Qui Circumdabit Me (Те, Кто Меня Окружают)

Наступило очередное утро. За небольшим окном из спальни, в котором можно было увидеть самую высь неба, было ещё темно. Светать ещё и не начинало: шла только вторая неделя марта. -Доброе утро, - произнес Скорпиус, нажав на выключатель. Зажёгся яркий свет, и Ваня открыл глаза. -Что-то голова так болит, - произнес он, поднимаясь с кровати. Малфой уже оделся к этому времени и только незадолго до выхода обратил на него внимание. -Температуры нет? - спросил он, бросившись осматривать друга. Тот попятился к противоположной стене, но врезался в кровать и там был настигнут. Скорпиус пощупал его лоб и сказал: -Горячий, вообще-то. Температура начинается. После этого он пощупал у него за ушами. За ними набухли шишечки. -Что ты делаешь? - спросил Иван. -Лимфоузлы набухли, - объяснил Скорпиус, - значит, идёт воспалительный процесс. Запрокинь голову. Ваня откинул назад голову, и Малфой посмотрел на его шею и увидел, что кадык на ней покраснел. -Воспалительный процесс, - сказал он, - ты заболеваешь. -Да ладно тебе, мне надо только немного разойтись, - ответил ему его друг, - дай лучше я оденусь, а там посмотрим. Он оттолкнул Малфоя от себя и потянулся к стулу, на котором висела его одежда. -Лучше побереги себя, - сказал ему Скорпиус, тихонько потрогав за рукав, - не иди никуда. Я пока пойду тебя отмажу. -Слушай, если я сегодня на уроки не пойду, то заболею точно. Я ещё с Розье не решил вопрос. -Тогда ты сегодня от него либо ещё раз по рогам получишь, или прогуляешь его урок. Ваня, снявший пижаму и надевший штаны, на секунду остановился. Встречаться с учителем трансфигурации после вчерашних разборок ему никак не хотелось. Необдуманные фраза "Шилова на Вас нет!", по-видимому, задела Розье за живое. Ване было немного стыдно из-за того, что он прикрывался не своим авторитетом. -Ладно, уговорил, - ответил Иван и стал раздеваться обратно. -Вот и договорились, - ответил ему Скорпиус, - ты пока полежи, а я пойду тебя у Слизнорта от уроков отмажу и еды тебе принесу. Кстати, как у тебя с аппетитом? -Не очень, честно говоря. -Ладно, - перед тем, как выйти, ответил Малфой, - я пока пойду, а ты тут лежи. Он обратил внимание на телефон Вани, приставленный к единственной на всю комнату розетке и забрал его, сказав: -Его я, пожалуй, себе заберу. Скорпиус, выключив свет в спальне, пошел сначала в главный зал на завтрак, где надеялся встретить профессора Слизнорта. В проходах замка было прохладно, несмотря на то, что радиаторы и печи, раскиданные по всей площади, работали на износ. Пройдя по тускло освещенной галерее, Скорпиус добрался до основания главной лестницы, у основания которой красовался встроенный в пол герб школы. Дети и учителя неспешно спускались на завтрак; не было той толкотни, которая обычно случалась перед самым началом уроков. Лестничный пролет топился лучше, чем проход в подземелье, во многом благодаря тому, что буквально через стену при реконструкции была устроена котельная. Малфой, минув массивную аркаду, попал в неф так называемого "Большого зала". Пройдя под его контрфорсами мимо факультетских столов и площадки перед кафедрой он наконец добрался до учительского стола. Директриса МакГонагалл то ли ещё не пришла к завтраку, то ли уже удалилась. Розье, долговязый и поджарый учитель трансфигурации, с угловатым лицом сидел ближе к месту директора, и пил кофе, закусывая его хлебом с брускеттой. Гораций Слизнорт сидел через место от него: через то, где