Камелия цветет среди роз [Том1]

Делать тут нечего, только музицировать и обсуждать с девочками как бы лучше вывернуться, чтоб отчаянные рыцари крови там ничего не порвали. И каждую неделю обязательно будет плач, либо кто-то умер, либо кто-то в очередной раз переусердствует в постели. Мамочка, знала б ты как это страшно и не знаешь доползешь ли до спасительного кусочка мяса. Одного мальчишку, из четырех, которым не посчастливилось стать нашими братьями по несчастью, две недели назад так женщина рыцаря задушила. К ней приставили нового утешителя крови, совсем молоденький…

Из письма утешительницы крови Люру к своей матери.

[Эрос]

Кэлин проглотил весь свой завтрак за один глоток. Я почувствовал, как по стенкам гортани ползла еда, царапая нежную кожу. Как так можно есть… Кэлин убрал тарелку с губ прислушиваясь к себе. Он заметил, что я проснулся, но решил замолчать. Надо было ему сказать о сне… — “Прошу прощения. Душам нечасто нужен сон, но, похоже за последние несколько дней, я успел утомиться.” Кэлина распирало между смехом и криком. Ни того, ни другого он не мог сделать посреди столовой в окружении своих товарищей. Хотя подобно Болину и наставнику Лилина сидел отдельно от всех. — “Как тебя только сюда занесло, Пришелец” — он оставил миски на столе — “Неужели весь ваш план заключается в том чтоб вместе со своим дружком морочить мне голову?” — он зашел за угол и встал под густой листвой. — “У Цубаки план есть, но…” — наверное, лучше Кэлину этого не говорить… — “Ну скажи мне, что тот извращенец придумал?” — он явно ожидал ответа… определенного характера. — “Он предлагал сразу убить Джеру” Кэлин хотел зарычать, но просто пробормотал вслух: — Нет гнили – нет проблем… Тут глаза Кэлина расширились, его разум прояснился: — “Как вы собирались ее убить?” — я почувствовал, как в его голове мысли завертелись как шестеренки. А меня сбило с толку такая реакция. — “Материализовались б ночью и задушили, например…” — “В кого вы б материализовались?” — я чувствовал как в груди Кэлина стало тепло. А я все еще не понимал, что на него нашло. — “Ну в инцев… или янцев… или один одним, другой другим.” — после того как у меня кое-как сложилось, то, что сложилось и у Кэлина, я у него спросил — “Это как-то поможет?”

***

[Цубаки]

