- 7 -
15 августа 2024 г., 17:23
— Слушай, — Клоринда прищуривает глаза, смотря оценивающе на аль-Хайтама. — Когда мы выпивали в прошлый раз, ты сказал мне одну интересную мысль.
Он пытается поднять голову, чтобы ответить, но она настойчиво давит пяткой ему между лопаток, вжимая обратно лицом в промежность. Клоринда любит этот его щенячий взгляд от её властности. Аль-Хайтам послушно продолжает вылизывать её между половых губ, но смотрит в глаза, ожидая продолжения мысли.
— Так вот, — её пальцы играют с его волосами, мягко перебирая прядки. — Ты говорил, что, кажется, тебе нравится тот парнишка с универа. Кави… Кавех, вроде?
Аль-Хайтам замирает, испуганно краснея.
— Не отвлекайся, милашка, — она давит рукой на его затылок и сама двигает бёдрами. — И не переживай. Кто я такая, чтобы осуждать твои предпочтения?
В его взгляде трепетный страх и возбуждение. Он обнимает её ноги и принимается отлизывать усерднее, причмокивая и всасывая губами клитор. Клоринда щедрится на довольный стон.
— Я об этом думала. У меня есть одна интересная штучка, — у неё хитрый взгляд, когда она достаёт что-то из-под подушки.
Резиновый член с ремешками.
Аль-Хайтама прошивает постыдным удовольствием от понимания.
— Это страпон, и я планирую трахнуть сегодня твой девственный зад. Но только, пожалуйста, постарайся сначала, чтобы я кончила, — Клоринда укладывается удобнее на подушки, прикрывает глаза и чуть сильнее раздвигает ноги.
***
— Аль-Хайтам? — Кавех машет ладонью перед его лицом. — Ты меня слушаешь вообще? Аль-Хайтам выныривает из своих воспоминаний о приятной заполненности в заднице и всех пошлостях, что шептала ему вчера Клоринда на ухо. Дико краснеет и смотрит на Кавеха. Тот посмеивается, жуя булочку. — Не выспался что ли? Я говорю, кофейня новая открылась, хочешь сходить после пар? Взгляд аль-Хайтама теряется в слишком откровенном вырезе свободной белоснежной рубашки Кавеха. Кивает в ответ он заторможенно. — Мда, кофе тебе, кажется, нужен уже сейчас. Погоди, сбегаю до автомата, подержи мою сумку! — Кавех суетной. Пихает ему свои вещи и уносится по коридору. А аль-Хайтам не отрывает взгляд от его по-юношески хрупкой фигуры, от зада в безобразно узких джинсах — «Вообще-то это модно и удобно». После вчерашнего Кавех кажется аль-Хайтаму более женственным, чем Клоринда. Лично его самого это путает только сильнее. Он поправляет рубашку с жилеткой, тянет вниз, прикрывая намечающийся стояк. Кавех возвращается, забирает свою сумку и заменяет её обжигающим стаканчиком. Такой милый-милый с этими ямочками на щеках, забавными морщинками у глаз от улыбки. Заливая в себя кофе, аль-Хайтам гадает, было ли бы проще, если бы у его друга были сиськи.***
Кавех мысленно называет это свиданиями — все их совместные походы в кофейню. Они постоянно занимают один и тот же столик в углу. Совсем крошечный с уютным угловым диванчиком. Сегодня угощает аль-Хайтам, и Кавех с улыбкой поедает свой кусок пирога и смотрит на руку, скребущую в тетради конспект. Аль-Хайтам молчалив и отстранён. Больше, чем обычно. Кавеху хочется протянуть руку и коснуться плеча, приобнять поддерживающе. Но это было бы слишком интимно для их статуса друзей, который Кавех принимает и старательно поддерживает, несмотря на свою многолетнюю симпатию. Так что он просто болтает негромко всякие глупости, зная, что один наушник аль-Хайтам засунул под ворот рубашки и слушает его. — И она подходит, говорит, что на чертеже ошибка! И знаешь, что делает? Исправляет линию ручкой, представляешь? — Кавех возмущается на преподавательницу с набитым ртом, но под конец фразы затихает, когда около их столика останавливается Клоринда. Кавех с ней лично не знаком, но знает про их отношения с аль-Хайтамом. Ну, если периодический секс без обязательств можно считать отношениями. — Надо поговорить, — она вперивает серьёзный взгляд в аль-Хайтама. Он неловко косится на Кавеха, видимо, в качестве извинения, и поднимается. Клоринда уводит аль-Хайтама на улицу, и теперь самому Кавеху становится тревожно.***
