Собиратель Земель Русских

Генрих Птицелов. Что мне известно про данного персонажа? Да, собственно, ничего такого. Пока Бранимир не назвал мне его имя, оно оставалось мне неизвестным. Потому и мнение о нем я формировал со слов местных что были с ним знакомы. Король Германского королевства и одновременно с этим правитель Саксонского герцогства. Весьма известная при этом личность… среди местных. Известная правда далеко не доблестью или благородство, но того и так в Европе этих времен днем с огнем не сыщешь. Знали его по постоянным нападениями на правый берег Лабы, да по первому браку. Поганенькая история. Тогда ещё третий сын герцога взял в жены дочь графа Мерзебурга Хатебургу. Или правильней Хатебурга? Ну и имечко. Кхм. Так вот, та к этому моменту уже успела овдоветь, после чего по старой доброй традиции католиков её упекли в тюрьму, пардон, монастырь. Но нашего «бравого» третьего сына сей момент не остановил. Да и что такое неодобрение церкви, когда на кону двадцати шестилетняя милфа с огромным наследством, а у тебя из перспективы конь да меч после смерти отца. А дальше, уж простите за грубость ибо надоело, налет культурности с меня уже порядком соскребся, жил наш Генрих на денежки из приданного, потрахивал женушку, но не слишком активно раз уж за три года брака у него появился только один отпрыск, да готовился стать графов родного удела жены, после скоропостижной смерти тестя от отравления железом в брюхе. Но неожиданно ситуация меняется, и старшие братья нашего птицелова играют в ящик оставляя его единственным наследником аж цельного герцогства, Саксонии. Племенное герцогство, к слову, это к теме феодализма местных, те от нас не далеко ушли, отличаясь разве что обширными территориями у церкви. После таких резких перемен в жизни наш бравый «почти-герцог» разводится с женой, внося свой несоизмеримый вклад в фундамент будущего европейского «это-другое-понимать-надо» пользуясь тем же предлогом, из-за которого церковь изначально была против брака. Отправив опозоренную на всю Германию девушку в монастырь повторно, но одним махом сделал своего двухгодовалого сына ублюдком-бастардом, так ещё ему и мало оказалось этого, он благородно и цивилизованно ограбил опозоренную жену, отказавшись возвращать приданное. Причем приданным было всё графство. Нет, ну какой молодец, и милфу попользовал, и её наследство отобрал, ну не возвращать же? Чё, рациональный германский подход. Какой чудак на букву «м». Дальше ещё интересней. Тем же годом, не прошло и месяца после развода, как, к счастью, не наш Генрих женился на четырнадцатилетней Матильде Вестфальской, дочери крайне богатого и могущественного графа Дитриха Рингельхаймского. На возраст плевать, времена сейчас такие, но тот факт, что Генрих вновь взял девушку из монастыря намекал на определенные фетиши у него. Ха, похоже кого-то прет от того, чтобы делать «невесть бога» своими. Да и родители нынешней королевы хороши, сослали ребенка в тюрьму, может ситуация с её там пребыванием с «юных лет» иная, но внешне всё кажется именно таким. Да и что это за с «юных лет»? Не могли нормальный возраст указать? Или цифры все ещё языческая ересь? Кхм. Что-то меня начинает заносить. Про то что творил сей «достойный муж» во время своего первого самостоятельного похода в земли западных славян Бранимир рассказал в красках. Мне настолько понравилось, что судьба Генриха решилась в тот же день. Впрочем, без пощёчины всем восточным франкам обойтись мне не захотелось, пусть только выкуп заплатят, а там уже мы выйдем немного погулять, с ответным визитом. Кстати, о выкупах. Задумка моя в целом сработала, после предоставления мне списка знатных пленников, тех собрали в одном месте. После чего их проведал я, представился христианским владыкой, что было даже в целом так. О моём двойственном статусе и том, что мне как-то плевать на то, во что верят мои подданные лишь бы не доставляли проблем, здесь явно не слышали. Так вот, представившись, я благородно предложил им самим