Один единственный сон, и все лечение нашей прекрасной головы по делам самоубийц пошло насмарку. А ведь вчерашний день был не плох, вывел из себя дочурку нашего прекрасного Господина Б, а просьба Эроса разобраться в червячках в голове Джеру вызвала переполох в психологическом отделе. Что б его, прекрасный день, только передернуть и оставалось. Но этот сон, и моя душа рассыпается снова. Кажется, я долго не протяну. Почему ты, Schatz, не выберешь короткий путь? Все упрямишься во имя мнимого милосердия. Не дашь мне возможности сделать то, что я должен. Кровь корочкой бралась на стоптанной куриными ногами инцев траве. Сбоку тренировочной площадки инец держался за спинку скамьи, пока его товарищи переговаривались между собой. Некто, кто с ним дрался, хорошо постарался. Два острых вершочка берцовых костей пронзили плоть бедного иньца. Тут, один из товарищей решился вправить ногу. Последовал вскрик, брань и ругань. Нога вывернулась в другую сторону. К тому же, рана спереди начала срастаться, что в данном положении, предполагаю, неуместно. Инец с дважды поломанной ногой разгорячился. Не без жертв, поскольку существа со сломанными конечностями еще и кусаются, его взяли на плечи и повели куда-то. Это мне не интересно, самое смешное уже произошло. — Ты уже уходишь? — услышал я голос Болина, — Ну смотри мне, — рыкнул он в спину Кэлину — как съедят, не обижайся на Двуединого! — Кэлин, не рано ли? Месяц еще, — спросил один из искалеченных на скамье. Все вокруг как будто на секунду замерли, только было слышно, как дети ломают друг другу кости и мысленно проклинают старую. Тишина не была долгой. Келин развернулся, отмерил взглядом того, кто сидел на скамье: — Уже нельзя кровь отмыть, в самоубийцы запишут? — их слово самоубийца будто было более увесистым. Таило в себе больше значений. Но все уловить я не смог. Болин поднял свои окровавленные до локтя руки: — Кто еще?! Все сразу оживились, но не скажешь, что из-за желания подраться. Даже у тех, кто уже оправился, такого желания не могло бы появиться. На террасе Дома развлечений с измученным лицом сидел наставник Лилина. Не похоже, что он сегодня выходил на тренировочную площадку. Хотя на вид он был и здоров и в нормальном настроении. Кэлин на него мимоходом глянул, что-то во вполне нормальном виде товарища его забеспокоило. Но Келин это проигнорировал. Внутри Дома развлечений практически никого не было, лишь только одна служанка скучала на скамейке возле входа. Как только Кэлин вошел, она тут же вскочила и позвала своих подружек, и они, все втроем, шустро натаскали в одну из ванных комнат воды и дров. Естественно, Эрос стал терпеливо ждать за дверью Кэлина, вслушивался в тихие разговоры служанок. Что-то там было про двух неопознанных янцев. Интересно, Schatz заподозрит что-то? Хотя, даже эти девочки не подозревают высшего замысла. Все предполагают что-то обыденное: беглых янцев или попросту сумасшедших, выходцев из диких племен, что таким образом пытаются пошатнуть Двуединого и императоров. И ни одна не предположит, что в первый раз, некий Цубаки попросту хотел попробовать местный древесный сок, а во второй, помочь одному топографическому кретину. Кэлин быстро помылся. А затем, накинув тонкую накидку, сел в ванну и расслабился. О, кажется, я понял, зачем и почему он ушел пораньше. Дожидался я пока Кэлин осмелиться хотя б дернуться с получаса, и вот, его когтистые руки аккуратно сбрасывают накидку. Он перешагивает через бортик деревянной ванны, его ягодицы слегка раздвигаются, обнажая тугую розовую дырочку. И тут мой разум, с легким щелчком подобно тому, что издает фотокарточка, когда ее вставляют в волшебный фонарь, заменил вид уродца Кэлина на более привлекательного Эроса. Этот образ сковал мне плечи, а пах онемел. Единственное, что портило вкус моего вожделения, я не уверен, что невинный щенок Эрос умеет хоть что-то кроме как сидеть на заднице. Я успел подлететь со спины к Кэлину до того момента, как его вторая нога переступила борт ванны: — “Кэлин, твой очаровательный зад никогда не желал почувствовать ту жалкую каплю женского удовольствия?” — я заставил его нервные клетки почувствовать холодный ветерок между его ягодицами. Я знаю, даже светлый ум уродца Кэлина не способен ухватить корни всех ощущений. Но он подпрыгнул от моего невинного прикосновения, словно маленькая несовершеннолетняя девственница. Кэлин чуть не подскользнулся, но вовремя совладал со своим телом и замер в позе креветки выпячивая свой зад. Я почувствовал, как он сжал кулак так, что по ногтям посочилась кровь. — “Ты!” — Кэлин выдохнул, глянул на свою руку, а после окунул ее ванну. В воде кровь расплылась, перетекла в медь, а затем полностью растворилась. Столь маленькие раны на руке Кэлина быстро затянулись. Чем больше я наблюдал за чудесами этого мира, тем больше завидовал. Будь это в нашем мире, уберегло бы меня от мелкой россыпи шрамов на руках и… да нет, что за чушь. Я услышал щелчок зубов и стыд Эроса. Услышал значит. Кэлин скривился. Что ты, Кэлин, разнежился после того как в тебе побывали трое? Ну раз так, позволь мне сделать последний толчок. Я заметил как розовый ротик Эроса открылся, я достал несколько непристойных шаров с воспоминаниями, размахнулся и кинул в само