Во что бы то ни стало...

Стрекотание кузнечиков, шум листвы, мелодичный и такой ритмичный стук дятла по древесной коре. Где-то в дали шумит быстрый ручей, а яркие жёлтые солнечные лучи пробиваются сквозь плотную крону лиственных деревьев в лесу, создавая там, на земле, необычную мозаику из теней и света. Где-то в кустах шуршит семейство белых кроликов с небольшими шипами на голове, по стволу ползут муравьи, -они тащут палки и листья в муравейник - а большие синие птицы сидят на ветках и поют любовные серенады. Утро. Резкий странный шум наполнил небольшую лесную опушку. Луч света будто пробился сквозь землю и устремился в небо. Его мягкий бело-розовый свет залил округу и отпугнул животных. Огромный косяк птиц, спокойно сидевших и отдыхавших на ветках и в кустах, взлетел и рассыпался в воздухе. Лес притих. Его звуки меркли перед резким и громким шумом, исходящим от столба. Разбежались все звери: и птицы, и кролики, и даже крупный олень со странными ветвистыми и закрученными рогами обернулся и пустился наутёк, подняв свой пушистый короткий хвост. Бросились врассыпную даже муравьи, побросав ветки и зёрнышки, превратив древесную кору, на которой те ползли, в калейдоскоп. На месте, откуда вырос столб, осталась небольшая яма, а в ней оказался какой-то белый бесформенный комок. Постепенно комок стал превращаться в очень толстую палку, потом в прямоугольник, разорвался на лоскуты, стал скрепляться в форму, чем-то напоминающую человека. Внезапно где-то вдали появились такие же два бело-розовых столба с некоторыми промежутками времени. Силуэт человека стал окрашиваться, и в конце концов в яме стоял парень. У него были тёмные кудрявые волосы, частично выгоревшие на солнце, темноватый цвет кожи и густые брови. Одетый в бело-жёлтую безрукавку с темно-синими шортами и коричневые, возможно кожаные, сандалии, он стоял с закрытыми глазами. За спиной у него висит рюкзак, доверху полный чем-то, а правая рука протянута перед грудью так, будто парень что-то внимательно рассматривал, прежде чем появиться здесь. Первый резкий вдох. Вместе с порцией тёплого и свежего воздуха, в котором отдаёт сыростью и пыльцой, парень открыл глаза. Зрачки сузились из-за резкого, яркого света, а от испуга он сделал шаг назад. Этого кудрявого парня зовут Саша. Будучи шестнадцатилетним подростком, он очень умный и очень любит читать. Бо́льшую часть его рюкзака за спиной составляют книги, которые он нёс обратно в библиотеку. Он напуган своим резким появлением на опушке леса. Буквально мгновение назад, как ему кажется, он был на берегу моря, весело идя по песку, загребая большие его порции себе в сандалии, вытряхивая и снова набирая, как вдруг нашёл бутылку на берегу — теперь он оказался в совершенно непонятном и незнакомом месте. Сделав ещё один шаг назад, он наступил на край ямки, в которой он появился, и его нога скользнула на грязи, из-за чего Саша упал на спину плашмя. Его рюкзак держался на одной лишь лямке, которая слетела. Такое себе начало. Рот, который свело из-за какого-то внутреннего страха, наконец разомкнулся. Протерев глаза рукой, он повёл кистью вниз по лицу, глубоко вдохнул и выдохнул, закрыв глаза. В голове летали мысли, но громче всех была «Ч-что за хрень? Я брежу?». Но, зажмурив и открыв глаза, ничего не изменилось. Парень сел на бирюзово-зелёную траву и поджал ноги. Покрутив головой в разные стороны, он потянулся за рюкзаком и прижал его к себе. — Что за…? — наконец вырвалось у него изо рта. Голос не был громким, можно сказать, что он сказал это про себя, — Так. Это… а… я где? Он не видел моря. Своего родного моря! Ни моря, ни пляжа! Тихое бурление вод и лёгкий бриз всегда помогали успокоиться, а ночью оно сливалось с небом и превращалось в огромное чёрно-белое полотно с тысячами, если не сотнями тысяч звёзд. И сидя на берегу, он высматривал созвездия, а эти маленькие белые точки отражались в его зрачках. Выглядело это так, будто небо попало ему в глаза, будто он находится в каком-то фантастическом мультике или что-то подобное… Теперь же Саша находится