Глава 31.
27 февраля 2026 г., 23:48
По возвращению в Малахитовый дом старая госпожа явно ждала её. Как и кучер со стариком и Юмой.
— Маомао, — позвал старик опираясь на деревянную трость, а Юма придерживала его за руку. Старуха же сверлила её взглядом.
Пожалуй пора, она так давно откладывала этот момент. Маомао дойдя до них, сняла сумку с пожитками со спины. Вытащила мешочек с зарплатой и протянула старой госпоже.
— Это залог на моё возвращение и выкуп.
Юма ахнула. А Ламень улыбнулся по своему, словно ждал этого давно. Кучер старательно делал вид, что ему интересна запутанная грива лошади и он не подслушивает.
— Ах, ты ж паршивка! — С этими словами старая госпожа дала ей подзатыльник.
— Обещаю приводить вам клиентов! И выплачу за обучение и ночь того офицера! — тут же добавила Маомао (на самом деле она позабыла имя того офицера). Эта карга успокоится когда-нибудь?
— Учти я жду приличную сумму, — старая госпожа выдохнула табачный дым и подтолкнула её к ничем не примечательной карете.
Маомао не ожидала, что старуха отпустит её так просто. Возможно слухи, что ходили по борделю были правдой, и эта карга, и вправду её бабушка. Но стоит ли верить слухам, что были построены лишь на догадках? Снова водрузив сумку с пожитками на спину, она ждала когда Юма поможет старику сесть в карету. Кучер хотел помочь ей с сумкой и она покачала головой в знак отказа. Тот уселся за вожжи. Она сначала погрузила сумку и потом сама уселась. Выглянув в маленькое окно, Маомао искала взглядом каргу, но так и не нашла.
«Что ж… вероятно она не шибко довольна потерей. Но чего? Товара или фармацевта?»
— Маомао, в прошлый раз ты сказала, что тебе ещё год нужно отработать, почему же ты так рано вернулась? — Спросил её старик.
Юма выжидающе посмотрела на свою госпожу. Господин Лахан толком ничего не объяснил, но ходил в прескверном настроении. А три дня назад вернулся в приподнятом, приказав прибрать комнату «милой сестры» и её любимые блюда, так же распорядился о карете и лекарствах.
— Всех девушек, что были связаны с определённой семьёй уволили. Когда меня продали во дворце меня записали, как дочь той семьи, — сухо ответила Маомао. Старик на такое объяснение лишь кивнул. Оставшуюся дорогу они ехали молча.
Маомао же морально готовилась к тому, что скажет отцу и брату.
***
По прибытию её встретили Мулан и Джи. Юма, даже не спрашивая, взяла её пожитки и вышла. Маомао же помогала Ламеню спуститься придерживая за руки, а трость зажала подмышкой. — Госпожа, — тут же поклонились ей. Ей так хотелось ответить, что кланяться нет нужды, но в этом не было смысла. Они бы не преступили этикет даже, если бы она умоляла об этом. Слишком воспитаны и стары, чтобы допускать подобное. И даже факт того, что она выросла под их зорким взглядом не помогал. Когда-то чёрная черепица крыш выгорела под солнцем и приобрела сероватый оттенок, а следы недавнего дождя делали её чуть темнее, чем она запомнила в свой последний отъезд отсюда. Это место являлось её домом на вполне законных основаниях. А нынешний Глава клана и вовсе выполнял все её капризы. Даже те, что она не озвучивала. Маомао же желала оказаться от этого места, как можно дальше и не давала выкупить себя из Малахитового дома. Её уход из него казался ей чем-то невозможным, но если не сейчас то когда? Та женщина всё равно мертва. И ей бы хотелось выкупить Мэймэй — в её возрасте многие проститутки выходят на пенсию. Маомао же хотелось обеспечить той безбедную жизнь без продажи себя. «Это давно стоило сделать». Но почему же она чувствовала себя так, словно загоняет сама себя в ловушку?***