обычно завтракал Шилов. -Сэр, - подошёл Скорпиус к Слизнорту, - разрешите обратиться? -Да, молодой человек, что? - ответил через набитый рот Гораций. Учитель трансфигурации не обратил на них внимания и продолжил несколько нелюдимо сидеть в своем углу. -Иван все-таки заболел - он не простыл, у него не просто сердце прихватило, - начал Малфой объяснять ситуацию, - я бы попросил, чтобы вы его на уроки не отправляли. -А, вот оно что... - ответил Гораций, - сейчас я выдам Вам лекарства. Прервав трапезу, он повел ученика к себе, в кабинет зельеварения. Там он достал из одного из шкафов аптечку, набитую обычными, не волшебными лекарствами. -Вот смотрите, - объяснил он, - здесь - противовирусные. Их дать шесть таблеток. Потом вот эти - это витамин C. Дайте ему убойную дозу - четыре штуки, этого хватит на некоторое время. Это вам пригодится в любом случае. Дальше - что с ним происходит? Похоже ли это на аллергию? -Нет, не думаю, - ответил Малфой. -Тогда антигистаминные давать смысла нет. -А кстати, сэр, почему Вы ему не дадите зелья для лечения? -Понимаете, молодой человек, зелья в медицине - это вещи, у которых почти нет побочных эффектов, но которые все равно не внушают стопроцентного доверия. Они очень ядерные, и их применение может привести неизвестно к чему. -А так называемая "Искусственная кровь"? -"Искусственная кровь", на самом деле, одно из самых предсказуемых и стабильных зелий. Можно пить его сколько угодно, но оказывает оно исключительно общий эффект, то есть действует на весь организм, а не на конкретную систему в целом. -А оно у Вас есть? Может, стоит его подавать? -Ну, может и стоит, - ответил Слизнорт, после чего усмехнулся, - но господин Шилов все его запасы, которые у меня были, раскритиковал в пух и прах. А Вы-то сами на уроке пойдете? -Пойду. -У Вас все? -Да, сэр, у меня все, - ответил Малфой, - спасибо. После этого разговора затолкав таблетки в карманы, он пошел в "Большой зал" и там снёс с накрытого уже полчаса как завтрака. Оттуда он снёс большую чашку, в которую налил молоко, и несколько бутербродов, которые завернул в салфетку. Он вернулся в гостиную "Слизерина" по тому же коридору, и сразу пошел к Ване. -Ну, как дела? - спросил он, поморщившись от включенного света. В глазах у него замерцало. -Ничего, нормально, - ответил Малфой, - я тебя сегодня от уроков отмазал . -Как там Слизнорт? Как Розье? -Слизнорт нормальный, а вот Розье злющий, как Горгона, - сымпровизировать Скорпиус в ответ, пытаясь лишний раз убедить друга не идти учиться в то день. -А, я тоже так думал, - ответил Иван. Он снова закрыл глаза и лег. Лоб у него горел, а тело все знобило. -Послушай меня, - попросил Скорпиус снова, выдавливая таблетки рядом с ним, - ты сейчас выпьешь вот эти таблетки. В обед я тебе ещё таких дам. Он поставил на стул рядом молоко и, сотворив волшебной палочкой "Люмос", подогрел его. Потом он положил куски хлеба рядом со стаканом. -Вот, выпей, - сказал Малфой, - поешь ещё, если получится. -Даже не обещаю, - ответил ему Иван. -Тогда как хочешь. Но ты хотя бы молоко выпей, тебе легче будет. Я его подогрел. -Слушай, спасибо, - тихо произнес Ваня, - а может, искусственную кровь возьмём? У меня под кроватью стоит бутылка, такая, белая. -Давай ее оставим, а если тебе будет хуже, возьмём. Я, пожалуй, пойду. Он отошел к двери и, перед тем, как пойти по своим делам, сказал: -Давай, отдыхай. Я ещё на большой перемене приду. Скорпиус ушел, закрыв дверь, но не выключив свет. В окне было