на опушке какого-то леса, такого сырого, зелёного и кипящего жизнью. Будто бы даже листья двигались под порывами ветра, будто маленькие зелёные бабочки разных оттенков, сидящие на голых коричневых ветвях. Хвойные и лиственные деревья росли вперемешку с какими-то огромными цветами на таких же огромных ножках, из которых доносился слабый и очень сладкий запах мёда и роз. Здешний лес совсем не был знаком парню, но он был повсюду: куда не поверни голову — его зелень преследовала Сашу. Как будто бы он был на острове, что было ему не впервой само по себе, но с одним лишь отличием: море превратилось в густые заросли. Сердце начало стучать, как бешеное, когда Саша полноценно очухался и начал анализировать ситуацию: пульс чувствовался в висках, а в горле резко пересохло. Парень всегда был чувствительным и волнительным мальчиком, особенно в экстренных и необычных ситуациях, как сейчас.Через время, стоя на одном месте и смотря по сторонам, он собрал всю волю в кулак, направил её в ноги и, оперевшись рукой о колено, смог подняться. Потянув спину, парень быстро нагнулся за рюкзаком и накинул его на плечо. Лёгкий порыв ветра начал расправлять тёмные кудри и колыхать одежду. Ветер принёс тот самый запах цветов и травы. Но его решимость, которая появилась буквально на секунду, разбилась о сомнения. Жизнь его к такому не готовила. Быть может, не нужно никуда идти? Может, стоит остаться здесь и ждать помощи? Может, его уже ищут спасатели? В школе всегда говорили, что лучше сидеть на месте, если есть еда и вода. Саша решил поступить именно так, как многие не поступили бы. Но правда, в школе не говорили, что делать, если ты в момент появился в совершенно другом месте, за десятки, а может и сотни километров от дома… Удручало. Он достал из бокового кармана своего рюкзака большое полотенце, развернул его и положил на землю. Его движения были скованными, неуверенными, какими бы они были у любого, кто отказался в такой ситуации. Взяв сумку в руки, он сел на него. Подул ещё один порыв ветра, заставляющий достаточно густую траву шелестеть и прогибаться, а облака плыть по небу. Чтобы убить время, Саша достал из сумки книжку и принялся читать, постоянно оглядываясь. Вдруг это лишь галлюцинации? По крайней мере, он очень старался читать. Умиротворяющее чтение и вправду хоть как-то помогло успокоиться и собраться с мыслями. Читая книгу о морских путешественниках, которые потерпели крушение на корабле и вынуждены выживать на необитаемом острове, Саша набрался уверенности в себе и замотивировался. Он с ними в одной лодке, так он решил. В книге выживание выглядело таким простым и очевидным, что он, понимая, что солнце спустилось с зенита ближе к горизонту, решил действовать. Во всяком случае, вряд ли будет хуже… верно? Неопрятно собрав волосы в гульку на затылке, чтоб не мешали, он собрался и начал спускаться с небольшого холма вниз на поляну. Смотря под ноги, он увидел красивый розовый цветок, очень напоминающий ему цветок азалии, а затем отмахнулся от пчелы, которая вилась вокруг, обманутая ярким цветом одежды Саши. Он шёл в сторону чащи, которая не выглядела слишком опасной — была больше похожа на безопасную дубраву, которая произрастает недалеко от дома Саши. Он часто проводил там время в детстве, ну а сейчас её обнесли забором и будут делать сквер. Прежде чем войти в обитель деревьев и высоких кустов, он ещё раз оглянулся. Внутри него боролись две мысли: остаться на поляне или пойти в лес. Но ещё раз сказав себе, что другого выбора у него нет, точно нет, он, сильно и резко выдохнув и взявшись за дерево рукой, вошёл в чащу. В зелёном логове было темно и сыровато. Высокие деревья будто были сплетены кронами и закрывали солнечный свет мелкой траве, которая из-за этого росла не везде густо, а под ногами то и дело торчали корни. По коричневой коре деревьев ползали жуки и букашки, очень похожие на муравьев, но разных цветов; слышались песни птиц где-то вдали; где-то послышался ручей. Идя по лесу, собирая головой каждую низкорослую ветку, он услышал резкий и подозрительный