Город Антихриста

***

      Ариэль стоит у входа в комплекс, ожидая, когда подъедет Деймон. Но ждать спокойно не может: переступает с ноги на ногу, взгляд то и дело мечется по улице, в каждом прохожем ищет подвох: вот мужчина в тёмной футболке останавливается возле комплекса в нескольких шагах от Рафаил. А вдруг следит? А та девушка с телефоном на другой стороне улицы слишком активно печатает кому-то сообщение…       Пальцы Ариэль непроизвольно сжимают подол юбки.       Слышит рёв двигателя машины. А если это не Деймон? В такие моменты кажется, что любой проезжающий мимо автомобиль может остановиться перед девушкой, после чего неизвестный откроет дверь и затянет в неизвестность.       Чёрная машина плавно тормозит у обочины. Благо, Ариэль знает во всех деталях, как выглядит машина Деймона, причем и снаружи, и внутри. Запоздало она понимает, что невольно задерживает дыхание.       Щёлкает замок. Дверцу машины открывают. — Не опоздал? — Привет. Нет… совсем нет, — Рафаил мотает головой в разные стороны и глупо улыбается. Девушка просто рада, что он здесь. — Тогда садись в машину: не будем терять время. — Оу, нет. Мы можем спокойно дойти пешком… Это займет минут пятнадцать. — Тогда точно садись в машину, — он открывает дверцу машины для неё.       Ариэль опускается на сиденье, стараясь не выказывать растерянности, но едва машина трогается с места, она замечает, как подол юбки предательски задирается чуть выше, обнажая больше, чем девушка рассчитывала. Руки дрожат, Рафаил пытается незаметно поправить ткань, но краем глаза подглядывает за Деймоном, который вовсе не обращает на неё внимание и сосредоточено следит за дорогой. Или делает вид. "Кажется, или воздух становится плотнее?"       Спустя недолгое время машина останавливается у небольшого, но уютного заведения. За панорамными окнами виднеются мягкие кресла, тусклый свет ламп и несколько посетителей, мирно беседующих за чашками кофе.       Деймон неспешно выходит из машины первым и помогает выйти Ариэль, подавая девушке руку, чтобы она могла схватиться за неё. Рафаил слегка смущена, но принимает помощь и выходит, ощущая легкую дрожь в ногах то ли от вечернего воздуха, то ли от того, что рядом он. Рука теплая, слегка огрубевшая, но от это придает коже лишь больше реалистичности и живости. Хочется сжать ладонь мужчины сильнее, проверить, как он отреагирует. И Ариэль делает это, растрачивая на последние капли смелости. Девушка осторожно усиливает хватку, и секунду ничего не происходит, словно Астарот не обращает внимания, но в следующее мгновение пальцы Деймона чуть смыкаются в ответ, не сильно, но давая понять: он рядом, держит её и не отпустит, если это понадобится.       Ариэль опускает взгляд вниз, разглядывая свою светлую тонкую кожу, его — грубую и чуть темную, будто свет и тьма наконец-то встречаются на перекрестке, понимая, что нужны друг другу.       Душа заручается поддержкой, терзающий страх больше не так важен.       Когда они заходят в помещение, то легкий звон колокольчика разрезает приглушённый гул голосов. Деймон с уверенностью подходит к свободному столику у окна, пока юная особа следит за бариста, который ещё не заканчивает свою смену. Ариэль садится напротив. Она замечает, как работник устало вытирает стойку, как девушка за соседним столиком задумчиво вертит чашку. А Деймон же тем временем наблюдает лишь за Ариэль. — Нервничаешь? — Спокойствие в голосе, но интерес в интонации. — Нет, — Рафаил наконец переводит взгляд на Астарота, но тут же жалеет, так как замечает, как он расстёгивает две верхние пуговицы своей темной рубашки. От неожиданности она давится слюной и начинает кашлять. Пунцовый румянец красит лицо.       Деймон усмехается. — Что такое? Я смутил тебя? — Наигранно удивленно спрашивает мужчина.       Чёрт. Он прекрасно знает об этом. — Нет, просто… Просто ты ведешь себя, как будто… Будто специально делаешь всё это!       Деймон чуть приподнимает бровь, пытаясь сохранить лицо серьезным. — О чём ты?       Рафаил раздраженно поджимает губы, не имея желания говорить. Все он прекрасно понимает, но не может упустить возможности полакомиться смущением девушки. — Ничего, — тихо буркает Ариэль, но взгляд предательски возвращается к расстёгнутым пуговицам. Проклятье! Теперь, кажется, в помещении становится душно.       Пальцы лениво барабанят по столу, а после хватаются за меню. В глазах скользит тот самый взгляд — насмешливый, с хитрецой. — Хочешь, я расстегну ещё? — Я не просила об этом! — Возмущается девушка, но в этот момент подходит другой бариста и говорит, что теперь её смена. Ариэль говорит нечестивому: — Мне пора работать. — Сделай мне что-то на свой вкус, — Астарот откидывает меню на стол. Девушка кивает, а мужчина проводит её взглядом до стойки — до неё шагов десять. Кафейня скромных размеров.       Деймон наблюдает за Ариэль, словно художник, восхищающийся мазками кисти. Глаза запоминают каждое её движение неосознанно: как девушка уверенно берётся за работу, как её тонкие пальцы ловко настраивают паровую трубку кофемашины. И смотря на эту девушку во время работы, он не подумает, что она постоянно чем-то обеспокоена.       Очи запоминают ее тонкие морщинки на лбу, хмурые бровки и закусанную нижнюю губу. Видит, как она блестит старанием и внимание к каждой детали. Слышится шипящий звук пара, который вместе с ароматом свежеобжаренных зерен, наполняет кофейню уютной атмосферой. Каждый её жест наполнен еле уловимой грацией. Деймону кажется, что за этим скрывается нечто большее.       