Повести Туманной Чащи: Заветное Путешествие Призраков

Возможно, Ричард бы смог спокойно уснуть сегодня (Дориан это сделал буквально 3 минуты спустя того, как лёг), но какие-то странные звуки доносились из спальни родителей. Они вызывали приступ страха у волка-редактора, но он собрал в себе все силы, чтобы разобраться, кто или что не давало покоя ему и его квартире. Ответ был чрезвычайно прост и прозаичен: Август сидел на балконе и попивал холодный зелёный чай, размешивая его ещё тремя странными жидкостями. Учёный тяжело вздыхал и пытался что-то записать на блокнот, но тут же выдёргивал страницу и уничтожал её при помощи огня из зажигалки. Ричард решил постучаться в пластиковые ставни балкона, чтобы не испугать своего друга с пожарной опасностью в лапах. -Я уж думал, что меня никто не заметит. Прости, если разбудил тебя, - ответил угнетенным голосом Август, откладывая блокнот и ручку на подоконник. -Я попросту не смог уснуть, не то что ты меня разбудил! Чего ты забыл на балконе в такую темень? - спросил Ричард сонным тоном. -Пытался написать письмо. Нашёл блокнот в твоих завалах вещей, ручку - я удивился, что она ещё работает, - и принялся набрасывать варианты. Я не смог передать всего того, что хотел, ни в одной из версий, потому... ну... начал сжигать письма. Не хочу, чтобы кто-то узнал о моих связях в Туманной Чаще. -Кому ты пишешь? Тем друзьям из усадьбы князей волков? -Нет, что ты, им бы я мог попросту позвонить, и они бы мне ответили даже сейчас. Но я не люблю насилие, даже если оно настолько мягкое! - оба волка немного посмеялись, но морда учёного быстро перекосилась. -Я так понимаю, у тебя есть дорогие тебе звери, ты просто нам о них не рассказывал... -Ну, у кого их нет?.. Даже у тебя были, Ричард. Мне не стоит тебя томить, потому что мы... довольно близки стали за последние недели. Но я не хочу пока, чтобы Дориан об этом знал. -Почему? Он может помочь лучше меня. -А я и не хочу помощи. Я просто не желаю, чтобы обо мне волновался ещё и этот лис. Пусть он думает только о тебе. -Такие жертвы с твоей стороны очень глупы. -Я знаю! Не дурак. Но речь идёт об очень больных воспоминаниях… а тебе пришлось в детстве намного хуже. -Да ну? Правда? А что у тебя было? Я бы не желал жаловаться на свои проблемы с семьей так же, как ты, поскольку у меня всё было хорошо долгое время. Полная семья, у меня даже, кажется, был брат или сестра, но они быстро пропали из моей жизни. Уехали куда-то, а может, их никогда и не было. Жили мы в Туманной Чаще, в одной из обычных квартир, отец работал на мэрию, кем-то из чиновничьей крови, а мать была инженером на пищевом заводе. Они друг друга любили, и меня тоже не забывали. Денег, может, и не всегда хватало, но я бы никогда не сказал, что в детстве мои родители были плохими, вовсе нет. Впрочем, одна трагедия случилась, когда мы отправились на отдых в соседний город, Еловую Тундру. Стоял мороз, шёл снегопад, и как бы отец ни старался, однако скорая помощь не успевала доехать вовремя до нашего домика отдыха среди прекрасной тайги. Маме было очень, очень плохо... я старался не плакать только ради неё. Я прекрасно помню наш последний с ней разговор. -Августушка, дорогой мой сынишка... подойди ко мне, пожалуйста, - сказала она таким спокойным голосом. Даже не поверишь, что она умирала. -Мама, с тобой всё будет в порядке? Я так бы хотел помочь тебе! - проскулил я. -Этим должны заниматься доктора, Август. Я лишь прошу, чтобы ты мог позаботиться о себе сам. Ты ведь знаешь, какой у нас работящий папа, да? -Конечно... Но я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое! -Всё в этом мире конечно, волчонок ты мой... ты должен знать, что я тебя очень, очень любила. Цени папу, цени своих друзей, ведь они могут в один день взять и пропасть навсегда... Дальше мама скорчилась от боли, и отец увёл меня за лапу в другую комнату. Я не знаю, о чём говорили врачи, когда они приехали к нам в домик, и вообще не помню последующие дни... кроме того, что потом мы маму хоронили. Отец молчал, как статуя заброшенного города, и первое время продолжал заботиться обо мне, водить в школу, и прочее, прочее. Кажется, мы с ним тогда об этом не говорили, и зря. Когда такое горе случается в семье, дети... плохо его переносят. Жаль, что я это узнал потом. Вскоре отец начал работать ещё больше, чтобы обеспечить нашу семью, даже собирался купить квартиру побольше. Я не помню, как я себя чувствовал в те годы... разве что ощущение потери чего-то важного меня преследовало. Я видел других мам, которые открыто показывали любовь к своим детям в школе, приходили на их школьные спектакли, а что мой отец? Всё работал и работал, а потом и вовсе начал пить, и много. Я помню, Ричард, что из-за алкоголя твои родители превращались в настоящих исчадий ужаса, которые тебе приносили безумное количество боли своей злобой, но вот мой папа... он попросту начал спускаться по лестнице душевного благополучия. Как-то потом мне удалось выяснить, что моя мама была любимейшим зверем в его жизни, и он пытался найти кого-то ей на замену, но в итоге понял, что это дело безнадежно, и пытался воспитать сына в моментах, когда сильно не пил. Проблема была в том, что слова матери вбились в мою голову странным образом... кажется, именно тогда я начал избегать помощи других зверей, пытался со всем разобраться сам. Я даже начал готовить для отца! Он, конечно, показывал свою гордость за меня, но в то же время ему было очень больно, ведь когда-то они с мамой делали великолепнейшие оладьи... Со временем я пошёл по его стопам, хотя и не заметил этого: начал всё больше и больше учиться, мои одноклассники удивлялись, как я оставался таким вежливым, добрым волком, и при этом таким трудолюбивым. Не сказать, что у меня были враги в те годы - были завистники, но они быстро отсекались, потому что некоторым я казался лучшим волчонком в принципе... особенно учителям. Не жизнь, а мечта, да? Но... я всего лишь хотел, чтобы мама вернулась. Она часто мне снилась, говорила, что гордится мной, что до сих пор любит и так рада за меня. Просила, чтобы я позаботился об отце... жаль, что я не мог повлиять на взрослого волка, который уже сам ведал своей жизнью, и он дальше спивался, хотя и умудрялся какое-то время сохранять баланс между работой, домом и алкоголем. Моя мать умерла, когда я заканчивал начальную школу, а к середине старшей школы... отец достиг своей низшей точки. Если он не работал, то он пил. И очень много плакал. Я видел отцов других зверей, они все были если не стойкими, то, по крайней мере, на уровне своей супруги. А мой… Дело начало доходить до пьяных, очень грустных разговоров с этим зверем, которого мне было жаль, которому я хотел помочь... -Ты её никогда и не знал, Август!.. Ты был хорошим малышом. Лучшие годы нашей с ней жизней!.. Зачем я только повёз вас в этот городок? Остались бы мы в Туманной Чаще встречать Новый Год, она бы выжила... - тогда отец очень сильно винил себя в произошедшем, хотя его никто не мог назвать убийцей. Случилось неприятное стечение обстоятельств, вот и всё. -Пап, от того, что ты себя винишь, мама к нам не вернётся... она ведь очень бы хотела, чтобы ты был счастлив и без неё. -Она была лучшим зверем в моей жизни! Тебе это не понять... ты ещё маленький зверь, и ты не знаешь, что такое любовь между двумя животными. Не родственниками... а именно кем-то настолько другим, что ты удивляешься, почему ты его любишь... -Вы ведь никогда не ссорились. -Нас не зря называли лучшей парой дома! Ха-ха... и семьей... мы были прекрасным примером для всех... были... пока я не убил её. -Папа! - я его обнял. Он аж выронил бутылку, и та элегантно покатилась по столу и только чудом не упала на пол, - Пожалуйста, не надо... я не хочу терять и тебя... - с папой у нас было много общих хобби, и он часто поддерживал меня, когда в школе настигали меня неудачи. Мама делала то же самое, но... маму никогда не вернешь. А отца ещё можно было спасти. -Чертовски верно... я каждый раз забываю, что у меня есть сын. Я безответственный ублюдок, сынок. Или очень горестный волк. Вам ведь уже рассказывали на уроках биологии про души разных видов? -Угу. -Тогда я опущу детали... я тебя очень люблю! Может, завтра покатаемся на лыжах? Или сходим в лес? Как раз выходной будет у нас обоих... -Я только буду рад! Спустя год отец стал пить меньше, но он стал более грустным волком, и меня это беспокоило. Я пытался с ним разговаривать, но он просил его не оставить в покое... и он познакомил меня со своим братом, моим будущим дядей Шелестом. Я о нем ничего не слышал, потому что он странствовал по континенту в поисках подходящего места для работы с его странной специальностью, и только в Туманной Чаще ему предложили нужную должность в университете. Мой отец был родом из другого города, так что меня не удивлял родственник, возникший из ниоткуда. Просто... я чувствовал себя по ночам очень одиноко, и появление дяди Шелеста исправило это! Он был милым бурым волком, который постоянно носил походную рубашку и штаны, и только ради университета надевал сверху пиджак и старался стирать свои вещи. Ещё он обожал шляпы. Его профессия была связана с изучением таинственных морских глубин, в которых скрывались кошмарные, неразумные существа... и мы с ним начали проводить много времени на набережной Туманной Чащи. Может, ты там даже никогда не бывал, Ричард, но это замечательное место! Благодаря этим посиделкам я начал забывать о своем одиночестве, ведь у меня появился прекрасный друг, даже наставник. -Я хочу тоже отправиться в свою экспедицию когда-нибудь! - сказал я как-то дяде в одном из таких