Парень с переписки

      Громкая тишина. Только собственное сердцебиение гулко отдавалось в ушах. Венти стоял, будто прибитый к месту. Он ожидал предательства — но не такого. Не такого простого, не такого низкого. Деньги. Всего лишь деньги. — Вы... серьёзно? — голос дрогнул и сорвался, став хриплым. Зельда спокойно кивнула, даже не моргнув. — Конечно. Мы говорим это на полном серьёзе. — И зачем вам понадобились деньги? — тихо спросил Венти. — У вас же есть компания. Дом. Всё. Мистер Генри прочистил горло, будто оправдывался перед самим собой. — К сожалению, с компанией происходят некоторые трудности. Не хватает средств, чтобы выкупить нужные акции и проценты. Зельда сложила руки на груди и добавила уже с лёгким раздражением: — Поэтому мы просим тебя дать нам эти деньги. Или, если тебе трудно расставаться с ними — можешь просто купить акции сам. Венти замер. На секунду казалось, будто воздух в комнате стал тяжелее. Он медленно вдохнул, но лёгкие будто не слушались. Он ожидал этого. Где-то глубоко в душе он знал, что однажды это случится. Но всё равно больно. До судорог, до тошноты. Столько лет. Ни звонка. Ни письма. Ни одного «как ты?». Им не было дела до того, через что он прошёл, чтобы встать на ноги. Им не было дела, когда он падал. Им не было дела, когда он плакал. Им было всё равно. Им было плевать. Он опустил взгляд, чтобы они не увидели блеск в глазах. Хотел бы он, чтобы сейчас вместо них был его папа… ––– — Папа, папа! — звонкий голосок эхом разнёсся по дому. Маленький Венти вбежал в зал с гитарой в руках. — Смотри, у меня получилось! Мужчина с мягкими чертами и синими волосами сидел на диване, что-то записывая в блокнот. Он поднял глаза и тепло улыбнулся: — Молодец, сынок! Ну-ка, сыграй мне! Венти, сияя от гордости, взял аккорд. Пальцы слегка дрожали, но звук всё же прозвучал чисто. — Слушай, отлично! — отец одобрительно кивнул. — Для начала — просто прекрасно! — Я буду играть лучше! Как ты! — с жаром сказал Венти. Мужчина рассмеялся, потрепал сына по волосам. — Нет, не как я. Играй, как ты. Музыка — это не соревнование, это дыхание души. Если в ней есть правда — люди услышат её даже в самой тихой ноте. Мальчик кивнул, прижимая гитару к груди. — Я буду играть так, как чувствую... — Вот и правильно, — улыбнулся отец. — Это и есть музыка. ––– Эти слова эхом прокатились в голове Венти, возвращая его в реальность. Он стоял перед ними — перед людьми, которых когда-то называл семьёй. Теперь же перед ним были просто чужие. Холодные. Расчётливые. Папа был семьёй. Настоящей. Но его больше не было. И Венти всё ещё помнил тот день. Тот проклятый день. ––– Дождь барабанил по окнам. Маленький Венти сидел на диване, сосредоточенно перебирая струны. — Венти, перестань уже сидеть со своей гитарой! — крикнула из кухни Зельда. — Мам, ну ещё пять минут! — воскликнул он. — Папа обещал послушать, когда вернётся! — Папа придёт поздно, — отозвалась она, не отрываясь от кастрюли. Венти поднял голову, удивлённо моргнув. — Почему? Он же всегда рано приходит... Зельда вздохнула. — Сказал, что пробки. Из-за дождя. Мальчик тихо выдохнул и подошёл к окну. Сквозь стекло мир казался размытым. Машины, огни, дождь. Всё будто сливалось в одну серую полосу. — Интересно, где сейчас папа... — прошептал он. Телефонный звонок разрезал тишину. Звук был резкий, неприятный. Зельда сняла трубку. — Алло? Да, это я. Зельда Дариус. Венти прислушался, выглядывая из комнаты. — Что?.. — голос матери дрогнул. — Не может быть... Это ошибка... Секунда — и телефон выскользнул из её руки, глухо ударившись о пол. Она стояла, будто окаменев. — Мам?.. — Венти сделал шаг вперёд. — Что случилось?.. Зельда подняла глаза. Они были пустыми. Безжизненными. — Авария... — едва слышно прошептала она. У мальчика подкосились ноги. Он ничего не понял — только чувствовал, как всё внутри рушится. — Какая... авария?.. — слова выходили шёпотом. — Машина твоего отца... — её голос сломался. — Он... не доехал. И вдруг звуки исчезли.