Наблюдая за Ариэль, нечестивый испытывает удовлетворение, скрещенное с восхищением: приятно, когда кто-то вкладывается в свою работу, стараясь удовлетворить клиента.       Рафаил возвращается к нему, улыбаясь и держа в руке чашку с кофе. Аромат плотно ложится между ними, создавая уютный кокон из теплого запаха. Безгрешная смотрит на него, а Деймон видит лишь улыбающиеся глаза, в которых пляшут искры. Мужчина невольно перехватывает её радость, одаривая спокойными, поднятыми в верх, губами. — Держи. За счет заведения.       Деймон бросает взгляд на чашку, а после на неё. Раздается звук щелчка. Мужчина достает из бумажника кредитную карту. — Я заплачу. — Не надо! — Машет рукой в знак протеста. — Прими мою благодарность хотя бы в виде кофе. Ты столько помогал мне, а я обещала тебе угостить бесплатным кофе. Денег ведь не примешь, — девушка неловко заправляет рыжую прядь за ухо.       Он не отвечает сразу, только берёт чашку и медленно делает глоток, словно пробует не напиток, а её доброту на вкус. Тепло разливается по языку, вкус насыщенный, как и сам момент. — Раз хочешь отблагодарить меня, то посиди со мной. Выпьем кофе вместе. — Но я работаю… — И что? Посетителей нет, так выдели себе пять минут на отдых, — его голос ровный.       Есть некое ощущение у Рафаил, что он пытается её… уломать?       Она закусывает губу, как будто борется между «надо работать» и «хочется остаться». И все же девушка принимает решение и делает и себе кофе, после чего садится напротив Деймона. Чувство, что она перед ним не как бариста, а как просто… друг? Знакомая? Удовлетворение его словами вызывает теплые отклики в душе и в груди.       Деймон блаженно прикрывает глаза, кончиком языка стирая последние капли напитка с губ. Сладок кофе благодаря одному ингредиенту — искренности. Мужчина проигрывает в голове сказанные слова Ариэль. В её словах нет ни скрытых намёков, ни корыстных целей. Нет условий, что он теперь должен что-то в ответ. Непривычно. Это заставляет его внутренне отступиться. Не потому, что боится, а потому, что непонятно: она словно ломает мир его предубеждений, где на каждую просьбу обговаривается цена.       Но при этом внутренне Астарот хочет сделать шаг вперед, стремясь испробовать непривычную тягу к кому-то, кто не требует. К тому, чьё присутствие — не сделка, а случайная встреча. В груди, за слоями холода, тормошится странное ощущение, где нечто не поглотилось в сгустке цинизма и грубости. Наоборот, начинает подавать признаки жизни. "Даришь искренность так, словно не знаешь, что в Лимбе это смертный грех". — Как тебе кофе? — Застенчиво интересуется девушка. — Очень вкусный, спасибо. Может, мне стоит чаще заходить за твоим кофе? — Губы трогает лёгкая улыбка.       Взгляд его оживается, касаясь ненавязчиво Ариэль. Он опирается кулаком о щеку, разглядывая девушку.       Рафаил все это время не притрагивается к своему напитку, боясь поднять руки и показать, как они содрогаются от волнения. — Я так и знала, — девушка пытается говорить смело, но слова выходят робкими, словно ей непривычно громко твердить о своих навыках. — Не слышу уверенности, — замечает он, но не насмехается, а почти ласково улыбается. — Не получается… Мне эти заигрывания тяжело даются. Я и простого общения стесняюсь, а с тобой… нервничаю сильно и не знаю, почему.       Он не отвечает сразу, раздумывая над словами. Хочется подбодрить, убрать накатившую меланхолию с лица безгрешной, но не может дать волю словам. Думает, этого будет недостаточно. Вместо разговоров он протягивает руку через стол, столь медленно, словно боится спугнуть этим жестом.       Намекает протянуть руку в ответ.       Ариэль не сразу понимает, чего он хочет. Несколько секунд она смотрит, не веря, что этот жест — для неё. Что Деймон действительно… хочет касания. Её.       Сердце стучит прямо у горла. Внутри шепчет потаенное желание: «Попробуй. Коснись. Почувствуй».       С томительным ожиданием, чуть колеблясь, Рафаил осторожно вкладывает свою ладонь в его. Ток прошибает все тело, как и чужое тепло, и пальцы дрожат при соприкосновении. В голове переключается шумная тревога и вместо неё остается белый шум, когда пальцы Астарота сжимают пальцы — мягко, словно мужчина держит хрупкий хрусталь, который в любой миг треснет от неправильного движения.       Он не пытается удержать Ариэль, просто желает побыть рядом.       Весь мир встает на паузу, давая им прочувствовать момент на максимум. Ее внутренности путаются между собой в хаотичном вихре, меняясь местами. Ни страх, ни волнение не сравнятся с теми ощущениями, что испытывает Ариэль сейчас. Она чувствует что-то жгучее, чистое и новое. Что-то такое, что приходит не с прикосновением, а с тем, что за ним стоит. Его интерес передается и ей. — Не обязательно знать, почему. Достаточно чувствовать, — спустя минуту подаёт голос Деймон. Он смотрит на аккуратную руку Ариэль, борясь с желанием погладить тыльную сторону ладони. — Ты… пугающе прямой. — Я не умею иначе. Особенно, когда рядом девушка, которая этого заслуживает. "Заслуживаю..."       Сердце безгрешной сжимается, внутри что-то дергается — коротко, но уловимо. Слова звучат гулко, эхом отдаются по сознанию Ариэль, принося странное удовольствие. Словно она так долго нуждалась в них, но никогда не слышала ничего подобного. Признание. Без издёвки. Просто утверждение, которое оставит след на душе. Внутри зарождается паника, но не от страха, а от того, что внутри оживает давно забытое чувство, которое немного пугает и от которого непривычно. У Ариэль ощущение, будто тело знает больше, чем разум.       