Prächtig

Звонкая пощёчина кусающим жаром обожгла щёку Геллерта, оставляя на светлой коже лица розовый след руки. И если он хотел разозлиться, но не мог, то Альбус в свою очередь очень даже мог. Несмотря на страх ответного удара, мужчина принял несколько отчаянных попыток вырваться из-под тяжёлого тела тёмного мага, который каким-то образом умудрялся удерживать его на месте одной рукой, пока второй с досадным видом стирал выступившую на губе кровь. В очередной раз Гриндевальд снова прижал директора Хогвартса к кровати, переводя на него взгляд потемневших разноцветных глаз. Заранее заметив снова занесённую руку, мужчина ловко поймал её за кисть, уводя от себя. Встретившись с бешеными голубыми глазами, австриец вдруг холодно улыбнулся. Короткий щелчок пальцев и вот руки директора, привязанные к спинке кровати, уже не несут такой угрозы. Аккуратно поднявшись с брыкающегося тела, Геллерт подошёл к зеркалу, накладывая охлаждающие чары на место ушиба, в надежде унять неприятное жжение. — Заслуженно. — Абсолютно спокойно заявил он, оборачиваясь на запыхавшегося британца. Рубашка мужчины перекосилась и задралась, открывая вид на живот, который моментально привлёк внимание Гриндевальда. — Но я бы не советовал перегибать палку. — Таким же размеренным тоном продолжил он, возвращаясь к кровати. Склонившись над мужчиной, Геллерт широко лизнул открывшуюся полоску кожи, от чего Альбус снова дёрнулся, но уже иначе. — Отпусти… Развяжи меня, Геллерт! — Тяжело дыша возмущённо потребовал британец, всячески выкручивая руки в невидимых путах. Геллерт медленно поднялся выше, запустив одну руку под рубашку мужчины. — Вы будете себя хорошо вести, профессор? — Его губы снова коснулись кожи Альбуса, но теперь уже в районе ключиц. Тело под ним начинало дрожать, что австриец счёл хорошим знаком. — Ты заслужил это? — Устало пролепетал директор, прикрывая глаза от прикосновений горячих губ к его коже. Геллерт тихо рассмеялся. Поймав пальцами под рубашкой твёрдый сосок, он тут же его сжал, наслаждаясь удивлённым писком британца. — Абсолютно точно, нет. — Честно признал он, лизнув ямочку между ключиц. — Но могу. — Тут же скользнув рукой вниз, Геллерт ловко нырнул кистью под резинку пижамных штанов, срывая с губ Альбуса тихий протяжный стон. Блаженно прикрыв глаза, Геллерт шепнул. — Ты всё такой же сладкий, Junghase. — Директор позволил себе лишь жалобно всхлипнуть, чувствуя, как горячая ладонь, посильнее сжав его член, двинула вверх-вниз. Геллерт нетерпеливо смял приоткрытые губы в жадном голодном поцелуе, заставляя британца жаться к нему всем телом. Мужчину изрядно трясло, его робкие стоны в губы австрийца лишь сильнее заводили. Геллерт отстранился, схватив пижамную рубашку за полы, дёрнул их в разные стороны, вырывая пуговицы вместе с тонкими нитками из тонкой ткани рубашки. Зажатый вид рыжего волшебника заставил его притормозить. — Ты всё так же стесняешься? — Скользнув ладонью по разгоряченной коже, тихо спросил он, заглядывая в голубые глаза. Альбус неуверенно кивнул, кусая губы. — Болит… Развяжи, пожалуйста. — Жалобно проскулил он, снова крутнув руками. Запястья уже приобрели покрасневший вид, и Геллерт без раздумий снял чары, перехватывая руки британца. Ласково растирая ноющие запястья, Гриндевальд аккуратно, чтобы не спугнуть директора, склонился к дрожащему животу, касаясь губами кожи над пупком. Его взгляд тут же скользнул на лицо мужчины, стараясь прочесть эмоции волшебника. Но Альбус старательно отводил взгляд и старался сжать колени. «Снова» — мелькнуло в голове австрийца. — Не сжимайся. — Мягко проговорил он, отпуская руки, которые британец тут же притянул к груди. — Чего ты боишься? — Короткими поцелуями Гриндевальд поднялся к груди, затем провёл дорожку нежных касаний по шее, наконец кусая мочку уха. — Меня? Секса со мной? — Директор отрицательно помотал головой, встречаясь взглядом с разноцветными глазами Геллерта. — Я не очень