шорох в соседних кустах. Постоянно давя любопытство, Саша хотел обойти это место аж за целый километр, но это что-то в кустах неожиданно мяукнуло. Любовь к «усатым» поборола здравый смысл, и парень, поправив рюкзак, подошёл к кустам и осторожно раздвинул их, поднимая брови. На лице выросла интригующая улыбка. В кустах находились котята, такие пятнистые, с серыми, словно серебряными, мордочками и лапками. Они лежали в небольшой ямке, которая была уложена таким же мехом, мхом и листьями. Сверху яма прикрывалась большим листом, напоминавшем лопух. Когда котята увидели свет и лицо Саши, они стали очень громко мяукать. Эти мяуканья очень понравились парню, чем-то напоминали его кошку, которой недавно не стало, и он уж хотел взять одного котёнка с собой или хотя бы опустить руки прям к ним и потискать, но сзади послышался протяжный низкий рёв, который отдавал кошачьим мяуканьем и высокими нотами, а от этого баса потрясывалась земля, Саше так казалось. Возможно, это страх начал трясти его коленки, заполнив его с головы до пят. Он почувствовал, как холод наполнил его тело и сердце будто остановилось. Глаза хотели выпрыгнуть из орбит и что-то закололо в боку. Он стоял как вкопанный, стараясь не шевелиться. С его лба потёк холодный пот, а в горле появился ком. Он забыл, как дышать. Медленно, трясущимся телом, обернувшись на источник рёва, который только становился громче и отчётливей, Саша увидел огромную кошку такой же окраски, что и котята. — А вот и м-мама… — подумал парень. Кошка выглядела свирепо, как и любая мать, переживающая за своих детей. Её зубы скатились, выглядя как жёлтый острый заборчик, спина была выгнута, а зрачки были как у ядовитой змеи — горизонтальные и острые. На морде у неё был виден след от когтей, а на хвосте была кисточка, которая то и дело резко виляла. — А-а-а… х-х-хорошая к-киса, — Еле как выдавил из себя парень, приподняв руки, — А… я… Ухожу! Млин, громко… Я просто п-посмотрел. Они целы, проверь. Ха-ха-ха… П-п-проверь сама-а-а-а! Саша постепенно отходил назад и говорил тихо и спокойно, максимально стараясь держать руки у груди. Он немного согнул колени, опустил голову, стараясь не смотреть в глаза кошке, а смотрел куда-то в сторону, на себя, на небо, не в коем случае не допускал поворота спиной, иногда глаза бегали на куст, из которого всё ещё слышался жалостный крик котят. Отойдя на пару метров от кустов, большая кошка издала тихий рык и посмотрела на Сашу так, будто пощадила. «Ладно, на этот раз прощу.» — так и читалось в её выражении лица, а потом фыркнула и отвернулась, как бы добавив: «Чтоб не видела больше! И только попробуй ещё раз мне попасться!». Веки опустились на глаза, хвост упал, а кошка выгнулась в спине, быстро подойдя к кусту с котятами. Парень же был рад тому, что смог избежать драки, которую бы заведомо проиграл. Неясно, кошка отступила потому что не увидела в Саше угрозы, или она поняла, что потратит на драку сил больше, чем получит мяса. Ясно одно — парень получил урок на всю жизнь. Возможно, пару седых волос в придачу и кошмары по ночам, которые итак его преследовали неплохую часть жизни. Отойдя ещё дальше, зыркая глазами во все стороны, держа руки у груди и нервно дыша и подёргивая губой, он старался успокоиться. Он надеялся, что этим не навлёк себе бед… А если эта кошка будет теперь за ним следить…? В любом случае, находиться в лесу ему перехотелось. Явно перехотелось. Очень сильно захотелось куда-нибудь на открытое пространство или куда-нибудь, где парень может полностью контролировать ситуацию, куда-то, где он сможет почувствовать себя безопасно. Он хочет чувствовать ветер в волосах и под одеждой, слышать шелест травы и знать, что это ветер, а не какая-то неведомая тварь. Он решил вернуться назад на поляну. Голова разболелась, а в глазах появилась какая-то странная, но знакомая рябь, будто слёзы. Присев на корточки, Саша схватился за голову и закрыл глаза. От резкой и стреляющей боли у него машинально закапала вода из глаз. В голове был только белый шум, изредка перебивающийся