Только дождь за окном. И звон в ушах. Мир стал чёрно-белым. Только стук сердца — и пустота. Он стоял, не мигая, будто время застыло. А потом — побежал. Босиком, под дождь, не чувствуя холода, не слыша, как мать зовёт его. Ему нужно было увидеть это. Он не верил в это. Не хотел в это верить. Он просто бежал. К мигающим огням, к сиренам, к тому месту, где всё закончилось. И когда он увидел тёмную фигуру под чёрным тентом, мир окончательно оборвался. — Папа?.. — прошептал он, едва дыша. Ответа не было. Только ветер, дождь. И тихая игра отца на гитаре, в голове у Венти... --- Рука Сяо коснувшись его плеча привёл его в реальность. Венти тяжело сглотнул, его руки дрожали от воспоминаний того дня. Он сжал кулак, не желая показывать слабость. – Ты в порядке? – спросил Сяо. Венти тяжело сглотнул, его голос слегка дрожал от эмоций внутри. – Д-да...Я в порядке... – Так что? – снова спросила Зельда. – Каков твой ответ? Венти тяжело сглотнул. Он посмотрел на неё. На женщину которая была его матерью. Женщина которая была другой, она готовила ему и его отцу ужин, улыбалась и любила их. Но сейчас перед ним стоит другая женщина, которая забыла о нём, о своём бывшем умершем муже. О их счастливой семье. – Нет, я не собираюсь вам что-то давать – твёрдо ответил Венти. Зельда недовольно нахмурилась. – Что? Как ты смеешь отказывать нам?! Мы же твоя семья! – Нет! – перебил её Венти – Ты мне больше не семья, мама! Когда папа был жив, вот тогда мы били семьёй! – он показал на Генри – Но сейчас ты забыла о нём и теперь живёшь с другим мужчиной как ни в чём не бывало! Зельда тяжело сглотнула, она прикусила губу и сжала руки кулак. – Ты думаешь одному тебе было плохо?! Мне тоже было грустно после его смерти! – Поэтому ты решила спустя три дня его смерти пойти к другому. – сухо произнёс Венти – Как эгоистично. – Я не эгоистка! – вскрикнула она, ударив кулаком по столу. – Я всего лишь хотела, наполнить ту грусть внутри меня! – А как же я?! – Вскрикнул Венти и его голос сорвался – Обо мне ты не подумала. Ты думала только о своей боли. Зельда замерла. Венти стоял перед ней — взрослый, сильный, уверенный… но сейчас он снова был тем мальчиком под дождём, который звал отца и не слышал ответа. — Ты думала только о себе, — повторил он, глухо, почти шёпотом. — А я... я просто хотел, чтобы мама обняла меня. Хоть раз. Хоть сказать, что всё будет хорошо… но вместо этого ты ушла. К нему. Он указал взглядом на Генри. Тот отвёл глаза, будто понял, что его присутствие здесь — чужое, лишнее. — Венти… — начала Зельда, голос её дрогнул. — Я не хотела… Я просто не знала, как жить дальше. Всё рухнуло, и я… — А я знал?! — перебил он. — Мне было десять! Я не знал, как жить без папы! Но ты ведь не спросила, как я. Не поинтересовалась. Просто исчезла. Тишина. Только дыхание — сбивчивое, тяжёлое. Сяо сжал плечо Венти чуть крепче, будто пытаясь удержать его от нового взрыва. — Венти… — тихо сказал он. — Не стоит. Но тот лишь покачал головой. — Нет, — произнёс он твёрдо. — Я промолчал тогда. Промолчал, когда она ушла. Промолчал когда они выгнали меня на улицу. Промолчал, когда они называли мою музыку бессмысленностью. Но сейчас — не промолчу. Он шагнул вперёд, глядя прямо в глаза Зельде. — Я больше не тот ребёнок, которого можно было оставить и потом прийти, когда удобно. Ты потеряла меня тогда, мама. И не из-за смерти отца — а из-за своей жадности и равнодушия. Слёзы заблестели в её глазах, но она не смогла ничего сказать. Только отвернулась, сжимая руки так, что побелели костяшки. Генри кашлянул, будто хотел вмешаться, но Венти бросил на него ледяной взгляд. — И вы… не смейте мне больше