походов. -Эй, лихой ты наш мореплаватель, может, подумаешь тщательно перед выбором такой профессии? Она заставит тебя сбегать с места на место, нигде не останавливаться, - ответил Шелест таким тоном, каким говорил пьяный папа. Меня это напугало. -Но… почему? -К возрасту твоего отца, да и моему возрасту накапливаются сожаления. Я завидовал. Много. Глупое это занятие, я знаю! Но иногда хотелось вернуться домой после приключений и обнаружить там любящую семью, которая тебя ждёт... И я рад, что ты не бросал моего брата все эти годы. Он хороший волк, просто немного боязливый. Хорошо, что ты от меня смелости поднабрался! -Я всё равно хочу изучать что-то совершенно новое, дядя Шелест. Старое такое скучное! -Хмм, у меня появилась замечательная идея по этому поводу! Мое 16-летие было худшим днем рождения за все годы, потому что в тот год меня покинул отец. Ситуация вышла странная: дядя Шелест хотел меня усыновить, поскольку отец из-за алкоголизма уже не мог выполнять своих обязанностей, и ему бы не помешало чувство свободы, чтобы вернуть свою жизнь в норму, как говорил дядя. Но в итоге это лишь довело моего последнего живого родителя, и он с горя спрыгнул с последнего этажа Мэрии. Меня водили к трупу - ну, к тому что от отца осталось. Первые недели я вообще ни с кем не разговаривал, меня постоянно посещал призрак мамы во сне, который был... снисходителен. Возможно, папа всегда мечтал воссоединиться со своей любимейшей волчицей, а я просто не обращал на это внимание... от ухода в меланхолию меня спас дядя Шелест. Он был легок на подъем, при этом ощущал ответственность своих действий, и вместе с ним мы занялись строительством моего будущего: он предложил мне заняться особой биологией, факультет которой открывался в университете. Благодаря помощи компании "Чумы", которая заинтересовалась моими навыками на одном из обычных обходов школ (не знаю, занимаются ли они таким до сих пор), я смог поступить в университет без проблем. Собственно говоря, с дядей Шелестом я до сих пор общаюсь, хоть он и постарел и теперь не такой задорный волк. Поныне он предпочитает рыбачить - говорит, что это занятие тихое, и в то же время очень сложное и интересное, нужно лишь понимать, какую рыбу ты хочешь поймать. В последние годы я как хобби занимаюсь волонтерской помощью семьям, у которых проблемы между родителями... потому что я не хочу, чтобы кто-то ещё пережил горе, подобное мне. Знаешь, детям так не хватает немного поддержки. Они лишь хотят чувствовать, что их любят такими, какими они есть, при этом давая им стимул развиваться. Я не скажу, что мой отец был плохим, но я теперь прекрасно знаю, как выглядит волки с проблемными родителями... наверное, так я и познакомился с Винсентом, князем-волком, который спас город. Хотел ему помочь с его семьей. А кто бы помог мне, да?.. -Чёрт. И ты много кому рассказывал эту историю? - спросил Ричард, когда Август закончил свой рассказ и тяжело вздохнул. -Нет. Я не хочу заботы ни от кого по этому поводу, понимаешь? Что было, то было. В глубине души, возможно, я начал работать в части "Чумы", связанной с созданием новых препаратов для зверей, как раз из-за того, что не хотел, чтобы у кого-то мама умерла так же, как у меня. Но много ли я могу сделать? - снова вздохнул Август, вставая и направляясь в сторону гостиной, но его лапу перехватил Ричард. -Ты проникал в научную базу? Проникал. Спас её потом от радиоактивного заражения. Ты много можешь сделать, Август, просто тебе нужно успокоиться и забыть о том, что ты делаешь плохое. Потому что у тебя есть смелость исправлять свои ошибки. Не все звери этому научились, что странно, но знаешь, я не психолог. -Ты в чём-то прав... Гм, Ричард, я не хочу, чтобы ты собой рисковал тоже. У нас разные проблемы, безусловно, но тебе гораздо, гораздо хуже. Мы с Дорианом помогаем, естественно, но раны 18 лет даже за полгода сложно зажить, а мы здесь первый месяц. -С этим я сам разберусь. Я сегодня как раз собираюсь направиться на интересные фотосъемки... один. -Почему один? Мы ведь так привыкли ходить вместе, и мне без тебя уже будет немного некомфортно... -Ты не рисковал нами, когда шёл на эту Научную Базу, а потом мы чувствовали себя такими ненужными во время всей этой проблемы с заражением. Я могу позаботиться о себе и позову вас, если понадобится помощь. Понятно? -Конечно... веселее от этого не становится, правда. Я тебе давно хотел кое-что сказать... ты чем-то напоминаешь мне моего отца. В хорошем смысле, разумеется! Он тоже был очень заботливым и ранимым. Жаль, что он мало чего о себе рассказывал. О своих переживаниях по поводу мамы ему было проще говорить, чем о своем прошлом. -Вы с Дорианом мне не напоминаете никого из родителей, - усмехнулся волк-редактор. -И славно. А теперь нам точно надо спать, а то я слышу птиц за окном. -Да? Чёрт... надо будет как-нибудь лечь пораньше. Для разнообразия. Августу пришлось рассказывать Дориану про поход Ричарда уже самому, поскольку волк-редактор взял нужное оборудование и направился в сторону полузаброшенных зданий ради особо материала для книги. Это был массив жилых домов, школы, детского сада и магазина, которые были созданы в лучшие годы Угольной Лампы, но быстро загнили после начала конца из-за удаления от городского центра. Или из-за того, что это было чуть ли не лучшее место в городе, и его быстро обворовали отчаявшиеся звери - точного ответа уже никто не знал. Ричарду было немного страшно прогуливаться здесь даже ранним утром из-за того, что кусочки зданий будто бы обваливались прямо сейчас. Волк старался избавляться от чувств по этому поводу, но выбрасывать из головы саму вероятность того, что его может убить нестабильность этого района, не стоило. Обход Ричард начал с жилого здания, поскольку оно было самым целым, хотя и ходили слухи в мэрии о том, что его аварийность зашкаливала. Подъезд выглядел нормально, и в нём даже не было ужасных запахов, кроме старины и отсутствия жизни. Волк аккуратно всё фотографировал, после чего начал подниматься по лестнице на каждый последующий этаж. Иногда он заходил в квартиры, чтобы посмотреть на убранство жителей, которые обитали здесь, пока бедность и поиски лучшего не заставили их сбежать отсюда. Внутри было много пыли, разваливающейся мебели, но не было ничего органического - кажется, все более-менее полезное жители выгребли ещё во время побега из своего жилища. Ричарду даже удалось попасть на крышу - с неё открывался хороший вид на всю Угольную Лампу, всю боль, все слезы волка. Он пустил ещё одну каплю из своих глаз, чтобы попрощаться раз и навсегда со старыми невзгодами - даже если новые будут не менее ужасными, теперь волк к ним готов. Спускаться вниз было чуточку сложнее, поскольку приходилось проверять стабильность каждого кусочка лестницы... и, кажется, бетон провалился под волком в один момент. Или он не заметил? Во всяком случае, Ричард был жив и с фотографиями. Или он так только думал. Волк ещё при подъёме наверх заметил, что одна из дверей была, на удивление, заперта. Ещё больше его изумило то, что она оказалась открыта на его пути вниз, и он решил зайти туда, хоть и с предельной осторожностью - мародёры были явлением частым в Угольной Лампе. На счастье волка, местные жители сидели в гостиной, не давая лапам замерзнуть благодаря особому прибору, который каким-то чудом смог заработать внутри этого разваливающегося монумента. Ричард решил подойти и спросить у обитателей кое-что. Одеты они были в типичную осеннюю одежду, перемешанную с домашними вещами. -Вы правда здесь живете? - спросил Ричард с большой неловкостью. -У нас не так много выбора, дружочек! Нам нечем платить за наши квартиры, зарплаты нам задерживают, и когда нам их дают, мы всё тратим на еду, - ответил зверь в зеленой одежде, похожий на опоссума. -Ой, да тебя уволили из-за твоей лени! Мало кому нравится работать в разваливающихся зданий, тем и более жить! - прокричала енот в синем костюме. -Здание вообще стабильно? Вас не убьет случайно? А то мне казалось, что лестница на 9 этаже провалилась, - продолжил Ричард. -Я архитектором работал долгие годы, и скажу, что это здание простоит дольше, чем наш весь город! Конечно, детали могут отвалиться, но здесь будет тепло зимой и холодно летом, - отвечал зверь в красном костюме. Его вид было невозможно определить, ибо он весь закутан был в одежду. -Что это за прибор такой? - ещё поинтересовался волк-редактор. -Конвертор температуры. Видишь трубку, ведущую на улицу? Он из тепла делает холод, из холода - тепло. Последняя разработка нашего университета перед тем, как его закрыли пару месяцев назад! - жаловался опоссум, - Мне так жаль моих студентов. -Разве ты там не работал только ради зарплаты? - спросил загадочный зверь. -А кто из нас работал ради удовольствия в нашем-то городе? - усмехнулась енот, - А вы кто, забавный волк? -Я из газеты Туманной Чащи. Собираюсь выпускать монографию про наш город. Я здесь родился и вырос. -Чёрт подери этих возвращенцев… - ворчал енот, - Но ладно. Может, вы наш город сможете спасти своей книжкой? -Какой мечтательный ты! – кричал зеленый товарищ, - О нас не вспомнят даже после нашей смерти, и никакой писака тут не поможет. -Это мы ещё посмотрим, - произнёс Ричард, готовясь покидать это место. -Еды бы принёс, аристократишка! – вздохнул кто-то в далеке квартиры, когда волк вышел из неё. *** Август понимал, что Дориан - не только умный, но и мудрый лис, и потому он догадается о том, что скрывал в себе волк-ученый после разговора с редактором. Но всегда можно было создать иллюзию спокойствия... хоть цензор это и ненавидел. И после историй