отголосками мыслей. Не выдержав и скользнув на землю, он упёрся спиной о ствол какого-то огромного дерева, навалился сумкой, как подушкой, и постарался успокоиться, держа руки у висков. Саша прекрасно знал, что с ним происходит. Тряска рук, головная боль, тревожность и спутанность сознания преследовали его по жизни, когда тот попадал в очень стрессовые ситуации. Каждый раз он пытался взять себя в руки и каждый раз терпел неудачу. «Сейчас посижу… и… пройдёт…» — всегда помогало. Обычно при подобной панической атаке (на самом деле парень не знал, что с ним конкретно, но все врачи списывали это на тревожность и излишнюю эмоциональность) Саше хватало выпить таблетку успокоительного и прилечь, закрыв глаза и подумав о чем-то хорошем, о море, например, или о семье, или о друзьях. Внезапно достав из-за спины рюкзак, он стал судорожно в нём копаться — во всяком случае, раз прилечь сейчас не получится, тем более как-то расслабиться, начать лучше с таблетки. Когда заветная пачка, в которой осталась последняя полная ячейка, была найдена, Саша незамедлительно, чуть ли не с упаковкой проглотил таблетку, сглотнув вместе со слюной. Она большим комком, больно распирая пищевод, скользнула в желудок. Сосредоточившись, он стал собирать вещи обратно. Ему уже стало лучше. Неясно, это таблетка так быстро подействовала, или просто ему стало легче на душе только из-за факта её существования… внутри. Одно можно было сказать точно: Саше лучше, и это главное. Через пару минут почти успокоившись и поднявшись на ноги, он оглянулся по сторонам и уже собрался идти, как вдруг кусты рядом с ним зашуршали… Издав истошный крик, схватившись за лямку сумки покрепче, он побежал в противоположную звуку сторону, сдерживая слёзы, хоть и истерично крича. Прорываясь сквозь густые ветки, он не видел куда бежал, надеялся, что сейчас никакой корень или куст не появятся у него на пути и он не упадёт опять. Единственное, что было чётко в голове у парня это слово «поляна». «Там всё началось и пусть уж лучше закончится!» — слова его не были лишены смысла, но была лишь одна проблема: Саша заблудился в лесу и забежал в ещё большие дебри, пытаясь выбраться. Когда запас сил уже подходил к концу, все ноги паренька были мокрые от росы, лицо от пота, а все оголённые участки тела, кроме лица, покрылись маленькими ссадинами и порезами от острых веток и листьев, появилось неприятное чувство во рту и животе — жажда. Присев на камень, покрытый мхом с одной стороны, Саша стал думать. — Так, всё… Нельзя всё просто так оставлять. Надо… надо вспомнить что нам говорили на ОБЖ… говорили… нам… — Саша посмотрел по сторонам, затем вверх и вниз — Мох! Мох растёт только с северной стороны… Всего. Да, да, точно! Вот тут мох с севе… Стоп, а тут вот ещё… — Глаза парня разбегались по камню. Он невзначай перевернулся на живот, чтобы осмотреть камень и всё вокруг, а потом, уперевшись руками, снова сел, — Ладно, тут больше всего, значит это север. Отлично. И что мне это дало…? Ничего, пожалуй… Хе-хе… Хе-хе-хе… Обречённо улыбаясь, он хихикал, словно сошёл с ума. Поджав ноги, он обхватил их руками и закрыл глаза, опустив голову вниз. Почёсывая шрам на руке, который у него остался ещё с детства, он просто молчал, будто придумывая какой-то хитрый план. Вокруг пели птицы. До этого шум в голове перекрывал их свист, Саше нравилось. Теперь в голове тихо, и можно в полной мере насладиться звуками этого необычного леса. Солнца почти не было видно из-за толстых тёмных крон, а если где-то луч и пробивался, то тут же его небольшую лужицу окружали маленькие зверьки, похожие на хомяков или крыс, с такими же длинными лысыми хвостами и пушистыми ушками. Они лежали и принимали солнечные ванны, а после быстро убегали. Кто-то залезал под камень, под корень или в кусты, а один из зверушек после прогрева на солнце, залез на дерево и сел на ветку, недоверчиво смотря на парня. Дерево тоже было каким-то необычным. От самых корней до самой листвы, вдоль по веткам, извиваясь, шли какие-то полупрозрачные сине-фиолетовые ручейки, но они были