писать. Ни звонить. Всё, что у нас было, — закончилось. Венти прерывисто дышал от эмоций, он тяжело сглотнул и улыбнулся, но в его улыбке не было тепла. – Раз вы так хотите от меня денег. Тогда продайте свой дом и сами покупайте себе акции. Может тогда я вам всё отдам. Его слова были как острый нож, но он не пожалел об этом. Он уже не могу остановиться. Венти, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Сяо тут же последовал за ним. — Венти... — тихо позвал он. Он заметил, как у того дрожат руки и плечи. Сяо понял — всё это время Венти сдерживал себя. За весёлой, лёгкой улыбкой скрывалась боль. Сяо почувствовал себя ужасно. Он знал обо всём. Но промолчал. Опять. И теперь ощущал себя отвратительным другом. — Венти, — позвала Эола, подходя к ним. Тот повернулся и устало посмотрел на неё. — Что тебе нужно? — спросил он глухо. — Ничего. Просто хотела поговорить. Сяо удивился. Он ожидал, что Эола начнёт кричать — ведь она никогда не принимала Венти как брата. Но сейчас она выглядела спокойной. — Я буду ждать тебя снаружи, — сказал Сяо и вышел. Он оставил их наедине. Они долго молчали. После стольких лет сводные брат и сестра наконец-то встретились. — Если ты пришла просить за них деньги, — первым нарушил тишину Венти, — то я уже сказал свой ответ. Эола тихо вздохнула и покачала головой. — Нет. Я просто хотела извиниться. Венти удивлённо моргнул. Эола никогда раньше не извинялась перед ним. Она никогда не принимала его как брата. — Извиниться?.. — Да. За то, что вела себя так... — она запнулась, подбирая слова. — Я была глупым, эгоистичным ребёнком. А потом... просто удобно было продолжать. Родители твердили, что ты «плохо влияешь», а я не хотела ссориться. Проще было сделать вид, что тебя не существует. Она подняла взгляд, и в её глазах впервые за много лет читалось не презрение, а усталое сожаление. — Но я всё понимала. Видела, как с тобой поступили. Как мама старалась стереть прошлое, будто его никогда не было. И мне стало стыдно. Я не прошу прощения за них. И уж точно не из-за денег. Я прошу прощения за себя. За то, что позволила им вычеркнуть тебя — и помогала им в этом своим молчанием. Венти слушал молча. Гора обид и гнева, что копилась в нём годами, вдруг дала трещину. Это были не громкие, театральные извинения, а тихое, искреннее признание — и от этого оно ранило сильнее, но и лечило глубже. — Я не жду, что ты сразу простишь меня, — тихо добавила Эола. — Просто хотела, чтобы ты знал. Удачи тебе и твоей группе, Венти. Она уже собиралась уйти, когда он вдруг сказал: — Эола. Та остановилась. — Спасибо, — тихо произнёс он. — За эти слова. Больше ничего не требовалось. Эола лишь кивнула и обратно зашла в комнату, к родителям, оставив его одного — с неожиданным чувством, будто старый шрам в душе наконец перестал болеть. На улице его ждал Сяо. Увидев выражение лица Венти — не разбитое, а спокойное, будто освобождённое, — он молча протянул ему бутылку воды. — Поехали? — просто спросил Сяо. Венти сделал глоток, посмотрел на здание, а конкретно на окно в комнату, где сидели ему уже чужие люди он и твёрдо сказал: — Да. Поехали. Но больше мы в этой студии записываться не будем. Сяо тяжело вздохнул и кивнул. — Сейчас, как я понимаю, настроения для записи нет. Венти коротко кивнул. — Да. Пойдём выпьем. Сяо приподнял брови. — Сейчас? Венти усмехнулся. — Да. Хочу просто... забыться. Сяо тяжело выдохнул. Он понимал, что Венти хочет хоть на время утопить всё произошедшее в алкоголе. Но если они сейчас пойдут в бар, то останутся там до самой ночи. А ведь у него была запланирована встреча с Люмин. Он взял телефон, колеблясь. Написать ей и отменить встречу — значило снова отложить их время вместе. Но бросить Венти сейчас он не мог. Он слишком долго не замечал, как тот рушится изнутри. Сяо набрал сообщение.

