Охота на барсука

Мышцы стягивало после утренней силовой тренировки, во время которой в него полетела подушка со стороны кровати Невилла.  — Поттер, — сквозь сон пробормотал Лонгботтом, — звание чемпиона не дает тебе право шуметь в… четыре утра.  Гарри глянул на светящийся темпус, усмехнувшись, при виде сонного вида друга: волосы торчали в разные стороны, на щеке остался отпечаток складок подушки, один глаз был едва приоткрыт.  — Извини, — без капли сожаления бросил Поттер, щелчком пальцев накладывая барьер с Пологом тишины.  Невилл показал палец вверх, вновь уткнувшись лицом в подушку. Остальные соседи по комнате не отличались таким же чутким сном, однако он все равно ругал себя за подобную оплошность. Обычно он перед тренировками устанавливал тишину, не желая тревожить однокурсников, но сегодня что-то пошло не так. Не к добру это. Наливая в стакан воду из графина, Гарри хрустнул шеей, двигая головой в разные стороны, пытаясь отогнать тревожные мысли. Участие в турнире явно сделало из него невротика, оглядывающегося по сторонам каждый раз, когда он оставался наедине с самим собой. Запретный лес стал действительно запретной территорией из-за Сириуса Блэка.  Серые глаза хищника. Дымчатый оттенок глаз, подведенных черным каялом. Гриффиндорец очень вовремя появился в момент погони, «спасая» от быстрого преследователя как раз тогда, когда Гарри почти успел выбежать из леса. Учитывая его принадлежность к безбашенным львам, неудивительно, что он выбрал такой способ знакомства. Только для чего? Случайная встреча с Реддлом в коридоре, присутствие Блэка в чаще леса. Мало ему соперников из других школ, его «свои» загасить решили. Раздражающих мелочей становится все больше и больше, словно мошки в летний вечер, к которым присоединяется скрипучие звуки комаров. Стакан в руке разбился под силой сжатия, разливая жидкость вместе с осколками на пальцы ног. Гарри поморщился из-за нежелательной влаги на обнаженной коже, выругнувшись себе под нос, когда к воде прибавились багровые капли.  — Да ебанный, — закатил глаза Поттер, вспоминая все целебные заклинания. Они давались ему сложнее, чем атакующие, но все же приостановить кровь, предварительно вытащив маленькие осколки, ему удалось.  Со стороны кровати Невилла послышался скрип, после которого друг перевернулся на другую сторону, словно услышав шумное копошение Гарри даже сквозь Полог тишины. Вздохнув с облегчением, когда в комнате появился храп Лонгботтома, присел на корточки. Выискивая остатки стекла вручную, он очерчивал узоры на полу, размышляя о старостах Слизерина и Гриффиндора. Они были претендентами на его роль. Возможно, это как-то повлияло на их внезапный интерес? Гарри зачастую не отсвечивался, в особенности ему помогала в этом принадлежность к факультету, который большинство студентов недооценивают. Пуффендуй считался причалом для неудачников, вобравших в себе самые «слабые» черты, благодаря чему он мог избавиться от нежелательного внимания.  Мысли свернули в другое русло, утягивая его в чан воспоминаний о приюте. Вот там он познал дзен, когда вместо «ненормальных выкрутасов» начал использовать стратегию скрытности и невидимости, сливаясь с серой массой настолько умело, что все забыли о парочке странных случаев в его жизни.

