Так для чего это всё

***

Глаза Ребекки затрепетали, будильник вырвал её из сна. В те первые несколько секунд, когда она была в сознании, все было в порядке. Солнце светило в окно, она была завернута в своё одеяло, и ей казалось, что она может дышать. А потом, когда она полностью проснулась, Ребекка вспомнила, что ничего не было в порядке. Солнце казалось резким, а не мягким, ее одеяло было колючим, а легкие вспомнили, что не дышали полной грудью с тех пор, как Тед вошел в самолет. «Фуууууук». Ребекка застонала и натянула одеяло на голову. Она вытянула руку, нашарила телефон и, наконец, отключила звонок. — Чёрт, — снова прошептала она. Что, чёрт возьми, с ней случилось? Неделя. Это была гребаная неделя. И все же она оказалась в монотонных, серых тонах печали. Все вокруг казалось слегка сдвинутым, реальность смещенной и отталкивающей, факсимиле нормальной. Здравомыслящая часть её хотела вытащить её из постели, надеть стильный, подтянутый костюм и отправиться в офис, погрузившись в работу и притворяясь, что ничего не случилось. Эмоциональная часть ничего так не хотела, продолжать лежать под одеялом, поглощая баночки с мороженым. За последние несколько дней вторая половина одержала верх. Кили была привычным посетителем, заскакивала с едой, напитками или сплетнями, намереваясь отвлечь, насколько могла. Кроме того, Ребекка избегала своего телефона и всех остальных. Что ей оставалось делать? Она с трудом могла объяснить свою реакцию самой себе, не говоря уже о других. Хотя в её голове был тихий, крошечный голосок, который предложил вполне правдоподобное, если не совсем правильное объяснение. Ребекка предпочла проигнорировать этот конкретный ответ. Потому что это было просто невозможно. Это не имело смысла. Ребекка закрыла глаза, желая, чтобы весь мир просто ушел и оставил её в покое на некоторое время. По крайней мере, пока она не почувствует себя… нормальной? Какой бы ни была эта новая норма. Нормальность, которая вращалась вокруг отсутствия… друга; самого близкого товарища, чьё исчезновение из её повседневной жизни оставило болезненную пустоту. Просто друг. С очередным громким стоном Ребекка сбросила одеяло и встала на ноги. Она подошла к зеркалу, чтобы хорошенько себя рассмотреть. — Возьми себя в руки, Уэлтон. Ее голубые глаза были полны печали. — Никто не будет трахать тебя, если ты всё время плачешь. Цитирование любимого фильма заставило приподняться уголок ее рта. Эмма Томпсон, какой бы блестящей она ни была, сказала это, конечно, лучше. И это не значит, что Тед был мертв и она никогда его больше не увидит. Так что нет, это было совсем не похоже на то, что её мама сравнивала с тем, когда она потеряла отца. Всё было по-другому, потому что она проиграла… Взгляд Ребекки упал на её сумку в другом конце комнаты. Внутри лежал солдатик и нераспечатанное письмо. Она потеряла друга. Просто друга. Хотя такого друга у неё никогда раньше не было. Друг, с которым она смогла установить контакт и понять почти без слов. Что, чёрт возьми, это вообще было? С ним было так легко, так естественно, как будто он всегда был рядом. Ребекка громко усмехнулась. Предполагалось, что она должна была ненавидеть его, а он должен был быть дураком со Среднего Запада, который потопит клуб. Таков был план. Как она ошибалась. Насколько всё изменилось сейчас. И всё же, несмотря на те глубины, из которых они вытащили