Ричарда все понимали, что иллюзии развеиваются очень больно. -Ты не мог бы помочь мне развесить вещи? - попросил Дориан, когда Август читал книги из запасов семьи Ричарда. Она была лучше, чем ожидания к ней. -Разумеется, - ответил учёный, и оба зверя направились на балкон, чтобы после стирки всё высушилось, - Дориан, не пойми меня правильно, но ты очень любил своего отца? -У меня было мало времени с ним познакомиться, - грустно сказал лис, - И то, что я уделил время изучению травмы мышления, должно показывать мое отношение к нему. Почему ты решил спросить у меня это? -Мы с Ричардом ночью общались по поводу его отца. Думаешь ли ты, что безвольные звери в семье лучше слишком вольных? -Всего должно быть понемногу. Проблема Бенджамина, как я думаю, и, скорее всего, Ричард со мной согласится, была в том, что он не был примером волка в доме - в лучшем случае он был добытчиком, которого только за это и ценили. Злоба возникала из-за невозможности правильно показывать свои чувства и в нужных количествах, в нужное время. -Лучший способ преподать урок - жить согласно этом уроку, да? -Именно. Я удивлен, что Ричард оказался таким милым и вежливым волком. Хотя он наверняка хотел стать лучше в один момент. Не находишь ли ты это странным? -Что именно? -Ну, такие страстные натуры, как он, вряд ли бы прожили долго в одиночестве. И с таким печальным прошлым. Я не хочу давить на него, или на тебя, чтобы вы мне всё докладывали, но мне казалось, что я создаю достаточно... - Дориан резко перестал развешивать одежду, сел на пол и тяжело вздохнул. -Ты о чём? -Мне казалось, что я своей любовью создаю такую атмосферу, что вам проще будет рассказать мне всё. Почувствовать себя в безопасности. Простите, если это не так. -Что ты, - волк похлопал лиса по спине, - Ты молодец. Никакой вины в том, что мы молчим иногда, нет. После… -После таких травм надо иногда побыть в одиночестве, я знаю! Я об этом книги писал, - тихо всплакнул рыжий учитель. -Да. Но ты забыл главное. Что после такого, как мы побыли в одиночестве, мы были бы очень рады обнять тебя и поговорить о том, как у тебя дела, - после этих слов Августа на морде Дориана появилась маленькая, но очень милая улыбка. Ричард же тем временем направлялся в сторону школы - кажется, она развалилась сильнее, чем дом, но выглядела опрятнее, как крепость. Даже краска сохранилась, из-за чего создавался контраст желаемого и действительного, который рвал волку мозг. Классные комнаты до сих пор хранили в себе книги, некоторые были читаемы, но многих будто бы не хватало. А из других выдернули листы… Тогда Ричард понял, что здесь кто-то тоже живет. Сколько бродяг, выброшенных на обочину жизни, здесь оказалось? Много ли городов, подобных Угольной Лампе, а сколько городов, подобных Туманной Чаще? Все эти вопросы бурно крутились у волка в голове, пока его не ударило неизвестное существо в живот. Ричард тут же ответил, в результате чего странный барсук в лабораторной одежде оказался на полу. -Погодите-ка! Вы же директор научной базы, которую спас Август, господин Хендерсон! Вы-то что здесь забыли? - подивился Ричард, помогая животному встать, но тот попятился назад. -Чёрт вас дери! Меня уволили, как и половину нашей лаборатории, совершенно забив на то, что мы должны получать дотации после увольнения! Мэр Гораций оказался сильнее нас. И зачем я вообще пытался пойти против его воли?.. -Раз он вас уволил, значит, он испугался последствий, и это многое значит. Но почему вы поселились в школе? -Это самое безопасное место во всем городе! Сюда никто не приходит, иногда только мародёры появляются, судя по слухам... -У вас разве нет квартиры?.. Или типа того?.. -Меня из неё выгнали под угрозой расстрела! Я слышал, что работать на мэрию опасно, но не думал, что всё так плохо. Бедные мои коллекции сервиза, пропадут же без меня… -Впредь вы будете умнее. Хм, а вы не хотите съездить в Туманную Чащу? Там вам дадут приют, работу, защитят от нападок Горация. -Я хочу помочь своему городу! У Туманной Чащи и так всё хорошо, благодаря таким зверям, как вы, Ричард, вашим друзьям, Августу и Дориану! -Я... понимаю. Но если вы умрёте здесь, вы не поможете Угольной Лампе. Кто-то ещё из учёных здесь живёт? -Всех, кого уволили. Мы спрятались в спортивном зале - там окна настолько высокие, что нас не видно! -Я могу вам чем-то помочь? -Сейчас? Просто уходите отсюда и не привлекайте внимания! Может, еды принесите потом. Мы стараемся лишний раз не высовываться… сами понимаете, почему. -Хорошо. Я приду сюда на неделе с банками тушёнки. -Ох, тушёнка! Как же я по ней скучал… После разговоров с ученым Ричард собирался пойти домой таким же путём, как добрался до этой заброшенной части города, но ему пришлось развернуться и прятаться среди развалин инфраструктуры, ибо неожиданно появились войска Луча Беты. Их ещё сложно было распознавать, но эти явно были какими-то рядовыми. Их было 4 зверя, все разных размеров, и они направлялись с какой-то странной установкой, которая была вскоре прикреплена к земле и начала гудеть. Устройство выглядело, как маленькая гора, но вместо склонов у неё были железные балки, а через центр шёл стержень светящегося металла. Конструкция возвышалась на метров 10, и на её низу находилась консоль управления. -А проверка зданий на прочность не навредит самим зданиям? - спросил малый зверь. -Я откуда знаю! Нам дали указания запустить это устройство и передать данные обратно, вот и всё. Командир Рафаэль нас не погладит по головкам, если мы будем задавать слишком много вопросов, - ответил самый малый зверь, который, судя по всему, операцией и руководил. -Можно я скажу? - спросил зверь побольше глубоким голосом, но малыши его будто бы не слушали. -Давай, я тебя бы хотел выслушать, - ответил самый большой зверь ещё большим басом. -Один из учёных как-то мне сказал, что эти штуки могут обнаруживать и живых существ, но такой вид излучения убивает все, кхм, живое. -Класс! И нас тоже? -У нас броня создана для защиты от радиации, идиот! - встрял самый малый зверь, - Активируйте системы! И следите, чтобы никто не появлялся из гражданских. Усекли? Ричард решил сфотографировать эту установку без вспышки, и он тут же побежал в сторону своего дома. И не зря - вскоре он начал слышать возгласы Луча Беты. -Эм, я засек изменение окружающей среды. Кажется, нас кто-то фотографировал! - сообщил большой зверь. -Не может этого быть! Обыщите всю округу, но если ничего не найдете, то ударьте себя по голове! Процедура сканирования и так сложна. Волк уже совсем и забыл, какого это, - находиться на волоске от того, чтобы быть пойманным. *** Ричард с трудом переводил дыхание, когда поднимался по лестнице своего же дома. Эти перила, эти ступени стали такими родными, будто бы волк желал остаться здесь со своими друзьями до конца жизни, если бы Угольная Лампа не умирала прямо у всех на глазах. Главный редактор выкинул эти мысли из своей головы, открывая дверь в свой дом, - кажется, уже дело подходило к вечеру, но где всего его товарищи? Ужасные идеи пролетели насквозь, однако волк твёрдо вбил себе в разум то, что Дориан и Август прекрасно могут позаботиться о себе. Мог ли Ричард сам о себе такое же сказать? Он считал, что да, пока не обнаружил у себя в руке странную железку, которая там уже довольно давно была воткнута. Пока волк рассматривал свое ранение, появились и его близкие с какой-то головоломкой из детства в лапах. -Ричард, бога ради, как ты умудрился вколоть себе железку в лапу?! - крикнул Август. -Ладно тебе, всё будет в порядке, всего-то надо посетить больницу... Дориан, может, у нас в аптечке есть что-то, что здесь поможет? - нормальным тоном сказал Ричард, скрывая свое волнение. -Если ты с этой штукой в лапе уже давно, то стоит сразу направиться к врачу... - пояснил лис, ужаснувшись ситуации, но сохраняя самообладание, - Август, как-то нетипично для тебя так чувственно реагировать на такое. С Ричардом всё будет в порядке, дело простое, главное - не затягивать. -Понимаешь... - Август подошёл к Ричарду, стараясь избавиться от желания растерзать его своими когтями. -Да... я понимаю, - сказал Ричард, здоровой рукой поглаживая волка-ученого по загривке. -Не хочу нагрубить, но не хотели бы вы меня посвятить в то, что вы понимаете? - спросил лис. -Нет, - одновременно ответили серые хвосты. -Чудно, чудно… но если вы мнение измените, то тут же покричите мне! Желательно приятным голосом, - объяснился им рыжий зверь. В больнице всё прошло тихо-мирно, к случаю насилия там давно уже привыкли, и Ричард был в полном порядке уже следующим утром. Он желал спросить про заброшенные здания у Режина - он здесь жил дольше и знает, какие из мест прошлого волка-редактора потеряли всю свою гордость во времени, а какие - нет. В этот раз Дориан и Август пошли вместе с другом, поскольку он чувствовал себя виноватым за излишнюю нервотрёпку Августа. Своим ранением вчера ночью он удивил и лиса, и всех волков... но ведь это было вчера и никогда больше не вернется, да? -Ох, в нашем городе, удивительно, не так много заброшенных зданий, но все они разбросаны под отдельным районам. Как гангрена - отмирающую часть всегда можно отсечь, но власти не собираются с ней ничего делать! - рассказывал Режин на перемене гостям из Туманной Чащи. Никто не боялся больше прихода солдат сюда… -Не уверен, что это войдет в монографию, но я видел странные устройства мэрии, которые прослеживали стабильность строений неподалёку... может, им претит, что там живут обездоленные звери? - задумался Ричард. -Оно и логично. Избранные из Луча Беты обитают на военных и научных базах, а остальные сводят концы с концами в останках домов. Та ещё армейская мощь, - ворчал Август. -Город без души, город без еды, и как долго он протянет - никому неизвестно! Может быть, конечно, нам повезёт, и жители смогут избавиться от Мэра Горация, но нам некого поставить на его место, а без руководства всё развалится ещё быстрее! - говорил Режин. -Я одного не могу понять. Проблема больше в том, что у зверей нет веры в город, или в том, что не на что кому-либо жить? - спросил Дориан. -Одним святым духом долго не пропитаешься. С другой стороны, и без желания жить долго не проживешь. 