готов … там … — Глядя на то, какими усилиями мужчине давались эти слова, австриец провёл ладонями по его бокам в успокаивающем жесте. Лёгкая улыбка тронула его губы. — Да, я почувствовал. — Честно отозвался он, коснувшись губами кончика носа волшебника. — Если ты думаешь, что твои рыжие лобковые волосы меня смущают… — Гел… Не надо… — Директор совсем раскраснелся, но смотрел при этом в глаза, что Гриндевальд не мог не оценить. — Кто так обидел тебя? Кто-то сказал что-то плохое? — Австриец свёл брови в замешательстве. Его руки продолжали блуждать по телу, пока Дамблдор нервно под ним ёрзал. — Нет, я ни с кем… — Геллерт удивлённо вскинул брови, остановив руки на талии волшебника. Сомнений в том, что Альбус говорил правду у него не было, но он все равно пытался что-то разглядеть в его лице. — Почему? Я оттолкнул тебя, чтобы ты мог меня забыть, а не зациклиться. — Склонив голову набок недовольно заявил он, словно во всём был виноват британец, на что тот тут же нахмурился, сверля взглядом австрийца. — Это произошло едва ли не сразу после того, как ты убедился в моей неопытности … — Начал было Дамблдор, но Геллерт его внезапно оборвал. — Ты же не думал, что из-за этого, я ушёл тогда? — После повисшей паузы, австриец медленно прикрыл глаза, выдыхая. Нужно было быть совсем слепым, чтобы не понимать, каким ответом сейчас послужила эта тягучая тишина и отведённый взгляд голубых глаз. Чувство вины заливало Геллерта уже в который раз за всё время, но именно сейчас он чувствовал её особенно отчётливо. И если раньше мужчина на всё имел чёткий план, то сейчас он впервые не знал, что делать. Поглаживая большими пальцами тазобедренные косточки Альбуса сквозь тонкую ткань пижамных штанов, он смотрел куда-то над головой британца, прикидывая в уме, какой именно исход событий для мужчины будет наименее болезненный. — Хочешь остановиться? — Придав своему тону высшую степень мягкости, поинтересовался он. — Ляжем спать. — Альбус наконец-то позволил себе встретиться глазами с любовником, который так искренне сейчас о нём волновался. Приятное тепло растекавшееся от его горячих рук, туманило рассудок директора. Он чувствовал, как его тело вопреки всем страхам реагирует на желанные прикосновения к себе. Первый раз в жизни, Дамблдор понял значение фразы «Действия опередили мысли», когда покачал головой до того, как взвесил все «за» и «против». — Тогда нужно мне довериться. — Спокойно кивнул Геллерт, снова скользнув руками по коже, слегка надавливая на рёбра директора. Приподняв тело Альбуса, австриец не дожидаясь позволения, стянул тонкую рубашку, а затем, пока британец был дезориентирован, быстро стянул пижамные штаны. Директор жалобно всхлипнул, стараясь прикрыться. Такой дерзости от Геллерта он не ожидал, хотя стоило. Вцепившись пальцами в его предплечье, волшебник умоляюще заглянул в разноцветные глаза, вызывая тёплый смех Гриндевальда. Румянец окончательно залил скулы британца. — Не так страшно, как казалось? — Нет, только… — Альбус притянул Геллерта ближе, нетерпеливо прижимаясь к горячей коже тёмного волшебника, чем вызвал у него едва заметный вздох. От неожиданно проявленной инициативы, австриец ощутил накатывающие волны возбуждения. Завладев мягкими губами британца, он жадно огладил ладонями голое тело под ним, нарочно задевая соски, от чего волшебник под ним скулил ему в губы, мелко дрожа. Не прерывая поцелуя, Геллерт медленно развёл колени директора, устраиваясь между его бёдер, ощущая, как чужие руки с трепетом гладят его спину, слегка царапая короткими ногтями. Отстранившись, Гриндевальд провёл дорожку поцелуев до розовых ореолов сосков, сжимая нежную плоть зубами. Тихие стоны британца мгновенно наполнили комнату, пока он цеплялся пальцами за простыни, извиваясь под горячим телом австрийца. Спустившись вниз, Геллерт поднял озорной взгляд, принявшись делать вид, будто накручивает волосы Альбуса на палец. Директор приподнялся