друг друга, на доброту, которую они проявляли друг к другу, на связь, которую посеяло между ними горе, Тед всё равно ушел. Что это за гребаная фигня с извращенной судьбой или везением, которая привела кого-то такого важного, оказавшего такое влияние в её жизни, только для того, чтобы отнять его в тот самый момент, когда казалось, что они значат друг для друга больше всего? Неа. К черту это. Вот и все. Хватит носить пижаму, пьянствовать в криминальных сериалах, вдыхать шоколад и жалеть себя, что постоянно повторялось. Ей нужно было встать и отряхнуться. Двигаться дальше, как это сделал Тед. Взять себя в руки… снова — только на этот раз с гораздо большим количеством пятен от слез и раздумий. Что ощущалось значительно хуже. Ребекка расправила плечи. Она сделала глубокий вдох, прижала ладонь к груди, затем медленно выпустила её через нос. Прежняя Ребекка, возможно, сочла это разбитое сердце тем самым предлогом, который был необходим, чтобы стряхнуть пыль со своих доспехов и снова надеть их. Она на мгновение закрыла глаза. Ещё один вдох и выдох. Не сегодня. Та её версия была не из тех, к которым она хотела возвращаться. Она моргнула и открыла глаза. В выражении ее лица читалась несомненная боль. Может быть, не вся её броня, реконструкция её заоблачных стен, но, может быть, просто щит. Тот, который можно носить с собой столько, сколько ей понадобится. Чтобы помочь скрыть меланхолию, которая туманом окутала её черты, избавиться от беспорядка чувств, жалости к себе и боли, из-под которых она была не в состоянии выбраться. Да, она могла притворяться, что ничего не произошло, что с ней на самом деле все в порядке. Потому что в конце концов, возможно, однажды она в это поверит. Возможно. Тогда она уберет свой последний щит и будет готова снова открыть свое сердце.

***

Высокие каблуки Ребекки резко застучали по кафельному полу AFC Richmond. Завернув за угол, она увидела свою первую остановку: офис тренеров. Бирд как раз ставил свой рюкзак, когда вошла Ребекка. Она посмотрела на него, затем на Роя, который сидел за своим столом. — Мой офис. через пятнадцать минут. Бирд и Рой переглянулись. Ребекка подождала ровно столько, чтобы услышать их одобрительные ответы, прежде чем целеустремлённо выйти из офиса. Все было хорошо. Прекрасно. У неё был план, и этот план был хорошим. Сосредоточиться на работе, сосредоточиться на клубе, сосредоточиться на чём угодно, кроме Теда, чёрт возьми. В машине по дороге сюда это казалось вполне выполнимым. Ребекка была уже не так уверена, когда обнаружила, что ищет его за каждым углом, всё казалось слишком тихим, без того, чтобы его голос эхом разносился по коридорам. Но она была здесь. Ей нужно было чем-то заняться. И с ней все было в порядке. Ребекка тихо закрыла за собой дверь своего кабинета. Оставалось десять минут до того, как ей пришлось размахивать своим щитом, показывая друзьям, что она справляется и у нее всё отлично, спасибо. Её взгляд упал на стол. Он казался пустым, чего-то не хватало. Покопавшись в сумочке, Ребекка вытащила зелёного человечка и положила его туда. Ей было грустно видеть это на том месте, где ежедневно ставили маленькую розовую коробочку, но это также заставило её почувствовать себя немного лучше. Как будто она могла пережить эту встречу, не расплакавшись, не сломавшись и не разразившись рыданиями при очевидных напоминаниях об