будто внутри, под корой, создавая необычные узоры. Вдруг, прямо перед Сашей, упал откуда-то сверху какой-то предмет. Отклонившись назад от неожиданности, он посмотрел вниз и увидел, что это что-то — орешек: коричневая, с виду прочная скорлупка, а на ощупь гладкая, с небольшими ямками. Этот орех не мог упасть просто сверху, его будто кто-то кинул ему. Даже не желая думать, что он тут не один, Саша схватил орех, спрятал его в карман и ещё раз посмотрел по сторонам. Это падение будто дало дозу адреналина парню, будто дало ему хорошего пинка. Теперь он уже полностью сосредоточен, готов думать дальше. Вдруг сверху упал ещё один орех. — Что за? Кто кидается? Ай! — На этот раз орех прилетел парню прямо по голове. Среди всего шума птиц всё громче и громче стало слышно какой-то птичий вой. Вой доносился откуда-то сверху, со стороны огромной ветки, усыпанной листьями. Подняв голову вверх, Саша стал вглядываться. Резко опомнившись, парень подумал, что не лучшей идеей здесь будет куда-то пристально смотреть. «А вдруг там какая-то полукошка-полуобезьяна, которая кидается орехами и питается плотью?» — Такие мысли пугали и настораживали, но вскоре паника прошла, ведь нашёлся виновник торжества. Орехи летели сверху из-за птицы, которая сидела в гнезде, клювом срывала орехи и бросала вниз. Улыбнувшись, парень шутливо погрозил пальцем птенчику. Вдруг он повернул голову, посмотрев на Сашу другим своим глазом, расправил большие, красивые крылья и взлетел. При взлёте в стороны разлетелся слежавшийся пух жёлтого цвета, а из-за луча солнца пух стал походить на искры, а птица, очень кстати похожая на попугая, стала выглядеть как жар-птица. Саша опешил. Улыбка слезла с его лица, а брови насупились. Он не знал, к нему ли летела птица, из-за того, что он погрозил пальцем, и стоит ли ему сейчас драпать как можно скорее? С радостным свистом и весёлым морганием, как уже считал Саша, попугайчик стал летать вокруг парня. Ему будто бы что-то было надо. «Орех!» — прозвучало в его кудрявой голове. Сунув руку в карман, он протянул коричневый орешек птице, но она пихнула лапой лакомство и уселась на ладонь парня. Попугай был увесистый, а его когтистые лапы, неприятно, почти что впиваясь в ладонь, странно держались за кожу. У парня полегчало на душе. Неужели есть что-то в этом месте, что не пытается его съесть или покалечить! Навязчивая улыбка подчёркивала его состояние души. Такое устало-спокойное. Немного постояв и набравшись смелости, парень медленно и деликатно, стараясь не спугнуть и не вызвать агрессию, поднёс вторую руку к птице и стал медленно гладить пальцем, приговаривая «Хорошая, эм… девочка, хорошая». Скоро птица встрепенулась, снова расправила крылья и улетела. Саша выдохнул, поправил рюкзак на спине и смотрел вслед птице. Она также выглядела величественно, как и до этого. Своим тельцем она закрывала солнце, создавая ощущение солнечного затмения. Нагнувшись, парень собрал орехи с земли, распихал их по карманам и пошёл дальше. Он решил повернуться на север, как он думал, ориентируясь по мху, и пойти туда. Так и сделал. Прошло уже больше двух часов с тех пор, как Саша появился в этом месте, и мысли о его появлении здесь всё ещё оставляли свой след в голове. Это выглядит и звучит так, будто бы парень получил солнечный удар, идя мирно по своему родному пляжу, ну или, в крайнем случае, выглядело так, будто бы он употребил чего-то не того и сейчас ловит галлюцинации. Хотя, для галлюцинаций всё было слишком реалистично: Саша чувствовал боль, ощущал траву под ногами, которая щекотала щиколотки, чувствовал, как его ноги намокли от росы на нижних ярусах леса. Почувствовался снова сильный запах цветочной пыльцы. Снова потянуло мёдом. Идя по какой-то звериной тропе, оставленной кем-то достаточно большим, вроде медведя, чего очень боялся Саша, он наткнулся на огромный цветок. Раньше он видел большие цветы, правда, из далека. Это были огромные кусты роз, таких колючих и огромных, что росли возле его дома и являлись гордостью целой улицы, настолько красивые алые бутоны