выставить за себя выкуп, а так как пленниками были лица благородного происхождения, а не пехтура какая, то предложение делалось каждому пленнику отдельно, начиная с самого беднейшего. При всех прочих знатных людях королевства. Предварительно расписав его благородство, знатность, честь и родовую гордость. Результат превзошел все ожидания. В погоне за понтами и собственной крутостью, господа аристократы называли такие выкупы, что у моих людей пучились глаза, а мне стало казаться, что родне будет проще заплатить мне за убийство пленников, дешевле выйдет. Самое смешное, что клялись они не мне, не перед богом, а всем собравшимся пленникам, своему социуму, в котором не упустят возможности укусить соперника. А сейчас взаимных поводов было получено столько, что если хоть десятая часть из них откажется платить, прочие тех попытаются зачмырить. Идеальная почва для межродовых склок. Распушили хвосты, павлины доморощенные. А ведь происходи обсуждение выкупа один на один, так торговались бы за каждую копейку. Спасибо бабушка, что заставила меня прочитать тем летом «Проклятых королей». Из всего цикла запомнил лишь момент из последней книги, отрывок о событиях после битвы при Пуатье. Единственное что запомнил, а ты посмотри, пригодилось! От последствий той битвы залихорадило не только молодое Германское королевство, которому не исполнилось и десяти лет, но земли полабских славян. Хотя сам Генрих настаивал, что является королем восточных франков, но что мне до слов пленного варвара. Точек «сейсмической активности», если так можно назвать горящие седалища местных, можно было выделить три. Первая, несомненно, рода всадников и просто знатных особ, состоявших в разбитой армии, а потом попавших в плен. С ними всё было понятно, назначенные самими же благородными выкупы все как один были огромными, буквально на пределе возможного для их семей, а раз наплевать было нельзя, ибо свои же не поймут, то выражение про ежиков, что плакали, но продолжали есть кактус для меня обзавелось конкретным примером. Вторым по порядку, но не по значению и силе «толчков» оказалась Саксония в целом и королевский двор в частности. Когда до них дошло что обожаемый монарх в плену, ммм, как там полыхнуло! Зарево аж из Арконы видно было! Шучу. Немного, если верить слухам оттуда. Детишки короля во главе с шестнадцатилетним наследничком истерили, кричали, требовали то отпустить Генриха просто так, ибо невместно грязным язычникам даже дышать одним воздухом с ним, то требовали собрать феодальное ополчение и пойти на меня, дабы покарать, то начинать собирать выкуп, то призывать кары небесные мне на голову, то вовсе предложить своих сестер, хоть по отдельности, хоть скопом в обмен на возвращение папаши. Однажды и вовсе дошел слух, что дескать тот готов был отдать сверху ещё и свою же матушку, а если понадобится достать из монастыря мать своего единокровного старшего братца, коего его же папаша сделал бастардом. В общем, ужасно смешно. Слухам, конечно, веры нет, но откуда-то же они берутся. Причем такие заковыристые, значит есть основания. Третьей же точкой стала Аркона. –Государь, - приблизился ко мне один из жрецов Святовита, Яромир, культ которого в Арконе доминировал, тоже самое можно было сказать и про всех полабских славян. Святовит верховный бог западных славян, ровно как Перун у восточных. – собрались князья и старейшины всех племен наших, только тебя и ждут. –Ну что Яромир, - поднявшись с небольшого стульчика, ещё раз оглянувшись на статую Святовита, в чьем святилище мы сейчас находились. – не того вы ожидали, зовя меня на верховное княжение, совсем не того. –Я… я не понимаю, о чем вы государь. – несколько замялся верховный жрец и духовных лидер племени руян. – Мы звали тебя княжить. –Брось, - отмахнулся от его слов направляясь вон из святилища. – мне прекрасно ведомо, что вы хотели, как планировали то осуществить. А знаешь почему я согласился? Не впервой наш разговор так или иначе затрагивал эту тему, он был лишь