Occultation

Его хватка была тиском, сокрушительным и непреклонным, и разум Гарри был слишком обескуражен, слишком сбит с толку, чтобы освободиться. Они смотрели друг другу в глаза лишь на мгновение, прежде чем Том ослабил хватку на запястьях Гарри и соскользнул на другую сторону кровати. — Что ты здесь делаешь? Как ты попал внутрь? — потребовал он, протягивая руку и включая свет. Гарри лежал в постели, запутавшись в мягких простынях, смущённый и безмолвный, уставившись на голую грудь Тома. Его глаза задержались, упиваясь точеными контурами торса мужчины. Изгибы его грудных мышц, резкое определение его ключиц и едва заметная вмятина, очерчивающая его грудную клетку, - всё это, казалось, слилось в симфонию совершенства. Нежная игра света на теле Тома, мягкие тени, танцующие на его мускулах, и едва заметный блеск его кожи - всё это вместе создавало визуальный пир, от которого у Гарри перехватило дыхание. Ему хотелось протянуть руку и провести по венам на руках Тома; ему хотелось провести пальцами по его идеальным волосам; ему хотелось почувствовать текстуру его кожи под кончиками пальцев. Гарри сглотнул, нервно потирая затылок, а от смущения его щёки горели. Это было так чертовски неправильно! — Ну, — Том приподнял бровь, ожидая ответа. Когда Гарри не дрогнул и остался сидеть на кровати, а его руки дрожали и тряслись, как у человека, только что пережившего проливной ливень, терпение Тома начало истощаться. — Ты избегал меня всю последнюю неделю, игнорировал мои звонки и сообщения, отказывался встречаться, а теперь просто врываешься в мою постель из ниоткуда. Мне нужно объяснение, Гарри, — голос Тома был властным и строгим; в его тоне отсутствовали обычная мягкость и игривость. — Я... — пробормотал он, пытаясь придумать какое-то разумное объяснение. — Прости... Я просто... Звук разбивающегося стекла разнёсся в воздухе. Внимание Тома метнулось к двери. Он схватил пистолет, лежавший на тумбочке, и направился на звук, оставив Гарри на кровати. Блядь! Почему он внезапно аппарировал прямо в чёртову кровать Тома, из всех возможных мест? Как он собирался объяснить это мужчине? Почему он продолжал трансгрессировать каждый раз, когда Том был...? О, нет! Осознание того, что за этой дверью Тома поджидала опасная ловушка, заставило тело Гарри импульсивно двигаться. Адреналин влился в его организм, заставив его прыгнуть вперёд вслед за Томом. Магия Гарри окутала Тома, защитные щиты замерцали вокруг него, когда он открыл дверь. Выстрелил пистолет, и пуля ударилась о щит, срикошетив и упав на деревянный пол. Через несколько секунд выстрелил и пистолет Тома, и тот, кто первым выстрелил в него, упал на землю с громким стуком. Гарри стоял позади Тома, застыв на месте. Широкая фигура Тома заслонила разворачивающуюся перед ним сцену. Гарри был слишком потрясён, чтобы подойти и посмотреть, кто лежал мёртвым на земле. Том обошёл вокруг истекающего кровью трупа. Гарри услышал, как он выбил пистолет из руки противника, а затем встал на колени, чтобы схватить его. — Как ты не умер? — раздался сдавленный голос. — Я дала тебе такую ​​мощную дозу яда, что ты должен был умереть. Этот человек не был мёртв. Гарри выдохнул, осознав, что всё это время он затаил дыхание. Он побежал вперёд. Если он был ещё жив, он мог бы ему помочь. Держа палочку, заправленную в рукав рубашки, он внезапно остановился, увидев, что человек, лежащий на полу, окружённый лужей крови, был девушкой. — Я должен вас разочаровать, мисс Уоррен, — пробормотал Том, наклоняясь к ней. — Меня трудно убить. Только дураки пытаются меня убить; знаете почему? Потому что умные знают, что происходит, когда они пытаются. И я говорю не только о неудачах - я говорю о последствиях успеха. — Правда? — застонала девушка от боли, и лицо Гарри сморщилось от замешательства, когда он понял, что эта сумасшедшая женщина, пытающаяся убить Тома, кажется, каким-то образом очень рада тому факту, что в неё стреляли. Судя по крови, капающей с её правой руки, Том на самом деле целился и стрелял ей в плечо. Очевидно, он не собирался причинять вред этой психопатке. Гарри был таким идиотом, что всё ещё думал о Томе худшее. Он вздохнул с облегчением. Им просто нужно было вызвать полицию, чтобы арестовать эту сумасшедшую девчонку. Она ворвалась в дом Тома среди ночи с намерением убить его. Что бы случилось, если бы Гарри не было здесь и та первая пуля, которую выпустила эта сумасшедшая женщина, ранила Тома? Казалось, он был каким-то образом связан с Томом. Между ними была какая-то связь, которая продолжала тянуть его через пространство, чтобы спасти Тома. Конечно, он не отправился в этот параллельный мир из-за Тома. Когда он впервые сюда попал, он наткнулся на раненого Тома. Сердце Гарри ныло. Он оставил своих друзей позади, и он оставил свою миссию, всю свою жизнь. Должно быть, это было просто совпадение, а не какая-то межпространственная связь с маггловской версией человека, чей магический