| Сяо |

Люмин, к сожалению, я не смогу сегодня увидеться с тобой вечером.

Через пару минут пришёл ответ. | Люмин | Почему? Что-то случилось?

| Сяо |

У Венти проблемы. Он всё уладил, но сейчас ему тяжело.

| Люмин | Всё в порядке, я понимаю. Побудь с ним. Мы ещё увидимся. Уголки губ Сяо приподнялись, он был рад, что Люмин не обиделась и поняла его. Он отложи телефон в карман и завёл двигатель машины. – Что ж, тогда в бар. Машина тронулась и они оба поехали а сторону бара. Чтобы забыть все проблемы.

***

Три дня спустя Люмин сидела в своём кабинете, уставившись в экран компьютера. Она просматривала отчёт за месяц — показатели были, на первый взгляд, довольно хорошие. После недавнего отказа в сотрудничестве она удвоила усилия: искала новые компании и проекты, которые хотели работать со «Случайными судьбами». Казалось, что день наконец-то приносит плоды. – Что ж, этот день пошёл на пользу… – глубоко потянулась она, вздохнув, ощущая лёгкое удовлетворение. Но мгновение радости быстро оборвалось. На её электронную почту пришли три новых сообщения. Люмин открыла первое, и сердце внезапно сжалось. "К сожалению, мы вынуждены отклонить наше сотрудничество, так как нашли более подходящего кандидата. Приносим извинения и желаем вам хорошего дня." Следующие два письма не отличались от первого. Люмин перечитывала их снова и снова, пока буквы не начали плыть перед глазами. Один отказ. Второй. Третий. Все в один день. Все с одинаково вежливыми, шаблонными фразами, которые резали как острое стекло. Сначала пришло онемение. Потом — тихая, глухая паника, сжимающая горло. Её пальцы похолодели, а в ушах звенела оглушительная тишина. Слишком идеальное совпадение, чтобы быть случайностью. Люмин заставила себя глубоко вдохнуть. Закрыв глаза, она пыталась успокоить дрожь в руках. Паника не помогала — нужно было думать. Кто? Кто мог так скоординированно нанести удар? Конкуренты? Или другое агентство, которое собирает звёзд, как они? Но зачем? Агентство NB_STAR всегда поддерживало новые начинания — это был их девиз. И тут в голову Люмин пришла мысль: а что если всё это делает один человек? Та самая модель… – Не может быть… Но что если… – прошептала она себе. Выпрямившись, Люмин открыла поисковик на компьютере. "Детективное агентство" — написала она. Она понимала, что найти человека будет непросто. Тем более, что ей не хотелось прибегать к хакерам и взламывать системы — это было слишком рискованно. Нужно было что-то более безопасное, но действенное. Хоть какая-то информация о личности этой модели или его профессии. И тут она наткнулась на «Бантан Саго» — популярное детективное агентство, базирующееся в Инадзума-Сити, но с филиалами в других странах. Отзывы были впечатляющими: Люмин отметила, что все хвалили одного конкретного детектива. К нему она и записалась на завтра. – Надеюсь, деньги не потрачены зря… – с тревогой вздохнула она. Решила не рассказывать об этом Андрэ. У него были свои обязанности, и он наверняка счёл бы её действия безрассудными. Для Люмин же это был единственный выход.

