Купи мне звезду!

Джордан стоял на коленях, перед лежащим на полу рептилоидом. Мужчина смотрел на него, рассматривая чешуйки, а также продолговатую морду, больше напоминающую пасть аллигатора. И Джордан осторожно коснулся пальцем лапки ящера, та сразу сжалась, коготки, которые до этого рвали плоть, метал толщу кислоты и вод теперь выглядели очень миниатюрно. Джордан смотрел а эти полуприкрытые, ярко-желтые глазки. Внутри все больше крепчало чувство, странное, чужое, непонятное, но достаточно... Интересное. Хотелось согреть, выходить, накормить, затискать это существо, прижать к себе... Он и сам не понимал, что это такое, но направился в ванную, где начал наполнять её теплой водой. Левиафан был хитрой беснёй и понимал, что просто так этот человек его в живых не оставит, а потому начал активно источать окситоцин всем своим телом, чего человек не заметил. И демон смог расслабиться, в то время как Джордан очень осторожно приподнял его, взглянул на пятно, которое тот оставил на полу, вздохнул, чувствуя небывалый стыд за свои действия. Джордан медленно опустил рептилию в теплую воду, которая тут же начала окрашиваться в темный, багровый цвет. Левиафан же чувствовал, как достаточно приятная вода омывает его тушку, он опустил морду под воду, начав пить, и, следовательно, увеличиваться в размерах, поглощая энергию. Левиафану было.. приятно ощущать собственную целостность, а ещё то, что не нужно все силы тратить на регенерацию, ежесекундное наращивание новых тканей, восстановление, а ещё попытки питаться энергией, выпускать как можно меньше своей и оставаться неподвижным. Джордан в то время наблюдал, как рептилоид неспешно булькается, барахтается в воде. Мужчина умилялся этим, он улыбался, а потом взял мягкую губку, начав осторожно оттирать тельце рептилии, от крови. Левиафан удивился, но виду не подал, и совершенно не сопротивлялся, когда его укутали в полотенце, возможно, не слишком осторожно, но очень старательно. Демон позволил человеку позаботиться о нем, и теперь расслабленно лежал на комфортабельном диване, а человек сидел рядом. Левиафан замолк, он продолжил регенерироваться, сращивать потрескавшиеся чешуйки. Джордан Воунер протянул руку к рептилоиду, начав поглаживать того по брюшку, пальцем, а демон извернулся, сладко потянувшись, не сопротивляясь.

***

1934 год, 8 мая. Я не понимаю, я запутался, от слова совсем. Чихаю без конца, скорее всего аллергия, только непонятно, на что. Возможно, на весну, которая уже подходит к концу. Плохо, что совет 02 был очередной неудачной попыткой. Я надеялся на них... Но мне нужно финансирование. Времена сейчас тяжёлые, а для воплощения моих задумок нужен какой никакой капитал. Аллергия у меня сильная, и в кабинете, и по городу хожу, чихаю, рядом с церквями, которые обычно обхожу боком стараюсь вообще не дышать.* Александр уже окончательно обжился здесь, в этих комнатах. Он привык, смог расслабиться, и теперь только читал, читал дневники, ничего особо не делал и надеялся, что ничего в фонде не произойдет ближайшие.. лет 30. Новый администратор считал себя не столь... Достойным. Не таким.. умным, как исконный администратор. Александр был другим, он был... Человеком. *1956 год, 18 октября. У меня теперь достаточно власти, чтобы убедить мировых лидеров в том, что нужно остановить войну. Войну остановить обязательно, и тут дело не в потерях. Ад. Демоны питаются человеческой болью, страхами, слабостью. И люди с удовольствием делятся этим, с каждым, сами того не осознавая. И сейчас у них пир, который подходит к концу. Я смогу спасти этот мир от ада, никто больше.* Александр понимал, он понимал, каким человеком был администратор, и четко осознавал, что не может не сможет даже на миллиметр приблизиться к его славе. Он считал себя недостойным, неподходящим... И почему он здесь? Он был обыкновеннейшим человеком, незначимым, незаметным, всегда серой мышкой в рабочем коллективе... *1962 год, 10 июля Котёнок, дымчатый, на вид как чёртик чумазый, на дороге валялся, под палящим солнцем, даже не мяукал, а только похрипывал, толком не брыкался. Я принес его в свой дом, точнее в небольшую, летнюю усадьбишку, отпоил, он вроде даже ожил, начал мяукать, звонко очень, голодный. Пошарив в холодильнике обнаружил там курицу, точнее её остатки. Котенок с жадностью набросился на ранее обглоданные мною кости, а потом начал тереться об мои ноги, мурчать как дизельный двигатель. Пузо у него громадное по сравнению с его тельцем, где шерсть составляет большую массу, кое-как этот чёртик уместился у меня на ладони, сам он неимоверно пушистый, серенький. Назвал его я Мистраль.*