аналог был смертоносной, змееподобной мерзостью. Поток мыслей Гарри был прерван, когда он увидел девушку, вытаскивающую нож из-под пальто, которое она носила. Прежде чем она успела ударить Тома, Гарри подскочил и схватил её за руку. — Отпусти, — потребовал он, пытаясь вырвать нож из её руки. Как она могла быть такой чертовски сильной? Том на мгновение замер, наблюдая за их борьбой за нож, возможно, только потому, что, казалось, был почти очарован, наблюдая за Гарри. Он схватил девушку за запястье, больно вывернул его и заставил её выронить нож. — Гарри, дорогой, — сказал он, вставая. — Пожалуйста, подожди меня в спальне. Я разберусь с этой... проблемной девочкой. — Ты уверен? — спросил Гарри, глядя на девушку, корчащуюся от боли. — Разве полиция не захочет получить от меня показания? Том улыбнулся. — Полиция? Мисс Уоррен, похоже, не в себе, и я думаю, будет лучше, если ей окажут надлежащую помощь, а не отдадут её в руки полиции. Я попрошу свою охрану приехать и забрать её, так что не волнуйся, дорогой, я не задержусь. — Я могу вылечить её до того, как они придут и заберут её, — предложил Гарри, указывая на рану на плече девушки. Уголки губ Тома изогнулись в странной улыбке, несмотря на сжатые челюсти. Он скользнул взглядом по ране, покачав головой. Гигантская змея, нарисованная на спине Тома, смотрела на Гарри, и в её выражении было что-то зловещее. — Больница обо всём позаботится, — заверил его Том, почти с улыбкой. — Пожалуйста, подожди меня в спальне. Он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь, оставив Гарри одного. Гарри замер на мгновение, его подпитываемая адреналином энергия медленно угасала, а усталость подкрадывалась. Все, чего он хотел, это свернуться калачиком в своей кровати и уснуть. Но вместо этого он мерил шагами комнату, его сердце всё ещё колотилось в груди, пока он размышлял о связи между ним и Томом и о том, что сказать этому человеку, когда он вернется. Наступила тишина. Снаружи не доносилось ни звука. Гарри захотелось открыть дверь и поискать Тома, но через несколько мгновений он услышал торопливые шаги, недовольный голос мужчин, ворчание и визг, а затем раздался низкий, элегантный тембр голоса Тома. Он не мог разобрать слов, но тон Тома был твёрдым, вежливым, с оттенком отстранённости. Гарри отошёл от двери и сел на кровать. Он извинится перед Томом и пойдёт домой. Когда дверь скрипнула, Гарри рухнул на кровать с лёгким испугом, его глаза расширились от удивления. Том вошёл внутрь и тихонько захлопнул за собой дверь с лёгким щелчком. Строго зачёсанные пряди его волос теперь вились в спутанных кудрях, словно грязный холст, брошенный на произвол ветра. — Эм... — Гарри прочистил горло, чувствуя себя неловко из-за того, что находится в постели мужчины. Он сполз вниз и спрыгнул на пол. — Всё в порядке? Том уставился на него, наклонив голову набок, наблюдая за Гарри, не говоря ни слова. Гарри нервно поправил края рубашки, неуверенный и неспособный понять, о чём думал Том, пока мужчина стоял у закрытых дверей, его поза была спокойной и размеренной с едва заметным оттенком власти, когда он рассматривал Гарри - его глаза поддерживали прямой контакт с ним, заставляя Гарри отвести взгляд. Сердце Гарри забилось, живот затрепетал от нервного возбуждения под вниманием мужчины, когда он приблизился расчётливыми, обдуманными шагами. Гарри моргнул и инстинктивно отступил назад. Он никогда не мог смириться с осознанием того, что Том Реддл был таким красивым мужчиной с идеальными чертами лица, которые были не просто достойны того, чтобы быть нарисованными на холсте и вывешенными в музее, но были такими резкими и властными, что делали его устрашающим. Гарри сглотнул и обхватил щёки ладонями, пытаясь остудить обжигающий жар. Том дотянулся до него и схватил руку Гарри, отводя её от лица Гарри. Поттер поднял глаза, встретившись взглядом с холодными карими глазами Тома, которые смотрели на него так, словно он мог заглянуть в мысли Гарри. Гарри владел таким количеством магии, что мог превратить всю комнату в тропический сад, наколдовать и преобразить каждый предмет в этом месте, но каким-то образом пристальный взгляд этого магла заставил его отступить. Блядь! Том был горяч. Он был из тех мужчин, которых можно увидеть на плакатах, в журналах или по чёртовому телеку. Не заставляйте его пялиться на тебя своими чертовски напряжёнными глазами в своей спальне. Гарри не знал, куда смотреть или что с собой делать. Он чувствовал беспокойство, неловкость и смущение от одного только присутствия кого-то столь привлекательного. Это было почти так, как будто мозг Гарри устал от обработки визуальных стимулов. — Как так получается, что ты всегда появляешься, когда мне грозит опасность? — пробормотал он, нежно убирая мягкие пряди волос Гарри за ухо. По его руке и шее пробежали мурашки, когда по коже пошла волна холода и электричества, а приток крови усилился, отчего мозг почти парализовало, окунувшись