Зелёное на красном

Было любопытно посмотреть, как она борется с собой. С какой грустью смотрит на свой обожаемый гриффиндорский стол, на своих близнецов Уизли и Грейнджер, которые в непонятках пяляться на то, как Ройс вздохнув садиться рядом со мной. За змеиный стол. Презираемый ею. Меняет красное на зелёное. А змеи, в свою очередь, удивлённо следят за моей малышкой. Мерлин, как она кусает губу, я еле держусь… Совсем скоро она добровольно окажется моей, мою спальню осветят её добровольные стоны, а её язык добровольно будет облизывать мой… — Тео! — вырываюсь из моих сладких грёз, чтобы посмотреть на того смертника, который разрушил этот момент, — Зачем ты привёл грязнокровку? Дафна. Жалкая Гринграсс. Слизеринская аристократка, надроченная с рождения потакать таким как я. Сделана так, чтобы мне понравилось. Выдержка. Манеры. Осанка. Лучшие платья. Дорогие украшения. Всё, чтобы обернуть посредственность в красивую обёртку. Хмыкаю, глядя на свою малышку. Гордо игнорируя все выпадки, она преспокойно пьёт мятный чай. Будто бы каждый день её притаскивают в логово врагов на обозрение. Переодически похлюпывая, когда делает излишне большой глоток обжигающего напитка. Именно поэтому аристократки не пьют чай сразу. А ей всё равно. — Гринграсс, а какие варианты? Пораскинь мозгами, — устало запрокидываю голову. Она мигом поправляет свои волосы. Хочет мне понравиться. Набрызгалась своими гадкими духами с розами, — Она — моя. Отвечаю ровно, но бескомпромиссно. Я её бросил, но мы остались помолвлены. Отец сказал, это ненадолго. Он знает, что я не буду её терпеть. Нельзя, чтобы в её глупой голове зародилась постыдная мысль, что она имеет на меня хоть какое-то влияние. Её бешеная сестра, Астория, подаётся вперёд, бесстыдно разглядывая мою малышку, которой, как видно, не по себе, раз она прячет глаза на дне чашки. — На сучке нет твоей метки. Она не твоя, — мои кулаки сжимаются на моих коленях, но они этого не видят. К счастью. Вот уже и парни начинают оборачиваться на наш разговор. Маркус ебучий Флинт гадко улыбается, издевательски обнажая свои кривые зубы. Гойл с Крэббом притихли и сосредоточились, насколько это возможно с их-то мозгами. Томмен Эйвери, Драко и Блейз молчаливо поглядывают в нашу сторону, так как сидят очень близко. — Тебя посвятить во все мои сексуальные предпочтения, или только в их часть, Гринграсс? — с издёвкой и высокомерием, присущим Ноттам, уточняю у неё, — Я не спешу, мне нравится медленная охота. Но если тебе так хочется, могу тебя позвать, когда я буду трахать свою сучку. Можешь посмотреть. Она скривилась и разом отвернулась, бормоча что-то своей сестре. — И как тебе хватает выдержки не вставить в неё прямо сейчас? — лукаво интересуется Пьюси, — Это больно. Столько терпеть. Безразлично пожимаю плечами, но, Салазар, чего стоит это безразличие… Вчера Элиана уснула в моих объятиях, потому что у неё не было выбора. Мы проснулись уже под утро, и никто из нас не вернулся в свою башню. Малышка даже не заикнулась о том, чтобы пойти отдельно от меня. Умница. Смотрю на неё, а она на меня, игнорирует все комментарии моих дружков. Такая смелая. — Моё ожидание будет вознаграждено, — не отрываюсь от неё ни на миг, пожирая взглядом. Покровительственно поднимаю её подбородок, одним пальцем, как всегда, заставляя повиноваться мне. Давай, милая, покажи всем чья ты, — Да, малышка? — Да, Тео… — она произносит так тихо, но весь стол её слышит. А затем начинает одобрительно гоготать. Многие знают о моих успехах в элитном отряде. О моей безжалостности. Знают о том, что я не понимаю слова «нет», что я всегда получаю, что хочу. Вероятно поэтому Крэбб начинает смеятся своим идиотским лицом, обращаясь к моей девушке. — Получилось даже лучше, чем я хотел! Теперь-то ты точно будешь