➴➵➶➴➵➶➴➵➶

Гарри опустил глаза на раскрытые ладони, измазанные во внутренностях крысы, совсем недавно убегавшей от навязчивых преследователей. Он пару раз моргнул, не контролируя дерганье пальцев, сжавших скользкие потроха.  — Убийца! — воскликнул полноватый мальчик, указав коротким пальцем в его сторону.  Зеленые глаза расширились в ужасе от трупа грызуна, шепотки остальных приютских выродков смешивались в один большой гомон, давящий на виски.  Он ведь… не хотел… Вид мертвого животного позволил парализующему страху проникнуть в каждую клетку тела, превращая его в живую статую, продолжавшую смотреть на алые ошметки органов.  — Убийца! — продолжал кричать Дэйв, словно не он был предводителем шайки хулиганов.  Если бы не Гарри, проследивший за живодерами, ее могли забить молотком до смерти. Ком в горле расплавился под полыхающем огнем злости из-за лицемерия пустоголовой толпы, желающей превратить его в изгоя.  — Завалите ебальники, — почти прорычал Гарри, вытаскивая одной рукой носовой платок. «Остатки» животного были заботливо завернутые в бирюзовый подарок миссис Андерсон, пока окружение продолжало спектакль с ведьмой на костре.  Естественно, его никто не послушал. Зря. Лица мальчишек постепенно вытягивались: над волосами выросли розовые уши, носы закруглились, все больше напоминая свиное рыло, кожа приобрела красноватый подтон.  — Ч-что происходит?! — испуганно пискнул Пол, дотрагиваясь до своего лица обеими руками. Конечности продолжали деформироваться, втягивая пальцы в один большой кулак, постепенно превращая ногти в затвердевшие копыта.  — Что ты делаешь, уродец?! — прокричал уже другой тощий мальчик, чье имя он забыл.  Веснушчатое лицо уже не напоминало человеческое, скорее походило на гибрид свиньи и примата, с каждой секундой уменьшая размеры мальчишек.  — Поттер! — по-поросячьи взвизгнул Дэйв, побежав в его сторону.  Едва он сделал шаг, как трансформация завершилась, из-за чего в его сторону прыгнула уже полноценная свинья. «Животное» заверещало, прыгая на месте и пытаясь посмотреть на заклинателя прямо. Только вот глаза у свиней располагались по бокам от головы, о чем забыл Грейсон, пытаясь использовать бинокулярное зрение. Гарри пришлось поджать губы, чтобы не рассмеяться вслух, когда он учуял страх в этом маленьком жирном тельце.  — Я разве не предупреждал тебя? — начал Поттер, ощущая, как дрожащие пальцы обхватили деревянную рукоятку.  Казалось, будто зубы стали острее, что он почувствовал, когда неосознанно провел по ряду языком. В нем всегда просыпалось что-то звериное в подобные моменты. — Раз ты не можешь бросить свои вредные привычки, то я тебе помогу, — подбрасывал молоток в воздух, одновременно с этим размеренным шагом шел в сторону трясущейся жертв.  «Друзья» Дэйва испарились с места преступления, сбегая от разозленного Поттера поджав хвосты. Гарри позволил им уйти, зная о том, что их ждет приятный вечер, когда миссис Марта отойдет молиться.  — Беги, Дэйв, беги, — уже не скрывая громкий хохот, кричал вслед уносящейся со всей скоростью свинье.  Прицеливание одним глазом, быстрый замах и летящая в дерганную мишень ударная часть молотка. Отчаянный визг растянул губы в широкой улыбке, позволяя удовольствую растечься по венам. Дыхание сбивалось в такт быстрым шагам в сторону загнанной в угол добычи, продолжающей свои жалкие попытки избежать своей участи.  — Маленький и глупый Дэйв, — почти ласково прощебетал Гарри, — кто тебе разрешал мучить крысу?  Гарри чувствовал, как магия пульсирует в крови, подчиняя стихию воздуха, из-за чего он начал замечать признаки удушения. Он сам не понимал каким образом это работает, однако в моменты сильной агрессии его неудержимая ярость воплощала мысли в реальности.  — Тебе больно? — по-птичьи наклонив голову, с чистым любопытством спросил Поттер. Он прекрасно знал ответ, однако в такие моменты в нем проявлялось ребяческое веселье, словно высвобождая подавленные эмоции.  Свинья по какой-то причине вновь превратилась в человека, скрученного в позе эмбриона, что позволило ему схватить грязные коричневые волосы Грейсона. Дэйв продолжал дрожать, как осиновый лист на ветру, практически сразу ощупывая лицо на остатки от превращения в безобразного поросенка.  — Больно? — переспросил Гарри.  — Я все р-расскажу воспитатель… Гарри резко дернул рукой вниз, припечатывая уродливое лицо в асфальт. Дэйв заскулил хуже собаки тетушки Мюриэль, что вновь повеселило Поттера.  — Так тебе больно?  — Дьявольское отродь… — Какой же ты тупой, — раздраженно выдохнул Гарри, приподнимая голову за волосы, — если вы еще раз тронете животных – так слабо не отделаетесь.  Поттер брезгливо одернул руку, вытирая окровавленные ладони о куртку лежащего мальчишки, искривляя губы в отвращении. Удовольствие от маленькой шалости сменилось тревогой за будущие деньки в Ривервуде, смывая наваждение.  — И передай Полу, что я еще навещу его и Ссыкуна, — похлопывая по плечу, призадумался на пару секунд. В памяти наконец всплыло прозвище веснушчатого мальчика — он обмочился, когда его пришел забирать взрослый мужчина.  — И если хоть кто-то из вас проболтается, — в ладонях вновь появился молоток, — я забью вас также, как вы это сделали с теми бродячими кошками. Усёк? Дождавшись слабого кивка, Гарри приподнялся, кидая презрительный взгляд в сторону жалкого Дэйва.  — Мусор.