в горячую струю. — Я... ну... эм... — запинаясь, пробормотал Гарри, пытаясь найти правильный ответ. Руки Тома скользнули вниз и схватили его за плечи. Сердцебиение Гарри участилось, кровяное давление поднялось, когда его спина ударилась о прохладную стену позади него. Том наклонился и опустил голову. Гарри закрыл глаза, ожидая. — Скажи мне, Гарри, ты знаешь, что ты заставляешь меня чувствовать? — спросил Том, схватив руку Гарри и положив её на свою голую грудь, где его сердце билось неровно. Гарри удивлённо моргнул, почувствовав сердцебиение Тома под своей ладонью. — Ты знаешь, как сильно я хочу тебя? Том шагнул невозможно ближе, их тела прижались друг к другу, и Гарри почувствовал твёрдую длину Тома у своего живота. Он скользнул рукой Гарри, покоящейся на его груди, вниз, туда, где выпирал его член, видимый сквозь ткань его брюк. — Я хочу, чтобы ты был моим, Гарри, — прошептал Том ему на ухо, наклонив голову. Гарри ахнул, его зрачки расширились, а дыхание стало прерывистым. Он застенчиво провёл кончиками пальцев по эрекции Тома, размышляя о том, каково это было бы без барьера одежды, препятствующего прямому контакту. Его мышцы напряглись, кровь застыла в венах в паху. — Хорошо, — пробормотал Гарри, его голос был таким тихим и неразборчивым, что он даже не был уверен, услышал ли его Том. Губы Тома были мягкими и тёплыми; на вкус он был как виски, мята и дым. Тонкий аромат дорогого одеколона мужчины наполнил ноздри Гарри. Руки Тома обвили его тело и подняли его над землёй, как будто мужчина неосознанно поднимал его в воздух, чтобы легче было дотянуться до его губ, поскольку он был намного выше Гарри. Его поцелуй был томным, неторопливым; казалось, что мужчина смаковал его, каждое соприкосновение было медленным и нежным, вызывая вздохи изо рта Гарри, заставляя его сердце падать и снова замирать. Давление было мягким и нежным. Не то, чего Гарри ожидал от мужчины, который вёл себя так, как Том. Он ожидал нетерпеливого смыкания губ, точно как неделю назад на кухне Тома. Но Том почти уговаривал его, убаюкивал его своей нежностью, беспокоясь, что он отпугнёт его. Гарри почувствовал прохладные руки на своём бедре, когда длинные пальцы Тома схватили его костлявую талию и скользнули вниз, чтобы поднять подол его рубашки. Его прикосновение было таким мимолётным, кратким, но вызвало дрожь по телу Гарри. Том отпустил рубашку Гарри и поднял его. — Эти ублюдки морили тебя голодом, — пробормотал он, крепче сжимая колени Гарри. Гарри было интересно, о ком говорит Том, потому что он хорошо питался с тех пор, как попал в этот мир. Он всё ещё был костлявым после стольких месяцев бегства с недоеданием, но должно было пройти некоторое время, прежде чем он наберёт хоть какую-то здоровую мускулатуру. Он осторожно положил Гарри на кровать и забрался на него сверху. От близости сердцебиение Гарри ускорилось; он чувствовал, как кровь течёт по его сосудам, когда его пульс участился. Он чувствовал, как кровь приливает к ушам, пока его кровеносные сосуды сужаются. В ушах звенело. Губы Тома коснулись шеи Гарри, заставив его согнуть пальцы ног, а по позвоночнику пробежало приятное покалывание. Он медленно расстегнул пуговицы на рубашке Гарри, покрывая поцелуями его ключицы, грудь и живот, отчего мозг Гарри наполнился эндорфинами, а мысли превратились в запутанную, студенистую массу. Где-то в глубине сознания Гарри его рациональность кричала, вопила, билась о стены его разума, умоляя его прийти в себя. Гарри взвизгнул и чуть не пнул Тома, когда мужчина поцеловал его голый живот так близко к поясу брюк. Том улыбнулся ему, забавляясь его реакцией, но затем его глаза потемнели от странного чувства, и он схватил колени Гарри и прижал их к постели. Одетые ноги Гарри покалывали, наверняка там будут синяки, где Том его сжимал. — Ложись, — пробормотал он своим мягким, повелительным тоном, его голос проник в сознание Гарри, словно греховное песнопение, и затуманенный разум Гарри, перегруженный информацией, почти не осознавал, что делает этот человек. Гарри почувствовал руки на застёжке брюк. Прохладный воздух обдувал его разгоряченную кожу, когда Том стянул ткань вниз, позволив ей упасть на пол. Секундой позже его нижнее бельё лежало на полу, а Гарри был голым в чужой постели. Паника немедленно охватила его тело. Какого хрена он делал? Он же не мог позволить этому случиться? Он едва знал этого человека. — Интересно, что в тебе такого особенного, — рассмеялся Том, внимательно на него глядя, словно решив, что в том, как выглядит Гарри, нет ничего особенного. — Ты выглядишь красиво, но совершенно нормально. Как и любой другой симпатичный мужчина твоего возраста... Похоть, спутанные мысли, паника вперемешку с желанием сменились смущением, и Гарри взглянул на Тома, явно гадая, не ошибся ли он в его намерениях. Он потянулся за палочкой, всё ещё надежно заправленной в рукав рубашки, лежащей на краю кровати. — Но в то же время, дорогой, — Том