Рафаил не знает, что сказать или сделать. Тишины Ариэль не может вынести, поэтому резко выдыхает, не замечая, как она задерживала все это время дыхание. Стискивает пальцы другой руки, пытаясь отдернуть себя хоть на мгновение, пытаясь сдержать себя от ожиданий, которые успела построить у себя в голове. — Я даже не знаю, что ответить на это… — Ариэль издает нервный смешок и с трудом сглатывает ком в горле. — Наверное, приятно очень. Спасибо… — растерянно улыбается девушка. — Старайся мне чаще не улыбаться, иначе я привыкну, — он все же не сдерживается и почти невесомо проводит большим пальцем линию по её коже. — И приходить в кафейню я буду точно не за кофе, — он задорно подмигивает, тем самым добивая Ариэль.       Благо, на помощь приходит новый клиент, и Ариэль спешит на свое рабочее место, не в силах прятать улыбку, которая так и тянется к кончикам ушей.       После их общения Ариэль чувствует, как её мир сдвигается на пару миллиметров в сторону. Всё кажется тем же — приглушенный свет, запах кофе, тихий звон чашек и колокольчика, но все такое новое с появлением Деймона в помещении. Клиента всё приходят и уходят, делают свои заказы, а голова девушки забита совсем не работой. Под взглядом Астарота тяжело думать, есть ощущение, что она скоро упадет в обморок. Деймон смотрит на неё, безгрешная видит, что ему любопытно, но ей это доставляет лишь дискомфорт: пальцы дрожат, когда протягивают чашку очередному посетителю, слова запинаются об язык, а заказы путаются меж собой.       Её разум до сих пор в короткой поездке, в теплом прикосновении, в том, как мало, но при этом слишком много, он сказал.       А что делает Деймон? Мужчина не торопится возвращаться к свои делам — сегодня его внимание сосредоточено на ней. Астарот находится поблизости: сначала сидит достаточное время в кафейне, попивая напиток, а после садится в машину и ждет её там. Перестает наблюдать, но прекрасно чувствует, будто имеет способность улавливать вибрации тревоги безгрешной.       Время тянется медленно. Он листает сообщения, игнорирует несколько звонков. Сегодня Деймона нет — он занят и одновременно отдыхает.       День выдается странно спокойным.       Ариэль выходит из кафейни с радостным выражением лица, вдыхая прохладный вечерний воздух. Луна уже пробивается сквозь облака, освещая улица и машину, припаркованную у тротуара.       Деймон стоит, облокотившись на капот со слегка уставшим видом. — Вид у тебя помятый, — замечает Ариэль. — Не заметил, как вздремнул в машине, — он протягивает ей руку и девушка, не задумываясь, протягивает свою в ответ. Нечестивый чувствует холод чужой кожи. — Тебе холодно?       Рассматривает её ноги в чёрных гольфах с тонкой ажурной отделкой, короткую темно-красную юбку и шелковую рубашку, которая слегка прилипает после душной кафейни. Он замечает, как её стройные ноги слегка подрагивают.       Деймон прикусывает щёку изнутри, сдерживая прямую мысль, которая хочет вырваться изо рта. Делает шаг ближе. — Ты дрожишь. — От твоего взгляда, — пытается усмехнуться Ариэль, но выходит неловко. Видит, как он приподнимает бровь: то ли удивлён, то ли доволен.       Деймон молча достает из машины свой пиджак. Он аккуратно накидывает одежду на девичьи плечи. Внутренняя сторона ещё хранит его запах — пряный аромат, с чем-то кожаным. — Спасибо, — девушка чуть нагибает голову, чтобы скрыть улыбку за волосами.       Мимолетную неловкость прерывает вибрация из кармана Астарота. — Да кто там опять? — Он смотрит на экран телефона и хмурится. Серьёзность словно проливается тенью по чертам, отчего Ариэль тоже хмурит свои бровки. — Извини, — бросает Деймон Ариэль и принимает вызов. — Да, — пауза. — Что?.. Не понял, — его глаза округляются. — Что значит «пропал»?.. — Он переводит удивленный взгляд на Ариэль, — Сейчас подъеду.       Девушка кусает нижнюю губу в желании узнать, что случилось. Когда во время телефонного разговора он перевел на неё взгляд нервы натянулись, как струны, и уже вот-вот готовы взорваться. В горле становится сухо, тяжело сглотнуть ком. Она делает незаметный шаг назад, осматривается, после снова встречается взглядом с Деймоном. "Почему он смотрит так? Это из-за звонка?.. Из-за меня?.."       Она не может понять, что именно у него вызывает такую реакцию, но этот серьёзный взгляд будто оголяет что-то важное, и Ариэль чувствует себя уязвимой. — Что-то случилось? — Аккуратно начинает Рафаил. — Да… — Астарот отводит взгляд, словно не имеет желания ей рассказывать. — Помнишь про труп, который нашли на дороге? — Да-а… — Звонили с морга, сообщили, что труп пропал. — Как?! — Без понятия. Сейчас я отвезу тебя домой, а после поеду разбираться, — он открывает переднюю дверцу машины. — Садись. — Я хочу поехать с тобой! — Неожиданно вскрикивает она.       Нечестивый шокированно смотрит на Ариэль. Слова её сорвались быстрее, чем она успела подумать. Но, сказав это, она не жалеет — в груди прорастает новое чувство, приятное, малоизученное. Рафаил уверенно садится на переднее сиденье, захлопывая дверцу. Деймон садится за руль, нахмурившись. — Ариэль, ты же понимаешь, что морг достаточно тяжелое место? Особенно для тебя. — Знаю. Но я хочу понять, что случилось, — она отвечает твёрдо, но голос чуть дрожит. — Мне интересно…       Он некоторое время молчит, всматриваясь вперед, прищуривая глаза. Задумывается над её словами. Анализирует. Как и ситуацию, так и саму девушку. Ощущение, что Ариэль необходимо прятать в своих ладонях, подобно свечке — слегка подрагивает под напором, но до сих пор продолжает гореть. — Хорошо, — наконец отвечает, тихо и с ноткой… уважения? — Но не вздумай делать что-либо без моего ведома. — Ладно.       