Лахан поджидал её в столовой, подобно змее, что притаилась в траве, ожидая подходящего момента для укуса. О чём свидетельствовали отсутствие их отца и её любимые блюда на столе. — Милая сестра, рад тебя видеть в добром здравии! — рассыпался в любезностях приёмный сын Стратега. Только сахара на зубах не хватает. — А говоришь так, будто ждал моей смерти, — припечатала Маомао. На подначку Лахан никак не отреагировал. Тем более в его же интересах умаслить сестру чтобы та помогла ему. — Дедушка не спустится? — слова дались ей с трудом, потому что Ламеня она так называла не более десяти раз. Этим она закрепила свой образ в глазах Лахана. — Он предпочёл поесть у себя. Годы берут своё, — ответил Лахан. Маомао скрупулёзно осматривала накрытый стол. Всё что ей нравится на столе, кроме разве что ядов. — Покиньте помещение, — обратилась Маомао к слугам суетящимся возле камина, а потом посмотрела на тех что стояли по бокам от неё и Лахана, кивнула и те тоже поспешили на выход. Как только дверь закрылась за последним человеком, она спросила: — Чего ты хочешь? — Сестра, с чего такая подозрительность? — Поинтересовался Лахан с таким подобострастием в голосе, что любому бы стало стыдно озвучивать свои претензии. — Хватит топтаться на одном и том же месте. Ты бы не позвал меня просто так. А уж тем более в день увольнения, — увы, Маомао слишком хорошо его знала. Всё таки выросли вместе. — Я надеялся, что ты хотя бы расскажешь каково тебе было при дворе, — он поражённо вздохнул, осознавая, что разговор будет непростым. Возможно даже фатальным для их хрупких семейных отношений. Но сделать что-то он был обязан. С учётом их шаткого положения — все средства хороши. Маомао поймёт. Она никогда не грезила историями великой любви, очевидно считая их скучными и отвратительными (в первом он был уверен, а насчёт второго нет). — Приемлемо. Наследник клана слабо улыбнулся такому ответу. Если бы взглядом можно было убивать, то он бы уже лежал мёртвый. Но вывалить ей всё за раз он не мог. — Как тебе Супруга Гёкуё? — Маомао ожидала этого вопроса. Он был самым очевидным, если тот собирался использовать её для политических игр. А в этом она была уверена. Доказательств конечно не было. Сам Лахан тоже ничего не говорил, но Маомао всё-таки была дочерью своего отца. Тревога на периферии сознания отчётливо давала о себе знать, а сердце билось где-то в горле от осознания. — Умна, хитра, уравновешена, мудра, держится особняком от всех и продвигает запад — не так очевидно, но заметно. — Супруга А-Дуо? — очевидно он ждал и её характеристики. — Мудрая и спокойная женщина, пусть и бесплодная, но не потерявшая расположение Императора за столько лет, а её слуги готовы умереть за неё. Вскоре её место займёт дочь какого-то чиновника, а саму Адо отправят не в монастырь как предписывают традиции, а в южный особняк где её будет содержать Император до конца дней, — Маомао удержала маску безразличия: и на лице, и в голосе. Столько лет жизни в борделе оставили на ней невидимые следы, о которых она предпочитала не вспоминать, но использовала всё что знала дабы выжить в аду, что её окружает. Она могла бы позволить Лакану выкупить себя ещё после первого приступа. Больная наложница никому не нужна. Но это означало, что она станет зависима от него в той же степени, что и от борделя или будущего хозяина которому её бы продали. Её могли отдать в гарем. А выход оттуда один — смерть. Она проследила взглядом за тем, как Лахан поднялся со своего места, и присел пред ней на корточки. Взяв её за руки и крепко сжав, тем самым прося смотреть ему в глаза. Так же, как и после самого первого приступа болезни, когда она заново училась ходить. В их роду все платили за гениальность — здоровьем. Либо же имели не самую завидную судьбу. Взять, к примеру, Ламеня: лишился коленной чашечки и был изгнан из Внутреннего двора. И то, чем больна она не более чем наследственный недуг. Постепенное онемение конечностей, пока оно не достигнет сердца, и больной не умрёт. Из-за этого недуга умирали даже обычные соклановцы. Сейчас их всего трое, не считая тех, кого сослал в деревню их отец во время узурпации власти в клане. И она официально не представлена никому. Только вписана в семейный регистр с подачи Лахана. Как давно этот змей задумал продать