нутро Кэлина. Эросу, чтоб его, каким-то образом удается заметить мой трюк, и он героически закрывает Кэлина своим естеством. Только слабое эхо доходит до Кэлина. Эрос стараясь сделать вид, что ничего такого не произошло, хотя я вижу, как забегали фиолетовые глазки в глазницах, а сам он побледнел, ловко сворачивая все в один шар и вышвыривая куда подальше. — “Это нам не нужно”, — с нервной улыбкой сказал Эрос. Кэлин приложился своей рукой к щеке: — “Так ничего не выйдет, этот извращенец даже перед императорами будет пытаться” — давай, мой мальчик, со мной “тра… — “делать свои извращения”, — разочаровываешь, Кэлин, вроде взрослый мальчик, а взрослым словам так и не научился. Хотя подождите… — “Как я вижу время вы зря не теряли. Что вы тут придумали?” — к кончику моего языка подступила желчь. Я отчетливо чувствовал, чтоб это не было, придумал это Кэлин. Ну, что тут скажешь, внешнее уродство надо компенсировать мозгом. Эрос два раза кашлянул: — “Цубаки, ты, конечно, не любишь материализоваться, но…” Боже, только б не выплюнуть лёгкие от смеха. Он волнуется о моих нежных чувствах. — “Не тяни, Schatz,” — это прекрасное слово я постарался вымолвить из самого нутра — “ты только скажи, и я полностью твой” Вот тут то зубы Эроса сжались, и он попытался отвернуться. Противно, да? — “Ц-Цубаки, — его голос дрогнул — ты читал полностью справочник Господина Б?” — “Ммм,” — мечтательно протянул — “с какой стороны посмотреть” — Могу отметить, что не стоило Господину Б делать настолько мягкую и скользкую обложку. Кэлин, кажется, уловил, о чем я подумал. Он был в шаге от того, чтоб не вставить себе в рот два пальца и блевануть прямо в эту теплую ванну. Лучше тебе удержаться Кэлин, иначе тут будет такой смрад. — “Кэлин предложил, в день взросления девочек нам материализоваться и объявить девочек пословицами богов” Я почувствовал недовольство Кэлина. Кажется, по своей наивности Эрос кое-чего не понял. — “Неру, или Джеру?” — Кэлин поднял бровь, тошнота слегка спала. Он начал внимательно прислушиваться ко мне. Ох, неужели наличие у меня мозга настолько удивительное? Фиолетовые глаза смотрели прямо на меня. — “Неужели нельзя обоих?” О, Эрос... — “Двуединый — это один бог со стороны янцев и один с нашей стороны,” — терпеливо, но напряженно объяснил Эросу Кэлин — “так же один янский император и один инский. Не может быть больше двух посланников с одной стороны.” — я чувствовал как до Эроса медленно и болезненно это доходило. — “Посланницей будет Джеру” — не дожидаясь, пока Эрос все осмыслит, сказал я. Я прислушался к чувствам нашего ненаглядного Кэлина — “Если ты, Кэлин, в своем уме — ты согласишься. ” По коже Кэлина прокатилась дрожь он тряхнул головой: — “Нет, это будет Неру” Так значит: — “Кэлин, ты должен понимать, что есть очевидные вещи. Одна из этих очевидных вещей такова: если Джеру останется тут — мир обречен. Что я вижу ясно, она девочка безрассудная и то, что ее лесбийская подружка в безопасности не означает, что Джеру резко расхочется жить” Но Кэлин как упертый баран собрался кучкой, сдвинул брови к переносице и наставил на меня свои закруглённые рога: — “Это будет Неру” — медленно проговорил он. — “Кэлин ты решил поиграть в настоящего папочку и спасти хотя б одну дочку? Только в любом случае вы все умрете…” Я почувствовал легкое тепло у себя на запястье. Посмотрел на запястье, на руку Эроса, на его плечо и, наконец, на лицо. — “Цубаки” — сказал он так, чтоб услышал только я. Но, к сожалению, ему не хватало мастерства и Кэлин все равно ухватывал каждое его слово — “Давай сделаем так как он хочет, может и получится” Я убрал руку от тепла Эроса и развел руками: — “Хорошо, как хотите. Но ты, Эрос, потом сам будешь объяснять Господину Б почему лозы Адрона больше нет” — я тыкнул ему двумя пальцами в грудь. Впрочем, пусты мои угрозы. Господин Б и не такое при необходимости пропускал мимо своих пальцев. Да и в любом случае… Эрос просто не сможет. — “Малыш,” — спросил я игриво, слегка прикрыв веки — “каков пол ваших богов?” — “Извращенец” — выплюнул Кэлин. Раньше меня подхватил Эрос: — “Кэлин, это важный вопрос, нам же надо влиться в образ ваших богов. Смотри, например, в одном из миров есть бог Гера — женщина,” — тысячи миров Эрос и ты впомнил именно ее? — “богиня брака, хотя ее муж Зевс, бог молнии, регулярно изменяет.” — тут Кэлин фыркнул — “А еще у нее глаза, как у коровы” — последнее Эрос добавил как-то резко и сбивчиво. Кэлин некоторое время пытался осознать, что такое корова. А потом собрать этот чудаковатый образ с подачки Эроса. Я почувствовал, как Кэлин скривился. — “Не знаю, кого ты описал, но явно не богов” — да неужели Кэлин, а я слышу это непонятно от кого, но явно не от человека — “Наши боги явно выше всяких представлений и намного сильнее этих. Достаточно принять облик иньца и янца, боги приняли б понятный облик для своих народов.” — “Теперь единственная проблема это язык…” — пробормотал Эрос. Уже сейчас его маленький недоразвитый разум набухал. — “Tschüss, Кэлин” — Я позаботился над тем, чтоб это прозвучало бы у Кэлина над самим ухом, а затем прижался к Эросу — “Сегодня ночью проверим наши тела, а там уже и решим этот вопрос” — “На мясо вас!” Какой же все таки замечательный день.

