Клятвы и прочие обещания | Vows and Other Promises

Музыка к главе: Afternoon Waltz - Taku Matsushiba

      Это было похоже на игру в шахматы.       Рон вышел с Джинни и Гарри из квиддичного тента и застал Гермиону за жарким спором (в третий раз на этой неделе) с ее новой любимой темой для обсуждения во время завтраков (хотя она категорически отрицала это):       Драко Малфой и ко.       — О, а вот и самое главное событие дня! — Джинни хихикнула Рону на ухо, одарив его нетерпеливой ухмылкой и хлопнув по плечу, прежде чем вприпрыжку присоединилась к драке.       Белая Королева на D3.       Гарри закинул метлу за спину, потирая шрам, как будто сам Волдеморт был рядом. Они устало посмотрели друг на друга.       Гермиона стояла к ним спиной, ее волосы были наэлектризованы и взъерошены, по бокам от нее расположились Луна и Джинни. Драко в своей дорогой кожаной форме для квиддича нависал прямо над ней, а Пьюси, Гойл и Забини заняли оборонительную позицию вокруг него. Забини был единственным, кто носил свою собственную, сшитую на заказ квиддичную форму, а не спонсируемую Малфоем.        Когда Рон и Гарри осторожно приблизились, то заметили, как Паркинсон торопливо бежала по склону холма с трибун, крепко сжимая в руке галстук Нотта, которого тащила волоком за собой.       Фигуры были расставлены. Миттельшпиль.       — БОГИ, ты невыносимая сволочь! — выругалась Гермиона.       — Учусь у лучших, девчонка, — Драко огрызнулся в ответ.       — Правда? Полагаю, я не так уж многому могу научить того, у кого вместо мозгов задница.       — По крайней мере, в мою не втиснута палка.       — О чем мы спорим? — взволнованно вмешалась Джинни, завязывая свои огненные волосы в хвост, словно собиралась снова сесть на метлу. — А, впрочем, неважно, сегодня ты играл дерьмовее некуда, Малфой, на секунду я даже подумала, что ты Гойл, — она оглянулась на фигуру за его спиной, — О, привет, Грег.       — Я в хорошей форме, Уизли. Драко был бы рад быть мной, — Гойл неуклюже отступил назад.       Драко бросил на Гойла обескураженный взгляд, оскорбленно оскалившись.        — Я имею в виду, ты сегодня отлично летал, приятель, — пробормотал Грег, нерешительно подняв большие пальцы вверх и пятясь назад.       Королева бьет черную ладью.       — Полагаю, мне следует воспользоваться твоими советами, Уизлетта. В конце концов, Поттер был так же полезен на поле, как марципановый дилдо.       — Эй! Не втягивай меня в это, приятель, — парировал Гарри, втягивая себя в это сам.       — Да даже я могу поймать снитч быстрее тебя, Поттер, — ухмыльнулся Пьюси, нос которого был измазан чем-то — что он надеялся — было просто грязью.       — О, иди вытри это дерьмо с лица, Пьюси. Ты не смог бы поймать бладжер, даже если бы он гнался за тобой.       Белая ладья атакует черную пешку.       Забини фыркнул.        — Ситуация выходит из-под контроля. Я бы на твоем месте отступил, Поттер, пока не началась настоящая драка и тебе не пришлось прятаться за спину своей девушки. — Он кивнул в сторону рыжей. — Снова.       —  Я не его девушка, — зарычала Джинни.       — О, я бы не стала принимать это на свой счет, Гарри, — блаженный голос Луны раздался веселой трелью. — Блейз говорит так только потому, что так поступают мужчины Забини.       Белый слон пируэтом перемещается на С3.       — И что это должно значить, Лавгуд?       — Ты видел леди Забини?       — Боже, я ее видел! — завопил Тео, — И хотел бы видеть как можно чаще! — Он приподнял бровь, глядя на Блейза.       — Отвали, Нотт.        — Как и я, — добавила Луна.       Слон выводит слона из игры.       Пэнси шагнула вперед, проводя волшебной палочкой по своим черным, как смоль, волосам.        — Что ж, Поттер, мой совет: если собираешься прятаться за чьей-то спиной, то тебе стоит выбрать спину женщины, а не какой-то девчонки, — зеленые глаза по-бладжеровски тонко оглядывают Джинни взглядом сверху — и еще менее иносказательно высокомерно — вниз.       Черная королева на Е1.       — О, есть кто-нибудь на примете, дорогая? — Джинни шагнула вперед.       — Да. Я.       — Ну, Пэнси, я всегда знала, что у тебя слабость к мальчикам, которым все еще нужны подгузники, — тихое «ауч» Гарри затерялось в ветре, сдувшем белую ладью с доски. — И еще одна кинула тебя? — Джинни кивнула в сторону Драко.       Пэнси фыркнула.        — Этот слишком ручной для меня, — Паркинсон смахнула выбившуюся прядь с идеально уложенной гелем прически Малфоя. Он отбросил ее руку, приглаживая волосы назад. — Я ищу что-то более непокорное.       — О, я тебе сейчас покажу непокорное.       Гарри повернулся и умоляюще глянул на друга. Рон усмехнулся.        — Не, приятель, в эту партию я ни ногой.       — Как всегда, бесполезен, Вислый? — протянул Драко.       — Ход конем на Е5.       — Что?       — Ничего. Просто закрой свой скользкий рот, Малфой.       —  О-о-о, какой у тебя острый язычок, — вмешался Нотт, делая шаг вперед. — Ты целуешь свою маму этим ротиком, Уизли?       Черный конь на С6.       — Только твою.        — Ха! И как она тебе, достаточно умелая?       — Чт…я…       — Потому что, уверяю тебя, это у нас семейное, — подмигнул Нотт.        Рон захлопнул рот.       Черный конь съедает белого.       — Хватит! — Наконец крикнула Гермиона. — Боги, о чем мы вообще говорили...       — Уже забыла? — Драко наклонил голову, тесно прислонившись к Грейнджер и засунув руки в карманы. — А я-то думал, что это у меня задница вместо мозгов.       Черный король на G3.       Гермиона задрала голову в ответ, еще больше сокращая расстояние между ними.       — Немного трудно думать, когда твой грязный нос утыкается мне в лицо.       Белый король на Е2.       — Это, дорогая, чтобы лучше вдыхать твой запах.       — Ты же в курсе, что в конце истории волк умирает?       — Да, но мы не в маггловской сказке, Грейнджер.       — О? Тогда где же мы, скажи на милость?       Его рука выскользнула из кармана — он легко коснулся ее подбородка.       — В чем-то гораздо, гораздо более темном.       — Убери от меня свои грязные лапы. — голос Грейнджер едва громче шепота.       — Есть вещи намного грязнее.       — Это какие?        Наступила напряженная пауза. Ее челюсти сжались. В карих глазах читался вызов.        — Назови их, Малфой.       Рука Рона, сжимавшая палочку, дрогнула. В животе что-то нервно сжалось — тело реагировало так же, как в последний раз, когда гораздо более скользкий и юный Малфой осквернил ее этим словом.       Тишина наполнила воздух. Даже ветер, казалось, внезапно стих.       — Нет, — прошептал он.        Драко снова провел большим пальцем по подбородку Гермионы, стирая грязную кляксу.       — Только задница вместо мозгов мог бы сказать такие отвратительные вещи.       Он откинулся назад, глядя на нее сверху вниз. Поднес большой палец ко рту, слизывая с подушечки грязь.               — А я уже не тот человек, что был раньше.       Губы Гермионы приоткрылись, но с них не слетело ни звука.       Шах и мат.