Юность

В один из вечеров перед очередной ночёвкой спор парней прервался каким-то решением. Земля явно недовольный и злой утопал в душ. - Мышонок? – женщина аккуратно постучала в дверь. – Всё хорошо? - Да! Не переживай, - Луна постоянно теперь говорил «не переживай». А потом так сам переживал, что маме было просто смотреть на него больно. Через минут десять Земля вылетел из душа и утопал обратно в комнату. Ещё через полчала из комнаты вышел хмурый и недовольный Луна. С уголка тонких губ капала кровь. Глаза заплаканные. Осанка подавленная и злая. Женщина не решилась тревожить сына. Сероглазый не закрыв дверь в ванную подошёл к раковине и стал с каким-то остервенением полоскать рот. Потом чистить зубы. Зубная паста у них была зелёная, но пена на раковину капала розовая. На зубной щётке осталась кровь. Луна раздражённо бросил её в раковину и достал с верхней полки ополаскиватель для рта. С учётом того что он собственноручно только что стёр себе дёсны до крови, приятных эмоций можно было не ждать. Но мышонок уже давно не обращал внимания на боль. У него в целом за год сильно повысился болевой порог. Теперь когда женщина спрашивала на счёт новой царапины на руке или синяка на спине, Луна часто удивлённо смотрел на травму и говорил что не помнит откуда она взялась. И чем дальше тем крупнее были раны и меньше эмоций они вызывали у ребёнка. Женщина смотрела как сын сидит на коленях, держась руками за раковину и тихо воет от того что ополаскитель жжёт свежие раны. - Мышонок? – она не могла стоять в стороне. - Можно я её выброшу? – Луна порывисто встал и выхватил со дна раковины зубную счётку. - Да, конечно. Я куплю тебе щётку с более мягкой щетиной. Хорошо? – аккуратно предложила женщина. - Да. Делай, как считаешь нужным, - Луна выглядел уставшим и теперь кажется, погружался в апатию. - Если ты захочешь поговорить, - мягко начала леди. - Это мои проблемы, - сероглазый отвернулся к зеркалу и стал обрабатывать порванный уголок губ перекисью водорода. – Ты не обязана отвечать за мои решения.