➴➵➶➴➵➶➴➵➶

Взгляд упал на чистые раскрытые ладони, скользя по крестовидным линиям и мозолям, вновь вспоминая окровавленные ладони. Крысу он в тот день похоронил, а шайка Дэйва держала рот закрытым перед воспитательницей. Только вот Грейсон все еще оставался треплом, из-за чего в Ривервуде возник слух о сатанинском происхождении Поттера. Его личность обрастала всеми нелицеприятными качествами, предоставляя ему возможность спокойно дышать без назойливого внимания рядом.  — Гарри! — Взгляд перевелся на недовольное лицо лучшего друга, закинувшего голубое полотенце на плечо.  — Что?  — Ты уже минут пятнадцать сидишь. Пойдем, на завтрак опоздаем ведь.  Гарри кивнул, пройдя к шкафу для переодевания. Быстро завязывая желтый галстук и поправляя мантию, Поттер поспешил к другу, ожидавшего его в гостиной Пуффендуя. Невилл все еще был сонным даже после душа, потирая глаза пальцами, медленно плелся за другом. Гарри из-за раннего пробуждения ощущал себя бодрее, уменьшая скорость шагов ради своего спутника.  — Решил что-то с загадкой? — зевая, поинтересовался Невилл.  — Сегодня соберемся в библиотеке, — пожал плечами, уменьшая размер своей палочки до ручки, перебирая ее между пальцами.  — С Долоховым?  — Тебе он не нравится? — поинтересовался Гарри, нахмурив брови.  — Ну, не совсем, — Невилл опустил взгляд, — просто немного неуютно. У тебя нет ощущения, что он… Опасный? Гарри едва сдержал усмешку. О, Невилл, если бы ты осознавал с кем именно дружишь. Поттер прекрасно справлялся с тем, чтобы скрывать от своей принцессы в замке трупы драконов и прочих тварей, посмевших его обидеть.  — И почему у тебя возникает такое ощущение? — чуть наклонив голову в бок, спросил Гарри.  Почему оно не возникает со мной? — Да это как-то… на интуитивном уровне, — пытался сформулировать мысль Невилл, — он смотрит так, будто хочет сожрать.  Кажется, у него появился повод серьезно поговорить с Антонином.  — Не замечал, — пожал плечами Гарри, играя желваками.  — Но все хорошо пока ты рядом! — заулыбался душка Невилл, озаряя весь мир своей яркостью. Мышцы лица разгладились, невольно отзеркаливая улыбку лучшего друга. — Глупыш, — тихо посмеялся Поттер, растрепав темные волосы Лонгботтома.  Разница в росте практически не ощущалось из-за вредной привычки Невилла ходить сгорбленным, из-за чего он резко хлопнул ладонью между лопаток.  — Выпрямись.  — Больно же, — шикнул Невилл, прикрывая спину рукой.  — Не сахарный — не растаешь, — хмыкнул Гарри, подмечая тот факт, что они уже зашли в большой зал. В такую рань мало кто просыпался, предпочитая находиться в сладком сне, из-за чего за столами сидел десяток студентов. Липкие взгляды вновь ощутились на теле, вызывая волну раздражения, однако рука друга на плече отвлекла от холодной злости. — Сядем тут? Гарри послушно уселся на предложенное место, первым делом пододвигая тарелку Лонгботтома поближе к нему и накладывая на нее неизвестный салат. Он как-то вычитал про сбалансированное питание, после чего пытался привить правильные пищевые привычки и другу, разделяя тарелку на клетчатку, белки, жиры и углеводы. На летних каникулах ему редко удается поесть столь же разнообразно, как в Хогвартсе, но его спасает обилие фруктов и овощей в их сезон. Пару конфет в цветастой обертке по привычке были незаметно спрятаны в мантии, где он пришил практически невидимый кармашек. Непозволительная роскошь в приюте, где он вытаскивал сладкие запасы из тайника со специально встроенными параметрами температуры, сохраняющего продукты в их первоначальном виде и удлинявший срок годности.  Завтрак прошел вполне обычно: они обменивались бессмысленными фразами о преподавателях, сегодняшнем расписании и окнах между предметами. Где-то к семи утра к ним присоединилась Асами, пробурчав что-то про ранних пташек и принимаясь за свою порцию.  