Темнее всего перед рассветом

Суд Визенгамот

Июнь 1998 г.

— Драко Малфой часто посещал мой паб, — рассказывал Том, владелец «Дырявого котла». — За последний год он, можно сказать, сделался завсегдатаем. Иногда напивался и снимал комнату наверху. Он и несколько молодых людей — Мальсибер, Макнейр — частенько приводили магловских девушек. Эта компания вела себя вызывающе. Мне приходилось закрывать на это глаза, сами понимаете, время было такое. — Продолжайте, пожалуйста. — Да, конечно, сэр, — Том поморщился, словно воспоминания были ему неприятны. — Они насиловали магловских девушек. А в тот день, когда в пабе произошло убийство, Драко Малфой тоже был там.

***

Ноябрь 1997 г.

— Тебя Снейп зовёт, — неприязненно проговорила Пэнси, подойдя к Драко за завтраком. — Сказал, ждёт у себя в кабинете. Драко промычал в ответ что-то неразборчивое. Голова болела, а тело было как желе. Вчера, вернувшись из мэнора, он сразу же выпил то самое зелье. Следом опустошил и второй флакончик. Драко со смесью стыда припоминал, как шёл по коридорам школы в ванную старост. Под кайфом ему казалось, что он ведёт умные беседы с таким же умным собеседником, но когда утром он обнаружил себя в остывшей ванне, пришло осознание, что то была игра помутневшего воображения. Что, если кто-то видел Драко в таком состоянии? Он запил горечь во рту тыквенным соком. Помогло, но ненадолго. Больше не стоит употреблять зелья. Слишком странное и неприятное состояние накрыло после того, как кайф развеялся. Драко осушил кубок и поднялся из-за стола. Никаких проблем. Он знал, что в любой момент может прекратить пить зелья. У него же нет зависимости. В дверях он столкнулся с Лонгботтомом, Финниганом и Лавгуд. Они были мрачными, но, вопреки ожиданиям, следов истязаний на них не было заметно. Драко прошёл мимо, делая вид, что троица — пустое место. Снейп стоял возле окна, и его силуэт очерчивался скудным светом из окна. Драко в замешательстве остановился посреди кабинета. Портреты директоров с любопытством смотрели на него. — Здравствуйте, директор. Снейп повернулся и смерил Драко пристальным взглядом. По затылку прошёлся холодок. Снейп же не видит его мысли? Он не сможет сломать окклюменцию в голове Драко! — У меня есть для вас задание, — негромко заговорил директор. — Вы внимательно выслушаете и сделаете в точности, как я скажу. Драко кивнул. Снейп подошёл к стеклянному ящику и откинул крышку. Чёрные волосы свесились, скрывая бледное лицо, когда он склонился над мечом. Портрет Финеаса Найджелуса что-то пробормотал себе под нос, а остальные директора с огромным интересом следили за действиями Снейпа. Кроме дремавшего Дамблдора. — Вы возьмёте этот клинок, — Снейп извлёк меч из ящика и положил его на грубую ткань, расстеленную на столе. — И отправитесь в Гринготтс. Там вас будет ждать ваша тётка. Драко наблюдал, как Снейп ловко завернул меч и сложил ткань несколько раз, как будто это была просто тряпка, без клинка в нёй. Грубый холст был заколдован так, что вещь в нём уменьшалась в размерах. — Вы вытащите меч только в хранилище. Постарайтесь, — Снейп сделал многозначительную паузу, — чтобы гоблинов рядом не было. Они считают клинок своей собственностью, поэтому могут воспротивиться тому, что его доставили в хранилище волшебников. Снейп поджал губы при этих словах. Драко уже думал, что директор ничего больше не скажет, но тот нехотя добавил: — Например, гоблины могут утверждать, что это подделка. Если это произойдёт, вы сошлётесь на меня и что я при вас достал меч из ящика. Что-то было не так. Драко недоверчиво смотрел в непроницаемое лицо Снейпа, и вся эта затея ему не нравилась. Встреча с Лонгботтомом на Астрономической башне, кража меча, вчерашнее собрание во главе с Тёмным Лордом, который явно заинтересовался этим клинком. Слишком много суеты вокруг вещи, до которой ещё неделю назад