Машина резко трогается с места, прорезая вязкую тишину улицы. Фонари сопровождают проезжающих болезненным мерцанием, словно уставшие глаза из полумрака. Ариэль молчит, но внутри неё всё кипит. В связи с последними событиями город кажется для неё совсем другим — двуличным. Из живого и слишком шумного места он становится в мёртвым и пустым из-за частых пропаж и убийств. Тишина давит на мозг, заставляет подозревать, что у зданий, стен и закоулков есть уши, которые внимательно вслушиваются; у них есть глаза, которые всматриваются, следят за их машиной. Деймон тоже не произносит ни слова, хмуро следя за дорогой. Он не сердится на глупость охраны и санитаров — всего лишь напряжен и насторожен. Много мыслей разлетаются по разным сторонам сознания: где труп? Для чего он? Что же всё это значит? Чем больше вопросов, тем меньше радости жить и существовать. С каждым вопросом сжимает руль сильнее, до побеления костяшек.       На мгновение она резко поворачивается в его сторону. — Думаешь, я зря поехала?       Он тяжело вздыхает. — Не важно, что я думаю. Ты имеешь полное право знать, что происходит, — немного помолчав, он выдает: — Твоя уверенность меня даже удивила. Интересно, что из этого выйдет…       Ариэль отворачивается к окну, на губах мелькает слабая, почти незаметная улыбка.       Через некоторое время мужчина сворачивает в узкий переулок, где здания сгущаются, словно давя друг на друга. Морг находится возле проездной дороги, не скрываясь от глаз прохожих. Внутри здания нет ни света, ни охранников, лишь доживающий свой век неон дрожит над входом, будто сам в страхе от того, кто скрывается внутри.       Деймон припарковывается. — Мы на месте. Помни: если почувствуешь малейший дискомфорт или опасность — не геройствуй. Поняла?       Девушка кивает на его слова, без понятия, что именно ожидает внутри здания.       Дверь в морг отваривается с громким скрипом, звук разносится по всему зданию. Легкий холодок пробирает Ариэль, мурашки бегут по коже. Прохладный воздух, запах формалина, железа и чего-то затхлого вызывает приступ тошноты у девушки, но она не подает вида. На потолке медленно мигают тусклые лампы, создавая иллюзию, что кто-то проходит мимо.       Знакомый санитар — Эдмунд — замечает мужчину и выпрямляется, словно работника ударяют током. С Эдмундом есть ещё один санитар с кофе в руке, который опускает глаза в пол. — Где он был? — Спрашивает мужчина, не приветствуя.       Санитар с кофе ведёт их по коридору, где стоят столы и ящики с метками. Эдмунд идёт позади. — В третьем шкафу. Тело зарегистрировали. Всё по протоколу. — А потом? — Тихо интересуется Ариэль.       Эдмунд вздрагивает, только сейчас замечая девушку. — Я… я не знаю. Мы проверяли утром, ящик уже был пуст. — А по камерам что? — Спрашивает Деймон, предупреждающе смотря на санитаров. — Качество записи ужасное. Не можем разглядеть незнакомца.       Деймон молча открывает ящик. Пусто. Ни следа. Словно никого и не было. — Покажите записи, — требует нечестивый.       Санитары тут же спохватываются, провожая до комнаты с камерами наблюдения.       Только забывают об Ариэль. И она забывает о них. Девушка остается одна среди металлических ящиков и мертвой тишины. Рафаил тихо проходит вперед, рассматривая окружение, пока в нос бьет запах тухлятины, что скрывается за глубинами морга. Лампы над головой продолжают мерцать, создавая движущиеся тени, которые наблюдают за Ариэль. Девушка замирает, глядит по сторонам — никого, всего лишь плод её воображения и страхов. Она неуверенно идет дальше, читая имена, даты, номера на табличках ящиков. Подходит к месту, где находится краденный труп, протягивает руку, но не касается, словно боясь, что ящик откроется и оттуда вытянется мертвецкая рука и потянет к себе внутрь. И всё же слегка притрагивается пальцами к металлу. "Неужели его украли антихристы? Кому он нужен? Для чего?.."       Ариэль опасается своего интереса, он имеет странное притяжение. Она ужасно хочет знать больше. И отгородиться от всего. Хочется все понять, но и одновременно забыть о произошедшем. Её разум не восстанавливается от последних событий и пытается найти во всем общий смысл. Шестое чувство глубоко заседает в душе, притаивается и направляет.       Она делает шаг дальше. Касается пальцами поверхности стола, от которого исходит будоражущее тепло. Здесь кто-то недавно лежал. В животе скручивается узел. "Интересно... Как несчастный умер?"       Подсознание настороженно шепчет: «уйди отсюда». Ариэль разрывается между здравым смыслом и непреодолимым любопытством. Она оборачивается, но ни Деймона, ни санитаров нет — только приглушенные голоса раздаются где-то далеко, как сквозь вату.       Ариэль вдруг осознает: она здесь одна. Одна среди трупов. Она представляет, как все мёртвые души восстают из своего тела, выстраиваются позади Рафаил и осуждающе смотрят, как живая плоть врывается в их вечный покой и своей тёплой аурой пытается спровадить её. Темнота ящика не отпускает, гипнотизирует и завораживает. Ариэль как будто ждет момента, когда из мрака покажется иссохшая рука и указательным пальцем подзовет к себе, чтобы поведать обо всем, что происходит — мысли пугают, отталкивают. Одновременно с этим они интересные, притягивающие. Девушка даже пропускает мимо ушей скрип со спины и шаги, которые становятся все громче и громче. Теплое дыхание обдает затылок, волоски на руках встают дыбом. — От того, что ты гипнотизируешь пустой ящик, труп не появится, — грудным голосом Деймон вытаскивает Ариэль из транса. — Ох! Боже! Зачем так подкрадываться, — девушка несильно хлопает по плечу Астарота. — Я и не подкрадывался: просто ты не услышала, — он обнимает её за плечо, уводя из комнаты. — Пойдем.       