отсутствии Теда. Её щит казался немного тяжелым, но она могла это сделать. С ней всё было в порядке, напомнила себе Ребекка. Просто отлично. — Как у неё дела? Спросил Хиггинс, кивнув головой в сторону закрытой двери. Кили пожала плечами, — честно говоря, …Я не уверена, — она скрестила руки на груди, — Я пыталась, правда пыталась. Она была не в лучшем состоянии на прошлой неделе, даже в последние несколько дней. Это действительно было тяжело для неё. Бирд поправил шляпу и уставился на шнурки на ботинках. — Идиоты. Хиггинс, Кили и Рой посмотрели на Бирда. Рой хмыкнул, его замешательство было очевидным. — Прошу прощения? — Тед и Ребекка, — уточнил Бирд, — Идиоты. — Ооо… Все кивнули, как будто это все объясняло. Все посмотрели друг на друга. — Верно. Верно. Не хотите… уточнить? — Спросил Хиггинс. Бирд сделал паузу, задумчиво поджав губы. — Я имею в виду, это было вроде как очевидно, не так ли? Кили склонила голову. — Если ты имеешь в виду то, что я думаю… — сказала она в спешке, — потому что я догадывалась об этом месяцами, если не с того первого сезона. Забудьте обо всём остальном, что происходило в середине, там всегда что-то происходило. Я бы поставил на это что угодно. Хиггинс выглядел растерянным. — Не могли бы вы, может быть, ещё раз уточнить, но немного яснее? Для тех, кто, кажется, всё еще немного в неведении? — Гребаный Тед и гребаная Ребекка, Лесли! — Крикнул Рой шепотом, — Есть приятели, а есть те, кем они, блядь, являются. Бирд глубокомысленно кивнул в знак согласия. — Не так уж много людей, с которыми я бы поехала в аэропорт, купила билет и пробежала через терминал, чтобы попрощаться у выхода на посадку, — добавила Кили, — во всяком случае, не на каблуках. Она поймала взгляд Бирда, — но вот, что чувствует Тед? Его кивок был обнадеживающим, но пауза перед ответом заставила Кили занервничать. — Бывают моменты, когда Тед бежит от своих чувств и бросается во всё, что отвлекает его от мыслей. Я думаю, то, как он сбежал, могло сжечь здесь несколько мостов. — Держу пари на свою задницу, что так и было! — Вмешалась Кили, — когда он вернётся, я выскажу ему своё мнение о том, как он обращался с Ребеккой… прежде чем его обнимут! Бирд поднял руки в умоляющем жесте, соглашаясь с оценкой Кили. — Полагаю, это немного сложнее, чем просто назвать их идиотами, — размышлял он, — никто не может сказать, что чувствует каждый из них, только они знают это наверняка. Но что я точно знаю, так это то, что уехать отсюда, оставить её вот так… это было неправильное решение. Во всяком случае, не так, как он это сделал. Если он вернётся, — Биэрд помолчал, на этот раз дольше, — ему придется многое объяснить. Ребекке. Это заставило всех четверых замолчать. Ни от кого из них не ускользнуло использование слова Кили «когда» и слова Бирда «если». — По крайней мере, она вернулась к работе, верно? — Предложил Хиггинс с выражением надежды на лице. — Верно, — хрипло сказал Рой. — Но она ни хрена не в порядке. Остальные трое пробормотали что-то в знак согласия. Бирд посмотрел на часы. — Почти время идти, — сказал он. Хиггинс всё еще выглядел задумчивым, — подожди. Он повернулся к Кили, у него в голове был животрепещущий вопрос, — Ребекка пробежала через аэропорт, чтобы попрощаться с Тедом? Прежде чем она успела ответить, дверь офиса открылась. — Если вы все закончили сплетничать, мы можем начать эту встречу.