никому не было никакого дела. Будто бы услышав его мысли, Снейп мрачно усмехнулся и кивнул на свёрток. — Отправляйтесь. Только без глупостей. Драко забрал вещь, но не спешил уходить. — Сэр, какое наказание вы назначили Лонгботтому, Финнигану и Лавгуд? Снейп посмотрел на него исподлобья. — Исправительные работы в Запретном лесу под надзором лесника, — отчеканил Снейп. И добавил с иронией: — Достаточно строго на ваш взгляд? Драко в замешательстве смотрел на директора. Мелькнули воспоминания о таком же наказании на первом курсе. Тогда Драко был ребёнком, но даже сейчас попасть в Запретный лес ночью не хотелось. — Вполне, — нашёлся он с ответом. — Замечательно, — Снейп саркастически скривился. — В следующий раз всенепременно буду советоваться с вами. Драко направлялся к выходу из замка и размышлял, что наказание для троицы, конечно, неприятное, но всё-таки сомнительное.

***

В Косом переулке было немноголюдно. Заколоченные окна магазинов и потухшие вывески делали некогда шумную улицу мрачной. На ступенях сидели оборванцы, выпрашивая милостыню у прохожих. Драко отвёл глаза: смотреть на калек было неприятно. Кафе-мороженое Фортескью было полуразрушенным. Никогда больше оно не будет прежним, потому что Тёмный Лорд убил его владельца, а Драко поделился своим воспоминанием об этом с Орденом. На душе стало мерзко. Драко вместе с Беллатрисой шёл по извилистой улочке, когда дорогу им преградил жалкого вида оборванец. — Что ты с ней сделала? Где она? — наступал он на Беллу, и в его голосе были отчаяние и безысходность. — Прочь с дороги, отродье! — рявкнула тётка, доставая палочку. — Твоя грязнокровая жена там, где ей и место — в Азкабане! Человек зарычал, как больной зверь, и бросился на Беллатрису, но та взмахнула древком. Полыхнула вспышка, и неизвестный с криком боли повалился на землю. Редкие прохожие шарахнулись в сторону и поспешили убраться подальше. Несколько створок окон захлопнулись и наглухо задёрнулись занавесками. Белла захохотала и, переступив через стонавшего человека, двинулась по направлению к Гринготтсу. Драко последовал за ней. На мраморных ступенях банка стояли два волшебника, проверяя Детекторами лжи посетителей. Беллатриса поджала губы, но позволила просканировать себя. Когда проверка была завершена, они вошли в большой холл. Драко бывал здесь прежде, поэтому со скукой огляделся, надеясь, что они не встретят тут знакомых. Белла уверенно шагнула к длинному прилавку, за которым на высоких табуретах сидели гоблины. — Я хочу посетить своё хранилище, — без околичностей заявила тётка, вскидывая подбородок. Гоблин, который как раз отбросил монету с презрительным «Лепрекон!», поднял глаза. — Мадам Лестрейндж! — кивнул он, настороженно оглядывая посетителей. — Вашу палочку, пожалуйста. Белла хмыкнула и разжала пальцы, опуская древко на прилавок. Гоблин взял палочку и после внимательного осмотра вернул владелице. — Следуйте за мной, — коротко сказал он, доставая откуда-то кожаный мешок, в котором лязгали металлические Звякалки. Они вошли в одну из многочисленных дверей холла и оказались в тёмном вырубленном в скале коридоре. Гоблин свистнул — и тут же, громыхая по рельсам, подкатила тележка. Драко с тёткой уселись сзади, а их сопровождающий устроился на переднем сиденье. Тележка дёрнулась и покатилась вперёд. Лабиринт запутанных ходов вёл вниз, и становилось холодно. Мимо проносились сталактиты, напоминающие острые зубы исполинского дракона. — Держитесь крепче! — крикнул гоблин через оглушающий грохот. Тележка совершила резкий вираж, от которого захватило дух и засосало под ложечкой. Драко стиснул зубы и прикрыл глаза: последствия после принятия зелий ещё давали о себе знать тошнотой и головокружением. Тем временем тележка замедлялась и вскоре остановилась. В темноте можно было различить очертания громадного дракона. Прикованный цепями к