***

[Эрос]

Вечером, перед тем как небесная сфера стала равномерно мерцать приглушённым ночным светом, она резко потухла. Cначала я не понял воодушевления Кэлина. Велика ли разница между ночью и затемнением? Но несмотря на то, что я не понимал, в предвкушении чего у Кэлина приподнялось настроение. Я был рад, что оно у него приподнялось, а то весь вечер он был в легком раздражении от того что увидит Цубаки воплоти. Кэлин вывел девочек на улицу. Джеру хотя и послушно вышла, но немного не понимала зачем. Кэлин взял девочек за плечи и тихо пробормотал, глядя на небо: — Хорошо было б выйти на тренировочную площадку, но мы уже не успеем. — “Смотри внимательно, пришелец”, — неожиданно сказал Кэлин мне… Я очень удивился. Кажется, Кэлин почувствовал это и тряхнул головой, сбивая мои ощущения. И тут, на небе зажглась точка, и за ней волной зажглись другие, так словно в озеро упала маленькая капля. Только вот рябь не пошла ровными кругами. Мне и сложно это объяснить. Где-то и вправду пошло полукругом, где-то этот полукруг будто б об что-то ударялся и рассыпался на множество искр, а те искры поражали ещё большую рябь. И вновь и вновь это повторялось. Вот уже две волны, и искры сталкиваются между. Попросту хаос. Прекрасный хаос. Это небо очень похоже на необузданную чистую энергию. Мне подумалось, может что-то подобное и случилось в начале времен. Тут я и Кэлин отвлеклись на звонкое и протяжное “Е” Джеру. Неру очень ловко прикрыла рот Джеру двумя пальцами: — Я все вижу, не так, как вы, но вижу — я услышал только слова Неру, поскольку Кэлин повернул голову назад к небу. Но в мой мозг закрались мысли о том.. Как же это ужасно… Этим девочкам лишь только по пятнадцать, пусть и в этом мире это считается совершеннолетием. Меньше четырех недель им осталось провести вместе. А дальше все. И самое ужасное… за исключением того, что я не могу гарантировать даже этого, в самом лучшем исходе Неру останется одна. Я скомкал все свои нынешние чувства в клубок и отшвырнул. — “Пришелец, я тебе сказал смотреть в небо” Он уловил только то, что я отвлекся. Хотя, и его взгляд скользнул по Неру с Джеру, разум помрачнел, но я не был причиной. Кэлин, обещаю, я постараюсь сделать все, чтобы вам тут стало лучше. Со временем небо успокоилось, но я все еще видел отдельные песчинки, и кое-где они светились словно звезды. Не так ярко конечно… Но все же красиво. — Что это было? — спросила Неру, повернув к Кэлину ухо. Кэлин пожал плечами. —Танец небес, — тихо прошептал он, все еще смотря на небо, — одно из многих предзнаменований Двуединого, — повернулся он к девочкам. — А теперь пора спать.