весело рассмеялся, его глаза с благоговением сканировали тело Гарри. — В то же время я чувствую тебя в своей голове. Должно быть, это те чувства, о которых люди любят говорить, да? — Это бессмысленно, — сказал ему Гарри, затаив дыхание. — Ты обычно чувствуешь всё сердцем, а не головой. — Правда? — Том улыбнулся, наклонившись над Гарри и обхватив тёплыми губами его... его член. Гарри ахнул, его тело мгновенно застыло. Ощущение было ошеломляющим, особенно потому, что Гарри никогда не испытывал ничего подобного. — Всё у нас в голове, — сказал Том. — Нет ничего иного в том, что ты чувствуешь, кроме того, что твой мозг приказывает тебе чувствовать. Гарри застонал, когда влажное тепло снова окружило его член. Он расслабленно лежал на кровати, не смея пошевелиться, моргнуть, вздохнуть. Что бы Том ни делал, он даже смотреть не мог. Удовольствие нарастало внутри его живота, внутри его позвоночника и внутри каждой части его тела. Это было странно. Он был уверен, что сейчас упадёт в обморок. — Том, пожалуйста, — пробормотал он, опуская руки на идеальные волосы мужчины, трясясь и пытаясь укрыться от потока удовольствия. Том не останавливался, и Гарри был уверен, что он ухмыляется. Гарри собирался умереть. Он собирался кончить в любую секунду. Его лицо горело. Слёзы текли по его щекам, почти натирая его горячую кожу. Тело Гарри натянулось, мышцы напряглись. — Том, я собираюсь... — Гарри попытался отстраниться. Но Том схватил его за бёдра и удержал на месте. Он собирался кончить. Он не мог остановиться. Он хотел предупредить мужчину. Гарри никогда раньше этого не делал, но он был уверен, что кончать в рот Тома будет грубо, и он будет так смущён, что ему, вероятно, придется стереть память себе, Тому и всему миру. Всё замедлилось, зрение затуманилось, и он подошёл к грани, схватив простыни на кровати и придерживая палочкой скомканную рубашку, словно инстинктивно. Ужас от осознания того, что он только что сделал, заставил его магию сойти с ума. В мгновение ока, когда он кончил, его запутанный мозг попытался сбежать от подавляющего смущения, и случайная магия, просачивающаяся из его усталого тела, превратила его собственную эякуляцию в первое, что пришло ему в голову - сладкий, солёный сиропный крем с фисташками, который был начинкой одного из любимых десертов Гарри. Это произошло так быстро, что он даже не понял, что сделал, пока не стало слишком поздно что-либо менять. Чёрт! Мерлин!  Щёки Гарри стали невыносимо красными. Том уставился на него, явно сбитый с толку вкусом трансмутированной субстанции. Гарри закрыл лицо руками, стыдясь. — Хм, — рассмеялся Том. — Не прячь лицо. Я хочу увидеть результат своей тяжёлой работы. Ты стесняешься, дорогой? Тебе не следует стесняться, когда ты выглядишь как закуска и на вкус тоже как она. Или я просто схожу с ума. — Мне жаль, — пробормотал Гарри. — Тебе понравилось, дорогой? — спросил Том, наклонив голову и весело улыбнувшись Гарри. Гарри кивнул. Том обхватил лицо Гарри и смахнул слёзы, блестевшие в уголках его глаз. — Ты хочешь быть моим, Гарри? — тихо спросил он. Гарри снова кивнул, не понимая, почему Том снова об этом спрашивает. — Я хочу, чтобы ты использовал свои слова, дорогой. Скажи  "да" , если хочешь быть моим. — Да, — прошептал он. Ухмылка Тома стала шире, он притянул лицо Гарри ближе и поцеловал его. Гарри почувствовал сладкий, солоноватый вкус своей трансмутированной спермы на своём языке и вздохнул с облегчением, понимая, что, по крайней мере, она не была на вкус как настоящий десерт. У Тома, вероятно, было бы гораздо больше вопросов, если бы это было так. Хотя Гарри понятия не имел, какова на вкус настоящая сперма. Не то чтобы у него когда-либо была возможность сделать это раньше, и он не был Малфоем, чтобы дрочить себе и слизывать свою собственную сперму. Том прижал его крепче. Поцелуй был грубым, сбивающим. Его прикосновения больше не были осторожными, мягкими, нежными. Оно было собственническим и грубым. — Так вот почему ты пробрался ко мне? — пробормотал он, отстраняясь от губ Гарри, тяжело дыша, когда его зубы схватили нежную кожу на горле Гарри. — Чтобы стать моим, милый? Гарри ахнул, чувствуя, как всё его тело вибрирует под весом Тома. Он кивнул, так как больше ничего разумного сказать не мог. — Ты подготовился, Гарри? — спросил он, расстёгивая ремень и застежку на брюках. Подготовился? Что он имел в виду? Гарри уставился на Тома в замешательстве, пока смутная часть его мозга не дала подсказку. Гарри не знал, как ответить. Он схватил палочку и позволил магии очистить его, растянуть, смазать его. Он понятия не имел, что делает, но он знал, что хочет этого. Он слегка кивнул, между стонами и вздохами, пока Том продолжал целовать его, как голодный человек, который сошёл с ума после долгих приступов голодания. Он почувствовал, как пальцы Тома коснулись его. Он делал это. Мерлин! Когда шёпот заклинаний разносился по воздуху, сердце Гарри трепетало от смеси