Шампанское

Кружки чая опустели, у Ники до сих пор тряслись руки и скатерть извивалась от дергания ногой под столом. Эндрю злобно поглядывал на Хэммика, мол ему лучше прекратить, а то не поздоровится, но Ники кажись даже не замечал его протяжных взглядов, а наблюдал за кружкой чая. Холодный пакетик з заваркой к сожалению разорвался, это единственное, что напрягало Ники в этот момент. Чай как-будто живой. Сжатые кусочки цветов и травы выплывали с пакетика, оставляя горькие крупинки на дне. Рене пыталась посмотреть в чашку Ники, чтобы узнать чего это он там высматривает, но ничего не увидела и приняла решение, что Хэммик учиться телекинезу. Молчание не спешило прекращаться, так как всеми любимый Хэммик не спешил разбавлять молчанку. Это даже в какой-то степени грустно. Начал Эндрю, что более странно: – У меня смена начинается скоро. – Кто-нибудь ещё хочет чая? – спросила вместо этого Рене. Эндрю не дождался ответа на свое утверждение так что начал собираться, без спешки наблюдая за чайными ссорами. – Мне сделай, пожалуйста! – будто разморозился Ники. Рене посмотрела в кружку Ники и выражение её лица в миг изменилось. – Ники, чë это у тебя тут за болото в кружке? Ты что ли даже с чайными пакетиками справиться не можешь? – с доброй насмешкой сказала Рене. – Крупинки на кораблики похожи, давай я сам помою. – Ну мой. Нил наблюдал как Эндрю убирался за собой и проверял свой внешний вид, прилизывая торчащий моток белых волос. Он хотел сорваться с места и побежать вместе с ним, прийти в тот магазин как в первый раз - весь такой запыхавшийся и неловкий. Увидеть того продавца впервые, и не знать что случиться дальше. Джостен сам не понимал, почему вдруг поток мыслей стал полностью не подражать мозгу. Продавец как будто нарочно оставлял Нилу время на раздумья на счёт того, что десяток минут назад рассказали за столом. Когда Рене наконец оставила Ники, то подозвала Джостена к себе помахивая пальцем. Нил оглядывался в сторону Эндрю, словно боялся, что он вот-вот уйдёт, но тот до сих пор улаживал одежду и искал что-то в рюкзаке. Рене прошептала Нилу на ухо: – Не думала, что кто-то когда-то сможет подружится с Эндрю, а тем более запасть ему в глаза – невинно улыбнулась и сделала вид, будто убирает на столешнице. Нил замер, обдумывал каждую частичку слов Уокер и тот тон, с которым она их сказала. Это походило на сладкое смакование слов и звуков. Звонкий шёпот, аккуратно тихие гласные. После проработки смысла предложение, оно казалось каким-то развратным и пошлым, что Нил почувствовал себя подростком, а то ребёнком. Как тогда, ты маленький на празднике, где тебе подмигивает крайне изумительная дальняя родственница в чёрном платье с рюшечками и бантиками на бёдрах. И такое странное чувство возникает, смущение и неловкость, не понятно лишь почему. Это было так давно... Нил подумал лишь, что двигается из крайности в крайность. Там тёти - дальние родственницы, тут уже продавец под домом, с которым знаком всего пару дней. Джостен простоял как лопух на кухне пару минут, обдумывая в шутку сказанное. Но принял серьёзно. Сказал себе, что больше не ребёнок, и к прошлому возвращатся не собирается, сейчас главное - Эндрю. Побежал к входной двери, как она в миг хлопнула, оставив тишину на коврике для ног. И следы от ботинков Эндрю и его запах, то ли духов, то ли его тела. Хотя Нилу никогда не нравился натуральный запах человеческих тел. Такой слабый и иногда ноющий и некомфортный. Может всё меняется, когда начинает кто-то нравится. Нил думал как ребёнок. В этот раз не нашёл в этом минусов. Всё таки классно не видеть зла и жертвоприношения. Накинул куртку и выбежал следом. Слова Уокер перед ещё одним хлопком дверью про то, что не стоит мешать Эндрю, Нилу не показались преградой. Работа ему не помешала бы, он лишь надеялся заменять продавца иногда, или если уж повезёт, работать вместе. В любом случае вакансий могло и не быть вовсе. Нил никогда не был так зависим человеком, говорят же, за пару дней не сможешь понять всю жизнь возлюбленного, надо опыт. Нил наверное смог, он ещё в процессе, про это нельзя забывать. У него есть все шансы. Именно, у того Нила, что на тëтю глядел. Маленького мальчика с каплей нарциссизма и подтянутыми брюками. По лестничной площадке поднималась чуть запыханая Элисон с пакетом, кажись продуктов. Она лишь приветливо кивнула взбудораженому Джостену, что бежал поглощённый мыслями. Двери подъезда заскрипели с тяжестю раскрываясь. На улице пахло ранней осенью - газетами и лысыми деревьями в унылом районе. Куртка сползала с плеч, Нил быстро нащупал застёжку и по самое горло застегнул, боясь задеть кожу на подбородке. Страхи в детстве всегда были милыми. Ну или же сейчас так казалось. По крайней мере милые те, что сейчас не есть травмой. Нил понял, что ему не зачем спешить. Говорят, что начинаешь подсознательно повторять действия, привычки и фразы за человеком, что нравится. Джостен не понимал, действует ли это на него, но всё равно поменял бег на быстрый шаг. Ветер бил в лицо, заставляя Нила облизывать сухие губы. Не хватает бальзама - думал Нил. Не хватает мастера стульчиков... Джостен забежал в круглосуточный. Двери ветром захлопнуло и продавец сразу обратил внимание на пришедшего. Подняв голову от пола, готовясь не быть ребёнком и по-мужски посмотреть в глаза, Нил обнаружил за прилавком старую добрую продавщицу Леру Васильевну. В тот момент, когда она была уже не нужна. Так всегда происходит, как на зло. – Нилли, сколько лет, сколько зим, дорогой! – обрадовалась Лера. – Здравствуй Лер, я вот тут по делу зашёл, поговорить не получиться, извиняй. – Что, даже чаечек с пряниками не будешь? – удивлённо воскликнула женщина. – Извиняй. Как-нибудь в другой раз. Можешь подсказать, где новый продавец? Эндрю зовут. – Ааа, Эндрю Миньярд, недавно устроился, красивый мальчик, роботу хорошо выполняет, только ходит всё время недовольный... Так, точно, прости, сейчас не его смена, он только завтра ночью на роботу выходит. –Хорошо... спасибо – неразборчиво проговорил Нил и вышел. Ветер снова ударил в лицо, но было уже не до ветра. Эндрю точно говорил, что спешит на роботу, но видимо соврал? Джостен вернулся домой грустнее чем обычно, даже Ники заметил. Из раздумий он сегодня больше не выходил.