— Мне нужны деньги, — она скрещивает руки на груди. Аль-Хайтам непонимающе хмурится. — А я тут при чём? — При том! — Клоринда суёт ему в руку что-то маленькое. Аль-Хайтам смотрит, не понимает, и доходит до него далеко не сразу, что держит он положительный тест на беременность. — На аборт. Аль-Хайтам смотрит на Клоринду огромными глазами. — Ну умненький мальчик же, чего так смотришь? Я беременна. От тебя. Но оно мне не нужно. Будь добр, оплати мне аборт и разойдёмся мирно, мгм? — Беременна? — он просто глупо переспрашивает, роняя взгляд на плоский живот Клоринды. Она тяжело вздыхает. — Послушай, я тоже в шоке, ладно? И хочу, чтобы это всё кончилось поскорее. — Это мой ребёнок? — Это ещё даже не ребёнок, аль-Хайтам. Не мне тебе объяснять. Что-то внутри даёт трещину. Он бездумно тянется вперёд и кладёт ладонь на живот. Конечно же, ничего не ощущает. Физически. Но внутри нечто абсолютно новое и неясное. — Не надо. — Что не надо? Я не собираюсь становиться мамой в двадцать лет. — Я… — он запинается, часто моргает. — Что, хочешь в родителя поиграть? Это без меня, извини, буду ждать денег. Не подведи ещё раз, — Клоринда разворачивается и быстрым шагом уходит. А аль-Хайтам глупо зависает и смотрит на тест в руке.***
— Пиздец, — это единственное, что может ответить Кавех. Аль-Хайтам заливает в себя дешёвый виски, сидя на полу в спальне Кавеха.В голове крутится разговор с Клориндой и попытка понять, что он вообще чувствует. — Я… Он не знает, что говорить. Не знает, как объяснить. Кавех подаётся вперёд и крепко его обнимает. Аль-Хайтам затягивает его к себе на колени, обнимает в ответ, будто пытаясь найти в этом прикосновении ответы. — Это твой ребёнок, и я понимаю, что ты не согласен вот так вот это оставить, — бормочет Кавех куда-то ему в шею. — Я не знаю, что делать. — Поговорить с ней? Предложить решение? — Кавех немного отодвигается, смотрит аль-Хайтаму в глаза. — Ты же готов к ответственности и понимаешь, что это серьёзно? — Конечно, понимаю, мне не пять лет, — аль-Хайтам уводит взгляд. Такой затравленный. — Но это же мой ребёнок. И я правда готов даже сам… — Так и скажи ей это, — Кавех устраивается удобнее на чужих коленях и ладонью за подбородок поворачивает на себя лицо аль-Хайтама. — Предложи ей взять на себя все расходы во время беременности, помощь и поддержку. Аль-Хайтам крутит в голове, как много он должен работать, чтобы не проебать это. И ощущает внутри отклик полной готовности. Только вот сможет ли справиться? — Я сейчас скажу одну чушь и прошу тебя не посылать меня сразу за это, ладно? — Кавех ждёт кивка, берёт виски и делает большой глоток. Морщится, глубоко вздыхает, берёт лицо аль-Хайтама в ладони и приближается, смотря прямо в глаза. — Я готов тебе помочь с этим всем. Потому что ты мне дорог. Как никто. Аль-Хайтам не дышит. — Я влюблён в тебя с первых недель знакомства, — Кавех всё же роняет взгляд, боясь увидеть отвращение и злость в глазах. — Я ничего не прошу и не давлю. Просто очень хочу тебя поддержать. Я вижу, что ты искренне переживаешь, — он делает новый судорожный вдох. — Просто позволь быть рядом и помогать, пожалуйста. Аль-Хайтам одним порывом сгребает Кавеха в крепкие объятия, вжимает в себя и целует. Губы горькие от алкоголя, пьянят ещё сильнее. Кавех цепляется за его плечи и шею, неясно всхлипывает в поцелуй и жмётся теснее. Он так долго нёс