сталагмитам, он загораживал дорогу к хранилищам Лестрейнджей, Малфоев и Блэков. Открыв пасть, дракон заревел и выпустил струю огня, которая опалила ближайшую стену, уже почерневшую от копоти. Гоблин достал из кожаного мешка кучу мелких металлических инструментов на кольцах и раздал их Драко и Беллатрисе. — Вы знаете, что надо делать. Драко кивнул и загремел Звякалками. Громкий звон огласил пещеру, будто сотни крошечных молоточков били по наковальням. Дракон вздрогнул, заметался и ткнулся мордой в скалу. По его телу проходили волны дрожи, и он тяжело дышал. Белла захохотала как сумасшедшая и затрясла Звякалками сильнее, заставляя животное забиться между выступами в скале. Путь к хранилищу был свободен. Гоблин приложил ладонь к деревянной панели, и дверь растаяла в воздухе. Перед ними открылась пещера, забитая до потолка стеллажами с сосудами, шкатулками, мешочками и другими вещами. Белла стремительно вошла в комнату, махнув на ходу палочкой и снимая защитные чары. Под потолком зажглись огни, освещая каждый закоулок. Драко сощурился: после полумрака яркий свет резал глаза. — Ну? — развернулась тётка и впилась в племянника требовательным взглядом. Драко искоса взглянул на гоблина. Тот буравил их маленькими глазками, и в его облике читалось недовольство. Тактично отворачиваться он не собирался. Драко извлёк свёрток из-за пазухи и протянул Белле. — О-о!.. — с благоговением тётка откинула ткань, обнажая клинок. Наточенное лезвие ярко блеснуло, а огромные рубины засверкали, когда Белла взяла в руки меч Гриффиндора. Драко со скукой осматривал наваленные по углам золотые доспехи, черепа с коронами на полках и прочие драгоценные вещи. Хранилище Лестрейнджей мало чем отличалось от того, что принадлежало его семье. Хотя малфоевский сейф всё-таки больше как минимум в половину. Взгляд безразлично скользил по полкам, пока на самом верху, почти под потолком, не зацепился за маленькую золотую чашу, искрящуюся в лучах огней. — Откуда у вас это? — раздался голос гоблина. Драко и не заметил, как он подошёл ближе и теперь пристально рассматривал меч, который всё ещё держала в руках Белла. — Северус Снейп передал его мне на хранение! — воинственно сверкнула глазами Белла и сделала шаг назад, словно опасаясь, что гоблин отнимет клинок. Гоблин скользнул взглядом по богатой рукояти. — Ах, Северус Снейп, — сказал он с оттенком презрения и усмехнулся. Потом добавил что-то на гоббледуке себе под нос. Беллатриса не обращала внимания на гоблина, подыскивая место для меча. — Вот здесь, — довольно бормотала она, одним махом сгребая в сторону тяжёлые мешочки, старинные фолианты и прочие драгоценности. Меч звякнул, когда Белла поместила его на груду золотых цепей и достала палочку. — Драко, выйди. Мне нужно наложить защитные заклинания, — из-за плеча бросила тётка, и Драко с гоблином покинули хранилище. Спустя несколько минут тётка присоединилась к ним. У неё в руках была потрёпанная книга. — Держи, — сказала она и вручила фолиант Драко. — Подарок тебе, не благодари. — Спасибо, — на автомате отозвался Драко, рассматривая обложку. Полуистёртые буквы складывались в название «Адское пламя: как вызвать, как управлять». Беллатриса ожесточённо гремела Звякалками, пугая дракона. Гоблин сел в тележку и терпеливо ждал, пока мадам Лестрейндж надоест развлекаться. Оказавшись за пределами банка, тётка повернулась к Драко. — Как там мой мальчик, Невилл Лонгботтом? — широко улыбнулась она. — Наказание не слишком его потрепало? Драко взглянул на неё, не понимая, шутит она или всерьёз. Белла ободряюще кивнула. — Он в порядке, — сказал Драко, припоминая угрюмое лицо Лонгботтома. — Отлично, — Беллатриса довольно оскалилась и поцеловала племянника в щёку. — Передай ему от меня жаркий привет. Я с нетерпением буду ждать нашей встречи. Расхохотавшись, Белла крутанулась на месте и аппарировала.