2 вещи должны идти нога за ногу. Но откуда брать эти средства на жизнь городу? Без понятия, - отвечал Август, вспоминая свои душевные тяжбы.. -Я знаю лишь 2 заброшенных района в нашем городе, и в одном ты, Ричард, уже побывал, судя по твоему рассказу! - сменил тему Режин, - Надеюсь, ничего плохого с тобой там не случилось. Это очень страшные места, которые заставляют чуткие души умирать, как и неловкие тела. -Не считая железяки в лапе и происков Беты? Нет, всё было в порядке, - усмехнулся редактор, пока оба его друга думали о том, что кое-кто собой слишком рискует. В очередной раз. На пути из школы звери из Туманной Чащи напоролись на черепаху в обычном костюме, только с шляпкой сверху. Август чуть не сбил беднягу с лестницы, но вовремя подхватил и вернул ему стабильную землю под ногами. -Спасибо! Вы ведь те самые гости из другого города, журналисты, которые изучают прекрасную школу? Я здесь в свое время учился! - сказал черепаха. -Конечно же, учился он, - проворчал Ричард, демонстративно отворачиваясь от разговора. -Голос знакомый... сиплый, немного глубокий и чудной, вечно недовольный. Ричард, так это же ты! Ты вернулся в школу спустя долгие годы, хотя говорил, что ненавидишь наш город до мозга и костей! Всё-таки звери меняются, - усмехался Черепаха. -Чёрт тебя бы побрал, Финеас, неужели я не могу начать нормальную жизнь, отбросив всё своё хреновое прошлое? - рыкнул Ричард, показав свои клыки, после чего растолкал всех и побежал вниз. -Меня одного бесит, что Ричарда всё так напрягает в его родном городе? - проворчал уже Август. -Он такой странный волк, высокомерный и хладнокровный, естественно, к нему сложно относиться хорошо. Я удивлён, что он стал работать в столь престижном издательстве! - говорил Финеас. -А вы зачем сюда пришли? - спросил Дориан. -Как вы могли понять, я одноклассник Ричарда, даже учился с ним в одном университете некоторое время, и пришёл навестить господина Режина, потому что у него не так давно был юбилей, а всё забывал к нему прийти и... - отвечал Черепаха с грустным видом. -Тебе стоит быть помягче к Ричарду. Вам обоим, если честно. Грубияны, - резко сказал Дориан, - Впрочем, говорить о нём в таком тоне, пока его нет рядом, попросту преступление. Надо догонять нашего волчка! -Вы его друзья? - поинтересовался Финеас. -Кое-кто получше, - ответил Август, - Ричард, погоди! Не убегай слишком далеко! - кричал волк-учёный вдаль, сбегая вниз за лисом, уже помчавшимся за их близким. -Странные они какие-то, впрочем, как и Ричард, - сказал себе под нос Финеас, осуждая тихо их всех. Им не стоило об этом знать, впрочем. Редактор не планировал останавливаться. Когда он вышел из школы, он почувствовал, что воспоминания ужасных дней его преследуют - родители, плохие одноклассники, которые только и делали, что издевались над ним из чёрной зависти, учителя... И волк побежал дальше, в сторону заброшенных зданий, о которых говорил Режин. В работе было его счастье, в работе было его спасение, там же была и его жизнь. Его имена навсегда останутся на книгах, журналах, которые он издавал, и всё же... только дойдя до забытого района Ричард вспомнил, что теперь у него есть товарищи, которые о нём заботятся и которые не могут допустить, чтобы он причинил себе боли. Волк с ужасом оглянулся, пытаясь понять, не остался ли он по своей глупости один вновь. Но нет - Август тянул за лапу Дориана, и они дружно упали неподалёку от главного редактора. -Господи, Ричард, откуда у тебя такие длинные ноги? Мы с тобой пробежали полгорода... пытались докричаться до тебя, а ты молчал и молчал! - с трудом сказал Август. -Простите, я... смог убежать от своих ужасных воспоминаний про школу. И это главное, - вздохнул Ричард. -Каков же твой план, дорогой Ричард? Ты ведь не можешь вечно убегать от своих воспоминаний! - выразился волк-учёный, стараясь скрывать часть ругательств. -И мы как раз для того здесь, чтобы помочь тебе с ними справиться. Но тебе нужно довериться нам… по-настоящему, - сказал Дориан, выдвигая лапу вперёд. -Чёрт... я ненавижу свое прошлое, ладно? Я хочу себе лучшее будущее, а из прошлого у меня нет никого хорошего, кроме тебя, лис... - Ричард поднял обоих своих друзей на землю. -Тогда займемся твои будущим, - с воодушевлением сообщил Август, - Значит, ты решил без дела не сидеть и изучить все заброшенные здания города. Откуда будем начинать? -Большая ли разница? - подивился Дориан. -Этот район намного старше, если мне не изменяет память, - сообщил Ричард, - Здесь могут быть здания, важные для истории Угольной Лампы. Начнём вон оттуда – там всё вычурно выглядит, точно что-то интересное. -Ты уже придумал, что напишешь в главе монографии? -Да, - вздохнул редактор, - «Потерянный свет угольной лампы». Хорошее название? -Лучше не придумаешь, умелец, - усмехнулся Дориан, неловко обнимая своих товарищей. Они от этого даже покраснели. Группа решила разделиться для ускорения поисков информации, и уже через пару минут рыжий учитель крикнул волкам: -О, я нашёл! Подойдите сюда и посмотрите, - все собрались у большого здания, в котором было много разбитых панорамных окон, а само оно походило на здания из времён до Великой Войны. На вывеске было написано "Великое Культурное Гнездовье №3 Угольной Лампы". Звери туда вошли, ибо входные двери развалились от прикосновения лапы Ричарда. -Аккуратнее, ты ведь не хочешь снова отправляться в больницу с кровью на лапах? – усмехнулся Август. -Знаешь, какой минус от того, что ты начинаешь с кем-то делить свою судьбу? - спросил резко Ричард. -Нет. -О тебе тоже начинают волноваться, и тебе приходится меньше рисковать. Огромные залы, покрытые особого рода паркетом и плитками! Здесь как будто бы можно было слышать вальсы, фильмы, оперы и представления, но всё это оставалось в прошлом, которое валялось в виде рваных афиш на полу. Одну такую Ричард подобрал - "Последний Танец Ноэля", спектакль для всех возрастов. -Чёрт. Я сюда ходил ребенком. Здесь были хорошие представления... – вздохнул редактор, - Одни из немногих веселых воспоминаний из прошлого. -Хочешь поговорить о них? - спросил Дориан, подходя и беря за лапу товарища. -Нет. Давай посмотрим, может, здесь остались следы того, почему это место закрылось. Для монографии пригодится. -Только мне оно ужасно напоминает Старый Зал? - мрачно вздохнул Август, понимая, к чему это сравнение может привести. Результатами поисков оказалась куча безделушек ушедшей эпохи, которая не поможет в разрешении проблемы история закрытия «Гнездовья». Ричарду пришлось нести все «исторические артефакты» в лапах до дому, и никто ему помогать не решился. Только после пары часов копания в городских новостях за последние 15 лет Август смог узнать, что 7 лет назад Великое Культурное Гнездовье, некогда авангард искусства, ведомый несколькими воронами, был закрыт из-за нерентабельности и откровенной бесполезности в глазах новой общественности, которая считала возвышенные пьесы чем-то слишком отдаленным от суровой реальности. Можно ли их винить?.. Вряд ли. Но закрытие от этого веселее не стало. Волк-редактора волновал и другой, отчасти сопряжённый вопрос - грядущие выбор мэра Угольной Лампы. Почти каждый день Гораций давал конференции по поводу того, что он сделает в свой следующий срок, но всё это был лишь ненужный фасад - других кандидатов в мэры попросту не было, и победа мыши была наиболее вероятной. Даже если появится кто-то другой, Луч Беты могут не оставить от его репутации и следа, или совершить и чего похуже. Больше всего волка волновала программа кандидата: она была близка к тому, чего хотели добиться во времена Великой Войны разные города. -Господин Гораций, но что будет с благосостоянием наших жителей? У 68% населения происходят задержки в получении заработной платы, а 24% наших горожан и вовсе не имеют постоянного места жительства! - спросил журналист на одной из конференций мэрии. -Вот что я вам скажу! Пока другие города создают всё больше оружия массового поражения, разве мы должны задумываться о таких низменных потребностях зажиточных зверей?! - отвечал мэр. -Но в Туманной Чаще умудряются и повышать благосостояние, и строить мощную военную базу. Многие жители полагают, что нашему городу нужно выбрать новую специализацию, чтобы наш город снова расцветал, - сказала другая журналистка. -Я ценю ваши мнения, но такими темпами мы загоним себя в могилу зависимости от других городов! Мы должны стать самостоятельными, уметь постоять за себя, и только тогда можем мы задуматься о том, где мы будем спать! -35% жителей нашего города, из 57% опрошенных, заявили, что готовы стать зависимыми от любого другого города, если это даст им стабильную работу, - вещал ещё один журналист. -Прекрасно, прекрасно! Именно этого они от нас добиваются. А потом избавятся от нас, когда очередной эксперимент выберется наружу и сделает наш город мишенью для своих коварных планов! Хотите, чтобы вас постигла судьба Березовой Опушки, уничтоженной из-за Прионов? Я вот не хочу такого будущего нашему городу! Наше великое поселение заслуживает