на локтях, сердито глядя на волшебника сверху вниз. — Ты издеваешься? — Не выдержав, тёмный маг прыснул, с нежностью касаясь губами выступающей тазобедренной косточки директора. — Откровенно говоря, да. — Довольный собой отозвался мужчина, не без улыбки разглядывая обиженное выражение лица Дамблдора. — Ты планируешь обидеться, но я не дам этому случиться. — С этими словами Геллерт опустил голову, на пробу слизывая выступившую с головки члена рыжего волшебника смазку. Руки Альбуса не выдержали, роняя его обратно на подушки. С губ мужчины сорвался прерывистый стон. Стоило ему только подумать о том, какой на самом деле безбашенный рядом с ним человек, как влажность и тепло чужого рта лишили его способности мыслить. Гриндевальд с охотой вобрал в себя возбуждённый орган британца, блаженно прикрыв глаза, словно пробовал на вкус самый лучший десерт в мире. Скользкий язык с нажимом прошёлся по стволу, срывая с губ Дамблдора протяжные тихие стоны. Геллерт прижал к постели вскидывающиеся бёдра мужчины, заставляя того терпеть сладкую пытку и лишая возможности как-либо руководить процессом. На время отстранившись, волшебник шире развёл бёдра директора, обильно смачивая пальцы собственной слюной. Широко лизнув ствол члена, Гриндевальд бережно ввёл пальцы внутрь, снова заглатывая орган. Британец чувствовал, как к взмокшей спине начали липнуть простыни, пока нахальный австриец внизу путал ему ощущения, одновременно глубоко заглатывая ноющий от возбуждения член, и ритмично стимулирующий пальцами маленький комочек нервов внутри его. От влажности вокруг пальца Геллерта и хлюпающих звуков Альбусу становилось неизмеримо стыдно. Хватаясь руками за простыни, мужчина не мог представить, чтобы позволил себе так открыться перед кем-то иным. Оторвав руку от простыни, Дамблдор ласково зарылся пальцами в снежные волосы австрийца, несильно сжимая, чтобы не причинить боль. Геллерт оторвался от своего занятия, переводя взгляд на британца, наблюдавшего за ним затуманенным взглядом. — Ничего, что я… — На выдохе прошептал Альбус, пропустив сквозь пальцы парочку прядей. Зрачки Геллерта расширились, оставляя светлую радужку одного глаза лишь окантовкой чёрных омутов. Улыбка мужчины показалась Дамблдору дикой. Подавшись головой навстречу руке мужчины, Геллерт прикрыл глаза. — Держись крепче. — Резкий толчок двух пальцев внутрь заставил Альбуса вскрикнуть, но он едва не подавился воздухом, когда горячие губы австрийца бережно обхватили головку его члена. Кончик языка мужчины рисовал витиеватые узоры, периодически щекоча уретру, пока мокрые пальцы вновь принялись растягивать эластичные стенки внутри. Снова заглотив орган целиком, Геллерт внезапно сорвался на бешеный темп, удерживая одной рукой извивающееся тело директора. — Гел-лерт, я сейчас… — Задыхаясь от нехватки воздуха, прошептал Альбус, сжимая белые волосы в руке. Перехватив член рукой, тёмный маг отстранился, лизнув тот напоследок. Длинные пальцы мужчины крепко схватили директора за подбородок, в следующее мгновение губы, только что ласкавшие член с остервенением столкнулись с губами Альбуса. Горячий язык жадно исследовал рот директора.Волшебник аккуратно вынул растягивающие мужчину пальцы, с улыбкой вслушиваясь в разочарованный вздох. Закинув одну ногу Дамблдора на своё плечо, Геллерт заглянул в его небесные глаза, что так преданно смотрели в ответ. — Ты даже не представляешь, как я хочу тебя, профессор. — Он коротко коснулся губами ключиц британца, словно оставлял место для щемящей нежности в этом страстном танце любви. Вынув из-под резинки штанов истекающий смазкой член, Геллерт дразня прошёлся мокрой головкой по раскрытой дырочке мужчины, с удовольствием наблюдая, как тот нетерпеливо подаётся навстречу, тяжело дыша. — Скажи это мне, Ал. Скажи ещё раз. — Почти неслышно потребовал он, крепко сжимая ладонями бёдра директора. — Я… я люблю тебя. — На выдохе ответил Альбус, обвивая шею