волнения и предвкушения. Воздух, казалось, вибрировал от потусторонней энергии, и он чувствовал, как его сердце начинает гудеть от сладкой, пульсирующей боли. Как будто его душа шевелилась, пробуждаясь от прикосновения пальцев Тома. Ощущение было похоже на ливень весенним утром или ласку летнего ветерка на забытом лугу. У Гарри перехватило дыхание, когда пальцы Тома начали действовать, сплетая замысловатый узор удовольствия и боли. Мир вокруг него растаял, оставив только их двоих, застывших в моменте нежной близости. Глаза Тома горели с интенсивностью, которая, казалось, пронзала сознание Гарри, его зрачки были тёмными и широкими, как будто он насладился видом капитуляции Гарри. Его челюсть была сжата, его лицо было маской сосредоточенной страсти, когда он глубоко ввёл пальцы в скользкую дырочку Гарри. Воздух был тяжёлым от запаха тоски и желания, и стоны Гарри терялись в сладкой, золотистой дымке, которая окутывала их. В этот мимолетный период существовали лишь торопливые прикосновения, шёпоты и мягкие, скорбные вздохи, срывавшиеся с губ Гарри. Как будто само время замедлилось, позволяя им насладиться красотой их связи, впитать вкус магии. — Лежи спокойно, милый, — сказал ему Том, когда Гарри почувствовал, как горячий член мужчины прижимается к нему. Гарри вытянул шею и уставился на твёрдую длину, когда волна паники парализовала его разум. Чёрт! Это было слишком большим. Оно не влезет. Люди, вероятно, делают такие вещи после множества экспериментов, и Гарри даже не был уверен, были ли заклинания, которые он наложил, достаточными. В воздухе раздался свист крови, и сердце Гарри пропустило удар. Резкое прикосновение кожи Тома вызвало дрожь по его позвоночнику, когда их тела прижались друг к другу. Тепло члена Тома было подобно солнечному лучу в летний день, и тело Гарри поддалось его грубому давлению, растягиваясь и приспосабливаясь. Глаза Гарри расширились от новых ощущений, выражение лица Тома стало темнее, глаза напряжены от похоти. Его пальцы обхватили колени Гарри, раздвигая их, чтобы приблизиться к нему. Грудь Гарри поднималась и опускалась с каждым вдохом, его лёгкие ныли от желания выпустить сдерживаемые эмоции, которые закручивались внутри него резкими выдохами. Взгляд Тома пленил Гарри, его глаза горели страстью, которая, казалось, проникала в самую душу Гарри. Когда он наклонился, его губы коснулись губ Гарри, покусывая покрасневший рот, его язык сплетался с нежной плотью. Поцелуй углублялся, и разум Гарри затуманивался, теряясь в закручивающемся водовороте желания, которое грозило поглотить его целиком. Член Гарри шевельнулся, отвечая на все собственнические, подавляющие, безумные вещи, которые Том делал с ним. Но пальцы Тома обхватили его шею, остановив его на месте, и он сжался. — Ты совершенен, дорогой, — сказал Том, толкаясь всё сильнее. Казалось, он терялся в ощущениях магии, впервые окружавшей его тело. — Ты не понимаешь, насколько ты совершенен. Если бы я был мужчиной, который верил в судьбу и предназначение, я бы подумал, что ты создан для меня, чтобы быть моим, моим любимым, милый, драгоценностью. Рука, обхватившая его шею, сжалась сильнее, и Гарри понял, что останутся следы. Грязные звуки шлепков плоти Тома по его заднице, его стоны и хлюпанье, отсутствие звука, исходящего изо рта Тома, казалось, были постоянными. Как будто этот человек был машиной, которая могла контролировать всё, что он чувствовал. Давление нарастало. Лицо Гарри было покрыто слезами, его тело растянулось, словно оно было эластичным. Том был неумолим и интенсивен, и если бы не его контролируемые, размеренные движения, Гарри подумал бы, что этот человек потерял всякое чувство реальности. Это была медленная пытка, жар, удовольствие, магия на границе его сознания держали Гарри в ясном уме. Толстая, твёрдая длина Тома двигалась внутри него, затягивая его в странное состояние блаженства, как будто внутри Гарри было что-то, что нарастало, чтобы вырваться из-за давления. Гарри чувствовал себя хрупким, также чувствовал себя странно. А затем давление, казалось, ослабло, и Гарри неудержимо затрясся, его ноги обхватили спину Тома, вибрируя, когда он снова почувствовал, что кончает. На этот раз его оргазм ощущался по-другому; он продолжался и продолжался, и Гарри попытался вывернуться, убежать от него. — С тобой всё в порядке, милый, — пробормотал Том, смеясь, казалось, в благоговении над тем, что происходило с Гарри, когда он отпустил его горло и начал целовать его, заглушая его крики и вздохи нежными, мягкими поцелуями. — Отныне ты мой, Гарри. Ты не будешь прятаться от меня. Ты не будешь избегать меня, потому что я всегда верну тебя. Чувствительное тело Гарри загудело; слова Тома едва уловились в его голове, когда он почувствовал, как мужчина вошёл и кончил внутрь. Радужки Тома загорелись от похоти; зрачки расширились. Том снова поцеловал его, и Гарри понял, что ему действительно нравится то, что он только что сделал.