чего-то большего? И знаете, кто принесет нам славу! ВЕЛИКИЙ ЛУЧ БЕТЫ! Проголосуете за меня, и я обеспечу нам такие почести, что нас вовек никто не забудет! -Но, господин мэр, 79% опрошенных считают честь не такой важной, как… - пытался сказать один журналист, но его заткнул солдат Беты. -Конференция окончена! Встретимся с вами в следующий раз, мой любимый народ! – сказал мышь, нахально спускаясь со своей трибуны. *** На следующее утро Ричард попросил Августа и Дориана сходить к Режину и поговорить насчет ситуации с Горацием. Редактор хотел обсудить многое… Искал ли он поддержки, решения своей моральной дилеммы об Угольной Лампе, или панацеи от своего прошлого? Не перегружает ли он друзей своими чувствами? И не приведет ли его доверие к чему-то плохому?.. -Гораций с самого своего первого срока только и умел, что создавать видимость деятельности, пока сам плёл сложные политические сети, от которых не было никакого смысла, потому что все города уже давно миролюбивые! Теперь он начал выдумывать врагов, особенно тогда, когда у Туманной Чащи и так много проблем... - вещал Режин, пока готовил всем зверям за столом чай. У них всё было тихо-мирно в квартире именитого учителя. -А давно он обещает исправить ситуацию с благосостоянием города? - спросил Август, ошпариваясь чашкой. -Со своего второго или третьего срока! Просто раньше он не обещал дать жару другим городам. Только воспаленный ум будет искать во всех врагов, когда все боятся именно тебя... из-за твоего же воспаленного ума, - усмехался волчий учитель, - И я понимаю, почему вас это волнует. -Не думаю, что вы понимаете всей картины, - продолжил волк-учёный, - У Горация в лабораториях создается новый металл, который опасно нестабилен. Более того, он делает его основой своей армии Луча Беты... Если его не сместить с поста мэра, страдать будут все города, и в первую очередь - Угольная Лампа. Уже один раз у вас чуть не произошёл радиоактивный выброс... -Может, так даже и лучше будет? Чтобы похоронить этот город раз и навсегда, вывезти отсюда всех желающих, и всё? А, Ричард? - ехидно спросил Режин, отпивая очень много очень горячей жидкости из своей чашки. -Может, так и правда будет лучше, - неуверенный ответ редактора, который валял клубки сахара в своей кружке ложкой. -Я не считаю, что Ричард сейчас сможет правильно выразить свое мнение, или даже составить его, - тихо сказал Дориан, - Учитывая, что недавно он повидал старого одноклассника, с которым у него, мягко говоря, были натянутые отношения. -Ох, тогда у меня есть совсем грустные новости. Потому что у меня сегодня, сразу после вас, ещё гости! – сообщил старый серый. -И почему каждый раз вот так? – проворчал про себя Ричард. Никакой откровенности он позволить себе не может… В дверь позвонили, и волк-учитель тут же побежал её открывать с лёгким трепетом. Вскоре внутрь вошёл господин Финеас, который был надет ещё более парадно. Он не смог застать Режина в нужное время в школе, и потому решил прийти к учителю в гости на более качественный разговор. -Знаешь, жизнь была бы намного приятнее, если бы переживания о прошлом не преследовали меня всё сильнее и сильнее! - Ричард с трудом подавлял свою злобу, когда говорил это Дориану. -Мы можем уйти прямо сейчас, чтобы никому не делать больно, - сказал лис в ответ, готовясь отступать к выходу. -Ричард, здравствуй! А ты что здесь забыл? Неужели стал общаться со зверьми из Угольной Лампы? - усмехнулся Черепаха. -Ричард с нами пришёл сюда для того, чтобы поговорить о вопросе мэра Горация и заброшенных районов. Он пишет об этом в своей монографии по городу, - ответил вместо редактора Август. -Как мило! А я думал, что он совсем сухарь, - продолжал усмехаться Финеас. -Финеас, вы слышали о такой технике, как "Черепаший суп?" - скаля зубами спросил Ричард, выходя из-за стола. Пока ещё он сохранял какие-то манеры. -Кажется, был абзац про это в историях ужасов Великой Войны. Но к чему это ты? Неужели потеряешь самообладание у зверей на глазах? -спросил одноклассник с легкой неуверенностью. -Твой анализ великолепен, как и всегда. Я понял одну вещь, когда дело касается моего прошлого... бежать я больше не могу. И ты знаешь, что остается, когда бежать нельзя? НАПАДАТЬ! – прорычал редактор с завидной мощью. Сложно было сказать, что произошло дальше, но немногие соседи господина Режина по лестничной клетки говорили о том, что некая черепаха вылетела под волчий рёв из квартиры и покатилась по лестничной клетке вплоть до 1 этажа, чудом не получив никаких повреждений. Следом из квартиры выбежал один злобный волк, который будто бы был готов загрызть любого, кто попадётся ему на пути, и он направился в сторону лифтов, чтобы покинуть это место. За ним бежал крайне обеспокоенный лис, а последними из квартиры вышли ещё 2 волка и, один из них явно был господином Режином, владельцем пресловутой квартиры-катастрофы… *** Дверь лифта громко захлопнулась, медленно повезя лиса и волка вниз, на 1 этаж. Гнетущая атмосфера создавалась исключительно яростью Ричарда, и Дориан чувствовал себя крайне некомфортно здесь. Если бы только кое-кто умел слушать в порывах гнева... -Ричи... ты правда считаешь, что вот так ты сможешь исправить свое текущее состояние, излечить свои связи с прошлым? - спросил тихо лис. -Разумеется. Больше никто и никогда не посмеет обидеть меня. Пусть катятся к чёрту все, кто хоть попытается, - грозно отвечал Ричард. -Чем же ты тогда лучше господина Горация? -Я не выдумываю себе врагов. Господин Режин может подтвердить, что я всегда был один, ибо чувствовал себя иначе, чем остальные, и за это часто наказывался. Жаль, что они не знали, что я могу вырасти сильным волком... способным их всех покарать, если попытаются меня вновь обижать. -Что-то я не думаю, что Финеас хотел тебя обидеть. Может, ты сам с ним плохо шутил раньше? -Может да, может нет, у него язык тоже колкий. Тебе-то какое дело? - Двери лифта распахнулись, и волк гордой походкой помчался на улицу, в сторону своего дома. -Мы забыли Августа у господина Режина! Ты ведь не можешь забить на своих друзей... у тебя их не так много, чтобы ими разбрасываться. -Наплевать. Ты думаешь, меня не исключали из своих жизней по самым тупым причинам? -И ты хочешь так же отнестись к тому, кто с тобой пошёл в твой родной город, кто слушал тяжбы твоей жизни? -Ну, Август не маленький ребенок, знает, где мы живем. И он здесь для защиты Туманной Чащи от Угольной Лампы. Он же нас и надоумил сюда поехать. -Ричи... давай ты сделаешь глубокий вдох и расскажешь мне всё, что хочешь. Вообще всё. Я выслушаю и приму всё так, как есть. Я даю тебе честное слово рыжего учителя, что не буду тебя осуждать. -Хорошо. Допустим. И что мне это даст? -Ты сможешь посмотреть на себя со стороны. Услышишь каждое свое слово. И попробуешь понять, стал ли ты хуже своих родителей сейчас или нет. -Как хочешь, Дориан. Надеюсь, ты с разбегу не уйдешь от меня после этих рассказов. Финеас сам не понял, что произошло. Одну минуту он играл в те же игры, что с ним играл Ричард в школе и университете, а другую он уже летел по лестничной клетке и слышал самый страшный рык за всю свою жизнь. Черепаха некоторое время пытался подняться с панциря сам, но только больше застрял, и теперь вспоминал всю свою молодость со странным привкусом во рту. Следом к нему подошли 2 волка, один из которых был Режин, а другой – друг Ричарда, видимо. Они оба помогли ему встать. -Ну вот и почему я учился с такими неотесанными зверьми! Хорошо, что среди волков бывают воспитанные товарищи, - сказал Финеас, когда его подняли на ноги. -Я могу тебя покатить обратно, если хочешь, - сказал Август. -Не стоит. Годы идут, а Ричард всё такой же вспыльчивый комок высокомерия и плохого юмора. Господин Режин, извините, но я бы хотел перенести встречу на следующий день... или любой для вас свободный час. Мне ещё отмывать костюм! - жаловался черепаха, смотря на масштаб бедствия. -Что вы, я и так буду вам рад, Финеас! – отмахивался учитель. -А я вот уже никому не буду рад из вашей стаи. За вами всеми, волками, надо приглядывать, и ещё лучше, если этим занимается кто-нибудь из психических больниц, - ворчал одноклассник, пока готовился уходить. -Что же вы так злитесь на него? Ладно-то Ричард на вас... но я был бы рад услышать вашу историю, - сказал Август. -Я не желаю её рассказывать. Что мне это вообще даст? - продолжал ворчания Черепаха. -Как минимум мы сможем поговорить сегодня хоть чуть-чуть и сгладить впечатления встречи со старыми знакомыми, - сказал Режин успокаивающим тоном. -И, более того, я смогу поговорить потом с Ричардом, помочь вам помириться. Ты ведь не хочешь разгуливать по городу с таким серым волком под боком? - Август старался скрыть свой смех. Но что-то его напрягало в том, что он называл Ричарда фактически серийным убийцей. Правда, если это поможет решить проблему, то какая разница?.. -Ладно! Но только ради господина Режина и из-за того, что у нас обоих был испорчен вечер. Надеюсь, вы сможете успокоить Ричарда, господин... -Август. Я волк Август. -Чудно! Тогда слушайте… О том, что происходило у Ричарда в семье, не знал никто, кроме его собственной семьи. Всем казалось, что они - образцовые волки, у которых многим стоит поучиться. Сам же волчонок нередко завидовал тем семьям, где все друг с другом откровенны, ибо он бы никогда не мог представить свою мать такой или своего отца. Они оба на публике казались совершенно другими зверьми... и уж тем более для школы они виделись такими прекрасными, ведь Ричард был среди лучших учеников. И школа видела этого волчонка совершенно другим - в какой-то мере веселым, в