i take flight (but you hold me)

Эндрю очнулся от беспокойного сна, беспокойство, словно дикий зверь, терзало его грудную клетку. С его последней поездки прошло много времени, и он был готов отправиться в нее снова. Ему нравилось жить в горах, и он любил работать с драконами, но время от времени у него начинался зуд, и он не мог успокоиться, пока не проводил некоторое время в одиночестве и вдали от дома. Отчасти это объяснялось тем, что он все еще часто чувствовал себя так, словно смотрит внутрь себя со стороны, хотя был не единственным, у кого не было дракона. Он был даже не единственным, кто потерял дракона. Ваймак потерял свою семью десять лет назад и каким-то образом заполнил пустоту семьей, которой не было у Эндрю. Все вокруг него, казалось, двигались вперед, в то время как Эндрю чувствовал себя застрявшим. Аарон делал все возможное, чтобы неуклюже добиться расположения Кейтлин, слепой дочери Ваймака. У Би были свои драконы. Эбби и Ваймак, наконец, перестали водить хороводы друг вокруг друга, и доктор проводила большую часть ночей в комнате Ваймака. И он не смог справиться с тягучим, неприглядным праздником любви, который Ники и Эрик планировали на свадьбу. Казалось, что куда бы Эндрю ни повернулся, везде были уродливые ледяные скульптуры, ленты, кружева и образцы тортов. Единственное, на что он не жаловался, был последний пирог, но даже он мог съесть не так много. Он взял из угла свою поношенную кожаную сумку и сложил в нее самое необходимое. Его лук все еще был в рабочем состоянии, и у него было достаточно стрел для охоты, если понадобится. Закинув их за спину, он вышел из комнаты, не оглядываясь. У него возникло искушение улизнуть через кухню, не попрощавшись, но он знал, что по возвращении ему не будет конца, если он хотя бы не пойдет на завтрак. Радостная улыбка Ники угасла, когда он увидел рюкзак на спине Эндрю. — Опять? — спросил он. Эндрю пожал плечами, убирая свои вещи под стул и садясь рядом с братом. Аарон едва отреагировал, настолько он был сосредоточен на каждом слове, слетавшем с губ Кейтлин. — Свадьба через две недели, — надулся Ники. — Я ненадолго, — пообещал Эндрю. — Или ты мог бы подождать, — вставил Эрик. — Две недели это не так уж долго. Эндрю сердито посмотрел на Эрика. Он терпел этого человека из-за его таланта в приготовлении сладостей, но иногда тот мог быть немного рассеянным. — Я вернусь до свадьбы, — проворчал он. Эбби передала ему блюдо с блинчиками. Эндрю взял себе три порции и щедро посыпал их сахаром и корицей. Рене поставила на стол еще одно блюдо и села по другую сторону от него. Она была одной из новых жительниц «Полета Драконов». Он познакомился с ней, когда она, угрожая ножом, попыталась ограбить его во время одной из его поездок в Троян год назад. Эндрю защищался, и ему с трудом удалось настоять на своем. К тому времени, когда их схватка зашла в тупик, они прониклись друг к другу невольным уважением, и Эндрю попросил ее вернуться с ним, чтобы научить его некоторым ее приемам. Она была самым близким человеком, которого он мог назвать другом. Рене бросила взгляд на лук, выглядывающий из-под его стула, и слегка кивнула, прежде чем наложить себе полную тарелку. Эндрю был благодарен ей за то, что она ничего не сказала. Рене всегда знала, когда нужно заговорить, а когда промолчать. Элисон, зевая, вошла в столовую и плюхнулась на стул рядом с Рене. — Доброе утро, любимая, — прошептала она. Как всегда, ее лицо было идеально накрашено, а одежда искусно помята, чтобы создать впечатление, что она только что встала с постели, но при этом продемонстрировать свои лучшие качества. Она приехала месяц назад, сбежав от жестокого брака со своим драконом Дэн, и с тех пор доставляла неприятности. Рене покраснела, когда Элисон протянула вилку и подцепила кусочек ее блинчика. Тихо мыча от удовольствия, Элисон обхватила вилку губами, не сводя глаз с Рене. Рене отвела взгляд и отпила немного воды. Эндрю ухмыльнулся, заметив ее смущение, и вернулся к своему завтраку. Закончив, он ушел, еще раз кивнув брату и кузену. — Я провожу тебя, — сказала Рене, вставая и старательно стараясь не смотреть на надутое лицо Элисон. — С каждым разом она становится все более бесстыдной, — сказал Эндрю, как только они оказались за дверью. — Тебе лучше дать ей то, что она хочет, иначе она начнет разгуливать голой. Рене закатила глаза и толкнула его в плечо. — Она относится к этому