там были, и деревья акации. Но, розы не могли идти в какое-либо сравнение с этим огромным цветком. Стебель шёл от самой земли и был настолько широкий, что Саша, обхватив растение, не смог бы взять самого себя за руку. Стебель был излинован какими-то сосудами, и чем ближе были к земле, тем крупнее они были. Листья у цветка были острые, идущие от самого стебля, и чем-то напоминали ему листья камыша. Бутон не было чётко видно, настолько высоко он поднимался и прятался за листьями, но можно было разглядеть, что он был белый и похожий на бутон ромашки. Изначально Саша не хотел подходить к нему близко. Как он успел понять: всё здесь может его убить, такова дикая природа и её правила, а это место тем более не внушало доверия. Никто не знает, вдруг при приближении к стеблю, его обхватят зелёные щупальца, порвут на части и утащат под землю? А если он ядовитый и парами травит всё живое? Вокруг цветка ничего не растёт, даже трава. Но, когда Саша заметил, что из ближайших кустов вышел кролик и попрыгал безо всякого страха к стеблю, то парень поуспокоился и решил подойти. Кролик припрыгал к толстому сосуду на стебле у самой земли, понюхал и стал грызть. После, когда стенка была повреждена, начал течь белый сок, который кролик стал с удовольствием пить, словно материнское молоко. Этот коричневый пушистый зверёк, так сильно похожий на комочек шерсти, очень смешно измазал мордочку в этом «молоке», после чего лапками протёр вокруг рта и носа и убежал снова куда-то в кусты. Саше очень понравилось наблюдать за этим, особенно за тем, как кролик моет себя, но заинтересовало другое. Неужели эту белую жидкость можно пить? А это можно пить вместо еды? Вкусно? Осмотревшись по сторонам и убедившись в том, что всё чисто, парень вышел из-за кустов и, чуть не упав, всё же запнувшись о торчащий корень, ругнувшись на него, он подошёл к цветку. Рана, оставленная кроликом внизу, заросла, видимо растение уже приспособилось к такому. Саша решил попробовать это «молоко» на вкус. Он знал, что при выживании в дикой природе нужно иметь запасы воды и еды, а желательно найти их источник. Ему как раз хотелось пить. Возможно, эти цветы — выход из сложившейся ситуации. И вода, и еда одновременно. Правда, есть небольшая проблема: чем пробить кожицу? Если кролик смог своими маленькими зубками смог пробить её, то и парниша сможет. Саша попробовал ногтями и пальцами, попробовал ударить, а вот зубами не решился рисковать. Нужно было найти что-то острое. Парень снял со спины рюкзак и стал в нём копаться, сев на корточки. Он хотел найти какую-нибудь железяку, может гвоздь или скрепку, хоть что-то достаточно твёрдое, что можно будет в перспективе заточить. Но, ничего кроме разных книг не нашлось. Не было даже карандаша или ручки. — Да твою ж! Эх, надо… надо мне… Саша сел рядом с рюкзаком, оперевшись об огромный стебель, который, как оказалось, полузаметно сокращался, будто бы где-то глубоко внутри есть сердце, которое бьётся. Парень уже потерял счёт времени. Он будто бы выпал из времени и мира. Ему хочется верить, что это всё очень странный сон. В животе сильно заурчало, а голова всё ещё побаливала. Казалось, что с каждой минутой силы кончались и кончались, особенно последний час, но теперь они точно на исходе. Возможно, силы поддерживала таблетка, которую Саша недавно выпил, ему и вправду было спокойней, что было даже немного странно. Успокоительные точно не должны так работать. В крайнем случае, они так никогда не делали. Быть может, здесь всё работает по-другому? Вдруг раздался резкий шум в кустах. Саша резко поднял голову и внутри у него всё сжалось. Он боялся, что снова придётся убегать, чего не хотелось. Он прижал руки к груди, обхватив свою рюкзак, и опёрся на одну ногу, чтобы, если вдруг что, быстро начать бежать. Из-за кустов показалась одна пушистая голова, потом другая, а за ними ещё с десяток таких же маленьких кроличьих мордочек, которые отличались от привычных Саше кроликов. На мордочке было всё, вроде как, обычно: маленькие чёрные бусинки на месте глаз, пушистые