любимого. Плавный толчок заставил забыть его обо всём. Податливые стенки его ануса плотно обхватили горячий член австрийца, вынуждая того прикрыть глаза. Чувствуя, как медленно, но верно ему срывает тормоза, мужчина сразу же влился в быстрый темп, выбивая уже не приглушенные протяжные стоны, а громкие вскрики с таких любимых замученных поцелуями губ. Обхватив член Альбуса рукой, Геллерт довольно быстро вошёл в азарт, активно стимулируя крепко стоящий орган директора. Взмокшие тела развратно блестели в тусклом свете огня из камина. Вечернюю тишину рвали на части стоны, разбавляемые звонкими шлепками кожи о кожу. Плечи и лопатки Гриндевальда саднило от царапающих ногтей Дамбодора, так похабно выгибающемуся ему навстречу. Подступающий оргазм директора Геллерт ощутил, когда тело мужчины под ним изрядно затрясло, а стенки вокруг его члена сжались, обостряя приятные ощущения. Сорвавшись на бешеный темп, австриец осыпал поцелуями подставленную под них шею британца. Орган мужчины в его руке запульсировал, изливая на мокрый от пота живот вязкую сперму, вслед за ним Гриндевальд отпустил себя, изливаясь в горячее нутро директора. Спустя пол часа, Альбус несмотря на измотанность после секса, звонко смеясь пытался отстраниться от щекочущих его рук. Впервые за двадцать шесть лет, Геллерт снова видел в его лице того молодого задорного мужчину, способного покорить своей любовью кого угодно. Улыбка на лице британца словно стирала последние годы тяжело но труда, оставляя только блеск голубых глаз и лёгкие ямочки на щеках. Ласково коснувшись губами виска, Геллерт прекратил пытку, заваливаясь сбоку от всё ещё подрагивающего от смеха тела директора. Уложив голову на вздымающуюся грудь Альбуса, Геллерт взмахом руки шире отворил створки окна, с удовольствием ощущая свежий уличный воздух и пальцы, зарывшиеся в его пряди. Медленно поглаживая австрийца по голове, мужчина вдруг спросил. — Когда ты понял, что любишь меня? — Вопрос вышел опасливым, но скрыть рвущийся интерес мужчине не удалось. Геллерт прикрыл глаза. — Когда ты валялся на кровати в своих штанах и смеялся, как сумасшедший. — Честно отозвался он, крепче прижимая к себе горячее тело. Лёгкий тычок в бок заставил его улыбнуться. — Я не сумасшедший, просто я был счастлив. — Слова директора заставили его сердце забиться чаще, снова вызывая чувство вины. Резко приподнявшись на локте, Геллерт заглянул британцу в глаза. — А сейчас? — Серьёзно спросил он, аккуратно поправляя выбившиеся рыжие пряди. — Сейчас ты счастлив? — Да. — На выдохе отозвался Альбус, робко улыбаясь. Гриндевальд нежно прошёлся поцелуями по лицу мужчины, от чего тот веселясь жмурился, прижимая австрийца к себе. — Давай уедем в Париж. — Вдруг предложил Геллерт, вернув голову на грудь волшебника. — Я хочу потратить на тебя остаток своей жизни. — Что будет здесь? Что будет с твоими идеями об идеальном мире? — Насторожено начал Альбус, выводя одному ему известные узоры на спине любимого мужчины. — Мне неважно, Альбус, что будет где-то. — Тихо отозвался тёмный волшебник. — Наши идеалы далеки друг от друга. Я не брошу начатое, ты знаешь. — Рука на его спине внезапно замерла. — Но моя любовь к тебе не становится меньше от того, что ты не разделяешь моих идей. — Геллерт потёрся щекой о мягкую кожу Дамблдора. — Я потерял тебя однажды, я пожалел об этом и больше не дам этому случиться. Я искал тебя… — Ты же дашь мне время подумать? — Почти шёпотом спросил Дамблдор после повисшей паузы. — Мне понадобится две недели на завершение своих дел здесь. — Стараясь сохранять спокойствие проинформировал Геллерт. — Этого хватит? — Хватит. — Альбус мягко притянул к себе Гриндевальда, вовлекая того в мучительно долгий поцелуй. — Но ты же будешь навещать меня, если я останусь? — Нет. — Коротко отрезал, Геллерт, натягивая на себя и британца одеяло, его руки обвились вокруг талии мужчины, прижимая того к себе. — Если ты останешься, я тоже останусь.