несерьезно. Для нее это просто игра, я в игры не играю. — Ты могла бы рассказать ей о своей ленте для рукоделия, — сказал Эндрю, указывая на запястье Рене. — Ты быстро поймешь, насколько она серьезна. — Я не хочу ее отпугивать. — Рене выглядела испуганной от этой мысли. — Ее последний брак едва закончился, и он закончился не совсем хорошо. И ты знаешь, что значит для меня эта лента. Собственные чувства Эндрю к своей матери варьировались от безразличия до враждебности, поэтому он не мог по-настоящему понять, почему Рене так цепляется за это свое воспоминание. Родители Рене не смогли пожениться до того, как умер ее отец, и лента для церемонии бракосочетания была подарена Рене на смертном одре ее матери. Он просто пожал плечами, не зная, что сказать. Би догнала их у входа, и Рене слегка обняла его, прежде чем уйти, чтобы попрощаться с ней. — Опять все плохо, да? — Тихо спросила Би. Эндрю поколебался, прежде чем кивнуть. — Я бы помогла, если бы могла. Может, тебе стоит пойти познакомиться с новой группой детенышей… — Нет, — с рычанием оборвал ее Эндрю. — Я не хочу еще одного дракона. Перестань пытаться меня вылечить. Би выглядела грустной. — По крайней мере, позволь мне отвезти тебя в Пальметто. Поездка пройдет быстрее, если тебе не придется спускаться с горы самому. Эндрю колебался. — Нам не обязательно разговаривать, — сказала Би. Эндрю неохотно кивнул и последовал за ней к стойлу, где спала Брисса. В его голове боролись две мысли. Первой было его желание снова подняться в воздух. Высоко в небе воздух был таким свежим, какого никогда не достигнешь на земле, даже на такой высоте в горах. Вторым было отрезвляющее осознание того, что он не найдет Эмбре над облаками, и от этой мысли ему стало так одиноко, что больше никогда не захотелось летать. Он уперся в дверь стойла. Это было глупо, потому что он все время был там, чистил стойла, кормил драконов и регулярно проверял состояние крыльев и чешуи. Но теперь, когда ему предстояло летать, все было по-другому. Би заметила его колебания и дала ему время, необходимое для того, чтобы он сделал этот шаг. Он помог ей оседлать Бриссу, пытаясь напомнить себе, что это всего лишь еще один день. Наконец, они были готовы лететь, и Эндрю собрался с духом, чтобы взобраться на спину Бриссы. Ощущение было таким знакомым, хотя прошли годы с тех пор, как он испытывал его в последний раз — ощущение, как земля уходит у него из-под ног, как хлопают крылья, когда они расправляются во всю ширь и с силой отталкивают воздух, поднимая их в чистое голубое небо. Только когда он почувствовал замерзшую слезинку на своей щеке, он понял, что плачет. Поездка к подножию горы была одновременно и слишком долгой, и слишком короткой. Би отвела взгляд, чтобы дать ему возможность собраться с мыслями, и, к счастью, больше ничего не сказала. Эндрю быстро обнял ее, вытерев со щек следы слез. — Я вернусь сюда за день до свадьбы, — пообещала Би, — если ты, конечно, не вернешься раньше. Эндрю кивнул. — Я ненадолго. Я не пропущу свадьбу, — пообещал он. К счастью, Би не стала задерживаться. Эндрю терпеть не мог долгих прощаний, но неоправданно долгие были самыми ужасными. Оставшись один, он взвалил рюкзак на спину и отправился через деревню. Сначала он направился на рыночную площадь. Было уже позднее утро, поэтому большинство фермеров и торговцев уже установили свои прилавки. Он бродил по магазинам, высматривая следы путешествий, скудные запасы (даже в столь ранний час), экзотические продукты, которые были подлинными, а не копиями местного производства. На большинстве прилавков продавались консервы местного производства или домотканая ткань. Он уже собирался сдаться и отправиться в путь самостоятельно, когда его внимание привлек яркий отблеск. На краю рынка стояла ярко раскрашенная повозка. Эндрю уловил аромат специй и меда, которых торговец не смог бы купить в этом районе. Стол перед повозкой был задрапирован богато расшитыми шелками и замысловатыми кружевами с почти невозможными узорами. Эндрю подошел, стараясь выглядеть беззаботным, и потер большим и указательным пальцами уголок мягкой шелковой шали. — Руки прочь от товара, — прорычал низкий голос, и по костяшкам пальцев Эндрю постучала хорошо отполированная черная трость. — Просто восхищаюсь мастерством, — мягко ответил Эндрю, стараясь не выглядеть испуганным или не отшатнуться. — Любуйся глазами, а не пальцами, — Прорычал высокий