её во дворец? — Та, кто займёт место А-Дуо — это Лоулань, дочь Шишоу, — начал Лахан, очевидно всё ещё думая, как правильно преподнести всё Маомао, чтобы та без лишних телодвижений согласилась на его авантюру и не побежала к отцу или деду, — за последние несколько лет цены на железо выросли так, что я всерьёз подумал, будто кто-то строит себе железную статую. Только не через год и не через два — никакой статуи не появилось, а встал вопрос о смещении А-Дуо с подачи Шишоу. — И? — очевидно кто-то в срочном порядке скупает всё железо. И судя по его рассказу очевидно, что это клан Ши, а если точнее Шишоу. Но какое отношение это имеет к ним? — Про остальных Супруг тоже забывать не стоит: Гёкуё — любимица Императора, Лихуа с ним в непосредственном родстве, а семья Лишу отдала ту в гарем ещё дитей, всё очевиднее некуда, — Лахан продолжил свой рассказ, а у Маомао что-то умерло внутри, — так же семья Вдовствующей Императрицы бдит, пытаясь пропихнуть ещё больше своих женщин во дворец. Чего только стоит её брат. — Я поняла к чему ты ведёшь, — бесцеремонно прервала его Маомао, — и не желаю в этом участвовать. Лахан вздохнул. Что ж, с его сестрой просто не было ни когда. — Нас зажимают со всех сторон, сестра. То, что мы держим нейтралитет при дворе, временно. Шишоу готовит восстание, а клан Гёку готовит то ли заговор, то ли тоже восстание с Шаохом, — он умоляюще посмотрел ей в глаза. — Да тебе откуда знать?! — прошипела Маомао в лицо брату и подскочила. Их могли казнить за подобные разговоры! Мало ли кто за дверью стоит, что этот идиот творит?! Как смеет, так её предавать?! Лахан тут же дёрнул ту на себя, и прошипел ей в тон: — Мы с тобой годами создавали шпионскую сеть по империи! До запада оставалось немного! Или ты думаешь, что к этому трусливому Тануки я бы не решился кого-нибудь подослать?! Знаешь как его шлюха-жена развлекается? Мы былансируем меж молотом и наковальней в придворных интригах благодаря талантам отца! А он не молодеет! — тут он сбавил тон, — а ты единственная женщина в клане, что не замужем. Время идёт сестра, когда-нибудь я займу место отца… — Маомао, повалила его на пол и уселась сверху, зажав ему рот. Три стука в дверь. — Господа, всё в порядке? — этот вопрос был стандартом разрешающим войти в комнату. «Всё в порядке» означало — скрыться как можно дальше от них, либо же стоять за дверью, не реагируя на звуки. Вход без разрешения карался смертью за увиденное. Где-то два века назад Глава клана истязал наложниц из завоёванных земель. А этот шифр придумал для того чтобы его сестра-жена не прознала о его пристрастиях. — Всё в порядке, — достаточно громко сказала Маомао. Одной рукой закрывая рот брату, а другую держа на горле. Двери так и остались закрытыми. — Послушай меня внимательно, гадёныш, — шипела она не хуже змеи, очевидно собираясь задушить его в случае необходимости или лишнего телодвижения, — я в императорский бордель в жизни не войду! Лахан укусил её за руку. Всё ещё пытаясь убрать руки сестры с горла. — Заорёшь, ты труп. — Предупредила она Лахана, убрав руки с горла. — Сука. Что б тебя, — пытался отдышаться он, — ты понимаешь, что будет если отец умрёт, а мы окажемся без поддержки при дворе? Стать мечом в руках — нынешнего Императора, глупость. А вот будущий, — откашлявшись он продолжил, гипнотизируя её тёмными омутами своих глаз, — Евнух Джинши уж очень похож на младшего брата Императора. Спроси нашего деда о дне его рождения и настоящей причине его изгнания. В Гёкуё — нет даже капли крови своего клана, её папаша бесплоден, — его глаза дико блеснули, — ты сама оставила то письмо с подробностями не просто так. Знала ведь, что я наведу справки. У меня нет наследников, ты не замужем. Клан на грани вымирания. А Лунному Принцу понадобится поддержка аристократии, а его мягко говоря — ни во что не ставят. Помоги мне, сестра, — с каждым его словом Маомао чувствовала, как рушится её жизнь. Это конец. — Я выбью