***

— Итак! — Ребекка снова уселась за свой стол. — В прошлый раз, когда я созывала вас, я просила, чтобы вы управляли этим футбольным клубом вместе со мной. Итак, давайте приступим к этому, хорошо? Её тон не оставлял места для обсуждения. Хиггинс раздал принесённые им папки, а Кили достала розовый блокнот в клеточку. Все четверо продолжали украдкой бросать хитрые, но застенчивые взгляды на Ребекку. Она выглядела озадаченной и уверенной. — Когда будешь готов, Лесли. Прочистив горло, Хиггинс постучал по обложке своей папки. — Это не планы «Звезды смерти», но они все равно довольно захватывающие! У нас есть информация о Лиге чемпионов, а также новое предлагаемое финансирование женской команды от нашей собственной, мисс Кили Джонс. Итак, если вы все откроете первую страницу… Встреча продолжалась добрых тридцать минут, с Ребеккой всё было в полном порядке, спасибо вам за всё это время. Вероятно, помогло то, что Бирд, Рой, Кили и Хиггинс избегали использовать имя Теда или упоминать его в малейшей степени. Затем папки были закрыты, а заметки упакованы. Но никто не двинулся с места, чтобы уйти. Ребекка сняла очки, оглядывая всех. — Есть что-нибудь еще? Лесли? Тренер Бирд? Рой? Кили? Воцарилось неловкое молчание. — Мы просто… беспокоимся о тебе, детка, — предложила Кили, когда никто больше ничего не сказал. Ребекка почувствовала, как в её щите появилась небольшая щель. Спокойное выражение её лица дрогнуло. — Понятно, — она откашлялась, избегая взгляда подруги, — ну, на самом деле беспокоиться не о чем. Я в полном порядке. Голос Ребекки прозвучал неуверенно для её собственных ушей. Держи себя в руках. Кили покачала головой. — Детка… — Если тебе нужно с кем-то поговорить, — вмешался Хиггинс, — Мы все четверо здесь. Мне нравится думать, что мы стали чем-то вроде семьи, способной полагаться друг на друга. Если вы позволите нам, мы будем рядом с вами. Семьи ведь всегда заботятся друг о друге. Рой снова хмыкнул, на этот раз в знак подтверждения. Бэрд разжал руки и поднялся на ноги. — Ты не обязана нам ничего объяснять. Мы знаем. Мы… знаем. Спрашиваешь ты или нет, мы будем здесь! — Его взгляд был искренним, когда он встретился глазами с Ребеккой. Она несколько раз моргнула, желая прогнать туман. Тоже поднявшись на ноги, она протянула руку к двери. — Спасибо вам всем, что пришли. Следующая встреча позже на этой неделе. Рой, Кили и Хиггинс встали. Все они зашаркали к двери. — Но. — Слова Ребекки заставили их всех обернуться с любопытными выражениями на лицах. Она поймала взгляд каждого из них по очереди, — Я действительно ценю вас всех, что проверяете меня и поддерживаете на плаву, просил я об этом или нет. Бирд улыбнулся в ответ, — Я в порядке. И со мной все будет в порядке. Я в порядке. Никто из четырех друзей по-настоящему не поверил этим последним нескольким словам. Дверь за ними захлопнулась, и Ребекка тяжело опустилась на стул. Её глаза смотрели на пустое футбольное поле, ярко-зеленое и переливающееся в лучах утреннего солнца. Слёз больше не осталось. Она просто сидела, смотрела, чувствуя себя опустошенной. Как только дверь закрылась, Рой, Бирд, Хиггинс и Кили посмотрели друг на друга. — Ни хрена себе, — Рой ткнул большим пальцем через плечо, — я же тебе говорил. — Что мы можем сделать? Что должны мы делать? — Хиггинс нахмурился. Кили и Бирд обменялись взглядами. — Мы поговорим с ними, — сказала Кили. Её голос звучал решительно. — И тогда мы дадим им пространство и время, которые им нужны, чтобы разобраться во всем, — добавил Биэрд, — ей понадобится время… — Потому что она нихуя не в порядке, — перебил Рой. Бирд кивнул, бросив на него грустный взгляд. — И я не думаю, что с Тедом тоже все в порядке. Конечно, ни то, ни другое не было в порядке. Как они могли быть в порядке? Прошла всего неделя. Это был не простой порез; это был перелом, неровный перелом. Для заживления которого потребуется время. Ты не можешь просто проснуться и решить, что всё было в порядке, после того, как потерял частичку себя. И вот что произошло. Тед оставил частичку себя в Ричмонде с Ребеккой; а Ребекка потеряла частичку себя, которую Тед забрал с собой.