***

[Цубаки]

Кэлин, в длинном ночном платьице, стоял, оперевшись на стену возле большого окна. Его большие глаза всматривались в пустоту, ловили каждое подозрительное дуновение ветра, или шелест листа. Все ожидал, когда я во всем своем великолепии упаду с небес на землю. — “Кэлин, ты не подумал, что это нечестно?” — я доставал из своего горла гадкие плескающее интимные звуки. Малыш зарычал, — “Мы-то с Эросом появимся совсем голышом…” — “Если я от тебя хоть намек на ненормальное поведение увижу, долго ты в своем теле не задержишься.” — ровным тоном пригрозил мне Кэлин. — “Малыш, но к чему такая жестокость?” — я не хотел, но Кэлин сам провоцирует на сюсюканье, — “Тем более, что это за ненормальное? Вот мой язык, как и язык Эроса, для этого мира ненормальный и что, нам не открывать рот?” — одно простое слово, но главное подкрепить его нужным смыслом и удачно сглотнуть, как Кэлина будет выворачивать от отвращения, — “Ладно, позаботься, чтоб нас не увидели. Веди!” — я вышел из тела Кэлина и спорхнул над его коротко постриженной головой.

***

[Эрос]

Кэлин согнулся и чуть не вырвал под окном своего же дома. — “И это ты называешь хорошим человеком?” — рык прокатился по горлу. Как бы ему сказать… — “Кэлин,” — протянул я, — “если мы оба окажемся одной расы, то, скорее всего, останется он.” Кэлин встряхнул головой, будто сбрасывая тот бред, что я сказал ему. И, опершись на стенку, начал потихоньку подыматься. — “Просто скажи”, — рык пропал, осталось одно, — “что ты объелся сердец”, — полная уверенность, что я сумасшедший… но ждал, давая возможность мне оправдаться. — “Он лучше меня, умнее, догадливее.” — “И его лучший план попросту всех прикончить!” — “Так всегда.” — Кэлин слушал, но будто в пол уха, — “Он предлагает что-то эффективное и жестокое, я пытаюсь найти выход с меньшими жертвами. Кэлин, у нас нет задачи кого-то спасти”, — тут он немного зацепился за мои слова. — “Нам нужно что-то изменить и посмотреть, будет ли это изменение влиять на рост временной лозы. Разница лишь в подходах. И Цубаки никогда не настаивает на своем.” — Морочишь голову, — выдохнул он вслух. Но почему-то мне показалось, что он все услышал. Кэлин вышел за бараки и просто вошел в густой лес дедлина. Меня слегка смущала эта идея, все же, рыцарям крови не разрешалось заходить на территорию дедлина вне смертного часа. Но с другой стороны, разве есть место более подходящее? Как темно, только лишь изредка свет обводил темные силуэты переплетающихся деревьев. Кэлин, опираясь на деревья, продвигался вперед. Только тьма, шелест листьев и треск ломающихся под ногами ветвей. Я испугался, что мы так заблудимся. Мало того, счет шагам я теряю всегда, но сейчас еще и потерял счет времени. Тут откуда-то раздался шелест, и я почувствовал, как кто-то взялся за горло Кэлина и запустил бедро между его ног. — Малыш, я здесь! — я еле смог разобрать, что говорил Цубаки, поскольку для мозга Кэлина его язык ничего не значил. В этот момент я вышел из тела Кэлина, в надежде успеть остановить либо Цубаки, либо Кэлина. К сожалению, я не помню момент материализации. Никогда не мог вспомнить, после него только оставалось призрачное ощущение, что это было красиво. Я успеваю почувствовать только облегчение от отделения воспоминаний от души. Тьма и первое мое ощущение, это чьи-то руки на моих. Цубаки без лишних слов вывел меня из леса на абсолютно голую поляну. Я увидел его лицо, четыре длинных раны на левом глазу. Вместе с кровью по щеке Цубаки, вытекал и… глаз. Но он будто б не замечал этого, улыбнулся во все зубы: — Ты вовремя материализовался. Еще б чуть-чуть, и он бы взаправду меня убил. Я глянул на наши руки. Его была темной, словно земля, и как будто притрушена пеплом, моя же была светлой и розоватой, светлее чем у Кэлина. Похоже, все сложилось как нельзя лучше. Кэлин б не выдержал, будь Цубаки иньцем. — Откуси что-то от меня, — я не мог смотреть на лицо Цубаки без боли. Я знаю, что он сам нарвался, да и сам он прекрасно это понимал. Поэтому и вел себя, как ни в чем не бывало. Но я не понимаю его легкомыслия и мне его жаль. Веки вокруг целого голубого глаза и вокруг глазницы распахнулись от удивления. Уголок его губ пополз вверх: — Если ты так желаешь. Цубаки всем своим телом прижался ко мне, и поскольку мы были голыми… это смущало, но не скажу, что сильно. Можно сказать, Цубаки меня натренировал терпеть что-то двусмысленное. Я почувствовал нечто мокрое и липкое на моем плече, а затем мою шею пронзило болью. Цубаки сделал несколько глотков и пока пил дотронулся кончиками пальцев к моей руке. Я чувствую, как он поднимает голову и берет мою руку в свою. — Держи, — но не заканчивает, на секунду застывает, — Раз уж так, — шепчет он мне на ухо, — может, испытаем наши тела? — И толкает меня другой рукой, вонзаясь когтями мне ниже ключицы. Сразу за этим я перехватываю его левую руку, но он успевает выкрутиться и оказывается сзади напевая: — Эрослин, Эрослин, — я чувствую, как его дыхание касается уха, и мое запястье в его руках. Он выламывает мне руку. Кажется, еще чуть-чуть и порвется мое плечо, но я ногой сбиваю его ногу. Мы валимся на землю. И я искренне не знаю, что на нас обоих нашло. Снова накинулись друг на друга. Мы катались по земле, рассекали когтями друг другу кожу. Только я смеялся, а Цубаки все напевал свое Эрослин, Эрослин. Земля прилипала к ранам и крови, не самое приятное, но зуд еще больше меня раззадоривал. Как и его кровь. Мягкая и сладкая словно мед. — Что это значит?! — воскликнул я, ударив рукой ровно возле его пострадавшего от рук Кэлина глаза. Глаз так и не восстановился, только четыре раны уменьшились в размерах. Его левая половина лица была похожа на уродливую маску. Цубаки подо мной дрожит от смеха: — А ты разве не заметил? Кэлин, Болин, Нелин, Делин. Все это лин, лин, лин, что значит мужчина, — делает мне щелбан по лбу, — А ты среди них будешь Эрослин. Он впивается руками прямо под мышки, я невольно сжимаюсь. Цубаки выскальзывает на волю. Я тут же поднимаюсь за ним и впиваясь в плечи, стараюсь его вновь бросить на землю. Цубаки выворачивается и с ухмылкой бьет меня ногой. Мир кружится перед моими глазами, я чувствую его кожу под своими пальцами и его горячую кровь под ногтями. А затем… кажется, я упал на камень… Смертельно.