тебе привилегии, — тут же добавил он. Появилось тоже ощущение, когда ей давали горькие лекарства, а потом сладкое чтобы избавить от горького привкуса. — Будешь покидать дворец с верными людьми, лучшие книги, тракты о болезнях и лекарствах. Сад. Комнаты под твои.. изобретения. Получишь, что попросишь. — Цена? — уточнила Маомао. — Я не смогу дать всё сразу, — предупредил он. — По шагу за раз, — повторила она его слова из прошлого. — Сын от Лунного Принца. С остальным я разберусь. Маомао смотрела на него сверху так, словно собиралась убить, но просто встала с него. — Мне нужно время подумать. — Как скажешь, сестра. Когда Маомао вышла, за дверью никого не было.***
Через три дня Маомао навестила брата. Тот выжидающе смотрел на неё. А она без стеснения отослала слуг и села напротив него. Будто являлась хозяйкой его кабинета. — Я не смогу родить сразу. Мне нужно время чтобы вывести яд из тела. — Я понимаю. — Он действительно понимал, потому что знал о её экспериментах на себе, в попытках создания элексира вечной жизни для их деда. Маомао согласила чтобы не закончить, как её мать: рожая в борделе, где ей даже не могли оказать помощи в родах, а после умереть от осложнений при недостатке медицинской помощи. В конце концов её болезнь можно было остановить на раней стадии. — Я очень надеюсь, что ты понимаешь: Гёкуё, Лихуа, Лишу — да и любые другие наложницы, тебе не подруги, — с каким-то сомнением посмотрел на неё Лахан. Всё-таки дед был пацифистом, а императорский двор съедал таких даже не давясь. — Понимаю. — Маомао насмешливо посмотрела на брата, гадая, откуда в том резко проснулась совесть. Они получили одно образование. Всё время, что она проводила в поместье, она проводила с ним и знала его как облупленного. То что они собираются сделать фактически государственная измена, но разве Ши и Гёку не сделали тоже самое? Гёкуё — банально выдали имя, а подложить в постель Императора простолюдинку не запрещается, но это повод для сплетен, а дети во Внутреннем дворе дохнут, как мухи. Единственное что отличает брата и сестру — это пол. Оба они самые талантливые в своей сфере, несмотря на молодость; оба знают своё место, оба одинаково амбициозны в отношении своей семьи. Ещё в детстве они клялись друг другу на мизинцах, обещая помогать несмотря ни на что. Самое время сдержать клятвы. — Как только я рожу сына, ты должен жениться, — поставила она условие. Лахан ошарашено посмотрел на неё. А после сказал: — Ладно. Он протянул ей запечатанное письмо из Малахитового Дворца. — Я догадываюсь, что там. На это заявление она выгнула бровь. Ага, как же. Карга, наверняка требует деньги. «Дорогая Маомао, Хозяйка ходит довольная со вчерашнего вечера, нам поступил заказ от чиновника, что оплатил выезд трёх «Принцесс» при посредничестве Рихаку. Карга довольна. Ждём тебя чтобы попрощаться, как следует. С любовью, ожидающая твоего приезда Джока». «Краткость сестра таланта,» — как-то сказала ей Джока, во время обучения. Очевидно следуя этому совету по сей день. Этот подчерк она узнала бы даже в ночи. Джока учила её какое-то время отдельно от остальных. Так что ей были известны все тонкости её писем. К примеру она брызгала на них духами. Иногда не только ими. — Заказ от чиновника на выезд трёх принцесс? — уточнила Маомао. — Да. Заказчик Джинши при посредничестве Рихаку. — Вот и вспомнила имя того военного офицера, что познакомила с Пайрин. — Шпионская сеть разрослась достаточно чтобы отслеживать брата Императора? — насмешливо поинтересовалась Маомао у брата. Это действительно волновало её. Доход от лавочек и постоялого двора, пусть и приятно удивил её, но люди работающие там не всегда вызывали в ней доверие, подобно тем, что работают у них в поместье. — Сам брат не в курсе. Его ручной евнух из Ма очевидно решил подбодрить его таким образом. — Полагаю самое время начинать сборы, — заметил Лахан. На что Маомао кивнула, добавив: — Подготовь сумму за мой выкуп.