страдать, тварь! — он тычет в неё своей сарделькой, а вокруг стоит издевательский гомон. Но даже это не может вывести мою богиню из состояния спокойствия, — Нотт трахнет тебя как следует, — о, я это сделаю, вне сомнений, — Ты поймёшь, где теперь твоё место, — На пьедестале, — Ты будешь истекать кровью, слезами и спермой! Не могу сдержать улыбки. Она правда закатила глаза. На «крови», не на «сперме». — Тебе-то какое дело, слизняк? Ты-то ко мне и не прикоснёшься! Идиллия рассеивается. Блять. Ну почему нельзя было промолчать? Я просто не могу это так оставить... Но это отличная возможность показать всем мою жестокость. Чтобы никто и заикаться не мог о моей привязанности к ней. Это поставит их всех на место с их долбоёбскими вопросами типа "почему ты медлишь и не ебёшь её". Даю ей пощёчину. Слабую, но громкую. Вокруг удивлённо хлопают глазами, а бродящие рядом Пожиратели хищно кивают мне. Отлично. — Ты больше не откроешь свой прелестный ротик пока я не скажу, либо не помашу перед ним членом. Кивни, если поняла, — шиплю ей со злостью, которую я испытываю к Крэббу, из-за которого я был вынужден нарушить своё слово и ударить её. Слёзы наворачиваются на её глаза, и она с ненавистью кивает, но чуть покрасневшую щёку не трогает. Храбрая. Ненавидь меня сколько хочешь, я всё равно для тебя лучший вариант, малышка. Слизняки продолжают глумиться. Они смеются над ней, изображают минет и показывают, как она будет рыдать из-за моего члена. Может и будет. Сперва. Но потом её голос будет срываться от оргазмов. Я заставлю его срываться. Дафна смотрит. Она знает, что это правда. Знает, что нежности от меня можно не ждать. Забавно, но если глядя на Дафну, которая ожидает от меня жестокости, я был действительно жесток, то с Элианой я… осторожен. Я хочу заботиться о ней, не хочу причинять ей лишнюю боль. Вчера ночью она не ждала от меня боли. Говорят, каждый получает то, чего ожидает. Может это и правда. Малышка подумала, что наш импровизированный договор может её как-то спасти и расслабилась. Она не боялась меня, а хотела помочь. Глупая, и правда говорит, что думает. Даже не понимает, как я опасен для неё. Помочь мне. Уроду, который собирается её изнасиловать. Помочь мне её изнасиловать. Я до последнего не хотел этого делать, я избегал её, наблюдал издали! Но этот закон с чашей… Как я ему благодарен. Я бы ни за что к ней не приблизился. Иначе. Малышка молчит. Она больше никуда не смотрит. Ждёт, когда мы уйдём, и я не заставляю её долго ждать. *** — Понравилось тебе, да? — Элиана бросает ему на французском, вместе с оглушающим на дверь, — Понравилось меня унижать? Нарушать обещания? Она врезается ладонями в его грудь, но не со всей силы. Просто чтобы пихнуть, не ударить. Его это позабавило. Боится его или боится его поранить?.. — Ты ведёшь себя глупо, — отстранённо заявляет Тео, растёгивая рукава рубашки, — Это был хороший ход. Теперь ни у кого не будет сомнений в моей власти над тобой. И в моей кровожадности. Тебя не будут тревожить. — Ага, потому что ты и сам со всем справишься! — кричала она, — Может, я и правда сглупила, доверившись тебе и твоим бредням о любви! Теодор смотрит на неё мрачнее тучи. И она тушуется. — Я могу сбежать… — тише предлагает малышка. Тео фыркает. — Ты даже не представляешь, как быстро я найду тебя даже по незавершённой магической связи. Усталая, гриффиндорка плюхается на его кровать с ногами. — То есть я могу уйти только умерев? — наконец она решается на этот вопрос. Но он только злит Тео. — Я не дам тебе умереть. А если ты попробуешь, я тебя накажу. — Ха! — вскрикивает девушка, — Как, позволь спросить? Прогонишь мою кровь в чаше ещё раз, чтобы мне нашли второго хозяина? Она в это не верит. И это его ошибка. Он дал ей слишком много власти. Так они и