***

[Цубаки]

— Эрос! — воздух драл мою глотку — Вот так вот надо сражаться, — адреналин потихоньку спадал, я почувствовал нечто мокрое между бедер. А от Эроса тишина. Я подошел к нему, уже к его телу. По моим бедрам, икрам и пяткам стекала кровь. Голова Эроса неестественно запрокинулась. Я приподнял его голову и откинул камень под его головой. Что ж, в конце концов, сегодня б все равно пришлось ломать ему шею, а тут уже не важно, сделают это мои руки, или чертов камень. Я не смотрел ему в лицо, что смотреть в пустые глазницы… Под нами растекалась лужа моей крови. Один - один, Эрос… Уж не знаю каким образом ты смог так удачно пройтись по моему бедру, но скоро и мое тело будет рядом лежать. Я почувствовал, как мое сердцебиение начинает учащаться, а кожа покрываться огнем. Эх, Эрос, как же так? А кто сбросит наши тела в реку? Хотя, все равно, что будет. Мои конечности ослабли, я опустился на его мягкую грудь покрытую темными кудряшками. Черт возьми, как же так, Эрос? К моим обезьяньим рукам должна прилипать кровь. Но в этом мире мое тело, вполне схоже на тело нормального цивилизованного существа, а ты… сколько б волос не было б на твоем теле, все тот же щенок. Я услышал шорох листьев и веток под чьими-то ногами, но увидеть этого уже не смог. Хотя, без сомнения это был Кэлин. Увлекательная драка, да, малыш?