***

На следующий день она вышла из дома и направилась в детективное агентство. Здание «Бантан Саго» было выполнено в инадземском стиле. Рядом располагался небольшой сад с камнями, а также статуэтка кэтсунэ с табличкой: «Бантан Саго — лучшее детективное агентство. Найдут — расскажут.» Люмин с лёгкой улыбкой взглянула на кэтсунэ. Надпись обещала многое, но сможет ли агентство оправдать эти слова? Глубоко вздохнув, она открыла дверь. Внутри царила уютная атмосфера: на стенах висели фотографии и информация о детективах, а на тумбочке лежали отзывы об агентстве. В воздухе витали запахи благовоний и свежей сакуры. – Здравствуйте, – поприветствовала девушка за стойкой администрации. – Добро пожаловать в «Бантан Саго». – Здравствуйте, я по записи, – ответила Люмин, улыбаясь. Девушка кивнула и посмотрела в компьютер: – Угу, поняла. Мисс Люмин, вы записались к детективу ранга S, верно? – Да, верно, – кивнула Люмин. Её удивило, что в агентстве существует система рангов: чем выше ранг, тем лучше детектив и выше цена его услуг. Администратор что-то печатала, затем подняла взгляд на Люмин: – Эм, простите, но этот детектив ещё в пути. Пока вы можете… – А вот и я! – резко перебил его голос, когда в кабинет ворвался молодой человек. Люмин замерла. Перед ней стоял Хэйдзо — тот самый Хэйдзо из школы, глава детективного клуба. – Хэйдзо? – удивлённо спросила она. Он моргнул, увидев её, и широко улыбнулся: – Люмин! Какие люди! – Ты здесь работаешь? – удивлённо спросила Люмин, подходя ближе. – Конечно! – сказал он, хихикая. – Один из лучших детективов этого агентства! Он широко улыбнулся и по дружески обнял Люмин. – Сколько же лет прошло! Ты так изменилась, стала более...ммм, важной. Люмин тихо усмехнулась, обнимая его в ответ и слегка остранилась. – А ты не изменился, Хэйдзо. – С этим я согласна, – вдруг послышался голос сзади. И это была Синобу, подруга Хэйдзо. – Он такой же боздельник как и сейчас. – Эй! Синобу обидно вообще-то! – надулся Хэйдзо. – Синобу? Ты тоже здесь работаешь? – спросила Люмин, посмотрев на неё. Синобу слегка улыбнулась и медленно кивнула. — Ага, я его ассистентка. Люмин чуть наклонила голову, наблюдая за этой парой. Их лёгкая шутливая перепалка казалась чуждой деловой атмосфере агентства, но в то же время она чувствовалась естественно — как дыхание, наполненное привычкой и доверием. – Так ты теперь менеджер? Я знал что у тебя получится им стать! – улыбнулся Хэйдзо. – Венти писал мне об успехах группы, вы все молодцы. – Спасибо. Значит вы оба будете заниматься моим делом? – осторожно спросила Люмин, пытаясь вернуть разговор в деловое русло. Хэйдзо, всё ещё ухмыляясь, кивнул: – Именно. Ты описала проблему, мы выслушали. Теперь нам нужно немного деталей: кто, когда и как. Давайте в мой кобинет. Они зашли в кобинет Хэйдзо, впереди стоял рабочий стол, а в стене было огромная доска с различными бумагами по различным делам. – Я могу предоставить все письма, — сказала Люмин, доставая планшет. — Все три отказа пришли вчера. Они слишком синхронные, чтобы быть случайными. А ещё несколько дней до всего этого был ещё один отказ, но тогда там было упомянуто, что личность модели засекречено. Хэйдзо удивлённо приподнял брови. – Засекречено? Люмин кивнула. – Да, из-за контракта. Поэтому я думаю что это один и тот же человек. Синобу задумчиво нахмурила брови и посмотрела в планшет, быстро пролистывая письма: – Да, это выглядит подозрительно. Кто-то явно пытается подставить тебя или создать искусственное препятствие. Хэйдзо присел на край стола, скрестив руки: – Нам нужно понять мотив. Кто мог получить выгоду от того, что твои проекты не развиваются? – Конкуренты? — тихо предположила Люмин. — Или кто-то из агентств, которым выгодно, чтобы «Случайные судьбы» остались без новых партнёров… – Возможно, — сказал Хэйдзо, задумчиво потирая подбородок. — Но это слишком просто. Кто-то, кто способен так тщательно скоординировать три отказа в один день, явно имеет доступ к внутренней информации твоего агентства. Синобу подняла бровь: – И, вероятно, не просто сотрудник. Это кто-то с определённым уровнем ресурсов и навыков. Люмин почувствовала, как в груди сжалось