кружат, словно на шахматной доске, сражаясь за каждый клочок поля. Это надо прекратить. Малышка забыла кто он. — Раздевайся, — рявкнул он свой приказ. Эли опешила. — Нет, пожалуйста, Тео… Я… — она нахмурилась, — Хотя какого чёрта? Я не буду перед тобой унижаться. Делай, что должен, и я вернусь в свою гостинную, чтобы больше не видеть твоей рожи… Он очень недобро улыбнулся. Что это, карт-бланш?.. Следующей секундой он сорвал с неё всю одежду невербальной магией и запечатал дверь. — Когда любят, так не поступают, — только и успела предупредить она, несколько обречённо. Попятилась назад. Он равнодушно пожал плечами, ухмыльнувшись, в то время как Эли вскинула палочку, которая тотчас отлетела к нему. — Как ты это сделал? — она всё ещё не верила, что он может всё. Теодор обладал довольно сильными руками, которые, схватив девчонку, развернули к нему спиной. Вместе, они рухнули на кровать. Из Эли вылетел весь воздух, под тяжестью прекрасно сложенного мужского тела. Чёртов квиддич. Она извивалась настолько, насколько это было возможно в её положении, но ничего не помогало. Тео раздвинул её ноги, лёг между ними. Она почувствовала его кожу своей и вздрогнула, когда он провёл членом по её ягодицам. — У тебя когда-нибудь был анальный секс? — жаркий шёпот опалил её затылок, а большой палец побежал вдоль позвонков, заставляя извиваться сильнее, и остановился, надавив на тугое колечко. — Я так понимаю, умолять бессмысленно? — яростно прошипела девушка, у которой были заблокированны все конечности. — Ну попробуй, — хохотнул Тео, чрезвычайно довольный своим планом. — Пожалуйста, не делай этого, — выдохнув и затолкав свою злость туда, над чем у неё сейчас висела прямая угроза, она успокоилась. Насколько позволяла ситуация, — У меня не было анального секса. Я не думаю, что смогу это вынести. Тео услышал всё по-своему. Услышал, что он будет первым. И задрожал от восторга. — Я возненавижу тебя, я клянусь. А мои клятвы чего-то, да стоят. Он хмыкнул. Ну конечно. Гриффиндорцы не могут без своим клятв. — Так даже лучше, малышка… Я буду первым. Ты не представляешь, какое это удовольствие, побывать там, где ещё не был никто, — его дыхание прерывалось, — Несомненно, со смазкой и охлаждающим гелем тебе было бы проще. Может, даже не настолько больно… Но я же должен тебя проучить, верно? — голос его становился настойчивее, — Тебе следует понять, как разговаривать со мной не стоит. Что угрожать мне не стоит. Твоя порванная попка не даст тебе об этом забыть, не волнуйся. Сидеть ты точно не сможешь ещё пару недель, несмотря на все старания колдомедиков больничного крыла, это я тебе гарантирую. Какое это будет унижение, прийти туда с порванной попкой, только представь... Элиана испытывала неподдельный ужас. Тео был доволен. Похоже, она и правда поверила, что он сделает это. Поверила, что он может так с ней поступить. — Да и первое время нужно будет всё время останавливать кровь, — он наклонился ниже, — Но самое приятное — в самом процессе. Для меня, конечно же. Раз за разом, я буду вдалбливаться в тебя своим членом, на всю длину, по самые яйца… А член у меня длинный и толстый, ты видела. Я бы мог смягчить для тебя весь процесс, но… Не стану. Ты не понимаешь, когда стоит остановиться, а это плохо. Это ставить под удар нас обоих. А рисковать тобой я не могу… — Остановись! — продавила она сквозь себя, слишком слабо. — Нет, мне будет крайне приятно оказаться там, где не было твоего идиота-парня. Он увидит, что ты не можешь сесть и всё поймёт, — Теодор смаковал момент, — Это вторая приятная часть нашего процесса. Осознание, что я выебал его девушку в жопу. Я. Не он. Я буду брать тебя, когда захочу и куда захочу. Не он. Мне даже его жаль, наверняка он любил тебя трахать… Собравшись с силами, она подняла