ещё темно, никак не светало. Ваня сначала поднялся и выпил таблетки, а потом сел, облокотившись на подушку, и выпил молоко и даже съел один бутерброд. Он весь горел, и голова болела. Еда легла мертвым грузом на дно желудка, и он грозился сильно урчать. Иван снял с себя футболку и расстегнул пуговицу на штанах, готовясь ко всему. Иван снова лег и, не выключая свет, снова лег спать. Скорпиус, в одиночестве позавтракав, пошел на уроки. В тот день сделали четыре пары за счёт того, что в прошлый день отменили одну, и день обещал быть необычайно утомительным. "Может, ну их, эти травы?" - подумал Малфой, - "Лучше пойду у Слизнорта искусственную кровь выпрошу". В тот день, кроме травологии, волшебного подвида ботаники, должны быть ещё трансфигурации первым уроком и заклинания и зельеварение вторым и третьим. "Слизнорт, как и Шилов, вроде лояльно относится к прогулам," - подумал Скорпиус. На первом уроке он сел на среднюю парту у крайнего справа ряда, где они с Иваном обычно сидели. К себе он не подпустил никого и настоял на том, чтобы не садиться подальше или поближе. В просторный класс на пятом этаже заглянуло солнце около девяти утра, но оно было холодное, освещающее такую же холодную равнину, отделяющую замок от темного леса, все ещё промерзшую после зимы. Свет заглядывал в класс, и Розье забился от него в угол, ведя урок оттуда. Скорпиус заметил, что он был в тот день будто не в своей тарелке. Казалось, что ему либо стыдно, либо он стесняется. Урок прошел удивительно монотонно, и учитель работал как аудиокнига. Он тихо что-то рассказывал, временами говорил скороговоркой. На первой паре хотелось заснуть. На второй паре Скорпиус думал: "Что такого с тем, что было вчера? Иван, наверное, просто устал". Учитель вел лекцию, похожую на те, что были каждый день. Ученики, в том числе и Малфой, во время второй его части, после перерыва, взмахивали волшебной палочкой, репетируя очередное заклинание. Он отвлекся на это время и перестал думать о Ване. В час подали обед. Скорпиус мигом спустился в "Большой зал" и, быстро похлёбку того, что первым попалось под руку, собрался и набрал в отдельную тарелку для Ивана куриного супа. В него он, поусердствовав, наложил ложкой бульона раза в два больше, чем гущи. Эту смесь он посыпал солью и положил в нее гренок. После этого он налил в большую кружку чаю и, удостоверившись, что никто за ним не наблюдает, аккуратно, но быстро пошел вдоль стенки к гостиной "Слизерина". -Куда он это все таскает? - спросила у Слизнорта директриса, показав на Малфоя, аккуратно тащущего Ивану обед. -Там Иван заболел, - объяснил Гораций. -Конечно, похвально, что он о нем заботится, но почему тогда вы его в больничное крыло не переведете? -Поверьте, там ничего серьезного. Всего только температура, - уверил учитель зельеварения директора. Та ничего не ответила и, доверший обед, вернулась в свой кабинет, к рутинной работе. Скорпиус вернулся в спальню "Слизерина" и встретил там Ваню. Он ещё лежал. Чашка была опустошена, а один бутерброд остался нетронутым. Было видно, что он все ещё чувствует себя плохо. -Привет, - тихо произнес он. -Привет, - ответил ему Малфой, - я тебе еды принес. Сев на придвинутый к кровати стул, он сказал: -Да, видимо, ты ещё чувствуешь себя не очень. Дай посмотрю. Скорпиус, поставив неподалеку тарелку с супом, пощупал лоб на предмет температуры ещё раз. Ваня был ещё горячий. -Ты ещё и разделся, - заметил Малфой, дав ему термометр, - видимо, дела идут не очень. Ваня