Нечестивый проводит её в тесное помещение, больше похожее на чулан, чем на центр безопасности. Потолок ниже, свет исходит от висящей лампы, которая скоро погаснет. Воздух спертый, смешавшийся с запахом перегретой техники и старого пластика. Вдоль стены стоят устаревшие мониторы с толстым корпусом — не плоские, а массивные, будто из прошлого века. На них рябит изображение с зелёно-серыми тонами, как в фильмах с дешёвой ночной съемкой. Камеры разделены на четыре квадрата. Окон в комнате нет, лишь настенные часы напоминают о времени суток.       Санитар неловко ёрзает на стуле, бормоча что-то другому и стараясь побыстрее найти нужную запись. Видео сбоит и плохо показывает.       Запись дрожит и рябит, но силуэт видно отчетливо: неизвестный одет в чёрное худи, капюшон надвинут на лицо, полностью скрывая черты лица. Он двигается медленно, осматривается, а после достает сложенный пакет для мусора из кармана. Незнакомец открывает ящики один за другим, пока не находит нужное тело. Видео слегка сбивается: неизвестный кладёт труп на стол, достает непонятный артефакт, — судя по всему, нож, — проводит им поперек горла мертвеца, отделяя голову и грубо кидая её в пакет. Но, к удивлению, остальное неизвестный не собирается расчленять: просто старается положить в большой пакет — видео обрывается — аккуратно запечатывает пакет, как ни в чем не бывало, поправляет одежду и плетется в сторону выхода, оставляя после себя небольшую лужу крови на столе, как презент, и дрожащий шум старого видеосигнала.       Запись обрывается.       Ариэль не осознает, как легкие сжимаются, словно воздух не может пройти дальше. Она цепляется за край стола, чтобы хоть как-то не потерять связь с реальностью и не рухнуть на пол от ужаса. Кислотный привкус образуется во рту — приступ тошноты. Организм требует очистить желудок. Поражает девушку то, как этот силуэт расправлялся с телом — лениво, неторопливо, но так умело, словно это его обычная рутина. Ни спешки, ни эмоций — только безразличная жестокость.       Пальцы Ариэль леденеют. "Если антихристы поймают и меня..."       Догадка проходится по горлу, как лезвие ножа.       От одной мысли, что антихрист может стоять над ней также, хладнокровно вскрывая горло и аккуратно укладывая голову в мешок, Ариэль хочет вытащить все свои внутренности, остаться пустым сосудом, чтобы никто не захотел её трогать.       За неё точно схватятся. Ариэль без греха — значит, без защиты.       Рафаил отталкивается от стола и начинает падать на пол. Дышит, как рыба, выброшенная на сушу.       Деймон бросается к девушке и ловит её, с беспокойством разглядывая. — Ариэль! — Голос Астарота — первое, что пробивает стеклянную тишину.       Санитары встревоженно ахают, Эдмунд бежит в другую комнату за водой.       Девушка чувствует, как руки нечестивого крепко держат её, с видной тревогой, от его прикосновения отдает жаром. Мужчина всматривается чужое в лицо: бледное, словно высохшее. — Деймон… мне плохо… — Смотри на меня, — шепчет он. Одной рукой мужчина придерживает ее за плечи, другой поднимает ноги, на руках унося на свежий воздух.       Их сопровождает Эдмунд с холодной водой, а своего напарника он просит сидеть в здании.       Прохладный воздух не помогает Ариэль, но жар тела спадает. В голове мелькают кадры с камеры наблюдения и жестокие сцены. Рафаил слабо приоткрывает глаза, но воспоминания так и маячат перед глазами. — Деймон… — Единственное, что она может вымолвить.       Астарот садится на ближайшую скамью, кладя голову девушки на колени. — Тише, тише… — Он проводит пальцами по прядям волос, а после по покрасневшим щекам. — Я рядом. Ты со мной. Ты жива, — он берёт бутыль. — Сделай хотя бы глоток.       Ариэль тяжело говорить, ей с трудом удаётся думать. Она лишь изредка хлопает глазами, стараясь взглядом удерживать черты лица Деймона. Зацепиться за что-то реальное. Рафаил даже не понимает, как делает глоток воды, который помогает унять тошноту. Становится чуть легче.       Всё это время нечестивый следит за каждым дернувшимся мускулом на лице девушки, проверяя её состояние.       Он поворачивает голову к Эдмунду, который стоит над ними, после чего бросает санитару ключи от машины. — Принесите мой телефон.       Когда ему приносят смартфон, он отправляет безгрешного в морг, ищет нужный номер и прислоняет гаджет к уху. — Да-да? — Голос Иро радостный. Но эту радость Деймон быстро портит. — Его нет. Трупа, который я привозил, больше нет. Кто-то украл его. — Ты… — Тяжелый вздох. — Какого чёрта! Когда? — Деймон слышит, как Асмодей копошится, видимо, одеваясь. — Вчера ночью. — Я сейчас приеду. Не смейте трогать записи, я сделаю копии, — Иро резко сбрасывает трубку.       Впервые за долгое время Деймон слышит голос друга серьёзным, и это так непривычно. — Ох-х…       Деймон слышит кряхтения Ариэль, которая пытается встать с колен. — Ты в порядке? — Да… Спасибо. — Сейчас приедет Иро и сделает записи. — Он умеет? Кем он работает вообще?       Деймон сминает губы, задумываясь, говорить или нет. — Обещаешь не распространять информацию? — О-обещаю… Он занимается чем-то нелегальным? — удивляется Рафаил. — Иро — информационный хакер и аналитик. Предоставляет личную информацию и данные за плату. И все это за рамками закона.