голову, и слегка развернулась на него. — Не любил, — зло шипела Эли, — Потому что он никогда меня не трахал, — не успел Тео прийти в себя от таких грубых слов из уст его малышки, как до него дошёл их смысл, — Меня вообще никогда не трахал парень. И не будет. Меня теперь будут только насиловать. Одна сволочь. Теодор обнажил белые зубы, она сдалась. Это был её последний рубеж. Ей действительно было чертовски страшно, раз она призналась в этом. Он хорошо её изучил, и был уверен, что она бы точно не сделала ему такого одолжения, не призналась бы в отсутствии в ней парней, если бы всё ещё не пыталась с ним договориться. Это всё меняет. Кое-как скрыв своё ликование, он резко развернул её на спину, связав руки над головой, и спустился вниз, между её ног. Эли успела вскрикнуть, а затем язык Теодора накрыл её клитор, начал исследовать доселе неизвестную, но безумно желанную территорию. Он раскрыл её половые губы, слегка пососав, лизнул гладкий лобок, чуть прикусил внутреннюю сторону бедра, вынуждая выгнуться… Вскоре послышались первые робкие стоны, которые сменили более глубокие и смелые. Теодор принялся раз за разом выводить своё имя языком, задевая половые губы девушки. Дойдя до своего второго имени, он понял, что теперь это его любимая техника, он будто бы подписывался на ней, будто бы снова ставил свои инициалы, только в этот раз она стонала и извивалась под его умелыми руками и языком. Внезапный вскрик, когда он ввёл один палец и… яркий оргазм. Малышка обессиленно распласталась на его кровати, пытаясь собраться с мыслями. Собрать себя по частям. — Зачем ты это сделал? — слишком тихо, Тео и не услышал бы, если бы не напряг слух, — Ты же хотел… наказать меня? Он развернулся, успев переодеться в форму для квиддича и опустился на колени перед кроватью. Перед ней. — Разве ты могла заслужить наказание, если ты так отчаянно хотела его избежать? Элиана протянула руку к его рту, вытирая свою смазку. — Я не врала. Теперь уже он был удивлён. Он посчитал фразу об отсутствии других парней лишь уловкой. — Нет? Она покачала головой, вымотанная. Малышка наконец устала с ним бороться. Тео надеялся, что впредь будет без хитростей. — Тебе повезло… Парням такое нравится. Наверное. Я была только с Шерил, — она слегка улыбнулась, — Но её пальцы вряд ли сравняться с твоим членом. Как ты там сказал? Длинным и толстым. Он щёлкнул застёжкой налокотника и скинул кудрявую прядь со лба. — Длинный и толстый. Да, — хохотнул он. — Почему, Тео? — разговор резко перешёл на спокойный, вялый лад, но, казалось, девушка не понимает, почему он так с ней поступил, — Я же не сделала ничего плохого. Он присел рядом с ней, развязав её руки. Эли размяла затёкшие кисти, и посмотрела чем она была связана. Она не сдержала хмыкания. — Слизеринский галстук? Серьёзно, Нотт? Его лицо украсила шкодливая улыбка. Зелёное на красном, как он и мечтал. — Ты же итак на каждом углу кричишь, что я твоя. Неужели, тебе нужны ещё доказательства? Может, ещё засунешь мне в рот этот галстук, в следующий раз, когда будешь меня… — она осеклась. Его глаза восхищённо блеснули. — Когда буду, что, мисс Ройс? — не без издёвки произнёс Тео. — Л-лизать, — заикаясь, она закрыла своё лицо руками, пытаясь спрятать стыд. — Тебе стыдно из-за этого? — он приблизился, оттягивая её руки, — Не надо. Никогда не стыдись со мной. У тебя же и раньше такое было? Ведь да? — Да, но… — её руки быстро переминали одеяло, — Не так. — Не так, чтобы после всего, что я заставил тебя сегодня испытать, ты вслух призналась, что не против второго раза? — он засмеялся, — Малышка, ты просто идеальна! Элиана взяла его подушку и швырнула в него. — Иди уже на свою тренировку! Она не хотела признаваться даже себе, но Тео знал, что она снова намокла. Снова из-за него.