какой-то мере заносчивым, грубым и странно воспитанным, ведь он так быстро вступал в драки, чтобы защитить себя... к подростковому возрасту это всё стало лишь словесными перепалками, и тогда-то Финеас начал учиться вместе с Ричардом. Сперва они друг другу даже казались хорошими друзьями, ведь их вкус в шутках и книгах много пересекался, но чем дольше они общались, тем хуже становилось черепахе от странных шутеек волка, и вскоре он начал его тихо ненавидеть. Несмотря на то, что их пересадили вместе на последний год обучения, отношения они так и не восстановили. Но Ричарда начал волновать другой аспект. То, что Финеас смог найти свою любовь прямо в эти чёртовы 9 последних месяцев в школе! Волк завидовал такому счастью, потому что оно казалось ему недоступным и невозможным, да и сам роман у черепах будто бы вышел из книг, настолько всё было прекрасно. Серый мог лишь смотреть издалека и представлять в своих мечтах, что когда-нибудь он найдет того зверя, который его поймет... У Ричарда было так мало причин любить школу, и с каждым годом их становилось всё меньше. Может, Финеаса как черепаху он уважал, но обстоятельства сложились так, что волк возненавидел в нём этот ужасный образ несбывшихся мечт. Фантазий, которым может быть суждено навеки остаться нереальными. Учитывая, что в классе его много кто презирал из-за его провокационных шуток. А волк назло им не унывал и продолжал нападать. Он до сих пор продолжает эту войну, только с призраками этих зверей… Закончив школу, пути волка и черепахи должны были разойтись навсегда, но судьба - та ещё злодейка, и нередко она сталкивает нас с теми вещами, которые порождают в нас только ненависть. И Ричарду не повезло увидеть Финеаса в Туманной Чаще, на том же факультете! К счастью, им не приходилось учиться в одной группе, иначе бы инцидент с попыткой создать черепаховый суп случился бы годами ранее. Впрочем, возникнет резонный вопрос: что же занесло черепаху сюда? Ох, Финеас обожал историю как науку и желал бы изучать её особенно глубоко, учитывая, что города вновь хотят вспомнить, что произошло в ходе Великой Войны, чтобы избежать повторений, и снять с некоторых красочных историй о великих полководцах всю мишуру, если то потребуется. А на факультете Ричарда было много нужной литературы и соответствующие специальности, на которые можно было бы выучиться. К счастью обоих зверей, они друг друга почти не видели в ходе обучения, лишь иногда пересекались, но каждый из них старался избежать разговора, особенно Ричард, который хотел отсечь свое прошлое раз и навсегда, считая его тупиковой ветвью своей жизни. Финеас же к этому моменту обжился: его возлюбленная вскоре стала его женой, но она осталась ждать его в Угольной Лампе, ибо она была без ума от этого города, как и её муж, и вместе они бы хотели там провести свои все оставшиеся годы. Пожалуй, так бы выглядела идеальная семейная жизнь! Конечно, у черепах были иногда ссоры, однако всё в пределах нормы, и Финеас завёл много новых друзей в университете. Чего не скажешь о волке, который нашёл от силы пару полезных знакомств. Он завидовал факту обладания друзей, ведь ему не с кем порой было разделить душевную боль, но и дружить с кем попало он не желал - всё-таки хочется хороших отношений, а не злокачественных опухолей социального масштаба, которая так и хочет, чтобы взорваться. К тому же у Ричарда весьма специфические вкусы, о которых он хотел забыть раз и навсегда, но которые ему не давали покоя. А потом учеба в университете закончилась, и Финеас, на удивление для волка, вернулся в Угольную Лампу. Серому зверю казалось, что Туманная Чаща была той обителей всех обездоленных, что помогала страждущим встать на ноги, а остальные помогали ей процветать. Жаль, что даже райский сад могут уничтожить адские силы... Однажды на улице Ричарда засеял тот прекрасный свет любви, который он ждал эти годы. В подробности волк не желает вдаваться - он лишь хочет, чтобы его друзья знали о том, что никогда Ричард не испытывал подобного чувства, ему впервые хотелось перестать быть независимым волком и создать семью. Всем этим желаниям суждено было бы сбыться в один прекрасный апрельский денек, когда была назначена свадьба волка... и тогда же случился его крупнейший провал. Его родители как-то смогли прознать из-за настырности матери об этой женитьбе, и решили не прийти на неё, а напеть всем гостям о том, кто такой Ричард "на самом деле" (то есть по мнению Элен и Бенджамина). Волк чувствовал эту странность в атмосфере праздника, отсутствие торжественности и радости... и его сердце было разбито вместе с отказом любимого зверя, который и вовсе обвинил волка в ужасных вещах. В порыве гнева и отчаяния серый редактор смог лишь разбить несколько бутылок и убежать, стараясь скрывать свои слёзы, после чего он решил переехать на другой края города и сжечь какие-либо упоминания себя на месте нового и прошлого жительства. С той поры о родителях он не слышал, а они разбалтывали о нём много ужасных вещей в Угольной Лампе, в особенности Элен, ибо Бенджамин так и работал не покладая рук до своего последнего дня жизни - его смерть была так же внезапна, как и его появление в чьей-либо жизни. Волчица же, поскольку видела смысл своей жизни лишь в сыне, тоже вскоре покинула этот мир, и обещала при смерти всегда приглядывать за своим дитём. На похоронах был и Финеас, поскольку их матери дружили. Никого не удивляло отсутствие Ричарда, ведь для тех, кто его плохо знал, он оставался предателем семьи. -Вот такая веселая история! И теперь у нас с женой прекрасные детишки, душа в душу не чаем. Просто хотелось бы, чтобы в нашем городе было какое-то будущее, а то знаете, смотрю вдаль, и вижу лишь падающий дом! - сказал с задором Финеас, попивая чай из своей кружки. Разговор быстро переместился в квартиру Режина, который имел при себе ещё много провианта для такого рода посиделок. -Так почему бы вам не переехать в Туманную Чащу? Это один из лучших городов, да и вы ещё молодые, а дети маленькие, - разумно посоветовал Август, стараясь забыть, что он обжегся кипятком. -Это может показаться глупым, но в Туманной Чаще слишком много жизни! Мне для работы нужно спокойствие, и в Угольной Лампе гораздо больше материалов. Всё-таки довоенная Чаща - это просто деревушка князей волков, и не более, - ответил черепаха. -Ты бы знал, Август, сколько зверей хотели бы жить в своем прекрасном городе, но они не знают, чем ему помочь, - сказал Режин слишком приторным голосом. -О да, найти нового мэра сложно! Стать им - ещё сложнее! Я знаю, может показаться, что я требую от жителей вашего города слишком многого, но если бы вы правда хотели всё исправить, то вы бы уже нашли новое призвание этому захолустью! - разошёлся Август. Его слова звучали разумно, несмотря на его встревоженность. -Ты можешь быть прав! Угольная Лампа устала жить. Мы похоронили себя... но, может быть, есть жизнь и после смерти, как думаете? - поинтересовался Финеас. -Глупости! Мы всё равно не поймем это, пока зависим от времени вокруг нас, - отвечал Режин. -Я видел что-то похожее на жизнь после смерти. Это... неповторимое ощущение невесомости, важности и абсолютной бессмысленности в рамках всех миров. Нет смысла говорить об этом, если вы это никогда не испытаете. Обычно смертью все и кончается, - сказал Август с загробным придыханием. -То-то у Ричарда и друзья странные, - усмехнулся Финеас. -Они прекрасные звери, - говорил Режин, пританцовывая, - Я бы сказал, что для такого волка лучше товарищей и не найти! Ричард же закончил рассказывать свою версию истории тогда, когда вместе с Дорианом они зашли в дом. Всё это время лис внимательно слушал, но не вставлял ни единого слова, чтобы этот крик души помог очиститься разуму от чувств. Волк скинул пиджак и направился в сторону ванной, усевшись так, чтобы облокотиться на само место купания, тяжело вздыхая и думая о своей жизни слишком много. Было бы жить проще, если бы Ричард так много не думал о своем настоящем, прошлом и будущем?.. Наверняка да. Но такие вещи не изменить, увы. -Мне очень, очень жаль, что тебе всё это пришлось перенести. Это всё было до нашего знакомства, да? - подошёл Дориан, присел к волку, и тот безмолвно прижал к себе поближе рыжего. -Да. Я тогда чуть ли не хотел сброситься из окна своего офиса... но работа помогла отвлечься. Переосмыслить некоторые вещи в своей жизни. А потом... были другие проблемы, знаешь ли. Сейчас, когда всё прошлое возвращается одной большой волной, я рад, что рядом со мной есть друзья, - ответил Ричард очень уставшим тоном. -Мы забыли Августа у Режина, - усмехнулся лис. -Да... надеюсь, он на нас не обиделся. Поблагодарим его за ожидание, если что. -С ним всё будет в порядке, я уверен. Он выбирался из более сложных передряг... но что с тобой, Ричард? Что ты думаешь о произошедшем сейчас? -Больше так делать не буду, вот и всё. И я всё равно не хочу видеть его в своей жизни, ты пойми меня, Дориан. -Я понимаю. Но ты должен перед ним извиниться. Он, конечно, не такой мстительный, как твоя мать, но зачем оставлять зверей, недовольных тобой? Особенно когда ты можешь исправить это недовольство. -Допустим, в данном случае ты прав. Но как правило, которому должны следовать все? Нет, нет и ещё раз нет. -Ладно... всё-таки ты неисправимый упрямец порой. Тебе повезло, что мне самому Финеас не очень нравится. Кстати, почему ты уселся у ванной? -Я хотел принять душ. Быстро расхотел из-за мыслей. -Ну... я могу выйти, если тебе надо. -Не стоит. Оставайся. Может, я вновь захочу принять душ, - усмехнулся волк, а лис только и покраснел. Вскоре Август вернулся домой. Он