в ответ кивнул. Говорить ему было тяжело, и он старался лишний раз этого не делать. -Ладно, все совсем плохо? Может, задать вопрос Слизнорту? -Нет, не надо, - вдруг прорезался голос у Ивана, - мы как-нибудь сами. -Как знаешь, - ответил Малфой и, достав ещё лекарств, выложил их на тарелке рядом, сказав, - ну тогда выпей ещё раз вот это вот. Посмотрев под кроватью и вынув оттуда белую бутылку, он сказал: -Может, ты прав. Давай лучше ещё и искусственной кровью закрепим успех. -Только смотри, - ответил ему Ваня, - принимать его строго внутрь. Он тебе руки обожжет, если ты его прольешь. Он, пока Малфой наливал в чашку зелье, сняв с себя одеяло, сказал: -Я остыну чуть-чуть, ничего? -Да ничего, - ответил Скорпиус, - кстати, хотел спросить, как у тебя с аппетитом? -Плохо, все плохо, - пожаловался Ваня, - утром я ел через силу. -А что ты тогда ел? -Потому что надо. -Зачем же тогда себя мучить? Смотря как он, полуголый, поднялся и выпил, что было велено, Скорпиус сказал: -Ты бы в душ хоть сходил, не так жарко будет. -Потом, - ответил Ваня, - дай суп, пожалуйста. Я поем. -Как хочешь, - ответил ему его друг и потянулся к полу за миской и ложкой. Иван сел, облокотившись на стену и стал есть. Перед этим он сказал: -Скорпиус, просьба есть. Сгоняй, пожалуйста, намочи там полотенце, я вытрусь. А то, боюсь, до душа не дойду. Ваня стал есть. От каждой ложки его мутило, к середине тарелки ему не хотелось есть вообще. Быстро вернулся Малфой. Он сказал: -Вот, я принес полотенца. Ты больше не будешь? -Все. Больше в меня не лезет, - ответил ему Ваня, - поставь там куда-нибудь. Малфой забрал из его рук тарелку, сделав при этом не вполне довольный вид. Он тяжело вздохнул, будто лечение не помогало его другу или будто он его отвергает. Он будто хотел сказать: "Очень жаль", относя миску к столу, после этого сказав: -Ладно, давай ложись, давай я тебя вытру. Ваня, чувствовавший сильную слабость и ломоту, подчинился. Он, как только полотенце в руках Малфоя прошлось по его торсу, расслабленно выдохнул. На мгновение стало немного прохладно, и жар отошёл. Одну из тряпок Иван, потянувшись, положил себе на лоб. -Ну наконец-то лучше, - сказал он наконец Скорпиусу, который, засучив рукава, вытирал его. Со временем он стал тереть усиленно, будто массируя его. -Тихо ты, не задуши, - попросил Ваня. -Да ладно, - ответил тот, - потом, если хочешь, повторим процедуру. -Наверное, надо будет. Вечером ещё жарко будет. -А, точно! - спохватился Малфой, - градусник! Иван достал ему из-под градусник, который показывал температуру гораздо выше нормы. -Температура тридцать восемь и пять, - прокомментировал его состояние его друг, - это очень много. -Это я из подмышки мерил, там всегда больше, чем во рту, - объяснил Ваня. -Да все равно много. Будешь пить искусственную кровь, значит. Интересно, ей растираться можно? -Шилов говорит, что да, если ее смешать с чем-то. Вопрос с чем. За окном было светло. Ваня видел только кусок неба, бездонного и бескрайнего. На нем было ни облачка. На стекло не зацеплялся иней. По-видимому, там было тепло и сыро. Но, несмотря на это, идти на улицу Ване не хотелось. Через некоторое время Скорпиус предложил ему: -Может, пойдем погуляем после уроков? Тебе, может, надо свежим воздухом подышать, а ты тут лег пластом. Ваня неодобрительно посмотрел на него, будто идти никуда не хотел. -Боюсь, простыну ещё, - ответил он, - так что ничего тебе не обещаю. Малфой посмотрел на него с сочувствующим и несколько