это в себе, боясь и переживая, что сейчас просто готов разрыдаться от облегчения. Аль-Хайтам целует и целует его, обнимает и не хочет отпускать. — Ты мне безумно сильно нравишься, Кавех, — он выдыхает признание прямо в губы. Он так сильно пьян. — Спасибо, — смотрит пронзительно в глаза. Кавех почему-то смеётся. Сначала тихо, а следом буквально заливается хохотом, заваливает аль-Хайтама на пол, сбивая стоящую рядом почти пустую бутылку виски. — Ты чего? — аль-Хайтам невольно и сам поддаётся и посмеивается, держа с трепетом ладони на спине Кавеха. — Получается, мы, как два придурка, друг другу нравились и всё это время молчали? — он дышит, успокиваясь. — Ты ещё и умудрялся спать с девушкой и заделать ребёнка. — Ну, и ты же не святой, — аль-Хайтам прищуривается. А Кавех почему-то разом умолкает и краснеет. — Кавех? Не заливай, что хранил для меня свою розу? — Да иди ты, — Кавех пыхтит в смущении, но сильные руки тянут его обратно. — Признавайся! — Это был мой первый поцелуй! Всё, доволен? — он прячет лицо в шее аль-Хайтама. А тот глупо моргает, смотря в потолок. В его руках такой верный, глупый и ценный человек, что осознание прошивает и выбивает мозг. — Хочешь стать моим мужем?***
Разговор с Клориндой проходит хорошо. Кавех не влезает, но он здесь больше для поддержки аль-Хайтама. Она выглядит менее уверенно, чем в прошлый раз, нервно ковыряет ногтем кутикулу и без конца поправляет блузку. — Я тебе обещаю, что всё время буду рядом, — аль-Хайтам накрывает её руки ладонью и обнимает. Кавех отводит взгляд. — Уверен, что не наиграешься в папашку и не попытаешься вернуть мне ребёнка через неделю без сна? — по Клоринде видно, что её волнует всё это не меньше. Если бы ей это всё было неважно, сейчас бы они всё это не обсуждали. — Я тебе клянусь, что всё будет отлично. Я буду помогать тебе, а потом заботиться о нём или о ней за нас двоих! Клоринда выглядывает из-за плеча аль-Хайтама. — Ты же Кавех, да? — Кавех удивлённо вскидывает голову и кивает. Тогда Клоринда улыбается и тыкает пальцем в нос аль-Хайтама. — Молодец. Получается, вы вместе? Кавех заливается краской. Ему неловко. — Да, помолвлены, — аль-Хайтам же с гордостью показывает Клоринде кольцо на пальце. Простенькое, конечно, но он настоял хотя бы на таких. — Шустро, — она тихо смеётся, но тут же снова становится тише. — Слушай, а… — Ты останешься полноправным родителем и сможешь общаться с ребёнком, если возникнет желание, — аль-Хайтам отвечает на неозвученный вопрос.***
Они живут в квартире Кавеха. Номинально, конечно. Аль-Хайтам пропадает на учёбе и двух работах, а после много времени проводит с Клориндой. Кавех сомневается, что ей и правда нужно так много внимания и помощи, но аль-Хайтам говорит, что она не очень хорошо себя чувствует и сильно тревожится из-за беременности и одиночества. Кавех не вмешивается. Скучает и переживает — да, но заталкивает всё это глубже. Он прекрасно знает, на что согласился. Кольцо поблескивает в свете лампы, когда он до середины ночи занимается проектом по учёбе. Аль-Хайтама нет, а звонить, кажется, уже поздно. Кавех не впервые после начала совместной жизни ложится спать один. Обнимает подушку аль-Хайтама, утыкается в неё лицом и обещает себе, что это всё временно.***
Клоринда шумно вдыхает носом и выдыхает стон. Её ноги подрагивают, а пальцы путаются в волосах аль-Хайтама, прижимая голову теснее к промежности. Он вылизывает её, прикрыв глаза и тяжело дыша от возбуждения. — Мне кажется, будет плохо, если твой ненаглядный узнает, — бормочет она негромко. — А ему не обязательно знать, — аль-Хайтам приподнимает голову. — Изменщик, получается, — Клоринда щёлкает его по носу, а он лишь перехватывает её руку и целует пальцы. — Разве секс с матерью моего будущего ребёнка — это измена? Да и не могу я позволить тебе грустить в одиночестве неудовлетворённой. — Вы с ним спали? — Нет, — аль-Хайтам поднимается и отвлекает её поцелуем. — Хочу тебя… Клоринда смотрит ему расфокусированно в глаза и хмыкает. Притягивает ближе, облизывает ухо и обдаёт его жарким шёпотом. — Можешь кончить внутрь…***