поведал всю историю Финеаса, и хоть первоначально Ричард не дал никакой реакции, уже на следующий день троица зверей направилась в сторону мэрии, для выполнения одного дерзкого плана, навеянного разговорами с Режином. Август, правда, резко исчез из виду, сказав, что ему надо уладить один старый вопрос. Волк-редактор не понял своего сородича и решил продолжить следовать своему плану. -Неужели вы действительно ничего не можете сделать с заброшенными зданиями в нашем городе?! - жаловался Ричард в кабинете Горацию, пока Дориан и куча журналистов с пресс-конференции мэра втискивались позади. Было сложно сказать, как как волк смог заставить столько зверей слушаться его, но тишина воцарилась быстро... -Кхм, мало ли что происходит на окраинах нашего города! - отвечал Гораций, нелепо двигая лапами. -Посмотрите-ка, - Ричард кинул из своего пиджака стопки фотографий, - Это ведь свидетельства того, что там живут звери. Почему бы не снести эти обрубки архитектуры или не починить их? Но нет, вы тратите деньги на странное оборудование, которое следит за стабильностью этих зданий, будто вы ничего делать и не собираетесь, лишь создаете видимость работы. -Абсурдные заявления! Фотографии могли подделать! - заявлял мышь-мэр. -Да, а я подделал очевидцев, что там живут? - в комнату начали вваливаться звери, уволенные Горацием из лабораторий, и не только. Ричард специально договорился с ними накануне, принеся им 3 банки тушёнки. -Их можно подкупить, чтобы они врали! Вы просто хотите снять меня с должности. А эти звери были уволены согласно контракту! -Допустим. Но разве в контракт входили угрозы со стороны полиции, которую вы называете "Лучом Беты", потому что все бюджетные деньги тратятся не на спонсирование инфраструктуры, а на разработки в области ядерного оружия? -Это разве вас касается? Откуда вы об этом знаете, шпионы из другого города! Вы только посмотрите, они роются в тайнах нашей же Угольной Лампы... -Но почему вы скрываете от нас ядерное вооружение? - спросил Журналист, - Ведь вы тратите наши деньги на него. -Ам... я отвечу на все вопросы завтра! Конференция окончена! Вальяжно выходя из мэрии, Ричард было собирался праздновать столь прекрасное начало дня, как на его сердце возник твёрдый и очень неприятный камень, ибо он увидел Августа, который приводит на площадь Финеаса. Волк с ним усердно о чём-то болтал, и, как мог думать редактор, у черепахи тоже на сердце стало плохо. -Явился не запылился! - сказал с ухмылкой Финеас, когда увидел, что Ричард всё-таки решил подойти к ним. -Август, ты мне должен слишком многое за то, что я сотворил у Горация, а за то, что привёл Финеаса... - начал волк, да не закончил. -Пожалуй, за случай с Горацием я очень тебе благодарен и найду способ отплатить долг, но за Финеаса... никто никому и ничего не должен, - отвечал учёный. -Вас оставить наедине? - спросил Дориан. -Будь добр, - проворчал Ричард. Волк-цензор и лис отошли в сторонку, начав болтать о своём, пока Ричард и Финеас ломались, но всё-таки серый заговорил первым. Он поведал свою историю школьных и университетских годов, хоть и в весьма урезанном формате - незнакомые звери не имеют права знать слишком много. Затем он сказал: -Я не собираюсь извиняться за то, что творил в школьные годы. Я лишь хочу, чтобы ты понимал всю суть происходящего. -И даже не извинишься за то, что чуть не съел меня? -Нет. За желание убить осуждаю сам себя, и всё. Избавляться от своего прошлого ценой чужого зверя - слишком глупо. Ведь со мной могли бы поступить так же. -Значит, ты не дурак, Ричард! Ты умный волк, но тот ещё простофиля. Тебя обвести вокруг пальца порой уж очень просто. -Ну, ты услышал заветные слова. Иди к своей семье, делай вид, что всё в порядке. -Кстати, а что ты делал в мэрии? -Пытался уличить Горация в его преступлениях против своих же обещаний и против будущего Угольной Лампы. -Хмм... может, ты и не настолько ужасный волчара. Я хочу, Ричард, попросить у тебя одну вещь. -Ты её не получишь. -А вот и получу! Ведь нас обоих волнует одно и то же. Спаси Угольную Лампу, прошу тебя! Никто из нашего города на это не решится сам. -Я и без тебя это понял. -Но ты ведь выполнишь эту просьбу, да? Волк на то ничего не ответил. Черепаха лишь кивнул ему, и они распрощались, направляя по своим дорогам. Ричард своим друзьям о разговоре не рассказывал - они просто решили не идти с ним, когда поняли всю глубину его настроения. Он пошёл в сторону дома Режина, поскольку только к нему сейчас тянулось его сердце. Почему бы не поведать тайны души верным товарищам? Ричард... не мог ответить на этот вопрос. Ему лишь казалось, что он и так им задолжал. Ему стоит дать им выходной. -Ты всегда был противоречивой личностью, Ричард. Но я уверен, что ты заслуживаешь всей той поддержки, что получаешь от друзей, и даже больше! - начал Режин. В этот раз он сидел в своем кабинете, недавно завершив проверку последней стопки работ учеников. -Я не считаю, что кому-то стоит близко со мной жить. И долго. Им же будет только хуже, - с долей презрения сказал младший волк. -Это слова твоих родителей, или твои собственные мысли? И есть ли смысл верить в слова родителей, если они плохо к тебе относились? -Разумеется, нет, но... даже последние события показывают, что мне стоит жить одному. -Ты бил своих друзей? Получал удовольствие от причинения им боли? Может, не признавал свои ошибки в отношении них? Сомневаюсь, что это так. Конечно, я тебя попросту не знаю так хорошо, как они, и всё же... -У нас всё в порядке! – прорычал редактор. -Тише, Ричард. Успокойся и обдумай всё. У нас много времени… -Времени мало! Гораций... да и мои друзья... и мои призраки прошлого... чёрт, Дориан любил работать в своей школе. Он так хотел успеть вернуться до начала учебного года, к своим ученикам. А теперь?.. -Если он пошёл ради тебя на такие жертвы, то тогда почему ты беспокоишься о том, что твои друзья от тебя устанут? -Потому что... я уже видел такую судьбу. Сам Дориан в пьяном разговоре мне выразил все претензии... и мы с той поры с ним не общались. До недавнего времени. -Хорошо, хорошо... Но алкоголь когда-нибудь помогал тебе понять истинные мысли зверей, если они не совпадают с тем, что они говорят обычно? -Да. -Ну... я тебе ничем не могу помочь сейчас, видимо. -Почему? -Потому что алкоголь мутит рассудок хуже любого яда, Ричард. И если твои родители и делали вид, что при запое говорили правду, то наука отвечает, что всё совсем иначе. -Я подумаю об этом… *** Надо бы вспомнить и про Туманную Чащу, где в это время престижное издательство изо всех сил старалось избегать проблем. Персифаль и Кэролайн настолько поссорились в вопросах управления, что не разговаривали друг с другом пару дней, и никто не желал написать об этом Ричарду - или из чувства победы, или из-за стеснения. Секретарша прятала в себе все странные мысли по этому поводу, или, по крайней мере, пыталась это делать. -Кэролайн, меня часто упрекают за грубость, но вы выглядите хуже, чем гнилые орехи! - сказала волчица Элизабет из князей волков, когда помогала мыши. -Я не хочу нагружать вас своими проблемами! - отозвалась собеседница судорожно. -В моей семье тоже было раньше принято скрывать боль, но, только начав беседовать друг с другом, нам удалось решить все неурядицы. Я аж сама удивлялась тогда! -Работа - не семья... -Да, но это все равно объединение зверей! Чего вы боитесь, Кэролайн? Волчий язык имеет в себе много костей, многие из которых потом уходят в личные шкафы! -Проблема такая простая! Мы с Персифалем совместно управляем предприятием, но мне не хватает сил, чтобы защитить типографию от развала шаловливыми ручками этого енота. -Я всё время забываю, что у вас, мышей, такая другая биология! Ну да, за взрослым волком в самом расцвете сил тяжело угнаться... Но должно же быть какое-то решение! -Вам нет смысла мне помогать. Поверьте, Элизабет... -Мне здесь нравится работать, и я не хочу, чтобы меня отсюда выкинули из-за закрывающейся типографии! Так что давайте подумаем, чем можно вам помочь... -Помочь? Биология - штука такая... нам стоит только принять, какой вид нам был послан Богом, и всё. -Погодите... нет, нет, всё не так! Я давно любила собирать листовки, когда искала работу, а сейчас это делаю, как хобби. И я видела одно объявление из лабораторий "Чумы" - они ищут добровольцев для тестирования своего нового витамина! Ещё и заплатят за это дело. -Опасно это всё... я так боюсь рисковать! -Ничего, Кэролайн. Я вам обязательно помогу справиться со страхами! -Ну, если так… то я за! Только в нерабочее время. А то Персифаль опять что-то учудит… Этот разговор проходил в столовой, за одним из отдаленных столов, как будто бы Кэролайн подсознательно желала, чтобы ей помогли. Впрочем, такие беседы могли услышать уши наиболее подготовленные или наиболее желающие. -Так-так-так, Кэролайн, неужели ты признаешь, что в одиночку не можешь справиться с управлением издательства? - вмешался Енот Персифаль, буквально из-за угла появляясь прямо у нужного стола. -Подслушивать нехорошо, если что! - проворчала Элизабет. -К слову, я могу уволить тебя за такое сквернословие! В этом мире ко мне плохо может относиться плохо лишь господин Ричард, - отвечал заместитель главного редактора. -И то из-за того, что тебе нужна его должность! Я ни за что её тебе не отдам, Персифаль, и не надейся, ведь ты профукаешь всё наше наследие вмиг! - возмущалась Секретарша. -Все мы когда-нибудь исчезнем, но так почему бы не сделать это красиво? - этого настырного писаку было не остановить порой. -Наша типография поставляет литературу во многие города! Ты бы знал, скольким зверям