***

— Босс здесь, — сказал Яксли Северусу. — У тебя готовы отчеты для брифинга? Северус поднял голову и уставился на Яксли. Мужчина изогнул бровь и сел в кабинете Северуса. — Ты собираешься загрязнить окружающие пространство, — проворчал Северус, снимая лабораторный халат и откладывая его в сторону. — Загрязнить? — Яксли закатил глаза. — Что ты волнуешься по пустякам, а? Это твой чёртов офис, а не там, где ты готовишь, ради всего святого. — Важно по-прежнему поддерживать стерильную среду в моём кабинете, — пожаловался Снейп, открывая сейф и доставая лабораторные документы. — Тебе не обязательно было сюда приходить. Достаточно было бы просто позвонить и сообщить, что мистер Реддл доступен для инструктажа. Он ненавидел Яксли, появлявшегося без предупреждения. Этот человек всегда был проблемой. Северус любил держаться особняком. Только Бог знает, какие неприятности он мог бы нажить с Боссом, если бы тот считал, что Северус бесполезен. Том Реддл был молод, но этот человек был жесток и неуравновешен, как опытный главарь давней подпольной сети. Северус прекрасно знал, что такой человек, как он, не сможет добиться успеха, не проливая кровь своих людей, если это необходимо. Он предпочитал остаться в живых и, в идеале, в целости и сохранности. Он не оставил свою скучную карьеру в Академии только для того, чтобы погибнуть из-за того, что не справлялся со своей работой как следует. Он положил бумаги в папку и встал, заперев сейф на случай, если Белла решит прийти сюда и отдохнуть, как она обычно делала, и оставить свою обувь в сейфе вместе с важными документами. Женщина была сумасшедшей. Северус предпочёл бы не иметь дела с ней или её сумасшедшим мужем. Все эти люди были чертовски сумасшедшими. Всё, чего он хотел, это заработать дополнительных денег, чтобы он мог наказать этого богатого ублюдка Джеймса Поттера. Этот человек был уже мёртв, но Северус всё ещё хотел проявить себя. Они поднялись на лифте на верхний этаж, где находился кабинет Босса. Северус уже пытался подготовиться к неизбежному, но когда Яксли открыл дверь после короткого стука, они столкнулись лицом к лицу со своим Боссом, который выглядел очень весёлым. Даже Яксли был ошеломлён. Это было странно. — Северус, Корбан, — сказал он, вставая и указывая им на диван в комнате. — Пожалуйста, садитесь. Реддл был привлекательным мужчиной, всегда одетым безукоризненно, но в то утро он выглядел ещё более безупречно собранным. — Спасибо, Босс, — весело ответил Яксли и сел на диван, скрестив ноги. — Кажется, у вас сегодня хорошее настроение. — Я доволен положением дел, — сказал он, хватая бутылку виски. — Выпить? Северус покачал головой. В присутствии этого человека лучше быть трезвым. Яксли, с другой стороны, был не из тех, кто отказывается от выпивки. — Мы здесь, чтобы проинформировать вас о результатах лабораторного анализа инцидента с отравленным кофе, — сказал Северус, прочищая горло и неловко оглядываясь по сторонам, пытаясь найти хоть что-то, что угодно, лишь бы не смотреть этому человеку прямо в глаза. Том элегантно скрестил ноги и отпил глоток напитка, указательным пальцем давая им знак продолжать. Северус открыл папку и положил лабораторные работы на маленький столик. — Кофе не был отравлен, сэр, — объявил Северус. Брови мужчины удивленно поднялись, когда он наклонил голову, чтобы посмотреть на Снейпа. — Однако он был пронизан медленно прогрессирующим штаммом бактериальной инфекции. — Бактериальная инфекция? — Том, казалось, удивился. — Да, сэр, — кивнул Северус. — Это была биоинженерная версия  бактерий "Dementoris". Бактерия заражает мозг, а затем развивается очень медленно. Симптомы обычно похожи на симптомы слабоумия, поэтому вовремя обнаружить бактериальную инфекцию очень сложно. Обычные штаммы "Dementoris" не вызывают нарушения двигательных функций. Этот, сэр... этот полностью уничтожил бы все ваши двигательные функции. Мистер Реддл кивнул и поставил стакан с виски на стол. — Девушка призналась, кто заплатил ей за то, чтобы она дала мне испорченный напиток? — спросил он, взяв со стола документы с результатами лабораторных анализов и быстро просматривая их. — Нет, сэр, — на этот раз заговорил Яксли. — Но мы отследили штамм до лаборатории за пределами Лондона, которая принадлежит "Azkaban Biotech". Это, похоже, привлекло внимание мистера Реддла, и он резко поднял голову. Он стиснул зубы и скомкал бумаги в руке в небольшой шарик. — Похоже, наш друг Экриздис действительно хочет внимания, — холодно сказал он. — Что-нибудь ещё? — Да, Босс, — кивнул Яксли. — Лаборатория за пределами Лондона, где был создан этот конкретный штамм, финансируется материнской компанией Гриндельвальда "Hallows". Выражение лица Тома стало мрачным, а губы изогнулись в сторону. — Корбан, собери наших людей на совещание, — приказал он.

