Белоснежная лента тоже в крови

Мы с Лянем двинули в путь ранним утром, прихватив с собой корзину, пару чашек, три ложки и мою непоколебимую веру в то, что уличная еда — это лучший изобретённый людьми способ выживания. Тропинка вилась между полями и редкими деревеньками, а небо над головой было таким бесконечно серым, что я начала подозревать — его просто забыли перекрасить. — Мда, вайб тут... тухляк, — протянула я, разглядывая окрестности. — Тухляк — это плохо, да? — уточнил Се Лянь, задумчиво поправляя корзину за спиной. — Ага. Вайб тухлый — настроение тухлое. Всё тухлое. Даже трава, — ткнула я ногой в грустный кустик. На первой же постоялой заставе нас встретил староста — пузатый мужичок с добродушной физиономией и подозрением в глазах. — Путники, откуда и куда держите путь? — спросил он, хрустнув пальцами. — Мы... эм... на квесте, — уверенно заявил Лянь. Я едва не захлебнулась воздухом, поспешно добавив: — То есть... в путешествии. Великая миссия! Глобальная! Мы — такие типа герои, спасители и всё такое. По таймлайну — ещё рано об этом говорить. Староста моргнул несколько раз, потом зачем-то перекрестился и буркнул: — Ясно... Похоже, вас прокляли. Мы переглянулись и быстро свалили, пока он не вызвал какого-нибудь экзорциста. Следующие дни прошли в стиле «лови лут — качай левел». — Подарю тебе на день рождения, — торжественно сказала я, вручая Ляню находку, которую нашла на помойке. — Благодарю. Это, наверное, будет самый... кринжовый подарок в моей жизни, — он уже вполне уверенно использовал новые слова. Иногда мы останавливались в деревнях, чтобы перекусить или переночевать. И вот тут начинался самый сок. Однажды в таверне, когда мы заказывали еду, я совершенно серьёзно сказала хозяину: — Нам, пожалуйста, пару комбо-наборов с апгрейдом супа и бонусной рисовой лепёшкой. Хозяин завис, как старый комп на восьмой год работы. — Комбо-наборы?.. Апгрейд?.. Бонус?.. — тупо переспросил он, хватаясь за голову. Се Лянь быстро вмешался: — Ой, не обращайте внимания! Она из далёкой... эээ... северной деревни. У них там такой диалект. Хозяин ещё долго шептался с женой, глядя на нас, как на диковинных зверушек. Или вот ещё: на рынке я пыталась поторговаться за ткань и сказала продавцу: — Слушай, ну реально оверпрайс какой-то! Давай норм прайс, а то я вообще ливаю. Бабуля-продавщица медленно осела на табурет, как будто я ударила её словом. — Чего-чего, деточка? — переспросила она, скрестив пальцы, будто защищаясь от сглаза. — Эм... дорого! — взвизгнула я, показывая руками «очень много». — Падать надо, падать! Торг всё-таки удался, но я клятвенно пообещала себе быть осторожней с терминологией в следующий раз... хотя нет, кого я обманываю? *** Однажды мы застряли в глухом перевале. Сначала пошёл снег — такой липкий и злой, что через десять минут мои волосы выглядели как замороженная лапша. Потом снег сменился дождём, причём не нормальным дождём, а каким-то драматичным, будто весь небесный отдел спецэффектов решил выложиться на максимум. А потом... потом началась какая-то лютая вакханалия. Впереди на тропе паслось привидение. Да-да, именно паслось. Оно реально стояло на четырёх полупрозрачных лапах, щипало какую-то траву и временами оглядывалось на нас так, будто мы ему мешали обедать. — Всё, я не знаю, что они там курили, когда этот квест писали, — пробормотала я, закутываясь в ханьфу сильнее. Мы осторожно обошли привидение стороной, только чтобы через двадцать шагов встретить крокодила. Не обычного — а какого-то... местного апгрейда. У него были голубые чешуйки, а глаза светились так, будто он втемяшил себе в голову стать следующим Боссом этого уровня. Он фыркнул в нашу сторону и неспешно перешёл дорогу, как какой-нибудь ленивый чиновник. Я, конечно, залипла на это зрелище и закономерно влетела в очередной камень, который почему-то опять оказался ровно там же, где и пять минут назад. Я смачно грохнулась на лёд. — Всё, это какой-то полный лютый баг, — буркнула я, лёжа на спине и глядя в бесконечно серое небо. – Это от тебя невезением заразилась. Се Лянь тут же склонился надо мной, как благородный спасатель, протянул руку и очень задумчиво произнёс: — Может быть, это и не баг, а фича? Я зыркнула на него исподлобья, принимая помощь и тяжело поднимаясь на ноги. — Да какая же это фича, если я жопой об лёд уже третью серию подряд шлёпаюсь?! — возмутилась я, обтирая задницу от налипшего снега. Лянь, не моргнув глазом, продолжил в том же духе: — Новая механика карты. Специальный ивент. Уровень сложности: «Эксперт по падениям». Он был настолько серьёзен, что я не выдержала и расхохоталась. Прямо так, стоя на кривом обледеневшем склоне, рискуя опять навернуться. Лянь тоже усмехнулся своим редким, почти детским смешком. И в этот момент, словно природа обиделась, мимо нас с гордым видом проползла огромная ледяная жаба. Да, ледяная жаба. Она даже не прыгала — ползла, как танк на последнем издыхании. На секунду нам показалось, что она сейчас как в лучших традициях — заорёт «РОК!» или начнёт раздавать баффы за хорошее настроение. Но жаба просто покосилась на нас (реально покосилась!), поджала лапы и, обиженно кряхтя, продолжила свой путь в никуда. Я, всхлипывая от смеха, еле выдавила: — Кажется, жабе тоже баг не зашёл. — Или это и была фича, — серьёзно добавил Се Лянь, и мы снова захохотали, потому что, честно, после крокодила и привидения любая жаба уже казалась элементом декора. Так мы и шли дальше — промокшие, продрогшие, запачканные до ушей, но с таким хорошим настроением, что никакой баг этого мира не мог его поломать.