***

— Уже лучше? — Деймон опускается перед Ариэль на корточки, неуверенно касаясь её колена.       В голове всё ещё мелькают обрывки с записи: дрожащие кадры, отрубленная голова и темный силуэт. Словно кто-то обыгрывает это в голове снова и снова и девушка не может нажать на «стоп». Пальцы сжимают подол юбки сильнее.       В этот момент слышен резкий звук тормозов. Приехал Иро. Он выходит из своей машины, в спешке — но уверенно — подходя к сидящим на скамейке Деймону и Ариэль. — Где? — Спрашивает он без предисловий. — Я покажу. — Камеры? — Записи не трогали, как ты и просил. — Хорошо.       Иро смотрит только на своего друга. Ариэль понимает, что он даже не замечает её. Рафаил сначала не поняла, что это тот самый друг Деймона. Она запомнила Иро, как улыбчивого «джентельмена».       На первый взгляд Асмодей казался ей другим — почти коварным обольстителем, только для большей карикатурности не хватало змеиной чешуи. Вечно улыбающийся, с хитрым взглядом и наигранностью на языке. Каким-то образом, при первой встрече, он сумел расслабить безгрешную, настроить на нейтральный лад. Ариэль до сих пор задается вопросом: как? В голове сконструирован образ того, кто живет на грани свободы и закона. Каждое его слово — игра, ход которой тяжело предугадать.       Сейчас перед юной особой совсем другой нечестивый: он не отвлекается на разговоры, не бросает привычные шутки и не смотрит по лисьи хитро.       Иро просто живет — сжигает всем нервы и сердца.       Иро работает — напряжён, сосредоточен и не тратит время на бессмысленную болтовню.       Мужчины быстро заходят в помещение, пока Ариэль, подобно призраку, следует за ними, стараясь не отвлекать и не привлекать к себе внимания. Войдя в комнату с камерами, Асмодей спрашивает: — Вай-фай есть? — Параллельно он открывает нужную запись.       Эдмунд скептически задает вопрос в ответ: — В морге? — Понятно… Ничего страшного. Прошу меня не отвлекать.       Пока Иро занят, Деймон предлагает Ариэль выйти вместе с ним обратно на улицу, чтобы она снова случайно не взглянула на видео. И просто не отвлекала друга своим присутствием.

***

      По окончанию своей работы Иро выходит довольным и улыбчивым. Деймон заинтересованно спрашивает: — Получилось? — Да. Я сделал две копии: одна на флешке, другая — на SSD-диске. На всякий случай, — лениво подмигивает Астароту и обнажает клыки. — Постараюсь заняться улучшением качества видео сегодня. — А как аналитик что скажешь? — Лишь то, что у него была конкретная цель. Конкретная жертва.       Днймон обреченно вздыхает. — Как я этого без тебя не понял… — с сарказмом отвечает мужчина. — Деймон, понимаю, что ты взволнован, но записи мало, чтобы что-то понять, — подбадривающе хлопает по плечу Иро и задерживает руку на нем. — Ах-х… На пятьдесят процентов я уверен, что это антихрист. — Хорошо… Спасибо тебе, — Деймон устало проводит ладонью по лицу. — Мне нужно подвезти Ариэль до дома.       Иро удивлённо вскидывает брови, ища глазами безгрешную — она стоит в нескольких шагах от их компании, неловко переминаясь с ноги на ногу, словно не знает, подходить ей или нет. — М-м-м, — мелодично тянет Иро, — и снова здравствуй, — мужчина делает шаг к ней. — Как давно тебя не видел, но ты постоянно на слуху… Вроде безгрешная, а проблем — на троих.       Ариэль поднимает на него взгляд, не испуганный, а настороженный. Его слова колют, но не задевают. Раздражают. Девушка не отвечает сразу, лишь взглядом дает понять, что ей неприятно чужое внимание. — Милая, на меня твоих хмурые бровки никак не действуют. А вот твой язычок мог бы… — Иро, хватит, — Астарот хочет сделать шаг ближе, отгородить обоих друг от друга, но Асмодей поднимает руку, мол, не вмешивайся. — Ну что? Ты же знаешь, как я люблю сюрпризы, а эта девушка — целый букет, — он смотрит уже без усмешки, всматриваясь в её черты, будто пытается найти что-то.       Ариэль стоит как вкопанная, переваривая все вышесказанное. Иро смотрит так вызывающе, ждет от неё какого-нибудь ответа дрожи. Но вместо того, чтобы отойти, Рафаил делает маленький, но смелый шаг. — Знаешь, ты отвратителен, — голос девушки дрожит не от страха, а от сдерживаемого тона. — Прячешься за маской клоуна, хотя видно, как ты пытаешься самоутвердиться за счет остальных. Тебе самому не унизительно? — Так произносить без тени уверенности — унизительно; ана кажется самой себе смешной и жалкой.       