***

Гарри медленно открыл глаза. Солнечный свет был ярким. Тёплый свет лился из больших окон. Гарри пошевелился в постели — его ноющие мышцы заставили его остановиться и застонать. Он медленно моргнул, пытаясь вспомнить, где он находится и что происходит, а затем, в мгновение ока, вчерашние воспоминания затопили его разум, и щёки Гарри стали ярко-красными. Мерлин! Он обхватил лицо ладонями и свернулся калачиком. Он действительно провёл ночь с Томом. Он не был готов это осознать. Казалось, это было почти импульсивное решение остаться и заняться сексом. Каждое крошечное движение в его теле напоминало ему о том, что произошло в этой комнате. К счастью, был уже поздний вечер, и Тома не было в постели с ним. Гарри не мог сейчас смотреть на Тома. Он обшарил кровать и не нашёл ни рубашки, ни палочки. Его охватила паника, но когда Гарри вывалился из кровати, он обнаружил свою одежду аккуратно сложенной и положенной на тумбочку. Его палочка лежала поверх одежды. Он улыбнулся про себя, представив себе Тома, который подбирает одежду Гарри с пола и складывает её. Гарри схватил свою одежду, но тут же положил её на пол. Сначала ему нужна было принять ванну. Его тело болело так сильно, что это было даже не смешно. Он взял палочку между пальцами и наложил на себя чары, чтобы уменьшить боль, но они могли сделать лишь немногое; ему нужно было обезболивающее зелье. Когда Гарри проскользнул в ванную, он почти не узнал себя в огромном зеркале. Его тело было покрыто синяками и любовными укусами. Том был беспощадным ублюдком, и неважно, что вселенная, похоже, имела склонность любить отмечать тело Гарри. Он мог исцелить любовные укусы заклинаниями, но маленькой извращенной части его это нравилось. Он быстро принял ванну, оделся и аппарировал домой. Том оставил ему несколько сообщений, передавая, что ему нужно идти на работу, спрашивая Гарри, не хочет ли он пообедать вместе, интересуясь тем, чтобы он ответил, как только проснется, уточняя, нужен ли Гарри врач после того, как он проснётся. Высокомерный ублюдок! Хотя Гарри бы понадобился врач, если бы не магическое влияние. Гарри покачал головой. У него не хватило терпения напечатать целое письмо. Он просто навестит Тома, поскольку знал, где его офис. Ему пришлось надеть что-то с длинным воротником, чтобы люди не пялились на него и не задавали странных вопросов. Может, он сможет незаметно пробраться и удивить Тома в его офисе. Он схватил свой плащ-невидимку и аппарировал. В здании было так много людей. Гарри размышлял, не снять ли ему плащ и не спросить ли у кого-нибудь дорогу, пока не увидел Беллатрису Лестрейндж и не решился. Он поднялся на лифте наверх, но, похоже, кто-то пытался покинуть первый этаж ещё до того, как он нажал кнопки лифта, и его отвезли на тот этаж. Он огляделся, ему было любопытно, почему это место выглядит почти как куча тюремных камер, пока он не услышал болезненный стон, доносящийся из одной из комнат. Гарри схватил палочку и побежал на звук. Он добрался до двери, открыл её с помощью магии и шагнул внутрь. Он замер, когда узнал полуголых мужчин, окровавленных и раненых, прикованных к стене. Это были те два головореза, которые узнали и напали на Гарри у больницы. Чёрт! Что они здесь делали? Почему их приковали к стене и избили до полусмерти? Том, конечно, этого не делал. Он казался очень расстроенным за Гарри, но то, как обращались с этими двумя, было варварски, жестоко и ужасно. Руки его дрожали; тяжёлый комок застрял в горле, затрудняя дыхание. Сжав палочку, Гарри медленно приблизился к ним. — Эй, — он легонько похлопал по плечу одного из парней, снимая с себя плащ-невидимку. — Эй, просыпайся! Мужчина открыл глаза, его опухшие веки едва поднялись, и он в ужасе отдёрнулся, узнав Гарри. — Нет! Нет! Пожалуйста, — закричал он, качая головой. — Не надо больше, пожалуйста! Ему было так больно. На его руках и ногах были раны, а всё его туловище было покрыто красными пятнами незаживших ран. Он бы точно умер от инфекции такими темпами. Этих людей пытали. Их заперли на первом этаже здания компании Тома. Гарри не хотел в это верить. Нет! Что Том получит от пыток этих людей? Гарри просто не мог... Он глубоко вздохнул и попытался успокоиться. — Легилеменс, — пробормотал он, указывая палочкой на