Она стала частью их маленькой компании в конце первого курса. Гарри все еще был нелюдим, однако Невилл пытался завести разговор с единственной девочкой, которая заинтересованно спрашивала про Тревора. Поттер разделял привязанность друга к жабе, припоминая собственные отношение с той самой крысой, ставшей жертвой отсутствия должного контроля магии. Гарри чаще находил общий язык с животными и магическими существами, нежели с людьми, осознанно предпочитая отдаляться от человеческого общества. Несмотря на годы дружбы, он все еще с подозрением относился к японке, не раскрывая и четверть информации о себе.  Гарри Поттер. Семнадцать лет. Жил в маггловском приюте. Не любит людей.  Гарри не спешил сближаться с яркой девушкой — Асами не нарушала его границ. У них были отношения, построенные на взаимопонимании, с ключевым связующим звеном в виде Невилла. Он понимал, что его друг, в отличии от него самого, нуждается в общении, из-за чего пытался наладить контакт с пуффендуйкой. Взгляды. Гарри на животном уровне ощутил прожигающие спину две пары глаз, намеренно игнорируя чужой интерес. Не хватало ему конфликтов с самыми взрывными людьми в факультете.  Том для окружающих казался обаятельным старостой с жесткой дисциплиной и нехарактерной заботой о ближних, но Гарри видел его нутро. Оно насквозь прогнило в манипуляциях, желании продемонстрировать подавляющую силу и кормление раздутого эго. Поттер видел сквозь маску недоступности такого же приютского отродья, явно столкнувшегося с отвратительным отношением наглухо отбитых отморозков.  Стук разбитого стекла выдернул из потока мыслей, вынуждая его сразу же схватить ладонь Невилла, чтобы лучше разглядеть порез.  — Будь аккуратнее, — нахмурился Поттер, используя целительные чары на небольшой ране под смущенный вид Лонгботтома. Лучший друг пытался вырвать руку, однако стальная хватка недовольного Гарри сдержала чужой порыв.  — Сиди смирно, — повторил Гарри, прежде, чем Невилл вновь начнет отпираться от его заботы.  Рана затянулась на глазах, заставляя всплыть в голове сцену с утренним стаканом. Не к добру это.  — Иногда я думала, что вы похожи на женатиков, но на деле вы типичная бабушка наседка с внуком, — хихикнула Асами, отпивая тыквенного сока.  — Да я не… — Всем советую таких бабушек, — усмехнулся Гарри, отпуская чужую руку.  — Я не ребенок, — нахохлился Невилл, опуская взгляд на стол. Естественно, Поттер также убрал осколки и на всякий случай прошелся заклинанием с выявлением мелких кусков стекла. Щеки Лонгботтома порозовели, превращая его в того самого Невилла с пухлым личиком и большими оленьими глазами с первого курса. Его друг вытянулся, став даже выше него самого, появились ярко-выраженные скулы из-за диеты и физических тренировок. Со временем Гарри начал ощупывать мышцы парня, в особенности после летних каникул шестого курса, замечая как изменилось его тело. В нем иногда просыпалась братская гордость за преображение Невилла, из-за чего он изредка задумывался о том, как поменяется отношение девушек к нему. В воздухе появился темпус, уведомляющий о конце завтрака. Макгоннагал могла снисходительно относиться только к своему прайду, но даже им она не прощала опоздания.  Занятия прошли по привычному сценарию: Гарри вполуха вслушивался в неинтересные темы, списывал некоторые теоретические задания у Невилла и неплохо справлялся с практикой. Он не был в числе отстающих, но и ничем не выделялся. Поттер не знал, останется он в магическом мире или же в маггловском — по обе стороны его никто не ждет. Только сдавшие его в приют Дурсли. Наконец, пришел час для расшифровки задания на турнир. Все участники собрались довольно быстро, однако в целях комфорта Невилла, Гарри втиснулся между ним и Долоховым, кидая напряженный взгляд на второго.  — Что-то случилось? — поинтересовался Антонин, укладывая голову на сложенные между собой собственные руки.  — Потом поговорим, — кратко бросил Гарри.  — Итак, — стукнула стопкой бумаг Гермиона, сидящая во главе их маленького стола, — начнем?