Тишина опускается на всех троих. Деймон не сразу осознаёт, что только что произошло. Слова Ариэль звенят в воздухе. Он чуть приоткрывает рот, словно хочет что-то сказать, но уголки рта приподнимаются в улыбке. В удовольствии…       Да, её голос выдаёт дрожь, но не стоит воспринимать это за страх. Астарот замечает за своим удовольствием притаившуюся гордость. В груди теплеет. Хочется посмеяться над хмурым носиком девушки и постебать Иро. Деймон чуть прищуривает глаза, наблюдая за другом. Такой профиль Ариэль — громкий и смелый — ему нравится. Но Астарот замечает резкую настороженность в глазах безгрешной, которая смотрит на Асмодея. — Решила отрастить коготки? Ощутимо царапаешь, — Иро делает шаг к ней, наклоняясь к лицу. Его взгляд становится цепким, пронзительным, готовясь вытащить козырь из рукава. — Это чертовски мило, Ариэль, я не против поиграть, но интереснее это делать с твоей сестрой.       Дыхание девушки сбивается. Слова Иро проникают под дых, задевая самое дорогое: семью. Глаза расширяются, в них виднеется смесь шока, непонимания и резкого осознания. Смелость отбрасывается далеко, Ариэль плохо держит стойку.       Откуда он знает про Эреллу? Как? Почему? Девушка замирает, в голове всплывает недавний разговор и жалобы Эреллы на одного гостя из ресторана: «Были бы мы наедине, ты бы пощечиной не отделался, ублюдок!»       Шестерёнки в голове начинают работать. Она теперь понимает, кому был адресован гнев сестры. — Откуда ты знаешь её? — Скажем так… — Тихо тянет Иро, его голос как бархатом проходится по коже. — Мы с твоей сестрой немного поиграли в ресторане. Она прекрасно владеет руками — особенно, когда сжимает ими чужое горло.       Он наклоняется к её уху и шепчет: — Но мне это нравится.       Тень мелькает в стороне, Иро не успевает опомниться и выпрямляется, как за плечо его хватает рука и отталкивает назад — и он оказывается оттеснёныс от Ариэль. — Прекрати сейчас же, — голос Деймона холодный, без агрессии, но Асмодей отчетливо слышит предупреждение. Астарот встает между ними, прикрывая собой девушку.       Иро лениво улыбается, расправляя плечи и откидывая блондинистые волосы назад. В его действиях нет ни намека на обиду — он только входит во вкус. — Ох-х… Сколько страсти. Не злись, дружище, я всего лишь рассказывал, как её сестра хороша. Я даже пальцем девчонку не тронул.       Деймон прекрасно знает, что Асмодей будет язвить и извиваться, как змей — это его стиль, его способ выявить слабости, а потом пользоваться ими до тех пор, пока ему не надоест. — Ты заигрываешься, Иро. Не проверяй, как быстро у меня закончится терпения, чтобы потом втащить тебе.       Асмодей закатывает глаза, недовольно цыкая, поднимает руки вверх, показывая свою невинность. — Только не моё прекрасное лицо. Хотя… меня и безликого могут полюбить.       За всей этой словесной перепалкой Ариэль не замечает бешено колотящееся сердце. Она выглядывает из спины нечестивого и смотрит на Иро — тот улыбается, словно не он сейчас выворачивал душу девушки наизнанку, словно не он заманивал её в свои сети. Его спокойствие пугает. Интересно, а Ариэль сможет такой быть? Тяжело представить.       Как можно быть таким… невозмутимым? Отходчивым?       Глаза скользят по профилю другого нечестивого. Он — противоположность Иро. Оба выглядят как дополнение одного к другому. Асмодей — горяч, сластолюбив и не боится ходить по лезвию ножа в самый неподходящий момет. Астарот — холоден, рассудителен. Его тяжело сломить, вывести на эмоции. Ариэль впервые ощущает, как приятно быть тенью за каменной стеной. У неё нет желания вырваться вперед, искать надежду и кричать о том, что нуждается в помощи. Быть за Деймоном спокойно, за ним легко дышать. Притяжение к мужчине пугает, удивляет и одновременно интересует безгрешную. "Почему ты так добр ко мне? К чему все эти старания? Порой я тебя опасаюсь, а порой иду по той же дороге, что и ты... Как ты это делаешь?"       Дабы не продолжать словестную борьбу, — или чтобы не доходило до реальной драки, — Ариэль касается до плеча Астарота, стремясь обратить внимание на себя. — Нам ведь больше ничего не надо здесь, так? М-можешь до дома довезти, пожалуйста? — Конечно. Садись в машину, — Деймон сразу забывает о друге, подводя Ариэль к автомобилю.       Иро загадочно ухмыляется, провожая взглядом парочку. — Я за вами. Мало ли… что-нибудь произойдет.

