Чертоги Сфинкса

Доктор Ватсон героически ковылял по лондонским мостовым, выполняя очередное "простейшее" поручение Холмса. Осколки в ноге напоминали о себе каждым шагом, словно маленькие садисты устроили в его ноге карнавал боли. "Господи, да что же это за проклятие такое!" — простонал Джон, остановившись посреди пустынной улицы и театрально взмахнув руками к небесам. Ни одного кэба в поле зрения! Закон всемирной подлости работал с германской точностью. "Нужна же была этому чертову гению его коробочка! — внутренне возмущался доктор. — Нет бы посыльного послать, так ведь нет же! 'Дорогой Ватсон, — передразнил он голос детектива, — прогуляйтесь-ка до другого конца Лондона, это так полезно для здоровья!'" Прислонившись к стене с видом мученика, готового принять смерть за веру, доктор вдруг услышал спасительное цоканье копыт. Сердце его забилось быстрее — неужели судьба сжалилась над бедным хромым медиком? Подковыляв к фонарю, Ватсон начал махать руками с энтузиазмом дирижера, исполняющего "Полет валькирий". Карета остановилась! О чудо! Правда, то, что это была именно карета (а не обычный кэб), доктор осознал слишком поздно — когда его уже вежливо, но настойчительно втолкнули внутрь смышленые слуги. Внутри все утопало в алом бархате. "Интересно, почему именно алом? — философски подумал Ватсон. — Не зеленым же, не фиолетовым... Хотя, учитывая мою удачу, наверное, это цвет крови. Моей крови." Вглядевшись в роскошный полумрак, доктор первым делом заметил холеные руки на трости с набалдашником в виде Анубиса. Что-то давно забытое и крайне тревожное шевельнулось в глубинах его памяти, словно старый скелет в шкафу решил размяться. Но прежде чем Джон успел сообразить, что к чему, сверкнуло то самое проклятое кольцо... Доктор застыл как олененок в свете фар и отключился от яркого, парализующего света.

***

Очнулся он в постели, достойной египетского фараона — с бархатным балдахином и подушками размером с небольшую страну. Лихорадочно пытаясь восстановить в памяти последние события, Джон поднялся и ступил босыми ногами на персидский ковер стоимостью, вероятно, с годовую зарплату врача. В дверь галантно постучали. — Да-да, войдите! — взволнованно отозвался доктор, машинально поправляя волосы. Белые двери, инкрустированные золотыми узорами (явно не из каталога "Мебель для среднего класса"), приоткрылись, и в спальню вошел... Джон почувствовал, как его сердце провалилось куда-то в район желудка, прихватив по дороге несколько жизненно важных органов. ТОТ, кого они с Холмсом давно похоронили! Кого старались не вспоминать в кошмарах! Их бывший наставник, профессор Рейт, он же Эх Тар собственной персоной. Который, к слову, скорее всего его пока не узнал — ведь тогда они с Шерлоком были всего лишь пухлощекими мальчишками. Время шло, они возмужали, обзавелись усами и жизненным опытом, а он остался таким же неестественно молодым. — Позвольте представиться — профессор Мориарти, — произнес Эх Тар голосом, от которого у Ватсона перехватило дыхание еще сильнее. "Боже правый! — в панике подумал доктор. — Ведь это же тот самый тип, с которым Шерлок хотел потягаться интеллектом после дела Милвертона! И это мы случайно прихватили списки его организации! Как же не вовремя!" — Вы были одни на улице в столь поздний час, — продолжал профессор с заботливой улыбкой хищника, — одеты прилично, бледны на вид, хромали. Я решил, что вас ограбили и избили, сэр. Но вы потеряли сознание от одного вида моего кольца. Весьма любопытно... Кому я могу сообщить о вашем местонахождении и как вас представить? Джон тупо захлопал ресницами, словно сова, застигнутая ярким светом. В темных глазах Эх Тар промелькнула тень сомнения — память явно начинала подкидывать ему знакомые образы. — Я... я доктор Ватсон, — Джон физически не мог лгать, что в их профессии было скорее недостатком, чем достоинством. — Благодарю вас за оказанную помощь. Мне уже гораздо лучше. Не могли бы вы отвезти меня на Бейкер-стрит? И тут раздался хохот. Тот самый, дьявольский, который до сих пор снился Джону в особенно неудачные ночи. Эх Тар — а это определенно был он — вспомнил того самого пухлого мальчишку Ватсона, который обожал уплетать пирожные в школьной столовой за обе щеки. — Хвала великому Сету! — воскликнул он, всплеснув руками. — Так вы с Холмсом по-прежнему неразлучны? Трогательно до слез! Эх Тар потер ладони с таким предвкушением, что Ватсон мысленно начал составлять завещание. — Но... но Холмс сказал, что вы ушли под лед! — обреченно произнес доктор, пятясь к стене как загнанный в угол кролик. — Как ушел, так и вышел, хвала богам подземного мира! — театрально провозгласил Мориарти. — Анубис решил, что я еще не созрел для его чертогов. Пришлось ползти мокрым и озябшим до ближайшего притона, где меня выхаживали целый месяц от воспаления легких. За лечение пришлось отдать фамильный перстень — представляете, какая драма! Но позже он, естественно, вернулся к хозяину. Магия, знаете ли. Мориарти сделал паузу для драматического эффекта. — Я вас даже не искал специально, но вы решили пакостить моей организации! Сама судьба привела вас мне в лапы, мои дорогие бывшие ученички! Профессор ухмыльнулся улыбкой, от которой молоко скисало на расстоянии мили, и вышел из комнаты, приказав охранникам глаз с пленника не спускать.

***

Оставшись один, Джеймс Мориарти предался воспоминаниям. Он был наполовину потомком древнего рода фараонов (по крайней мере, так значилось в фамильных документах), он воспитывал Шерлока почти как родного сына! Научил его искусно фехтовать, привил наблюдательность, призывал к холодному рассудку... А что получил взамен? Гибель любимой сестры! Крах планов по возрождению древних мистерий! И вдобавок этот неблагодарный щенок Холмс еще и его любимое пальто присвоил — теперь щеголяет в нем по Лондону, изображая из себя великого детектива! "Великий детектив, как же!" — скрипел зубами Мориарти, склоняясь над письменным столом. Он начал выводить послание своему бывшему ученику, периодически останавливаясь, чтобы злобно хихикнуть: "Дорогой Шерлок! Твой верный спутник гостит у меня. Либо ты немедленно прекращаешь свои попытки разрушить мою прекрасно налаженную преступную империю, либо... даже я сам пока не знаю, что именно сделаю с твоим драгоценным доктором. Но уверяю — моя фантазия богата, а методы весьма изобретательны. С искренними чувствами мести и ностальгии, твой старый учитель Мориарти. P.S. Кстати, хочу обратно свое пальто."