мужчина, по меньшей мере на фут выше Эндрю. У него была смуглая кожа и туго завитые волосы на голове. Он не улыбался. Эндрю поднял руки, давая понять, что не собирается больше ни к чему прикасаться, и продолжил рассматривать товары продавца. — Это очень тонкая работа, — сказал Эндрю, указывая на кружевную шаль, такую тонкую, что казалось, будто она соткана из паутины. — 60 золотых монет, — коротко ответил мужчина. — И я не торгуюсь. — Я уверен, что это стоит каждой монеты, — сказал Эндрю. — К сожалению, у меня с собой не так много золота. — Это прискорбно. Я никогда не обделяю своих мастеров, даже ради такого красивого мужчины, как ты. — Мужчина подмигнул Эндрю и улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами. — Должен признаться, я в любом случае не ищу изысканные кружевные изделия, — тихо сказал Эндрю. В глазах мужчины вспыхивает интерес. — Что ты ищешь — Попутчика, только на короткий срок, может быть, на неделю или около того, — сказал Эндрю. — Я буду зарабатывать себе на жизнь. — Меня зовут Сет. — Мужчина протянул Эндрю руку для рукопожатия. — Эндрю, — холодно произнес Эндрю, не обращая внимания на протянутую руку. Сет пожал плечами и откинулся на спинку стула за своим столом с товарами. — Возвращайся сюда через час после полудня. Будь готов помочь мне погрузить вещи. Я бы хотел отправиться в путь, пока еще светло. Эндрю кивнул и ушел, не сказав больше ни слова. Он присмотрел какой-нибудь подарок для Ники и Эрика, но, кроме дорогих товаров в повозке Сета, большая часть того, что продавалось на рынке, было обыденным. Он воспользовался тем, что был один, чтобы съесть на обед липкие булочки, и вернулся к повозка Сета именно тогда, когда его попросили. — Пунктуальный, это хорошо, — проворчал Сет. Он открыл заднюю стенку своей повозки и достал несколько деревянных ящиков. — Помоги мне вынести это. Можешь упаковать специи. Эндрю молча принялся за работу, действуя быстро и эффективно. Сет выглядел довольным тем, как быстро они были готовы к отъезду. Вскоре они в молчании выехали из города, Сет вел повозку, а Эндрю молча сидел на сиденье рядом с ним. Сет часто поглядывал на него, время от времени открывая рот, чтобы прокомментировать какую-нибудь мелочь на дороге, но, казалось, не обращал внимания, когда Эндрю не отвечал. Сет отправил Эндрю за дровами, а сам разбил лагерь. Эндрю развел огонь и приготовил ужин, в то время как Сет бездельничал, прислонившись спиной к ближайшему поваленному бревну, и наблюдал за его работой. — Скажи мне, Эндрю, что ты на самом деле здесь делаешь? — Спросил Сет, и в его глазах зажглось любопытство. Эндрю пожал плечами. — Мне нравится дорога, — прямо сказал он, не желая уступать в чем-то большему незнакомому человеку. — Хм, — сказал Сет. — Я не жалуюсь. Иногда действительно становится немного одиноко, особенно холодными ночами, — Он многозначительно посмотрел на Эндрю, и в его глазах промелькнул интерес. Эндрю задумчиво посмотрел на него, прежде чем встать и расстегнуть ремень. — У меня есть правила. Это может случиться, если ты будешь им следовать. Сет пожал плечами. — Никогда не был особенно заинтересован в том, чтобы брать на себя ответственность. — Отлично. — Эндрю невесело усмехнулся. — Держи свои руки при себе. Он пересек поляну, перешел на другую сторону костра и, опустившись на колени, прижался губами к губам Сета.

________________

Неделя пролетела быстро, с оживленными рынками и тихими поездками днем, а ночью — с судорожными стонами и острыми всплесками удовольствия. На седьмой день Эндрю проснулся, посмотрел поверх угасающего костра на лицо спящего Сета и понял, что ему пора уходить. Сет, казалось, почувствовал это, когда проснулся. Он продолжал бросать на Эндрю смущенные взгляды, пока они занимались своими обычными делами. — Знаешь, тебе не обязательно уходить, — наконец сказал Сет. — Мне нравится это, что бы это ни было. — Это ерунда, — отмахнулся от него Эндрю. — Я сразу сказал тебе, что собираюсь уйти. Сет пожал плечами. — Я полагаю, что да. Если наши пути снова пересекутся… — Он замолчал, увидев хмурый взгляд Эндрю. — Хочешь, я подброшу тебя до следующего города? — Ты знаешь, я ухожу. Нет смысла тянуть с этим, — сказал Эндрю, запихивая последние вещи в рюкзак и закидывая его за спину, а лук и колчан — на плечо. — Я смогу вернуться в Плент к ночи. Оттуда я найду попутку. Сет кивнул и не попытался протестовать, когда Эндрю ушел.