***

      Машина, наконец, останавливается.       В ночное время снаружи этот жилой комплекс пуст, хотя иногда можно заметить безгрешных, которые занимаются вечерней пробежкой. Сейчас же в этом месте стрекочут сверчки, шелестят листья и травы от легкого дуновения ветра, в искусственном свете мелькают тени жильцов. Здания напоминают стражей, наседающих на Ариэль своей тенью. Деймон выходит первым, после — девушка, а Иро остается в машине, наблюдая из окна за шоу.       Ариэль не спешит идти ко входу — чувствует нечто неловкое, но и тянущееся к чему-то. К кому-то. Хочется задержаться чуть дольше возле кого-то. Зачем? Она не знает. На подкорке мозга возникает мысль, что между ними пространство приобретает собственный смысл. Рафаил чувствует спиной его взгляд — мурашки покрывают тело и волосы встают дыбом. Улавливает, как он подходит ближе, и тонкая нить её сущности тянет за концы, даря приятную негу. "Почему внезапно всё стихло?"       Кажется, что даже природа замолкла в этот момент, собираясь слушать конкретные звуки: их голоса и биение сердец.       Ариэль поворачивает голову к мужчине, чтобы посмотреть в его глаза.       Он тихо говорит: — Могу проводить тебя до подъезда? — Можешь, — она неловко сжимает рукой собственное плечо.       Астарот и Рафаил идут по тропинке, не торопясь, оттягивая неизвестный для них обоих момент. Каждый шаг оставляет за собой все больше и больше вопросов и неловкостей — но в этом и кроется правда: живая, трепетная. Всё время они молчат и не касаются друг друга, словно два неопытных подростка. Хотя про Деймона такого не скажешь. И про Ариэль тоже — один бывший партнер уже что-то значит.       Они останавливаются на финальной точке, где может что-то произойти. Ариэль всё ещё сжимает своё плечо, будто пряча сердце от мужчины.       Деймон тоже не спешит уходить. Девушка видит, как на секунду дрожит его рука — хочет прикоснуться, но без разрешения не сделает. Он неловко задает вопрос: — Я могу прикоснуться?       Ариэль быстро кивает, словно надеется, что она не делала этого и ей причудилось. — Да…       Он осторожно тянет к ней руки: одной поглаживает пряди волос, другой касается плеча. Делает всё аккуратно, обращаясь с ней точно с куклой — один неверный жест и может пойти трещина. Изучает её кожу, реакцию и проверяет собственные чувства. Мужчине становится жарко, даже прохладный воздух не может остудить все, что происходит внутри. А внутри нечестивого творится многое: желание, осознание того, что жизнь перестраивается в иное течение, появляются новые цели. Касаясь Ариэль, Деймон чувствует тепло безгрешной — светлое, не испорченное темными пятнами жизни. У него ощущение, что до этого он ни разу не трогал безгрешных, но это не правда. Просто он никогда не испытывал такого светлого чувства от других. Но Астарот не хочет думать об остальных. Не сейчас. Не завтра. Не послезавтра. — Деймон… — Её голос мягкий, но напряженный, как струна: хватит лишь одного легкого прикосновения, чтобы заиграть целую мелодию, а не ноту. Рафаил напряжена, потому что не понимает, что происходит в душе мужчины. В лице серьёзен, а внутри?       Рывок.       В ноздри Ариэль вбивается его парфюм. Он прижимает девушку к себе, обнимая.       В порыве чувств, Рафаил обвивает своими дрожащими, потными от волнения руками его крепкую спину. Слышит быстрое сердцебиение. Он тоже нервничает. Макушкой ощущает, как мужчина наклоняется, согревая горячим дыханием кожу головы. Носом он осторожно зарывается в её волосы, вдыхая аромат, словно больше никогда такого запаха не услышит.       Ариэль распахивает глаза в удивление, подавляя удивленный вскрик и сжимая пальцами ткань на спине сильнее. "А когда я голову мыла?"       Становится немного стыдно. Рафаил надеется, что запах шампуня еще продолжает держаться на волосах.       На секунду Ариэль ощущает, — это ведь кажется, так? — что Деймон касается макушки поцелуем. Невесомым, еле ощутимым.       Рафаил прикрывает глаза, прижимаясь всем телом к мужчине. Да, лицо и тело горят. Да, её всю трясет. Но хочется попробовать отбросить все назад: перестать анализировать и думать. Хочется просто ощущать и чувствовать, просто быть рядом.       Они стоят так ещё несколько секунд. Им не нужны слова — их тела говорят громче и больше. Тишина окутывает приятной оболочкой, словно прячет от внешних раздражителей, позволяя им расслабиться на минуту.       Деймон отступает от Ариэль, но на теле все ещё остаётся след от её тепла. Ему хочется продлить момент, но и наглеть не стоит. — Спокойно ночи, Ариэль, — Астарот специально выделяет её имя: произносит нежно, ласково. — Если во всем уверена и хочешь поговорить об этом — звони, и я приду.       Девушке не надо объяснять, о чем хочет он поговорить — первый вопрос решен. Но теперь надо переходить ко второму: что ответить на первый. — Хорошо… И т-тебе спокойно ночи, — возвращая прежнюю себя, Ариэль как ошпаренная залетает в подъезд.       Деймон весело качает головой, разворачивается и идет обратно воодушевлённым. Мужчину встречает Иро, который сгибает одно колено и опирается локтями о дверцу машины. Друг хитро прищуривается, как будто знает развязку истории за долго до её начала. — Ну что, обзавелся личным ангелом-хранителем? Так ещё быстрее меня! — Восклицает Асмодей, видя блестящие глаза Астарота. — Это тебя уже не должно касаться. — Эх-х, завидую… Девчонке повезло. Чем она лучше меня? — Он наигранно дует губы, подавляя смешки.       Деймон закатывает глаза — С ней спокойно, в отличие от тебя — вечно ходишь с шилом в одном месте. — Хотя бы осознаешь, на какой риск идешь? Ты прекрасно знаешь, что происходит после близости нечестивого и безгрешной. А она? — Не знаю, — он отводит взгляд. — Прошу, не забегай вперед. Мы ещё не разобрались в отношениях. — Ваше дело, но лучше не создавайте друг другу проблемы, — уже без веселья остерегает Иро. — Не хочу пока думать об этом. Ладно, заводи мотор. Мы уезжаем. — Зачем тебе машина? На крыльях любви лети! — Он смеётся и быстро садится в автомобиль, пока Деймон не найдёт, чем в него кинуть.