осуждающим взглядом, как на кого-то странного. После этого он сказал: -Ладно, я побегу на зелья, у меня две минуты осталось. Ты спи пока, если тебе не надоело. Приду потом - на травологию не пойду. -Ладно, спасибо тебе, - ответил ему Ваня. Как только справа от него закрылась дверь, он снова накрылся и заснул. Малфой пулей полетел наверх, к кабинету зельеварения,. Урок начался буквально за минуту до того, как он зашёл. Ване было жарко. Он сначала ворочаться в кровати и никак не мог угомонится. Так он пролежал без сна, которого так хотел, около получаса, и ему все было жёстко. Глаза сами собой открывались, и он лежал, уставившись в дальний угол комнаты. Все оставшиеся кровати их нее вынесли, и поэтому ему ничего не оставалось, кроме как смотреть на бешеные стены и как они пересекаются под прямым углом. Дышать было легко, но жар не отступил и, после обеда и обтираний вернулся к прежнему состоянию. Иван, лёжа без движения, поневоле заснул через час. Телефон у него отобрал Малфой, и Ваня так и не спросил у него, что происходит с Шиловым. Незаметно для себя, забравшись в постель по голову, он задремал в очередной раз за день. Ему приснился сон, странный и неожиданный. За узким окном в их маленькой комнате он лежал на кровати, загнанный к ее изголовью на гору подушек. Скорпиус в пижаме сидел неподалеку, почти нависая над ним, и держал прямо у него под носом ту самую тарелку с супом. -Иван, не капризничай, ешь, - упрашивал он. -Не хочу, - всякий раз ему отвечал Ваня. -Ну надо же есть! - настаивал Малфой на своем, - давай, открывай рот. -Да говорю же тебе, не хочу. -Да хватит тебе выпендриваться, - не выдержал его друг и ловким движением отобрал у него ложку. Ей он зачерпнул гущу из миски и, заставив открыть рот, засунул ее в него. -Вот так, - прокомментировал он, - молодец. -Ты что сделал, - поморщившись, произнес в ответ Ваня. -Да что? Кормлю я тебя. Не бью же! Ну а что, если ты сам не хочешь есть. Ваня видел это зрелище от первого лица. Скорпиус, напряжённо улыбаясь, навис над ним, на этот раз уже почти вплотную. "Поймал ты меня," - подумал вдруг Иван, понимая, что обезоружен и что ему ничего не остаётся, кроме как подчиниться. От этой мысли он рассмеялся другу в лицо. -Что смеёшься? - с неизменным видом ответил тот, - подавишься ещё. -Да просто, - ответил Ваня через хохот, граничащий с истерикой. Малфой, по-видимому, не мог с этим совладать. Он только головой покачал в знак неодобрения и в качестве призыва успокоиться. Так он смотрел в упор на него несколько минут, после чего, проанализировав внезапно пришедшую идею, сказал, показав пальцем левой руки вверх: -Смотри, муха летит. Такая большая, знаешь, зелёная. Жирная такая. -Где? - прекратив безудержно смеяться, произнес Ваня. Скорпиус, воспользовавшись тем, что его отвлек, засунул очередную ложку ему в рот. Иван окинул его таким взглядом, будто требовал объяснений. -Не, а что, если ты ничего не ешь? - усмехнувшись, прокомментировал свои действия Малфой. -Ну что я как маленький? - ответил ему Иван. -Да, как маленький. А погоди, хотя почему бы и нет? Малфой стал усерднее шевелить ложкой, говоря: -Давай, эту за Эдмунда, эту за Гренни, эту за тетю Асторию, эту за Слизнорта, эту за меня… Ваня морщился, но все равно глотал суп. Тот стал уже холодный и не такой приятный на вкус из-за этого. Но Малфой не оставлял ему другого выхода, кроме как молча есть. Такая процедура продолжилась до тех пор, пока он его не заставил опустошить тарелку до конца.