напряжение, но теперь оно уже не было паникой — это было ожидание, почти азарт. – Значит, это точно, то что я предположила, это один человек, явно не простой. Хэйдзо широко улыбнулся: – Именно! И мы найдём этого человека. – Когда можем начать? — спросила Люмин, сжимая кулаки от волнения. – Прямо сейчас, — ответила Синобу. — Но сначала нам нужно собрать всё, что у тебя есть: письма, контакты, любые подозрительные моменты. Люмин передала им всё. В воздухе повисла лёгкая напряжённость — предчувствие начала охоты. – Отлично, — сказал Хэйдзо, вставая и хлопая ладонями. — Давай выясним, кто решил сыграть против тебя. Синобу кивнула, проверяя планшет: – Мы справимся со своей работой. Люмин вдохнула глубоко и впервые за два дня почувствовала, что паника уступает место решимости. Она была готова идти до конца. Хэйдзо же, глядя на неё с той же знакомой искрой в глазах, тихо добавил: – И, знаешь, Люмин… у нас получится. Мы всегда доводим дело до конца. Тишина в кабинете агентства сменилась на энергичный ритм: они уже строили план действий. После того как они всё обговорили Люмин вздохнула, почувствовав облегчение. – Спасибо вам за помощь. – Мы ещё ничего не сделали, – вздохнул рукой Хэйдзо – Сперва поможем тебе с делом, а уже потом нас поблагодаришь. — Тогда я пойду, узнавать что-то об этом человеке в интернете, – сказала Синобу, взяв свой блокнот. – Уже так скоро? – удивился Хэйдзо, слегка загрустив – Я думал что мы сходим с тобой в кино. Синобу остановилась и скрестила руки на груди. – Научись тратить время на работу. Хэйдзо закатил глаза. – Ну один раз, сходи со мной куда-то, Синобу. Люмин смотрела на них и сразу поняла, что даже спустя столько лет у Хэйдзо до сих пор есть чувства к Синобу. Синобу, словно не замечая его взгляда, направилась к выходу, холодно бросив через плечо: – Рабочее время, Хэйдзо. Потом обсудим твои «кино». Дверь закрылась мягким щелчком, оставив за собой лёгкий аромат лаванды и бумаги — запах, который, как показалось Люмин, точно ассоциировался с Синобу. – Холодная как лёд, – вздохнул Хэйдзо, почесав затылок. – Но знаешь, без неё я бы утонул в этих делах. – Она надёжная, – улыбнулась Люмин, убирая планшет в сумку. – И, кажется, знает, как держать тебя в форме. – Ха, вот именно! – хмыкнул он. – Я её торможу, она меня подгоняет. И как-то всё работает. Он откинулся на спинку кресла, глядя на Люмин с лёгким прищуром: – Знаешь, я рад, что ты пришла именно ко мне. Не каждый день в агентство заходит кто-то из старых друзей, да ещё и с таким интересным делом. – Я тоже рада, – тихо ответила она. – Если честно, я не знала, к кому обратиться. Всё выглядело… безнадёжно. – Ну, теперь всё по-другому, – серьёзно сказал Хэйдзо. – Мы копнём поглубже. Если кто-то решил играть с тобой нечестно — он об этом пожалеет. Он встал и подошёл к доске, где уже висели заметки и фотографии по другим делам. – Я хочу увидеть все письма, которые ты получала за последний месяц. Возможно, где-то есть повторяющиеся фразы, цифровые следы, что-то общее. Иногда мелкие детали выдают крупные ошибки. – Я пришлю тебе архив, – кивнула Люмин. – Отлично. А пока… – он протянул ей визитку. – Если что-то странное произойдёт — сразу звони. Даже если это будет ночь. Люмин взяла визитку. На ней крупно было написано: «Сиканоин Хэйдзо — детектив ранга S. Бантан Саго.» Внизу — лаконично, почти иронично: «Правда найдётся. Всегда.» – Всё тот же уверенный в себе Хэйдзо, – усмехнулась она, взяв визитку. – И всё та же упрямая Люмин, – подмигнул он. – Так что, думаю, мы справимся. Она ответила лёгкой улыбкой, прощаясь, и направилась к выходу, но оставалась. – Ах, да, удачи тебе пригласить Синобу на свидание, – она тихо усмехнулась и подмигнула – Ты крепкий орешек, я верю в тебя. Хэйдзо засмеялся и кивнул. – Она тоже крепкий орешек, но уверен, я добьюсь своего. Люмин улыбнулась ему и ушла, закрыв за собой дверь. Уже выйдя на улицу, Люмин задержалась у ворот агентства, обернувшись. Сквозь окно она видела, как Хэйдзо стоял у доски, задумчиво рассматривая распечатанные письма. На лице его было то самое выражение, которое она помнила со школьных времён — когда он находил ключ к загадке.