ты испортишь жизнь... но тебя волнуют только собственные паршивые книги, - продолжала Кэролайн. -Если бы ты их прочитала от начала до конца... -То меня стошнило бы от безвкусицы! -Так, товарищи! - спокойно сказала Элизабет, - Я не знаю всего, но я понимаю, что никакому Еноту не переплюнуть целого взрослого волка в одиночку. Вам нужна помощь, ведь так? Вы ведь не сможете публиковать свои книги, если издательство прогорит. Помогите Кэролайн, а взамен она вам позволит продолжать выпускать ваши произведения. -И как ты вообще смеешь выдвигать такие предложения тем, кто выше тебя в иерархии, детка? - возмужал Персифаль. Он никогда не был таким уверенным. Отсутствие Ричарда на него плохо влияет. -Персифаль, странно, что ты не разболтал мою тайну ещё всем вокруг, - ворчала Кэролайн. -Без надобности. Все и так догадываются, а признание работает лишь тогда, когда оно идет от самого зверя, вокруг которого летает слух. -Ну так что? - после паузы спросила волчица. -Ваша взяла! – ответил енот, - У вас приятные аргументы. Но вы почитайте мою книгу какую-нибудь, в качестве оплаты за окончание спора! -Мне нужно принять этот препарат, - заявила мышь, - Потому что этому товарищу я больше доверять не буду! -Что? Какой препарат? И без моего ведома? Ишь чего вы решили!.. – замямли Персифаль. -Боже, даже с Винсентом в его худшие дни было проще общаться! – подумала про себя Элизабет в этот момент. В итоге все три зверя направились после рабочего дня (пришлось задержаться на пару часов) в сторону главного здания "Чумы", откуда их тут же направили в больницу - странно, почему бы в объявлении сразу не написать, куда идти? Но такие мелочи были уже не важны. -Почему бы мне самому не получить эти витамины? Тогда мне не нужна будет какая-нибудь Кэролайн! - воскликнул резко Персифаль. -Плохо у вас получается обманом захватывать власть в издательстве, - усмехнулась Элизабет на полпути к их цели -Он и не пытается это скрывать, пока не появится господин Ричард! Хотела бы я, чтобы мне хватало энергии справляться с этим зверем... - ворчала Кэролайн, - Как приедет господин Ричард, я всё ему расскажу! -А разве нельзя написать ему письмо в Угольную Лампу или ещё как-то связаться? - спросила волчица. -Мэрия нам не рекомендовала это делать из-за ухудшения отношений между городами! Да и я привыкла справляться сама... глупо, я знаю, но... - мышь не могла договорить. Хорошие идеи приходят к отдохнувшим животным, а не перерабатывающим секретаршам. -В объявлении было сказано, что нужны только малые звери, так что вы, Персифаль, и так не пройдете, - продолжала Элизабет. -Ох, я бы тогда засудил их за то, что они попытались меня убить! - на самом деле еноту было бы безразлично. Ему нравится наводить суету вокруг себя, лишь бы его величество заметили. -Думаю, там все несколько сложнее, - завершила волчица. Вскоре группа дошла до главной больницы города - она была похожа на все остальные (в каждом районе было по 1 больнице и по 2-3 клиники, которые почти не уступали главным учреждениям), но от неё веяло подозрительным страхом изнутри. Были ли это волнения тех, кто пришёл к врачам? К ним никто не приходит за хорошими новостями… потому Кэролайн было трудно зайти в это учреждение, но с помощью волчицы и явно не благодаря Персифалю она смогла перебороть свою первую долю страха. К несчастью, это было лишь началом огромного айсберга кошмаров бедной мышки. -Ну, только выживи! - крикнул Персифаль вдогонку Кэролайн. -Отстань! - ответила она, а потом Элизабет и енота выпроводили из больницы врачи, сказав, что так положено. Сама процедура была проста: любой доброволец, подходящий по виду, мог направиться в медучреждение, заполнить нужные бланки о добровольном участии в эксперименте, после чего ему делают (после нужной подготовки) инъекцию нового препарата, а затем за испытуемым наблюдают специалисты, причём 3 раза в неделю проверяют на дому. После получения инъекции специалисты "Чумы" доставляют зверя в его жилище, отправляя его спать. Новое средство было разработано на основе данных, полученных от Лекаря, однако публика слышала лишь о "продвинутых исследования Лечения и Поветрия", что ложью не было, но раскрывало не всю правду. Сейчас же важно было, что Кэролайн от страха с трудом доверяла врачам, учитывая, что ей стало очень не по себе, когда она увидела странные пятна крови в кабинете. -Не волнуйтесь. Мы не желаем вам нанести вред, мы лишь хотим помочь, но мы не сможем ничего сделать, пока вы не хотите сотрудничать, - сказал медбрат. -Я понимаю! - крикнула мышь, - Но я не могу... мне очень, очень страшно! Я так боюсь потерять возможность делать что-то полезное в этом мире... Но я больше не могу это сделать без ваших витаминов. -Тогда думайте только об этом, если не можете расслабиться. -Разве это вообще правильно? - философски спросила она, - Изменять способности зверей, данные нам природой? -Вижу, вы любите читать очерки мадам Элеонору, ведь один из последних её недавних выпусков именно так и назывался, - сообщил врач, пока мыши стало чуть холоднее в районе лапки. -Ох, да, я их обожаю! Порой мне кажется, что так глупо пытаться что-то менять в зверях, когда за нас это может делать природа... -Разве не главное в мире жить и продолжать жить, мадам Кэролайн? И именно этим наука и занимается. Просто быстрее эволюции. -Этого я и боюсь! -Кстати, укол уже выполнен, и я должен направить вас к моим коллегам на разговор. -Да? Как же чудно всё это!.. Бывают в мире и отличные дни, да? *** Август и Дориан пришли домой, и лис тут же принялся изучать книги по психологии, которые он брал с собой на чёрный день. Август же начал рассматривать новые данные про Лекаря, которые... не имели в себе никакого интереса. Будто бы он пытался себя чем-то занять. Потом он решил то же самое безделье предложить лису: -Дориан, ты бы не хотел прогуляться по паркам? В поисках различных странных штук, книг, может быть? А то ты читаешь то, что взял из Туманной Чащи. -Это какая-то странная забава учёных, о которой я не знаю? -Может быть. Мы с товарищами по работе до войны часто выходили в природу или к набережной, чтобы поискать странные образцы, поразмышлять о том, как самая разная жизнь уживается в самых любопытных местах. Да и командный дух это прекрасно повышало. Версию с книгами я предложил, потому что ты же учитель, а не учёный. -Библиотека Угольной Лампы... наверняка занятное место! Учитывая, как давно там не менялись книги. Если их всех не продали в другие города, или не сожгли. -Не будь таким пессимистичным. Свет Знаний найдет себя даже в конце всего сущего. Немногие могут его увидеть. Кажется, мы оба вполне можем! -Ладно, я согласен! Только давай оставим Ричарду записку о том, что мы ушли, и куда ушли. Он ведь может вернуться в любой момент. -Конечно! Но не забывай золотое правило. О себе тоже стоит позаботиться. -Я понимаю, Август, понимаю, но... я скучаю по школе. -Возвращайся туда. Мы с Ричардом прекрасно справимся сами. -Я не могу так поступить. Это будет сродни предательству. А ведь мы только-только... -Тогда оставайся. Выбор невелик, знаешь ли. Каким бы учёным наш век не казался, технологии развиваются у нас таким образом, что лучше обучать учеников прямо на месте. -Ну... да. С тобой обсуждать это проще. Порой мне кажется, что я могу легко обидеть Ричарда не тем словом. -Не беспокойся за него. Точнее - давай с ним поговорим об этом, когда он придёт домой, за ужином. Уверен, Ричард будет рад твоей откровенности. -Тут с тобой я могу только согласиться. В Угольной Лампе тем временем тоже наступила ночь, и все звери отправились спать. Ричард вернулся домой поздно, когда друзья уже дремали, - после визита к Режину он потратил этот день на прогулки в одиночестве и раздумья. Из-за этого уснуть было очень сложно волку, но даже на улице этого серого бывает счастье... Пока Ричард не понял, что вновь в своей спальне, а квартира выглядит так, будто бы значительно помолодела. Покинув комнату, волк осознал, что он всё ещё в возрасте, в котором ложился спать. Странно... В комнате родителей он неожиданно обнаружил Элен, которая сидела перед зеркалом в своем парадном, бежевом платье, смотря на зеркало, а не на себя. -Ах, Ричард, как я рада видеть тебя, сынок! - сказала она, не вставая со стула. -А я вот тебя нет. Неужели ты даже не можешь спокойно умереть уже? - спросил волк осудительно. -Ты всё ещё злишься? Мы столько сделали для тебя, сын... -Я вас прощать не собираюсь из-за этого. Хотите замаливать грехи? Пожалуйста. От этого вы лучше не станете, ведь вы даже не пытались исправить свое поведение, которое сделало меня... ужасным волком во взрослые годы. -Неужели ты винишь в это нас? Прощения мы с папой не ищем, конечно, но почему ты так жесток? -Умудрён жизненным опытом. С тобой нереально жить, как и с отцом. -Ну, а тебе больше с нами и не жить. Мы мертвы, Ричард. Наконец-то я больше не волнуюсь о жаре в нашем городке. -И с собой вы уже забрали одного зверя, консьержку Маргариту. -Но какая разница? -Ваши преступления... -И кого ты за них накажешь, дорогой? Я безмерно тебя люблю, и отдала бы жизнь за тебя... -У тебя просто своей жизни не было. Ты потому её и не ценила. -Дай мне договорить. Нас уже нет, Ричард. Остался только ты. Живи так, как считаешь нужным, не оглядывайся на нас. Оставь меня и Бена в покое. -Неужели я вам ещё и докучаю?! Мать его больно ударила, после чего взяла и спрыгнула с балкона. За ней побежал из ниоткуда появившийся отец, и после этого Ричард лишь слышал странную мелодию, источник которой он не мог опознать во сне. На его морде не было сожалений. Только спокойствие. И пустота.