Это у них семейное

***

      С головы Шерлока Холмса сняли чёрный тряпичный мешок. Напротив него сидел тот, кому он был обязан всем. Образованием, хладнокровием, железной логикой, элегантным пальто с пелериной, исковерканной жизнью и одиночеством. — Вы ведь ушли под лёд, Этар, изумился Холмс. — Как вы выбрались? — Элементарно. Задержал дыхание, не поддавался течению, вы оставили весло. Я им воспользовался, пока вы там… — Оплакивал убитую вами Элизабет, — закончил фразу детектив. — Нда. А вы всё ищете приключения на свой тощий зад? Ограбить Милвертона…— рассмеялся Джеймс, приподняв бровь, как всегда это делал, когда хотел показать превосходство. — Лейстред не знает, что это были вы? Вот бы было весело повесить вас за убийство шантажиста как раз после аудиенции у королевы Виктории. — Не ерничайте. Я могу доказать, что за каждым преступлением стоите вы, Этар. — невозмутимо продолжал Холмс. — Да, я знаю. Но что-то вас останавливает? — Ваша супруга. — Каким образом? — Вы дурачите девушку, используете ее. Я готов отдать вам то, что нашел у Милвертона, взамен вы отпустите ее. — А я и не догадывался, что вы искали встречи так рьяно не со мной, а с ней. Так вы ловелас, мой милый друг? Сначала горничная Милвертона. Вы с ней кажется помолвлены? Какая жалость, что сбежали от несчастной. Теперь замужняя дама… Так-то вы храните верность Элизабет? — Язвил Мориарти. Холмс едва сдерживался, сжимая кулаки. Но он обещал Ватсону вернуть сестру. А Джеймс продолжал поддразнивать детектива. — Списки больше не актуальны. Аудиенция закончена, нас с Джейн ждут сегодня на маскарад в особняке баронета Чарльза Франкенштейна. И моя супруга в данный момент примеряет подобающий наряд. Как вам мой Дракула? — Мориарти приложил к лицу бархатную маску, покрытые бриолином черные волосы выгодно подчеркивали злодейский образ. — Брем Стокер нынче в моде, не то, что ваш Ватсон со своими записками. — Вам всё к лицу, как отменному подлецу, — позволил себе каламбур Холмс. — Франкенштейн… Он хирург и кажется алхимик? Тоже из вашей банды? Не он ли Джек-потрошитель? Мориарти резко встал с кресла, заметно побледнев, несмотря на обычный оливковый тон его кожи. — Холмс, вы снова злоупотребляете моей симпатией к вам. Давайте договоримся. Вы оставляете меня в покое, я оставляю вам жизнь! Что до вашей с Ватсоном сестрёнки, то она сама решила связаться со мной. Что? В голове не укладывается, что девушкам нравятся плохие парни? Убирайтесь! Снова сунете свой длинный нос, вас убьют мои люди. Холмса вывели, вновь надев темный мешок на голову.       Злобно стиснув зубы, Мориарти ещё долго смотрел на пылающие в камине поленья и думал, почему он не задушил этого щенка, когда тот приехал в интернат тринадцатилетним мальчишкой? Нет же, он восторгался смышленым подростком. Обожал его, потакал во всем, вырастил себе геморрой.       Но надо было торопиться, Джеймс действительно собирался на маскарад. Джейн получила от него своё первое задание: войти в доверие к одной светской даме, узнать, где та хранит ожерелье фараона Рахотеп и передать информацию ему. Когда-то муж той дамы разворовал гробницу предка Этара-Мориарти. Он чувствовал необходимость восстановить справедливость. — Ну что, милая, ты готова? — профессор ввалился без стука в будуар жены. Джейн была уже одета. Ей не нравилась вся эта затея, но она же обещала стать его компаньоном. — Чтобы научить меня грабежу вовсе не нужно было жениться, — расправляя плащ на плечах, произнесла очаровательная рыжеволосая ведьма. — Юридически это пока не грабеж, а мошенничество. И к тому же, дорогуша, женщины рядом с мужчинами, если они не в браке, называются содержанками. Может и хуже, но точно не компаньонами. Кто занимался вашим воспитанием, позвольте узнать? — профессору явно нравилось ее зелёное платье. А может даже и она сама. — Вы хотели бы компрометировать свою честь и меня как джентльмена?       Надо заметить, что он, как и Холмс, был одиночкой.       Никто толком не знал о его женщинах, если таковые были.       Моран мог бы рассказать, что обычно, если Мориарти не готовил то или иное преступление, то постоянно либо что-то читал в древних фолиантах, либо переводил на тот или иной язык, либо писал очень много текста, перечитывал и снова писал, пока из этого не получался какой-либо важный научный труд. Если женщины и случались, то, скорее всего, потом их в живых не оказывалось. Но об этом точно никто не знал.       И, потом, у него был магический перстень с камнем, позволяющим затуманить рассудок. По сути он мог овладеть женщиной в любом удобном ему месте и заставить ее думать, что ничего не произошло. Но это вряд ли, потому что, несмотря на приверженность Анубису, некрофилией он не страдал. Так что, скорее всего, как царица Клеопатра убивала своих рабов после похотливой ночи, так и он избавлялся от своих любовниц, дабы никто не мог узнать от них о его маленьких слабостях. Вот такой вот он был мерзавец.       На балу их представили как супругов. Франкенштейн обрадовался профессору, оценил его вкус в выборе спутницы и предоставил полную свободу веселиться, танцевать и общаться. Мориарти кивнул в сторону герцогини. — Чарльз представит тебя ей, постарайся понравиться. — Почему бы вам самому не узнать у неё про это проклятое ожерелье, — фыркнула Джейн. — Она замужем, мой флирт будет неуместен, — Дракула надел маску, взмахнул плащом и потерялся в толпе танцующих. Но в этот момент кто-то подхватил Джейн под руку и увлёк за собой. Только в саду она поняла, что это не барон Франкенштейн и не Мориарти. Человек приподнял маску, и она увидела Шерлока Холмса. — Я успел, — выдохнул он. - У нас мало времени, уходим! Девушка не стала задавать лишних вопросов. Запрыгнув в первый попавшийся кэб, они сбежали с маскарада.