ушки и розовый носик, но посередине лба находилась ещё какая-то чёрная точка, вокруг которой была серая шерсть. Этого парень сразу не заметил. Нельзя было сказать, третий ли это глаз или просто что-то… иное, но Саше и не хотелось узнавать. Крольчата вышли из-за куста и попрыгали в сторону сидящего, как вдруг позади них показалась крольчиха-мать и, увидев у стебля Сашу, издала высокий громкий писк. Он очень сильно бил по ушам парню, да так, что он прикрыл их руками и зажмурил глаза. Крольчата, услышав этот звук, встали на задние лапы, поджали уши и, быстро в прыжке развернувшись, побежали к матери. Открыв глаза, Саша увидел лишь как эти маленькие комочки ныряли в кусты врассыпную. — Хе-хе, милашки, — прокомментировал вслух парень. Будто бы в ответ на это из куста выползла крольчиха и стала смотреть на него, — Мне б домой такого. Саша решил прилечь и отдохнуть. Он понял, что всё, что ему сейчас нужно, это лечь куда-нибудь поспать. Неважно как и зачем. Ему очень хотелось лечь в его мягкую кровать и укрыться его любимой простынкой, смотря в окно, откуда открывался вид на море и небольшой лесок неподалёку, на пляж и набережную. Однако, в лесу такого не найти. Саша ловким движением руки распустил волосы, поднялся, прихватив с собой сумку, и пошёл в сторону кустов. Вряд ли будет сейчас что-то безопаснее, чем обычные кусты, где можно будет спрятаться и в безопасности, хотя и относительной, поспать. Подойдя к ближайшему кусту, подальше от семейства кроликов, чтоб им не мешать, парень взял палку с земли, коих было полно́ повсюду, и аккуратно потыкал в кусты. Потом, отойдя, он кинул в те же кусты ту же палку. Никакой реакции не последовало. Облегчённо выдохнув, он деликатно сунул руку в кусты, пощупав почву. Она была мягкой и тёплой, хоть и немного сырой. Куст был небольшой, очень зелёный и пышный. Вокруг него росла низенькая трава и цветы. Саша и не обращал особого внимания на то, что под его ногами творится. Внизу всегда было полно травы и маленьких беленьких цветов, похожих на цветочки клевера. На старых пнях и поваленных деревьях росли грибы, которые выглядели странновато. Они по форме напоминали опята, только бледно-розовые и лиловые, а где-то они были похожи на «Земные» аналоги, то есть были коричневато-оранжевыми. Также вокруг огромного цветка в небольшом радиусе не росли деревья, а это был своеобразный глоток свежего воздуха и солнца в этом густом зелёном царстве. Он собрал мох со всех ближайших камней, Саша отряхнул его, отжал воду и положил его под куст, чтобы было помягче. Лишь в последний момент парень вспомнил про полотенце в его сумке, которое он расстилал в самом начале, как только попал сюда. Встав с корточек после создания своей импровизированной постели, Саша ещё раз потянулся, подозрительно осмотрелся и, поправив одежду и сняв сандалии, лёг. На удивление, внутри куста, лёжа на обычном мхе и легком полотенце, а также ничем не укрываясь, было очень удобно. Возможно, это было потому, что парень очень вымотался и был готов уснуть хоть и на голой земле под дождём. Положив руки под голову и подогнув ноги к телу, приняв позу эмбриона, Саша закрыл глаза, глубоко вдохнул и выдохнул, и наконец-то начал отдыхать. Глаза очень приятно слиплись, и парень почувствовал очень мягкое и приятное нарастающее расслабление. Листва тихо шелестела, а также слышался едва различимый треск стебля огромного цветка. При очередном порыве ветра произошло необычное событие: из огромного жёлтого центра цветка начала вылетать такая же пыльца. Она липла ко всему, к чему прикасалась, а также долго оставалась в воздухе, из-за чего тот небольшой лужок, где и уснул Саша своим крепки младенческим сном, будто бы заполнился жёлтыми жучками, бабочками или светлячками. Пыльца интересно блестела на солнце, что придавало картине ещё более завораживающее выражение: огромные жёлтые полосы света прорезали поляну, оставляя следы на земле, вокруг летает желтая невесомая пыльца, а в центре композиции огромный зелёный стебель, немного качающийся из-за ветра выше крон деревьев.