***

«Я думала, что забыла, как он выглядит. Черты его лица словно бы стёрлись из моей памяти, стали нечёткими, как на старом колдофото. Но с тех пор как это идиотское привидение показало его, он преследует меня во снах. Каждую ночь я вижу, как Том стоит передо мной и улыбается. Шепчет, что только он понимает меня, только ему я могу доверить свои секреты. И мне кажется, что я лежу на кровати, утопая в окровавленных перьях. Они неприятно липнут к рукам, когда я пытаюсь их стряхнуть. Мне хочется отмыться, очиститься от этой грязи. Изо рта вместо слов проклятий вырывается змеиное шипение, и я просыпаюсь с ним на губах…» Драко передёрнуло. Вопреки данным самому себе обещаниям, он читал дневник Уизли, хотя продолжал злиться на неё. А она писала непривычно много. Обо всём, но только не о Драко, как будто само его имя может осквернить страницы дневника. Уизли рассказывала, как услышала по радио о выходке Лонгботтома и его друзей. Сокрушалась, что её не было с ними, переживала, что их строго накажут. Писала она и о своих успехах в беспалочковой магии. У неё получалось сдвинуть лёгкий предмет с места, правда, удачной оказывалась лишь одна попытка из пяти. Но Джинни упрямо продолжала тренироваться. Конечно, ни одна запись не обходилась без упоминания Поттера. С мазохистским наслаждением Драко читал строки, бесился и злился, сам не понимая, на кого: на Уизли, на Поттера или на себя. Прошло две недели после их встречи. Ритуал с перстнем так и не был проведён, потому что Драко не придумал подходящего места. Если так и дальше пойдёт, он просто выберет квиддичный стадион, и дело с концом. Прочитав дважды свежую запись Уизли, где она ныла о том, как трудно жить без магии и как она скучает по поттеровским поцелуям, Драко захлопнул дубликат дневника. Он чувствовал, что до предела взвинчен и раздражён, а ему предстояла вечерняя тренировка: на будущей неделе Слизерин играет против Пуффендуя. — Драко, что это? — гнусавый голос Винса раздался откуда-то со стороны. Неохотно повернув голову, Драко увидел в руках соседа подарок тётки. В тот день, когда он вернулся из Гринготтса, сунул его куда-то в учебники и давно забыл об этом. — Это Кэрроу задал, а я прослушал, да? — хлопал глазами Винсент, рассматривая книгу. Он уже оделся в квиддичную форму, тоже собираясь на тренировку. — М-м, — Драко издал неопределённый звук, не желая ни с кем разговаривать. — Ты идёшь на тренировку? — Да, — коротко ответил Драко, не делая попыток подняться с кровати. — Я тебя подожду, — Винсент положил книгу на стол. — Слушай, у меня уже получается наколдовать Круциатус! — довольно поделился он. — Эльфа так мотало в последний раз! Драко скрипнул зубами и рывком встал с кровати, распахнул дверцы шкафа и принялся надевать квиддичную форму. — Иди без меня. — Почему? — не понял Винс. — Иди без меня! — рявкнул Драко, и Крэбб поспешно ретировался. Может, всё-таки принять зелье вечером? Просто чтобы успокоиться. В прошлый раз было так плохо из-за двойной дозы, но если употребить одну, то всё будет в порядке. Драко стремительно шёл по коридору, пока чуть не налетел на Лавгуд, которая вывернула из-за поворота. — Смотри, куда идёшь! — агрессивно сказал он. Луна наклонила голову и опустила на глаза