человека. Это было похоже на сёрфинг на очень большой волне, чтобы проникнуть в разум этого человека и пройти через его воспоминания. Всё было перемешано с болью, и его разум был неорганизованным хаосом. На краю его сознания были фрагменты из его детства. Гарри торопливо прокручивал их, пока не наткнулся на воспоминания последних нескольких недель. Его кровь застыла в жилах. Он увидел лица Снейпа и братьев Лестрейндж, которые избивали и пытали этого человека, допрашивали его, задавали вопросы о том, кто пытался навредить Гарри и на кого они работали. Гарри стало дурно, когда он увидел лицо Тома. Он был бесстрастен и холоден. — Ты причинил ему боль? — спросил он тихим голосом, глядя в кровавые, бредовые глаза мужчины. — Ты когда-нибудь прикасался к Гарри? Он не спрашивал ничего другого и не говорил ни о чём другом с этими людьми. Гарри перемотал вперёд, пытаясь уйти от страха, который он чувствовал, и наткнулся на воспоминания о Сириусе и Ремусе в этой комнате с Томом, говорящих с этим человеком и его другом. Это был кошмар. Гарри не хотел верить, что они могли это сделать. Как будто они думали, что забота о Гарри позволяет им пытать этих людей. Где, чёрт возьми, он оказался? Во что, чёрт возьми, он ввязался? Эти люди были преступниками. Его семья, его крёстные отцы, мужчина, с которым он спал, - все они были сумасшедшими, неуравновешенными гангстерами. Неудивительно, что покушение было через день. Неудивительно, что другого Гарри похитили, скорее всего, пытали и убили. Как он мог быть настолько слеп, чтобы не заметить этого? Он так долго утопал в жалости к себе и страданиях, что не замечал самых очевидных вещей. Или, может быть, его жизнь была настолько испорчена, что он не понимал, что всё ненормально. Гарри вырвался из разума мужчины. Он приставил палочку к его телу и пробормотал исцеляющие чары. Сломанные рёбра сами собой встали на место и сраслись; пятна инфицированных ран очистились. Ему понадобятся надлежащие лечебные зелья, но он не будет испытывать боли и не умрёт сейчас, по крайней мере. Гарри коснулся лба мужчины своими прохладными пальцами. — Это должно заставить тебя почувствовать себя лучше, — сказал он. Когда боль утихла, мужчина снова открыл глаза и с благоговением уставился на Гарри со слезами на глазах. — Ты ангел, — пробормотал он. — Ангел, о котором мне рассказывала мама. Мне жаль, что я тебя предал. Я не знал... Ну, он всё ещё бредил. По крайней мере, Гарри знал, что эти люди знали о другом Гарри. — Ты можешь показать мне? — спросил он. — Ты можешь вспомнить воспоминания обо мне? Что со мной случилось? Кто меня забрал? Мужчина кивнул, и Гарри проскользнул в его разум. Он тут же вытолкнул себя оттуда, как только увидел лицо Долорес Амбридж. Мерлин! Сумасшедшая женщина преследовала его во всех вселенных. Гарри вернулся, пытаясь раздобыть больше информации, но, похоже, больше ничего не было. Амбридж подошла к мужчине, показала ему фотографию Гарри и сказала, что он получит хорошие деньги, если знает, где найти Гарри. Мужчина отвёз Амбридж в квартиру, где Гарри остановился вместе с ними, а группа мужчин схватила другого Гарри и затолкала его в машину, помеченную как собственность "Azkaban Biotech". — Ты простишь меня? Я же не попаду в ад? — прошептал мужчина. Эти двое должны были сидеть в тюрьме, а не быть запертыми в подвале Тома и избитыми до полусмерти. Гарри направил свою палочку на другого мужчину, исцеляя его и игнорируя жалобные визги сумасшедшего, который считал Гарри настоящим ангелом. Всё стало ещё сложнее. Ему нужно было найти Амбридж. Ему нужно было найти сумасшедшую сучку и убедиться, что другой Гарри всё ещё жив, и спасти его. Эта "Azkaban Biotech" была явно теневой компанией и охотилась за Гарри. Прежде чем кто-либо успел его заметить, он накинул плащ и вышел из комнаты. Что он теперь будет делать? Он застрял в этом мире, он забрал жизнь другого Гарри, который, скорее всего, уже умер, его крёстные были шайкой мафиози, он занимался сексом с красивым маггловским двойником Волан-де-Морта, который сам был неуравновешенным психопатом. Какого хрена он должен был делать? Он не хотел убегать от Сириуса и Ремуса, и он... Гарри вытер лицо... он не мог держаться подальше от Тома, не хотел. Это было жалко, глупо и эгоистично.