чтобы выжить. Слышу крики и вижу, как новые наёмники начинают заполнять пространство, их движения точны и чётки. Молниеносно вырываю с полки стеклянный сосуд и использую его как оружие, разбивая его об голову одного из нападавших, моментально оттолкнув мужчину ногой. Внутри растёт неукротимая волна ярости, и руки начинают пылать жгучей болью от порезов, которые я не сразу заметила.       Дверь снова открывается, и я уже готова к следующему нападающему. В очередной раз наношу удар, ощущая, как кровь горячей волной бурлит в венах, когда вырываюсь из этой мясорубки. В этот момент я осознаю, что не смогу удержаться надолго.       В момент, когда я врываюсь в бой и начинаю сражаться, Логан, молниеносно приближается ко мне. В его глазах мгновенно читается решимость и тревога. Выпускает когти, словно орудие для разрушения, и бросается в бой, расправляясь с врагами, которые пытаются нас окружить. Каждый удар его когтей точен и смертоносен. Он сражается, не оставляя пространства для врагов, словно они просто часть его отчаянного плана по выживанию.       Он ловко избегает атак, используя свои способности и навыки, чтобы обеспечить нам путь к выходу. В моменты, когда он замечает, что я зажата, использует свои когти, чтобы расчистить путь. В его действиях нет ни малейшего намёка на страх, только беспокойство и стремление защитить.       Видя, как я сражаюсь с наёмниками, он изо всех сил пытается поддержать меня. Глаза полны решимости, а движения слажены и точны. Каждое его действие направлено на то, чтобы обеспечить наше безопасное бегство.       Как только я пробираюсь через лабиринт коридоров, Логан спешит вперёд, придерживая меня за руку. Мы вместе действуем, синхронно сражаясь, чтобы прорваться через преграды, которые пытаются нас остановить. Время от времени он поворачивается ко мне, быстро проверяя, всё ли в порядке. Каждое его движение полное напряжения и фокуса, а его глаза отражают предельное беспокойство.       Когда я достигаю выхода, он помогает мне выйти из здания, и мы оба понимаем, что нам нужно действовать быстро. Он внимательно следит за каждым нашим шагом, готовясь к следующему удару, если это будет необходимо. Оберегает меня, как бы подставляя себя под удар, и все его действия направлены на то, чтобы обеспечить наш выход.       Наконец, когда мы оба выбираемся из извилистых коридоров, понимаем, что не только у нас есть трудности с врагами, но и с тем, что нас ждёт за пределами этого места. Логан и я продолжаем действовать слаженно, несмотря на усталость и травмы, с полной решимостью выжить и найти выход из этой ситуации.       А оказавшись рядом с дверью, ведущую на улицу, Логан первый вышел, и тут же слышу громкий, одиночный выстрел, сбивающий его с ног. Кровь медленно текла из его лба. Когда мы наконец пробрались через коридоры, наполненные громкими криками и шумом битвы нас встретили… вот так? Сглатывая, я всё ещё слышала чей-то отдалённый голос, но всё вокруг словно замедляется.       Кажется, что время и вовсе остановилось, и в этот момент я теряю связь с реальностью. Замираю, глаза не верят тому, что видят. Мгновенно страх охватывает меня, душит. Знаю, что этот страх должен быть иррациональным, в конце концов, Логан всегда был тем, защищал меня и обеспечивал нашу безопасность. Но сейчас его тело на земле, безжизненно и беспомощно.       — Клэр… — передо мной появляется силуэт, который мгновенно замирает в моей памяти.       Отец. Его лицо не изменилось, тот же строгий взгляд, что я помню с детства. Но теперь он выглядит совсем по-другому, окружённый злом и мраком. Во мне пульсирует ярость, не в силах остановиться.       Сердце колотится в груди, как молоток по наковальне. Я не знаю, что делать, но осознание того, что он мёртв, делает меня ещё более яростной. Все чувства, которые я старалась подавить, теперь бурлят и сливаются в одно, неистовое пламя.       Ярость превращается в нечто неуправляемое, вырывающееся изнутри. Лишь слегка подняв руку, большинство наёмников защищающих моего отца взлетели в воздух, и сжав кулак из них начала вытекать кровь, окружая отца огромным, красным облаком.       — Клэр. — Вдруг выставил он руки перед собой, опасливо отходя. — Я могу всё объяснить.       — Нечего объяснять.       Его ноги неумолимо отрываются от асфальта вместе с моим, и резко приблизив его к себе, смотрю в его застывшие, покрасневшие зрачки, ощущая что-то странное на лице, словно маленькие щупальца покрывали меня шрамами. Тело дрожит, когда замечаю, что вокруг снова становится темно, но не от того, что солнце клонится к закату. Это то облако, которое с каждым мгновением становилось всё больше.       Каждое движение полное отчаяния, каждое действие крик о помощи, который никто не услышит. В этот момент я была не просто воином, но и пленницей своей собственной ярости, не в силах контролировать её. Эта поездка обернулась настоящим кошмаром, и я больше не уверена, кто из нас — враг, а кто — союзник.       — Что делать будет твоя фабрика монстров, когда она лишиться головы? — Моя душа переполняется жестоким гневом, и я становлюсь монстром, лишённым всякой человечности.       Уже собираясь взмахнуть свободной рукой, за спиной отца облако крови образовывается в острый клинок направленный на нас обоих, но вдруг кто-то схватил меня за кисть.       Это касание, несмотря на всю решимость, выводит меня из этого состояния. Я резко поворачиваюсь, мой взгляд встречается с глазами Логана. Тот, кто был для меня защитником и другом, стоит передо мной, и его глаза — искры жизни, которые я так отчаянно искала в этом хаосе.       Смотрю на него, и вдруг моё сердце замедляет свой ритм. Всё вокруг становится не таким важным. Логан подходит ко мне, аккуратно притягивая. В его глазах читается не только страх, но и глубокое понимание того, что происходит. В его взгляде есть что-то такое, что заставляет меня вновь почувствовать, что всё ещё не потеряно.       Мягко обвивающие руки приносят невероятное чувство тепла и защищённости. Его объятия окутывают меня, и все тяжёлые мысли, страх и гнев, которые меня переполняли, начинают отступать. Мои руки, которые только что были готовы совершить ужасное преступление, теперь мягко ложатся на его спину. Слышу его шёпот, его утешительные слова, которое я так долго искала. Он пытается успокоить меня, его прикосновение становится якорем в этом бурном море эмоций.       Его сердце бьётся под рёбрами. Бьётся! Слёзы, которые я уже не осознаю, начинают катиться по щекам, и я прижимаюсь к нему так крепко, что почти теряю дыхание. Все страхи и сомнения, которые когда-то были центром моего существования, начинают растворяться в этом моменте.       Всматриваюсь в его глаза, и вдруг всё становится ясным. Его присутствие как будто возвращает меня к реальности, придавая мне силы и уверенности. Это мгновение, когда я понимаю, что мы ещё можем справиться со всем, что нам предстоит. Несмотря на всё, что произошло, я начинаю верить, что мы сможем выбраться из этого ада вместе.