дурацкие радужные очки. — У тебя мозгошмыг в волосах запутался, — нараспев сказала она, спокойно глядя на Драко. Он машинально провёл рукой по голове. — Что? — Драко непонимающе нахмурился, начиная подозревать, что она издевается. — Мозгошмыг, — пояснила Лавгуд. — Они невидимые. Забираются через ухо в голову и вызывают размягчение мозга. Тупо уставившись на девчонку, Драко осознавал, что она сказала. Раздражение закипало с новой силой. Лавгуд протянула руку к его голове, как будто желая что-то снять с волос, но Драко резко сжал её запястье и тряхнул. — Послушай, Лавгуд. Веди себя осторожнее, не то пропадёшь, как подружка, и твои приятели будут сочинять тупые стишки без тебя. Глаза Луны за цветными стёклами очков округлились, а рот приоткрылся от удивления. Драко смотрел на неё, упиваясь своим преимуществом. — А ещё передай своему отцу, что писать про морщерогих кизляков у него получалось лучше. Смерив Лавгуд холодным взглядом, Драко разжал пальцы, выпуская тонкое запястье, и прошёл мимо. Уже по пути на стадион Драко остановился как вкопанный. Дневник. Дневник Уизли остался на кровати. — Тролли лохматые, — ругнулся Драко, поворачивая назад. Ворвавшись в комнату, он с облегчением обнаружил дневник там же, где его оставил. Взяв тетрадь в руки, Драко уже хотел отправить её в шкатулку, как почувствовал, что обложка нагревается. Это значит, что Уизли прямо сейчас писала что-то, и, конечно же, Драко не смог побороть любопытство. Тренировка должна была начаться с минуты на минуту, но Драко стоял с метлой подмышкой, листая дубликат дневника. Строчки проявлялись на странице постепенно. «Единственный предмет, который мне даже нравится изучать в одиночестве — это зелья. Какое счастье, что Снейп не стоит за плечом или Слизнорт не мельтешит перед глазами. На прошлой неделе я попробовала сварить зелье прибавления ума — мне кажется, оно мне хорошо удаётся. На четвёртом курсе даже Снейп мне поставил за него «Выше ожидаемого»! Предложила выпить его Мёртону — Скряга обиделся. Долго бурчал, что я его отравить хочу. Глупый, зелье бы ему не помешало. А сегодня я начала варить Напиток Живой Смерти. Судя по рецепту, ничего особенно сложного. Кажется, именно за это зелье в прошлом году Гарри получил "Феликс Фелицис"». Уизли поставила точку. Драко ждал, что она напишет что-то ещё. Буквы медленно проявлялись на разлинованном листе дневника. «Как заманчиво выпить Напиток. Например, уснуть сейчас — а проснуться, когда война окончена. Интересно, бывают ли сновидения во время такого сна? Кажется, в учебнике об этом ничего не написано. Впрочем, чем такие сны, которые вижу я, лучше просто пустота». Затылок Драко обдало холодом. Он гипнотизировал страницу в надежде, что Уизли напишет, что пошутила. Нет, она же не собиралась пить своё зелье? А если да?! А если она сделает ошибку?.. А если она прямо в эту минуту уже пьёт своё зелье? Драко швырнул дневник в шкатулку и вызвал Мёртона. — Хозяин? — Перенеси меня в дом! — срывающимся от волнения голосом крикнул Драко. — Быстро! Эльф протянул руку, и Драко, забыв, что держит метлу и одет в квиддичную форму, торопливо сжал маленькую сморщенную ладонь. Рывок — и они оказались в гостиной дома. — Что с вами, хозяин? — с тревогой смотрел на него