Принимать близко к сердцу

      Была еще одна проблема. Олег скучал по Сереже. Скучал по времени только для них двоих. По прикосновениям, объятиям, поцелуям. По разгоряченному шепоту на ухо и ощущению влажной простыни под животом. По тому, как пальцы соскальзывают в ложбинку под бедренной костью. По его веснушкам.        Несколько мучительных дней после больницы Сережа не подпускал его к себе. Потом вдруг резко, как будто прорвало плотину, затребовал его всего – вцеплялся пальцами в запястье до синяков, висел на плече, сжимал в объятиях. Новый откат – Сережа шарахался на другой конец кровати, когда Олег входил в спальню. Сережа приходил к нему посреди ночи, на диван в гостиной, тихо ложился рядом. Жаловался на бессонницу и подставлял голову, чтобы Олег прочесал пряди. Засыпал рядом, и Олег не верил своему счастью. Утром ел положенные таблетки прямо с его руки, касался губами центра ладони, и Олега как током прошибало.         А потом словно успокоился какой-то маятник. Сережа отстранялся от попытки его поцеловать и не обнимал первым. Но мог, пригревшись, уснуть на плече, или вдруг переплести пальцы, когда они втроем смотрели кино.        Это было невыносимо. Олег уходил в ванную, сцепив зубы, отдрачивал себе, коротко и яростно. Потом долго принимал душ, но, выходя, все равно чувствовал себя грязным. Ему было плохо, голодно, невыносимо среди этих двоих, которые, кажется, обо всем догадывались, но вежливо молчали. То и дело он чувствовал буравящий спину взгляд Игоря. Слишком пристальный.        В очередной вечер из тех, что он называл плохими (Сережа снова уснул поздно и под дозой седативного), Олег ушел в гостиную и врубил что-то агрессивное в наушниках. Попытка перезагрузиться как-то иначе. Потянуть мышцы, отжаться на кулаках, встать в планку, чувствуя, как сердце синхронизируется с партией на бас-бочке, снова отжаться, поза плуга, выход в “березку”, прогиб… мысли вымело из головы, остался только счет. Напряжение в мышцах ощущалось почти как сексуальное, но потом какой-то звук за пределами музыки выбил его из блаженного не-думанья.       Олег вскочил и обернулся. Игорь стоял рядом, и слишком близко.        – Чего тебе, – неприязненно буркнул Олег, выключая музыку. Тут же встревожился. – Серый?..       – Спит, – успокоил его Игорь. – Ты в порядке?       – Тебе какое…        Олег дернулся, но не успел среагировать, когда Игорь шагнул вперед и вмялся в его губы своими. Со стыдом и ужасом Олег почувствовал, что отвечает на поцелуй. Изголодавшееся тело действовало вперед разума.        – Ты что творишь? – Олег смог отстраниться.       – Даю тебе повод. Я же вижу, у тебя кулаки чешутся.       Ох, вот как. Олег и правда ударил, и это было эйфорически прекрасно – наконец-то дать ярости выход. Игорь отшатнулся, провел ладонью по заалевшей скуле. Ухмыльнулся и прыгнул вперед, беря его в захват. Подсечка, неудачная попытка удушающего, Олег пинает его в колено, Игорь метким ударом в солнечное сплетение выбивает воздух и заставляет его согнуться, но Олег валится ему под ноги, увлекая за собой на пол, и некоторое время они возятся на ковре, пыхтя и ссаживая кулаки о жесткий ворс и друг о друга.            Игорь дрался просто и грубо – полицейская практика, стиль подворотен. Олег непредсказуемый и быстрый, но у него было мало опыта реальной, грязной и некрасивой драки, так что они оказались примерно на равных. И быстро вымотались. Одно дело – когда дерешься не на жизнь, а на смерть, или проводишь болевой прием на бандите. А другое – когда пытаешься объяснить своему спарринг-партнеру, как сильно тебя заебала жизнь, неизвестность и он сам. Еще и делаешь это тихо, чтобы не разбудить спящую в соседней комнате причину ваших затруднений.        Олег обнаружил себя лежащим на ковре, со сбившимся дыханием и ноющими костяшками. Отчего-то почти счастливого. Рядом так же хрипло дышал Игорь и улыбался разбитой губой. Олег провел по ней кончиком пальца, мстительно надавливая, а когда Игорь протестующе застонал, заткнул его поцелуем.           – А ТЫ что творишь? – вернул реплику Игорь, когда ему удалось отстраниться. Но глаза у него были шальные-шальные. 

***

      – Да тише ты!..         – Это ты шумишь!        – А ты сопишь! Разбудишь!       – Больно, вообще-то!       – ТЕБЕ больно?!        Перепалка не прекращается, когда в тесной ванной они сталкиваются коленями, когда Олег прижимает к губе Игоря ватный диск, пропитанный антисептиком. Когда Игорь заматывает эластичным бинтом его запястье. Когда Олег, матерясь под нос, застирывает подол запачканной кровью футболки, а Игорь шипит, прикладывая холодное мокрое полотенце к синяку на скуле.        – Мистер и мистер Смит, – ржет Игорь, и Олег не то что не шикает: впервые ржет с ним вместе.       Игорь снова тянется к нему, сидя на бортике ванной. Олег качает головой.        – Не я тебе нужен. Иди к нему. Меня ты одолел в честном бою, признаю.        Игорь только вздергивает бровь, пересеченную шрамом, и говорит ласково-ласково:       – Леж, ты совсем дурачок, да?        И от этого “Леж” воздух из легких выбивает похуже удара в живот.        – Мы нужны друг другу, – упрямо продолжает Игорь, зарывая его с концами. – Я ему, ты ему. Ты – мне. Я – тебе.        И в качестве доказательства целует его снова. И еще. И еще.        – Думаешь о нем, а? Представляешь его? Скажи, – бормочет между лихорадочными поцелуями. Олег отрицательно стонет ему в губы. Он думает об Игоре И о Сереже. В голове не укладывается.         – Когда ты это понял?       – Уж точно раньше тебя.        – Это бред какой-то…       – А притворяться, что мы должны сразиться смертным боем на кухонных скалках, – не бред? И знать, что ему будет плохо вне зависимости от того, кто победит? И не только ему.        Олег все еще не верит. Это тяжело. Они могут – втроем? Никому не нужно отступиться и уйти? А Сережа? Они это обсуждали вообще?..       Эта мысль заставляет его немного протрезветь и, наконец, оторваться от губ, так непохожих на Сережины. Олег трет горящие щеки.        – Поговорим утром. У меня сейчас башка взорвется, – честно говорит он.        – Ну, ладно. Забились. – Игорь опирается на край раковины с таким выжидающим видом, словно собирается встретить утро здесь.        – Выйди, а? Мне нужно в душ. – Олег, смирившись, бросает мокрую футболку в корзину с грязным бельем. Игорь делает шаг к двери, но глаза его хулигански сверкают, когда он открывает рот для коронного:        – В душ и без меня?