продолжением уже трехнедельных переговоров с местной верхушкой. –Мне любопытно знать правду верховный князь. – догнав и поравнявшись со мной кивнул крепкий старичок. – Не утолишь прихоть старика? –Мир изменился, сейчас племенам уже и не выжить в одиночку, нам остается либо собраться воедино, либо исчезнуть в ветрах веков. – немного сгустил я краски, так-то они ещё века два продержаться, после чего исчезнут среди немцев, прочие же славяне вполне себе будут здравствовать, составляя минимум треть всего населения Европы, но им от этого не лучше. –И ты хочешь собрать под своей рукой всех славян? – внимательно наблюдая за моей реакцией произнес старик. –Собрать все славянские племена лишь первый шаг, нужно из них ещё сделать одну страну. С одним языком, одной культурой, единую, чтобы житель Арконы мог проехать дни, недели на восток и быть своим. Пройти недели на юг и все равно быть среди своих. Чтобы он мог отправится до ледяного моря, все равно оставаясь среди своих. Что бы даже добравшись до восточного берега континента, на полуостров вулканов и горячих источников, он там увидел таких же людей, говорящих на том же языке что и он. И чтобы такова жизнь была тысячелетия. Такова моя цель. Ответа не последовало. Весь оставшийся путь до площади вече, где предстояло мне воплотить в жизнь свою задумку. Я вроде называл Аркону одним из центров «толчков»? Сие чистая правда. После разгрома германцев слухи о моей победе спонсированные мной через Бранимира словно лесной пожар распространились по всем племенам и к моменту моего прибытия в Аркону, местный неформальный религиозный центр, вся верхушка уже что говорится была на низком старте. Кинув клич, призвав старших от всех племен явится на совет в Аркону, я лишь подбросил дровишек в огонь слухов и сплетен. Отдельно стоило отметить, что к тому моменту стали прибывать первые выкупы за пленных. Тогда домой честь по чести отпустили троих пленников, ещё и проводив до наших границ дабы чего не случилось. А то не приведи боги их ласка загрызет, и нам это в вину поставят! –Приветствую вас, избранные земель полабских. – поприветствовал собравшихся, тех же было не мало. Пусть и присутствовали лишь племенные князья, главные жрецы, племенные старейшины, главы крупных родов и городов. Однако и тех набралось под сотню, плюс жители самой Арконы. – Сегодня все вы собрались здесь по моему зову. Мне есть что вам сказать. Собравшиеся ответили вопросительным гулом, чья тональность быстро сменилась удивлением, когда мои воины притащили Генриха, которого и поставили на колени передо мной. Кто это они прекрасно знали, а кто не ведал, тому быстро поясняли соседи. –Всем известный Генрих Птицелов. – дождавшись пока все успокоятся продолжил. – Все из вас так или иначе пострадали от его деяний. Все натерпелись горя, убытков, потерь. У кого-то погиб отец, брат, сын, дядя, кому-то обесчестили дочь. – сверлящий ненавидящим того взглядом князь далеминцев Молчан лишь сильнее сжал руки в кулаки. – Много горя принес он на эту землю, всего и не перечесть. Придя в очередной раз, он не знал, что эти земли отныне под защитой моей и моего рода. Не знал он, что отныне они часть Северной Империи, страны славян и всех, кто готов жить с нами в мире. Придя грабить и убивать, развлечения ради, его постигла заслуженная кара. Его войско разбито, семьи его вассалов закладывают последние сокровища ради выкупа воинов, что попали в плен из-за его гордыни. Ну, что делать с ним? – задав вопрос оглядываю притихших и внимательно слушающих меня людей. – Что сделать с тем, кто принес вам столько горя? –СМЕРТЬ!!! – вскочил князь Молчан. –СМЕРТЬ!!! – вторили князья гавелян, ободритов, лютичей, ратарей. –СМЕРТЬ!!! – кричали лужичане. –СМЕРТЬ!!! – присоединились к ним все присутствующие. –На том вече стоит и я тому свидетель. – проговорил я, смотря в глаза бьющегося в руках дружинников Генриха. – Более к вам не будут бегать князья. – несмотря на окружающий нас шум, пленник услышал мои слова, поняв их смысл.