Мёртон. Драко, не отвечая, толкнул дверь в спальню Уизли. Ожидаемо, её там не было. Ну конечно, она же варит зелья! Словно подтверждая догадку, позади послышался голос Мёртона: — Девчонка на кухне, хозяин! Осваивает зельеварение. Поставив метлу у стены, Драко толкнул маленькую дверь и сбежал вниз по винтовой лестнице. Кухня представляла собой небольшое помещение с маленьким окошком под потолком. Клубы дыма стелились по комнате, а в котелке, подвешенном над огнём в очаге, бурлило зелье. Но где Уизли? — Малфой? Драко всем телом повернулся на голос. Девчонка сидела на табурете и курила. На грубой столешнице, испещрённой следами ножа, лежал учебник по зельеварению. Из-под него виднелся край дневника. Уизли смотрела выжидающе. А до Драко начало доходить: он в полном квиддичном облачении примчался, потому что прочитал в дневнике о том, что она хочет выпить Напиток Живой Смерти. Нужно было срочно что-то придумать. Причину, которая будет выглядеть убедительно! — В квиддич играть будешь? Уизли даже закашлялась от неожиданности. Она затушила сигарету, не сводя с него недоверчивого взгляда. — То есть ты явился, чтобы предложить поиграть? — Да, — просто ответил Драко, убеждая себя, что не выглядит слишком глупо. Она молча смотрела на него, а Драко вдруг подумал, что очень даже хорошо, что на нём квиддичная форма. Так его слова и предложение выглядят наиболее естественно. Поднявшись с табурета, Уизли подошла к котелку и склонилась над ним, помешивая. — Как видишь, я занята, — сказала она. — Что варишь? — равнодушными тоном спросил Драко. Сегодня Джинни была в огромной футболке, очевидно, принадлежащей одному из братьев. Эта футболка доставала до середины бёдер Уизли, и в первый момент Драко показалось, что под ней ничего нет. Когда она наклонилась, край скользнул вверх и показалась кромка коротких джинсовых шорт. — Напиток Живой Смерти. — Долго ещё? Джинни вскинула голову, оглядев Драко с головы до ног. — Почти готово. — Дай я посмотрю, — с деловым видом Драко подошёл к очагу и, нахмурившись, склонился над варевом. Зелье не было идеальным. Мутноватое и слишком уж густое. Слизнорт оценил бы его на «удовлетворительно», а Снейп влепил бы уверенный «тролль». Драко знал, что ингредиенты Уизли может получить только от него. Он прекрасно помнил, что дремоносный боб в наборе для зельеварения был один, и теперь его содержимое явно находилось в котле. Скорее всего, новую партию Напитка Живой Смерти варить уже не из чего. А что касается этого варева… Котелок над очагом перевернулся, и зелье выплеснулось на угли, которые яростно зашипели. — Дракл! — воскликнул Драко, не пытаясь, правда, придать своему голосу испуг. Уизли оттолкнула его от очага и бессильно смотрела на то, как от варева, на которое она потратила несколько часов, остался только серый пар. Драко взмахнул палочкой, убирая смрад. — Дышать нечем, — спокойно пояснил Драко, когда разъярённая Уизли уставилась на него. — Ты зачем это сделал? — она гневно подалась вперёд. Драко без какого-либо сожаления пожал плечами. — Оно всё равно было дерьмовым, — он ухмыльнулся. — «Тролль» тебе за него. Если бы не шипение углей, можно было бы услышать скрежет зубов Уизли. Драко небрежно склонил голову. — Так пойдёшь играть?