***

      Втсон был до безумия счастлив, что с его сестрой ничего не случилось, по крайней мере страшнее замужества. Он отправил её к тёте Берте в деревню. Мориарти объявил за Холмсом охоту. Из-за чего тому пришлось скрываться в Европе. Последняя схватка на Рейхенбахском водопаде должна была прекратить их с Мориарти противостояние. Без свидетелей и сожаления. — Я безоружен, — произнес Холмс. Мориарти выбросил нож в бурлящую бездну. На миг зацепившись взглядом за выступ. Холмс отметил другую выгодную для себя траекторию падения. — Кстати, вам привет, от покинувшей вас супруги, — решил подлить масла в огонь детектив. — Да? Как же она поживает? — усмехнулся Мориарти, сняв пиджак и размяв мышцы шеи. — Пишет женские новеллы, мелодрамы о разных проходимцах вроде вас. Говорит, что это поучительные истории для благородных девиц, — отозвался Холмс, приготовившись к драке. — Вот видите, и обо мне пишут… записки. Никак без злодея, правда? — Думаю, она должна стать вдовой. Не могу вам позволить испортить жизнь ей и Ватсону. — пояснил Холмс и бросился на Мориарти, обхватив его железной хваткой, заключив в кольцо своих крепких рук. — На такой тесный контакт я не был готов, — задыхаясь проронил Джеймс, ударив противника лбом в переносицу. — Ну раз уж на этот раз без шпаг, давайте потискаемся. Вскре оба оказались на краю обрыва. Каждый просчитал, как уничтожит другого, оставшись в живых, но так, что это будет выглядеть как смерть обоих. У них получилось даже обмануть друг друга. Но Моран Холмса вычислил и подстрелил. А Мориарти очень больно ушибся о выступ скалы и потерял сознание. Полковник едва нашёл его полуживым. Снова ничья, но для семейства Ватсон оба их кумира считались погибшими. Джон скорбел по Холмсу, Джейн оплакивала непутёвого мужа.       Холмс лечил простреленную Мораном руку и нервы в Альпах, Мориарти преклонил колена в разрушенной гробнице Рахотеп, возложив на саркофаг драгоценное ожерелье, принадлежавшее самому Ра. Его Ба неумолимо слилось с его Ка .       Оказалось, что он умеет плакать. Этар смахнул слезу, встал с колен и, обернувшись бедуинским платком, спасаясь от песчаного ветра, на верблюде отправился в своё разрушенное англичанами селение.