— Я теперь твой муж, — Кавех никак не может перестать так широко и счастливо улыбаться. Он снова и снова целует аль-Хайтама, лёжа на нём сверху на постели. После праздника они даже не успели выдохнуть и переодеться. На их руках всё те же самые кольца, которые Кавех ни на что не хотел бы променять. Он зацеловывает пальцы аль-Хайтама, его лицо, смотрит в глаза долго-долго. — Я люблю тебя, — чувственный проникновенный шёпот. Аль-Хайтам обнимает его крепко и целует. Стягивает с него рубашку и оглаживает разгорячённое тело. — И я тебя, — прямо в губы. В комнате темно, и они раздеваются на ощупь, слепо водя руками и попадая губами, куда получится. У них ещё не было секса. Кавех знает, что они сейчас живут в таких условиях, где обоим приходится невероятно много работать параллельно с учёбой. На Кавехе остаётся дом, аль-Хайтам же оставшееся время уделяет Клоринде. Но сегодня только их ночь. Кавех готов давно. С тех самых пор, как первый раз позорно для себя кончил, только коснувшись члена, когда просто прижался лицом к подушке аль-Хайтама. Он полностью раздет, подрагивает от волнения, прижимаясь всем телом к аль-Хайтаму. Кавех ощущает их общее возбуждение, несдержанно двигает бёдрами, чтобы получить немного стимуляции. — Чёрт возьми, мы даже ни разу нормально не обсуждали секс, — Кавех сдавленно смеётся и случайно срывается на стон. — Ты боишься? — аль-Хайтам с трепетом держит ладони на его спине и покрывает поцелуями шею, плечи. Он сам быстро тянется к лампе у кровати, чтобы видеть Кавеха. — Нет. Уже нет, — лицо Кавеха алое, всё горит. — Я так сильно тебя хочу, что, кажется, кончу прямо сейчас, — он тихо стонет, снова проезжаясь стояком по прессу аль-Хайтама. Теперь он всё это ещё и видит, а не только ощущает. — Аккуратнее, — аль-Хайтам заваливает Кавеха на спину и быстрой чередой поцелуев спускается к его паху. Кавех давится воздухом, когда его член погружается в рот аль-Хайтама. Горячо, мокро. Он не успевает подумать вообще ни о чём и почти сразу же кончает. Оргазм выгибает дугой его спину. Аль-Хайтам поднимается, показательно облизывая губы, целует подрагивающий от частого дыхания живот Кавеха. Мягко касается губами сосков, тянет легко зубами кожу на шее. И добирается до губ. До чувственного поцелуя. Долгого, глубокого. — Прости, я, — Кавеху стыдно, что он кончил так быстро. — Тшш, — короткий чмок в губы, нежная улыбка и тёплый взгляд. — Тебе понравилось? — Да, — Кавех смущён, но доверчиво смотрит в ответ. — Это главное, — аль-Хайтам ведёт носом по его щеке за ушко и шепчет. — Хочу, чтобы тебе было приятно в наш первый раз. Позволишь мне подготовить себя? Кавех ещё ни разу не ощущал, чтобы его член вставал так быстро после оргазма. Он смущённо кивает. Они ложатся удобнее. Аль-Хайтам берёт смазку, разводит ноги и вводит в себя один палец, медленно растягивая. Кавех целует его лицо, дрожа от интереса и возбуждения. — Это не больно? — он шепчет в осторожный поцелуй. — Нет, Кавех, но мне сейчас крышу сорвёт от твоего невинного взгляда, — аль-Хайтам добавляет палец и толкает их глубже. — Ты такой красивый. Я безумно сильно тебя хочу… Кавех от смущения и прилива чувств целует снова, более жадно, кусается. Ему ещё никогда не было так хорошо и легко. Он жмётся ближе и теснее, просто позволяя всему идти так, как должно.