***

Джордан Воунер уже привык к тому, что смертоносный, всеядный ящер, за которым он до этого наблюдал и за которым охотился фонд теперь живёт у него в доме. Левиафан валялся на полу, довольно растянувшись на ковре. Его не дёргали, ему было хорошо, а ещё он мог стать питомцем этого человека. Джордан, так его звали. Человек потерянный, совершенно бесцельный, не очень вкусный, но очень упрямый, плевать он хотел на остальных. Левиафану такие не нравились. Слишком уж волевые. Демон предпочитал слабых, эмоциональных, склонных к греху людишек, не слишком умных, но склонных к безраздумному обожанию чего-либо. И он питался этим. Людей в фонде было полно, все они разные. И поэтому те, мелкие, безконткрактные демоны и не сбегали. Вкусно было питаться энергией фонда, которой было полно, и вся она была привязана не к отдельным людям, а рассеяна по всей территории вокруг. Но Левиафану опостылело это. Он не хотел больше быт здесь. И Минахаэль умер, свобода! Крупные контрактники пойдут в ад, отчитываться перед канцелярией, а мелкие останутся в фонде, ведь слишком привыкли, и без халявной энергии долго не проживут.

***

Бывший архангел Гавриил, снятый с должности, а также минувший властелин ада, демон чревоугодия, Вельзевул сидели на диване. Они переехали в этот дом сравнительно недавно, уже обжились. Внешне они выглядели как супружеская пара, высокий, седеющий, но хорошо сложенный мужчина и молодая, черноволосая, миниатюрная девушка. Когда они переезжали сюда, то маялись с эгрегором, думали, как бы уровнять эфирную и демоническую энергию, чтобы люди ничего не заметили. И чтобы ни ад, ни рай не засёк подозрительной активности. И Гавриил и Вельзевул прекрасно знали, как все работает, точнее работало до их ухода. Они ушли из своих контор, Вельзевул была изгнана из ада, а Гавриила просто сняли с его должности и вежливо попросили никогда не возвращаться назад. Сейчас они жили, вместе, просто наслаждаясь компанией друг друга, они танцевали, смеялись, обнимая друг друга, много разговаривали, раскрываясь перед друг другом все больше, исследуя друг друга. Но в один момент... Все изменилось. И первым заметил это Гавриил. Демон, очень близко, но не слишком сильный, словно ослабевшей со временем. И Вельзевул тоже ощутила присутствие хтонического змея, который должен был вернуться в ад уже как несколько веков назад, с отчётами, но заявил, что он свободная от всей этой бюрократической мути рептилия и был таков. Сейчас эфирно-бесовская чита ожидала чего-то, знака от нового демона, может, нападения на другого человека, демон, рожденный в аду всегда останется демоном, злобным, ненавидящим все живое, прожорливым, с неимоверной тягой творить зло. Вельзевул знала Левиафана. Они были... друзьями, если то общение можно назвать дружбой. Пили вместе, ели до отвала, издевались над родом человеческим и редко захаживающими на землю ангелами. Но потом он пропал. Просто исчез, и все, они больше не пересекались.

***

Левиафан лежал в мягком пледе, укутавшись, сейчас он дремал. Джордан сидел рядом, смотрел на него, улыбался. Джордан Воунер улыбался редко, чаще всего причиной его улыбки были испуганные визги новичков, которые непонятно как очутились на этой зоне, и шутки таких же, как Джордану казалось, умерших внутри коллег. И он не считал себя другим, отличным от остальных, смирился с тем, что он каждый, что он часть серой массы. Мужчина жил один, уже не пытаясь найти ту самую, хваленую и превозносимую любовь всей жизни. Джордан не потерял надежду, нет, она изначально не была в особом приоритете. И эта маленькая ящерка, пусть неимоверно смертоносная, для него стала... Лучиком в жизни. Джордан протянул руку к рептилоиду, который свернулся в комочек, спрятав мордочку в плед, осторожно огладил по боку, пальцем. Ящер резко дернулся, он шмыгнул в плед, а мужчина отстранился, поняв свою ошибку, теперь Джордан наблюдал за ним, сам не понимая, почему в сердце появилось странное беспокойство. Левиафан только фыркнул, забравшись в складки пледа глубже, высунув только морду, он чувствовал запах человека, смирившись с тем, что ему придется привыкнуть. И оставить этого человека в живых хотя бы на пару недель.

***

Александр тоже начал вести дневник. То ли его вдохновили рукописи прошлого администратора, то ли он начал забывать некоторые фрагменты, словно что-то крало их из его памяти, по маленьким кусочкам. *19 января. Сегодня я ходил по городу, редко выхожу на улицу в последнее время. Увидел что-то крупное, серое, думал кот, подошёл погладить, звал, но серый кот упрямо сидел возле дерева, даже не шелохнулся. Я подошёл ближе, наклонился. Оказалось, комок пыли и волос, большой такой. Может, всё-таки стоит начать носить очки?* И он чувствовал себя более... Своим здесь. Новый администратор чувствовал, что начинает привыкать, он все больше вникал в систему, понимая их суть, запоминал алгоритмы действий, а также множество наименований, классификации, расширял свой кругозор, думал. На столе, некогда пустующем, покрытым слоем пыли изменилось кое-что. Родной слой пыли остался, его Александр трогать побоялся, но на столе громоздились кипы распечатанных схем, списки объектов, а ещё имена членов совета 05, нужно же их как-то запоминать!